Я стал кукловодом в тёмном фэнтези Том 1 Глава 156

Бонусная глава 1. И это тоже счастье

1.

Спустя несколько дней после исчезновения Бездны, императрица Рейна Вавилония обратилась ко всему миру.

«Великое зло, что угрожало самому существованию мира, было уничтожено героем, появившимся в нашей империи», — заявила она.

Все было рассказано без единой фальши.

О Бездне и Затмении.

О заговоре против императорской власти.

О бесчисленных мирах, что уже успели погибнуть.

Большинство слушателей были потрясены.

В самом деле, пока мир раз за разом находился на грани гибели, они безмятежно жили своей жизнью, ничего не подозревая.

Однако по-настоящему их ошеломили заключительные слова.

«Особо отмечаю заслуги организации «Чёрные Волки». Её члены первыми раскрыли заговор и, не щадя себя, сражались ради спасения мира. Высочайший розыск отменяется. Каждому из них будет дарована награда, достойная совершённого подвига».

За исключением нескольких наёмников, которые громко рассмеялись, повторяя: «А мы говорили!», люди молча разошлись по домам.

На этом история и завершилась.

Все, кто вольно или невольно плясал под дудку Бездны, наконец могли наслаждаться вернувшимся миром.

Но именно теперь, когда вокруг царили улыбки и разговоры о наступившей золотой эпохе, один мужчина оказался в эпицентре новой войны.

Им был Нахан.

Он завтракал с Лактеей в тайном доме — одном из даров, лично отобранных императрицей Рейной. Они сидели за небольшим столом у стены, рассчитанным всего на двоих.

— Отойди.

— Не желаю.

Как и каждое утро в последние дни, всё началось с короткой перепалки.

Аша напрягла мышцы, схватила Лактею за воротник как раз в тот момент, когда та подносила чашку к губам, и равнодушно произнесла:

— Тогда я уберу тебя сама.

— Что? Постой…

вжух

Лактея взмыла в воздух.

Однако вместо того, чтобы рухнуть, она плавно перевернулась, будто подброшенный кусок ткани, и мягко приземлилась, не расплескав ни капли чая.

— …Так вы решили сыграть?

— А что?

— Тогда и мне придётся действовать по-своему.

Она сверкнула золотыми глазами в сторону Аши и отошла.

Аша тут же заняла освободившееся место и помахала Нахану.

— Доброе утро.

— …Ага. Доброе.

И ради этого она так старалась?

Просто поздоровалась. И всё.

Больше ни слова. Просто сидела рядом и смотрела на него.

— …Кхе.

— Ты в порядке?

— Да. Просто… кхе! В горле застряло… кхе.

— М-м… воды налить?

Лучше бы она просто перестала так пристально смотреть.

Нахан, вместе с куском хлеба, старательно прожевал слова, уже подступившие к горлу, и проглотил.

— Фух…

Он выпустил задержанное дыхание и задумался.

«Сколько дней это уже продолжается?»

В день исчезновения Бездны Рейна наскоро разобралась с первыми последствиями и передала этот тайный дом «Чёрным Волкам». Она попросила всех пожить здесь вместе, пока не будут улажены дела с внешним миром.

Отказать императрице?

Оставалось лишь молча подчиниться.

Поначалу всё шло хорошо.

Дом, судя по всему, относился к артефактам трансцендентного класса. Если были продукты и необходимые материалы, он сам убирался, готовил еду и даже поддерживал себя в порядке.

Более того, по мере прибытия жильцов, в нём появлялись новые комнаты.

Первые несколько дней Нахан только спал, просыпался ради роскошной еды и снова отдыхал. Он наслаждался безупречным покоем и даже представить не мог, что эта идиллия…

— 【Вон.】

— ?!

…в один миг превратится в поле боя.

грохот

Ашу вышвырнуло Словом Власти. На её месте появилась Лактея с алым клинком для подпитки маны в руке.

На несколько секунд повисла тишина.

С обычным невозмутимым лицом Аша разомкнула губы.

— Священный меч, обнаж…

— Прошу тебя.

Всего несколько часов назад чудовище из мёртвой плоти Руби сцепилось с Нитью Обнаружения Селены, и тайный дом пришлось отстраивать заново.

Нахан мягко перехватил руку Аши, уже потянувшейся к мечу, и посмотрел ей прямо в синие глаза.

— Давайте хотя бы сейчас решим всё словами. Хорошо?

— …П-постой. Р-рука…!

— Нет. Не отпущу, пока не пообещаешь вести себя спокойно.

— Х-хорошо! Обещаю! Я обещаю, только…!

В её ясных синих глазах не было ни тени лжи.

Увидев, как заметно она дрожит, Нахан наконец отпустил её руку.

Снова стало тихо.

шорох

Нахан аккуратно втолкнул Ашу, с благоговением разглядывавшую руку, которой он коснулся, в ближайшую комнату.

щелчок

Дверь закрылась, и мир вернулся.

На этот раз настоящий. Не тот хрупкий покой, который последние дни рушился от одного чужого появления. Теперь они с Лактеей действительно остались вдвоём.

— Я так долго не протяну…

Нахан вернулся за стол. Лактея отложила алый клинок и легко подошла к нему.

— Вам повезло.

— В чём?

— Ограничение после прошлого Слова Власти снялось как раз перед тем, как Героиня успела броситься на меня.

Она улыбнулась, подцепила кусочек еды и привычным движением поднесла его к губам Нахана.

Он так же привычно съел его и спросил:

— А когда тебе в последнее время понадобилось Слово Власти?

— О, поводов хватало. Белые кошки, чёрные кошки, приблудные кошки… Столько развелось. Пока всех выставила, как раз срок и прошёл.

— Кошки?

Разве в защищённое магией пространство вообще могла забраться кошка?

Он бросил вопросительный взгляд на Лактею. В ответ она сверкнула золотистыми глазами и расплылась в улыбке.

— Есть одна история, но, честно говоря, я не успела выгнать одну кошку.

— Подожди-ка…

Неужели именно по этой причине члены «Чёрных Волков» и «Сияния» пропадали один за другим в последние дни?

— Тсс. Чем меньше знаешь, тем крепче спишь.

Уголки её глаз смягчились в ласковом изгибе, но во взгляде таился опасный, притягательный соблазн.

— Я не против. У моего деда, к примеру, было пять официальных жён. Но всё же порядок должен быть, верно?

— Эм… ну…

— Ешь.

— Благодарю… то есть, спасибо.

Нахан, сам того не заметив, сжал колени и молча продолжил завтрак. Лактея некоторое время наблюдала за ним, а затем почти шёпотом задала вопрос:

— Так кто же она?

— …?

— Та, кого ты выбрал в качестве первой жены.

— Кх!

кашель

На этот раз он закашлялся гораздо сильнее, чем рядом с Ашей.

Нахан схватил стакан и одним большим глотком осушил его. Тем временем Лактея, используя Слово Власти, убрала посуду со стола и встала.

— Ты ведь знаешь, что когда-то меня называли Милосердной принцессой.

Разумеется, он знал.

Лактея Вавилония — Милосердная принцесса.

Женщина, которой пророчили золотой век для Вавилонской империи.

— Я всегда жила ради других. Если кому-то было нужно то, что принадлежало мне, я уступала без колебаний. Совсем как ты ещё недавно.

— Не уверен, что это была уступка. Я просто считал такой выбор правильным.

— Понимаю. Тебе казалось, что в чужих руках это принесёт больше счастья, чем в твоих. Хотя ты сам никогда ничего по-настоящему не держал.

На мгновение Лактее показалась печальной.

Но лишь на одно мгновение.

Она снова улыбнулась, присела на край уже чистого стола и спросила:

— Помнишь день, когда я снова встретилась с Рейной? Ты тогда без раздумий бросился к ней, едва она оказалась в опасности.

Нахан помнил.

Лактея убила всех павших телохранителей, а затем заявила, что исключений не будет, и направила меч на Рейну. Услышав, что смерть Героини или императрицы приведёт к провалу задания, Нахан не раздумывая закрыл её собой.

Он молча кивнул, и Лактея продолжила:

— Теперь ты, наверное, понимаешь: я нанесла тот удар по ошибке. Рука двинулась сама.

Неспасённые — Лактея и Рейна.

Ради младшей сестры Лактея взвалила на себя всё отчаяние и покинула дворец.

— Но знаешь, какая мысль мелькнула у меня сразу после удара? «Мир всё равно погибнет. Если Рейна умрёт сейчас… может, мне станет хоть немного легче?»

В голове сам собой сработал холодный расчёт.

Она пожертвовала всем ради Рейны. Следовательно, если Рейна исчезнет, можно будет наконец отдохнуть.

— Когда я поняла, о чём подумала, меня чуть не вывернуло. Я ведь не была несчастнее тебя или командира. Мне не было тяжелее, чем тебе. И всё же я…

— Лактея.

Нахан впервые перебил её.

Он встал и мягко обнял женщину.

— У несчастья нет меры. Для человека всегда тяжелее всего собственная боль. Но ты всё равно защищала Рейну до самого конца.

— …Однако из-за меня она…

— Нет.

Нахан кое-что понял.

Конечно, жизнь — не сказка, и беды случаются. Но чужое несчастье не переходит на другого человека само по себе.

Есть те, кто сознательно перекладывает свою беду на окружающих, но это просто злодеи, которых он никогда не сможет понять.

— Ты пыталась облегчить участь Рейны. И действительно её облегчила.

— …

— Ты не приносишь несчастье другим. Ты тоже была жертвой, Лактея.

Он говорил это не только ей, но и самому себе.

Некоторое время они молчали.

Затем Лактея прижалась к груди Нахана и пробормотала:

— Вот видите. Система тут ни при чём.

— Что?

— Я полюбила вас не потому, что какая-то Система заставила меня.

Признание прозвучало так внезапно, что Нахан лишь растерянно открыл рот.

Лактея, напротив, спокойно продолжила:

— В тот день вы спасли меня. Потом снова и снова приходили на помощь. А в конце спасли Рейну и весь этот мир.

Она перевела дыхание, подняла лицо и сказала:

— Спасибо, Нахан.

Всегда величественная и холодная женщина выглядела сейчас столь беззащитной, что Нахан отвёл взгляд и пробормотал:

— Мне тоже надо было как-то выживать. Я всё это… ну… ради себя. Я просто…

Наверное, дело было в смущении.

Он долго ворчал себе под нос, словно старик, и Лактея тихо рассмеялась.

— Вы только что сказали, что сделали всё ради себя.

— …Да.

— Вот и я поступила так же.

— Что именно?

— Выгоняла женщин. По одной.

— …Так я и думал.

После этого неожиданного признания Лактея отвела взгляд.

— Отныне я хочу сама бороться за своё счастье.

Вместо ответа она повернулась к едва приоткрытой двери комнаты Аши и произнесла:

— 【Изгнать всех. Исключение: Нахан.】

— …!!! Давно ты заметила?!

вспышка

За дверной щелью вспыхнул свет, и Ашу вышвырнуло из дома.

Но не только её.

— Честь Гарднеров!..

Следом исчез кричавший Балкан.

— Если убийца знаменит, можно ли вообще считать его убийцей из тени?

— Тут дело в другом…

Марин и Каслер, которые вели серьёзный разговор, тоже растворились.

И даже…

— Нахан! Я наконец закончила все дела и…!

Рейна, только что распахнувшая входную дверь, исчезла вместе с остальными.

Слово Власти в мгновение ока вышвырнуло всех из тайной комнаты.

— А?

Потрясенный Нахан хотел осмотреться и уже начал разжимать руки, которыми обнимал Лактею.

Но она, обхватив его бедра ногами, притянула к себе.

— Ты мне нравишься.

Между их лицами оставалось всего несколько сантиметров.

Лактея пыталась держаться уверенно, но румянец на щеках выдавал ее.

В конце концов, она убрала одну руку с его шеи, прикрыла лицо ладонью и прошептала:

— Я люблю тебя.

Горящие щеки.

Теплое дыхание.

Золотые глаза, в которых дрожали слезы.

— Ну скажи хоть что-нибудь...

Не в силах вынести молчания, она обиженно пробормотала. И только тогда Нахан заговорил.

— В тот момент, когда я уже собирался всё бросить... если бы ты не сказала, что не откажешься от меня, я бы не вернулся.

Если бы она не передала слова Черного Волка.

Если бы не скрыла его личность от членов отряда ради его безопасности.

Если бы раз за разом не появлялась в самый опасный момент и не помогала, будто так и должно быть.

— Я бы погиб.

— П-почему ты вдруг заговорил об этом?..

— Потому что...

После короткой паузы Нахан вместо ответа поцеловал ее растерянно приоткрытые губы.

— М-м...!

Лактея невольно сжала пальцы на руках и ногах.

Камин давно погас, но в комнате становилось все жарче.

— Спасибо, что спасла меня.

— А?.. Я... Ах...!

Лактея окончательно растерялась.

От ее обычной холодной оболочки не осталось и следа. Она беспомощно и очаровательно извивалась в его руках, а Нахан вдруг задумался.

«Когда это началось?»

Когда она поклялась спасти его?

Когда приходила на помощь каждый раз, стоило ему попасть в беду?

Или еще раньше...

— Если станет тяжело... ненадолго отпустите свою ношу. Какое-то время я смогу нести её вместо вас.

Вспомнив эти слова, Нахан сразу понял.

«Вот когда».

Он пытался тащить всё в одиночку, а она знала, кем он был, и всё равно подошла.

Это было первое спасение, которое когда-либо протянули ему.

Нахан обнял Лактею крепче.

— А? Что?..

Она была прекрасна всегда: и холодная, соблазнительная, и нынешняя — растерянная, не привыкшая к чужой инициативе.

Каждый раз, видя Лактею, в груди Нахана поднималось безымянное чувство.

Теперь он наконец дал ему имя.

— Я люблю тебя, Лактея.

Стоило произнести это вслух, и сомнений не осталось.

Это была любовь.

— Я... я тоже... Нет, я тебя люблю!

Нахан решил довериться этому чувству.

Он подхватил Лактею, у которой подкосились ноги, и направился к своей комнате.

После долгого и тяжелого пути он наконец добрался до тихой гавани.

До счастья, о котором мечтал всю жизнь.

— Я... я не очень умею такое...!

— Ничего. Я тоже.

Нахан тихо улыбнулся.

Ах да.

Остальным удалось получить свою долю счастья чуть позже — когда Лактея с видом женщины, которой достался весь мир, наконец позволила изгнанным вернуться.

* * *

— О моя богиня... Вот это да.

— 『Хэсон, хватит пялиться. Дальше начинается мир взрослых.』

— Да что за несправедливость...

щелчок