Я стал испорченным персонажем в тёмном фэнтези Том 1 Глава 572

— Безумие… О Великая Лу Солар…

Потрясённый крик вырвался из груди Сэнфорда. Палуба опасно накренилась к корме и раскачивалась из стороны в сторону, но он цепко держался за правый поручень. Капитан высунулся так далеко, насколько только мог, не в силах отвести взгляд от зрелища, разворачивавшегося позади.

В его единственном широко открытом глазу непрерывно вспыхивали фиолетовые молнии.

Этот свет исходил из глубины отдалённой, бушующей метели, которую без устали пронзал ливень молний. Именно поэтому Сэнфорд, обычно следящий за путём впереди и по бокам, когда корабль взбирался на волну, теперь смотрел назад. Конечно, главной причиной было внезапное прекращение ветра, что раньше гнал их корабль, но сейчас это было неважно.

Разряды молний, ударяясь о снежную бурю, рассыпались на мириады фиолетовых нитей, разлетающихся во все стороны. Казалось, будто молнии пускают корни, или что сама снежная буря жадно поглощала сияющее лиловое электричество.

— Ох…

Сэнфорд не мог знать, что это чудовищное явление вызвано тем, что молнии сталкивались, разбивались и преломлялись о бесчисленные ледяные кристаллы, наполненные маной. Он мог лишь с завораживающим трепетом наблюдать за совместным творением заклинания седовласой ведьмы и мощью Трансцендента, ощущая дикую смесь благоговения и первобытного ужаса.

Сквозь грохот взрывов доносились едва различимые, леденящие душу вопли. В глубине снежной бури, пронизанной фиолетовыми разрядами, корчились и извивались массивные силуэты монстров. Это место превратилось в настоящий ад из яростного холода и молний. Сэнфорд перевёл взгляд на края этого столкновения, где уцелевшие корабли и морские чудовища в панике пытались убраться подальше от бушующего шторма.

— Великий Воин Грома…

Изумлённый, почти неслышный возглас прозвучал у него за спиной. Только тогда Сэнфорд вздрогнул, моргнул и повернул голову. Хашим, который незаметно подобрался к нему, тоже неотрывно смотрел на поле боя далеко за кормой.

— Боги мои… кто бы мог подумать, что и этот слух окажется правдой!

На его лице, когда он бормотал эти слова, отражалось крайнее потрясение. Сэнфорд слегка нахмурился, хотя сам всего мгновение назад выглядел точно так же. Реальность, о которой он на секунду забыл, мгновенно вернула его на землю.

— Ты что здесь забыл вместо того, чтобы следить за гребцами?

— Они всё равно ничего не слышат из-за грома, капитан! Да и какая разница, вы только посмотрите! Слухи не врали! Сверхчеловек Севера — истинный полубог! Мы перевозим на нашем корабле того, кто вскоре станет новым богом! — воскликнул Хашим, чьи глаза сияли полнейшим восторгом, пока он всматривался в линию столкновения.

— Это ещё не значит, что мы переберёмся через море живыми.

— …Что?

— Ты уже позабыл про Чёрное Море? Когда сталкиваются морские чудовища, даже китов разрывает в клочья. А ну приведи себя в порядок! — прикрикнул Сэнфорд, вскидывая правую руку и указывая вперёд по правому борту.

— Сейчас тебе нужно смотреть не на то, что творится позади, а вон туда!

Только тогда Хашим повернул голову. Когда судно взлетело на гребень очередной волны, их взору открылась бескрайняя гладь бурлящего тёмного моря, словно охваченного штормом. Далеко впереди отчётливо виднелся крошечный, но яркий огонёк. Толстые губы Хашима зашевелились:

— Маяк у пролива!

— Именно! Если не хочешь упокоиться на морском дне в компании полубога, думай лишь о том, как подобраться к нему поближе! Это задание, которое дал нам Трансцендент. Слышал?!

Хашим согласно закивал на слова Сэнфорда:

— Да!

— Тогда спускайся к гребцам и командуй! Хоть пиво им в глотки заливай, хоть спины плетью секу, но чтобы они ни на секунду не смели остановиться!

Сэнфорд резко опустил вытянутую руку и с размаху звучно шлёпнул Хашима по плечу; его единственный глаз горел яростной решимостью.

— За всё, что случится потом, отвечать буду я, так что шевелись! Живо!

— Д-да, капитан! — выкрикнул Хашим.

Его голова дёрнулась, словно в памяти всплыли старые армейские порядки, и он резко развернулся. Хашим побежал по палубе, освещённой всполохами от жаровни.

В этот самый момент через поручни перехлестнул фонтан брызг, а нос судна тяжело ухнул вниз и завалился вперёд.

— Вы в порядке, жрица?! — прокричал Сэнфорд, пригибаясь и прижимаясь спиной к ограждению.

Посреди палубы жаровня, охваченная бурлящим священным пламенем, даже не покачнулась и ни на дюйм не сдвинулась с места.

— Не беспокойтесь, капитан.

То же самое касалось и Люсии, стоявшей перед ней на коленях. Мукапа, который в какой-то момент вырос рядом с ней, наклонился, чтобы поправить раскатившуюся кучу дров. Одной рукой он крепко сжимал рукоять боевого молота, упертого в палубу наподобие посоха.

Посмотрев на скрытое маской лицо Люсии, которая сидела с идеально прямой спиной, Сэнфорд вскинул указательный и средний пальцы:

— Два часа! Нам нужно продержаться максимум два часа! Пожалуйста, поддерживайте благословение Пылающей Богини до тех пор!

— Я смогу удерживать его дольше трёх часов, даже если начнётся бой. Так что не волнуйтесь обо мне, — ответила Люсия, подкидывая полено в жаровню и тут же подбирая в сторонке очередную щепку.

— Понял. Пожалуйста, зовите в любое время, если понадоблюсь! — крикнул Сэнфорд.

Выпрямившись, он направился прочь, не отводя взгляда от приподнятой по диагонали кормовой палубы.

Сквозь угасающие фиолетовые сполохи, что ещё недавно пылали посреди грозовых туч, отчётливо показалась спина воина, окутанного пылающим красным божественным сиянием. Убрав свой золотой щит, он приземлился на палубу, пока его мантия неистово развевалась на ветру. Также поступила и сереброволосая фея, находившаяся рядом с ним.

— Я делаю всё, что прикажут, так что просто позвольте мне выжить. Умоляю. Тогда я стану подобен Хашиму…

Ветер хлестал по отчаянному лицу Сэнфорда. Он поднял взгляд на паруса, вновь поймавшие ветер, и наконец остановился перед лестницей. Крепко ухватившись правой рукой за перила, он перегнулся через край и вновь сорвал голос:

— Левый борт! Не расслабляться! Гребите так, словно жизнь на исходе! Это ваш шанс вознестись на небеса, а не провалиться в преисподнюю! Если вы погибнете за вёслами, сама Пылающая Богиня явится, чтобы забрать ваши души!

— Хотелось бы, чтобы она не швырнула их в жаровню.

Йен, сидевший на палубе, медленно восстановил дыхание. На него накатила пульсирующая головная боль и головокружение — последствия того, что он за короткое время растратил огромное количество магии. Конечно, это вряд ли шло в какое-то сравнение с тем, что сейчас испытывала Тесайя.

— Ты как, в порядке? — спросил Йен, убирая свой Стальной Меч Истинного Серебра в ножны на поясе.

Сереброволосая фея, буквально распростёртая на мокрой палубе, подняла большой палец вверх и ответила:

— Не совсем, но выживу.

Заклинание «Метель» выжало её досуха. Мало того, что это была высокоуровневая магия, так ещё и область поражения оказалась колоссальной. Принимая во внимание огромное расстояние, объём маны, который она вложила в это единственное заклинание, наверняка превосходил любое воображение.

Разумеется, она получила существенную подпитку от магического камня, закреплённого в её сфере, но это не отменяло того факта, что она истощила огромные запасы собственной магии.

— Профессиональный ответ, достойный способного заклинателя, — с тихим смешком произнёс Йен.

В любом случае, результат впечатлил даже его самого. Он и сам не ожидал, что молнии, обрушившиеся на снежную бурю, начнут ветвиться подобно цепной молнии.

— Приятно получить признание напрямую от Йена, — ухмыльнулась Тесайя, поворачивая к нему голову.

Вены, до этого пульсировавшие вокруг её глаз и в самих зрачках, исчезли без следа.

— Ты показала результат, который невозможно игнорировать, — охотно пожал плечами Йен.

Снежная буря, несущая в себе ледяные кристаллы и лютый холод, пронеслась по флоту, разрывая тела моряков в клочья и мгновенно превращая их в лёд. А последовавший ливень молний буквально разнёс их на куски. Вид того, как они превращались в фонтаны крови, а затем разлетались алыми кристаллами льда, был жестоким, но впечатляющим.

[ — Это было стоящее зрелище. Особенно то, как прихвостни этой недоделанной твари взбесились.]

Ленивый, со смешком шепот Йога повис в воздухе, и Йен едва заметно кивнул в знак согласия. Снежная буря не причинила особого вреда морским чудовищам, но молнии заставили их корчиться в предсмертной агонии. И в этом не было ничего удивительного. В конце концов, заклинание было усилено энергией хаоса. Некоторые из тварей точно погибли — резкий скачок очков опыта служил тому лучшим доказательством.

— А ты, Йен, сам-то как? — спросила Тесайя.

Всё ещё распростёртая на палубе, она снизу вверх посмотрела на Йена и сделала короткий кивок головой.

— Боги сейчас наверняка наблюдают за нами… То заклинание явно не было создано одной лишь маной.

— Ну, если они не хотят лишиться апостола, которого только что вернули, им придётся проявить щедрость и понимание. К тому же они и так уже всё знают, — невозмутимо бросил Йен и пожал плечами.

В конце концов, боги видели его наполовину слившимся с хаосом на северном фронте. Лу Энтре через глаза Люсии определённо застала ту сцену. Раз Богиня всё равно даровала своё благословение, значит, она точно не считала его искажённым.

— Может, всё это время я просто излишне перестраховывался.

В этот момент брови Йена слегка сошлись на переносице. В его голове запоздало промелькнула мысль: боги давно знают, что он владеет хаосом, и им безразлично. Он использует хаос, но при этом ни его тело, ни его душа не были отравлены безумием или повергнуты искажениям.

Тесайя, не подозревая о его внутренних терзаниях, согласно кивнула и пробормотала:

— Вот как? Ну, разумеется. Ты никогда ничего не делаешь просто так.

С этими словами она приподнялась, опираясь на руки. Йен, очнувшись от своих мыслей, перевёл взгляд за корму и добавил:

— Сможешь повторить? Если провернём это ещё несколько раз, то выберемся отсюда целыми и невредимыми.

— И заодно нагребу целую гору опыта.

Тесайя кивнула:

— Безусловно. Как говорится, путь осваивается идущим, а настоящая схватка — лучшая школа. Я уверена, в следующий раз моё заклинание будет куда проще и быстрее.

— Я спрашиваю не о заклинании, а об остатках твоей маны. Ведь ты уже исчерпала колоссальный объём сил, — Йен покачал головой.

— Ты боялся, что я паду от магического истощения? Как трогательно. Но не тревожься, Йен, я ведь старейшина фей. Мои запасы маны, пожалуй, превосходят твои.

Тесайя одарила приторно-сладкой улыбкой и раскрыла левую ладонь, в центре которой заискрилась сфера.

— Не «пожалуй», а определённо превосходят, — с тусклой, горькой усмешкой ответил Йен.

Тесайя бросила на него укоризненный взгляд, словно упрекая за излишнее самоуничижение, и извлекла из мантии кожаный мешочек с запасными магическими камнями. Похоже, она намеревалась заменить камень в сфере, прежде чем тот рассыплется.

Извлекая новый магический камень, она добавила:

— В общем, не волнуйся обо мне. Кроме того, у меня есть Сок Древа Жизни. Если почувствую, что силы иссякают, просто выпью его.

— Ты права… хотя жаль тратить такую драгоценность так рано.

Прикусив губу, Йен кивнул.

В любом случае, это было лучше, чем погибнуть в этом море. Он сам был готов осушить флакон с соком, если ситуация станет совсем критической.

— Что ж, тогда снова подождём подходящего момента.

Тесайя, заменив магический камень в сфере, убрала мешочек обратно в мантию и так же резко поднялась на ноги. Головная боль и головокружение, кажется, полностью исчезли — вероятно, благодаря благословению Лу Энтре, которое согревало её изнутри. У Йена мигрень тоже утихла.

[ — Друг мой, прежде чем мы продолжим, мне нужно навестить Моро.]

Шепот Йога прозвучал как раз в тот момент, когда Йен последовал её примеру и выпрямился.

Его брови слегка сдвинулись к переносице:

— Ты уже должен идти?

[ — Я намереваюсь заранее поделиться с ним своей силой. Когда он окажется на пределе, действовать будет поздно. Будь он в своём истинном облике, проблем бы не возникло, но сейчас ему приходится вдвойне тяжело.]

Существо издало звук, напоминающий то ли гудение, то ли смешок.

[ — В этой невыносимой жаре его буквально заживо жарит, а ему, вдобавок ко всему, приходится удерживать маскировку.]

— И это правда.

Йен хмыкнул и кивнул, когда его память осветили картины северного фронта. Когда он сам наполовину трансформировался под действием божественной силы, его поглотила нестерпимая, обжигающая боль. Пусть Моро и Йог сейчас и не испытывали столь сильных мук, ощущения у них, наверняка, были схожими.

Бусина эссенции мощно извергла энергию хаоса. Следом шею Йена пронзила острая боль. Существо, отпив значительно больше крови, чем обычно, выбралось наружу и заскользило по его доспехам. В середине его тела отчётливо виднелось утолщение, будто оно проглотило перепелиное яйцо.

[ — Если ты не возражаешь, могу я по возвращении побыть с нашей остроухой подругой? Когда я рядом с тобой, мне кажется, будто моё сознание просто плавится.]

Йен с коротким смешком отвернулся и бросил:

— Делай что хочешь.

Взор Йена устремился за кормовые леера. Судно, преодолев несколько бурных валов, взбиралось на очередную огромную волну. Яростный рёв морских тварей теперь плотно смешивался с грохотом шторма.

— Похоже, они не на шутку взбесились, — пробормотала Тесайя, которая в какой-то момент снова взобралась на кормовые перила.

Удерживаясь правой рукой за деревянную конструкцию, она весело ухмылялась.

Йен, перейдя к противоположному краю той же конструкции, хищно улыбнулся ей в ответ:

— Похоже на то.

Уцелевшие корабли флота архипелага теперь светились куда более ярким синим светом, пока неслись вперёд на полной скорости. Вместо того чтобы рассеивать туман, они теперь плотно окутывали им свои корпуса, словно саваном. Мерцающие синие блуждающие огни казались парящими над самой водой. В довершение всего, суда перестраивались, формируя подобие огромного наконечника стрелы.

— Они ведь заметили нас, верно?

А на самом острие этого вражеского построения находилась Черная Волна — корабль, на котором плыли Йен и его спутники.