Я стал копейщиком Академии Том 1 Глава 526 Скорое знакомство — Правда раскрывается (4).

Наступила ночь.

День подошёл к концу, и оставалось лишь погрузиться в сон, чтобы встретить наступающее утро.

Однако сон никак не шёл.

Чонсон ворочался в постели, ощущая, как тревога сковывает его грудь. Формальный костюм, который ему пришлось надеть, он давно снял и аккуратно сложил. Тело обрело свободу, но на душе по-прежнему лежала тяжёлая ноша.

Он издал глубокий выдох и перевёл взгляд на окно.

Слабый свет пробивался сквозь стекло, освещая край стола, выхватывая его из темноты. Один лишь вид этой бледной полосы заставлял сердце биться чаще.

— Интересно, какова она?

Чонсон пытался вообразить себе мать Кали, но его фантазия рисовала лишь нечёткий образ величественной аристократки.

Кали являлась наследницей графского дома Иштар.

За последнее время Чонсон повстречал немало людей столь высокого положения. Однако графы не стали от этого обыденностью в его жизни — просто его собственная судьба принимала необычный оборот.

Завтра простолюдин должен был предстать перед главой одного из наиболее влиятельных графских домов.

Перед женщиной, которую он искренне надеялся однажды назвать своей тёщей.

— Что бы ни случилось… я должен с этим справиться.

Он положил ладонь на грудь, словно пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Встреча была назначена на полдень. Чонсон снова и снова прокручивал в голове возможный ход событий, не в силах избавиться от мысли, что пока не достоин Кали.

В этом мире он оставался человеком без титула и родословной. Почти все женщины, ставшие его избранницами, принадлежали к знати.

«Только Глесия формально не является аристократкой…»

Но даже её нельзя было назвать девушкой из простого народа. Старшая сестра Глесии, Анастасия, служила одной из Опор Империи, а влияние их семьи превосходило возможности многих благородных домов.

Чонсон сжал кулак и задумчиво наклонил голову.

Чем больше он размышлял, тем тяжелее становилось на душе. И всё же завтрашняя встреча представляла собой не только угрозу, но и шанс.

— Нужно произвести правильное первое впечатление.

Возможно, именно этот разговор ознаменует поворотный этап в его жизни.

Знакомство с семьёй возлюбленной нельзя воспринимать как простую формальность. Поэтому и готовился Чонсон не так, как к обычному свиданию.

Он перевернулся на спину. Теперь перед его глазами был чёрный потолок.

В темноте начали всплывать события прошедшего дня.

Лица людей, с изумлением провожавших его взглядом. Кадеты у женского общежития. Реакция Дарши.

Сегодня Чонсон на собственном опыте ощутил, насколько сильно одежда и опрятный вид меняют восприятие. Стоило привести себя в порядок и отказаться от привычной формы — окружающие увидели в нём совершенно иного человека.

Более достойного и привлекательного, чем прежде.

— Вежливо и с достоинством.

Он произнёс это вслух, словно давая себе финальное наставление.

После беседы с Даршей Чонсон встретился с госпожой Изабель. Теперь он снова перебрал в памяти её советы.

Вместе с тем он вспомнил придворный этикет, которому его обучали перед встречей с членами императорской семьи в Башне магии.

Лишь после этого Чонсон медленно закрыл глаза.

Во многом он уступал Кали. И всё же завтра хотел предстать перед её матерью достойным мужчиной.

Не безымянным простолюдином, случайно оказавшимся рядом с ней, а человеком с большим будущим.

— Это и станет лучшим доказательством.

Пока у Чонсона не было ни богатства, ни титула. Значит, оставалось хотя бы говорить с уверенностью.

Он должен был продемонстрировать, что однажды сможет стать для Кали надёжной опорой, причём не пустыми обещаниями, а твёрдостью и решимостью.

В столичном особняке Кали тоже не сомкнула глаз.

Она лежала с широко открытыми глазами, вновь слыша голос матери.

«Кто же он такой, раз ты говоришь о нём с таким чувством? Ты сумела по-настоящему меня заинтриговать, но до сих пор не назвала даже его происхождение. Кали, за годы разлуки ты стала настоящей мучительницей».

Мать улыбалась, переполненная предвкушением.

Кали намеревалась постепенно всё объяснить, однако в какой-то момент перестала находить подходящие слова.

Кальтера вела себя не так, как помнила её дочь.

Её ожидания оказались пугающе высокими. Когда мать заговорила о будущем зяте, Кали уже не смогла раскрыть правду.

Поэтому вчерашний разговор завершился совсем не так, как она планировала.

Кали повернулась на другой бок. Рассыпавшиеся по подушке рыжие волосы скрыли её глаза, но поправлять их ей не хотелось.

— Почему она ожидает так многого?

В этом и крылась главная проблема.

Кальтера представляла рядом со своей дочерью мужчину из самых высших кругов общества.

Даже прежде, когда Кали проживала в родовом имении, требования матери не были столь высоки. После нескольких лет разлуки им было о чём поговорить, однако почти каждая тема в конечном итоге сводилась к браку.

Причём Кальтера упоминала исключительно мужчин из великих домов.

Все они были примерно одного возраста с Кали. Один отличался редкой красотой, другой — особым обаянием, третий, как утверждалось, непременно пришёлся бы ей по душе. Перечень казался бесконечным.

В голосе матери звучала непоколебимая решимость.

Она собиралась любой ценой найти дочери подходящего мужа.

Даже слова Кали о том, что её сердце уже занято, не остановили Кальтеру. Мать продолжала перечислять достоинства потенциальных женихов, словно не желая слушать никаких возражений.

Кали убрала волосы с лица и прищурилась.