Я стал первым принцем Том 1 Глава 47 Встретив чудо однажды, прежним уже не станешь (1)

В то время как все взгляды были прикованы к гигантскому копью, пронзившему крепостную стену, одна Арвен искала первого принца.

Он скрылся под покровом снега.

Она отбросила свой меч и начала разгребать снежный сугроб голыми руками.

Холод тут же сковал пальцы, словно грозя их отморозить. Но Арвен не остановилась.

Хвать.

Наконец её ладонь нащупала что-то тёплое.

Рука принца.

— Ха!

Крепко ухватившись, она всем телом откинулась назад.

Принц выскользнул из снежного плена.

Арвен быстро уложила его на ровную поверхность и принялась осматривать.

Подбородок и грудь были обагрены кровью — очевидно, он успел её выкашлять. Правая рука, так и не выпустившая меч даже в беспамятстве, оказалась вывернута под неестественным углом.

Арвен приложила пальцы к его шее.

Пульс не прощупывался.

— Ваше Высочество!

Она резко шлепнула его по щекам.

Рот принца был плотно сжат, будто чем-то забит.

Арвен сдавила ему щёки пальцами.

Губы разжались, и наружу хлынула кровь.

Пульс по-прежнему отсутствовал.

Она наклонилась и вдохнула воздух ему в рот.

— Ху-уп!

Раз. Ещё раз. И снова.

— Кхе!

Принц наконец закашлялся.

Изо рта выплеснулась тёмная кровь.

Арвен вновь нащупала его шею.

Сердце забилось.

— А...

Силы покинули её ноги, и она опустилась прямо в снег.

Лишь тогда она заметила, что всё ещё держит принца за руку.

Боевая перчатка была истерзана. Ладонь её была разорвана и залита кровью. Между красными полосами виднелись мозоли — свидетельство долгих тренировок.

Однако внимание Арвен привлекло не это.

Она всегда недолюбливала собственные руки.

Маленькие и тонкие, совсем не похожие на широкие мужские ладони — казалось, они плохо подходили для владения мечом.

Но рука принца оказалась ещё меньше.

Арвен взглянула на первого принца, который лежал с закрытыми глазами, тяжело дыша.

Высокомерного юноши, привыкшего смотреть на всех свысока, сейчас не было.

Перед ней лежал мальчик.

Таким крошечным.

Таким юным.

Впервые Арвен по-настоящему осознала: он ведь даже не прошёл церемонию совершеннолетия.

— Как Его Высочество?!

Подоспели рыцари Зимней крепости.

Надо же, как быстро.

Их запоздалая реакция Арвен совершенно не понравилась, но она не выказала этого.

— ...рвен.

Пока рыцари шумно обступали их, принц пришёл в себя и едва шевельнул губами.

— Ваше Высочество! Арвен здесь!

Он что-то проговорил.

Слишком тихо.

Она наклонилась и поднесла ухо к его губам.

— А...

И тут резко выпрямилась.

— Что он сказал?

Спросил старший сын владыки Зимней крепости.

Арвен, вместо ответа, подняла меч.

— Его Высочество приказали...

Клинок вновь запел.

— ...завершить поединок.

На самом деле принц сказал несколько больше.

Что-то про «проклятых орочьих ублюдков».

Про «какая к черту честь».

Про то, что «хороший орк — мертвый орк».

А под конец — что ему невыносимо больно, поэтому пусть скорее заканчивают.

Но Арвен не стала передавать всё дословно.

Им сейчас требовалась одна фраза — та, что вернёт бой.

— Значит, закончим быстро.

Рыцари перехватили мечи.

Орки, потерявшие своего предводителя и пребывавшие в растерянности, наконец опомнились и с ревом устремились вперёд.

Но той слаженности, которой они мучили людей прежде, уже не наблюдалось.

А обычный орк-воин не мог сравниться с рыцарями Зимней крепости.

Ряды зеленокожих мгновенно рассеялись.

Поединок завершился на удивление быстро.

— Его Высочество внутрь! Выживших рейнджеров подобрать!

Едва всё стихло, как ворота распахнулись.

Рейнджеры выбежали наружу, разошлись по полю и начали погружать тела на повозки.

Вокруг стоял шум.

Люди перекрикивались без умолку.

И почему-то этот шум казался живым, почти весёлым.

— Сволочь, я только выжил, а ты меня сейчас добьёшь.

— Раз рот работает, значит, жить будешь.

Израненные выжившие уже ругались с товарищами.

— Осторожнее тащи, дубина!

— Вот так?

— Ай! Ах ты, ублюдок!

Зимняя крепость была странным местом.

За одну ночь погибло столько людей.

А оставшиеся вели себя так, словно ничего необычного не произошло.

Возможно, радость от того, что обречённые товарищи вернулись живыми, перекрыла всё остальное.

Возможно, долгие годы войны стёрли чувства до тупой привычки.

А может, дело было в чём-то ином.

Перед глазами Арвен внезапно возникло синее пламя.

Почему — она и сама не знала.

Просто возникло.

В этот момент мимо пронесли принца.

— Осторожно! Особа драгоценная, не уроните!

Ему уже наложили шины и сделали перевязки.

Арвен молча смотрела вслед носилкам.

И вновь услышала в памяти тихий голос у самого уха.

[Проклятые орочьи ублюдки...]

[Какая к черту честь. Хороший орк — мёртвый орк...]

[Больно до смерти. Заканчивайте быстрее.]

На первый взгляд — обычное раздражённое ворчание.

Но под ним скрывалась какая-то глубокая злость.

Что же так его разъярило?

Арвен хотелось спросить.

Она не стала.

Принц снова потерял сознание и безвольно лежал на носилках.

Сейчас ему был необходим отдых.

Вопрос подождёт.

— Сэр Арвен...

К ней подошёл старший сын владыки крепости.

— Для победной речи обстановка не самая подходящая.

Он протянул знамя.

— Но и это знамя принадлежит Его Высочеству.

Ещё мгновение назад Винсент недовольно ворчал: «Надо было мне брать того здоровяка».

Теперь вдруг поднял ладонь к собственному рту.

— Вы бы кровь... ну...

— А...

Только тогда Арвен вспомнила, как выглядит.

Волосы её превратились в воронье гнездо после схватки. Пока она пыталась привести принца в чувство, его лицо и подбородок покрылись кровью.

Зрелище, должно быть, было весьма неприглядным.

Собрав снег с земли, она принялась вытирать лицо.

Моментальный холод, казалось, успокоил её почему-то взволнованное сердце.

Снег, окрашенный кровью, осыпался вниз комками.

Арвен некоторое время наблюдала за этим, после чего повернулась.

Перед ней возвышалась Зимняя крепость, в стене которой виднелось огромное, воткнутое копье.

Первый принц пришёл в себя лишь на следующий день.

— Проклятый орочий ублюдок!

Так началось его пробуждение.

За мгновение до того, как я вонзил меч в сердце орочьего вождя, я почувствовал чей-то взгляд.

Это было не похоже на скрытое наблюдение старшей верховной эльфийки.

Куда более откровенно.

Словно огромное существо взирает сверху вниз на ничтожную букашку.

Одного давления и характера этой силы было достаточно, чтобы понять, кто смотрит.

То самое высокоранговое существо, о котором упоминала Сигрун.

Тот, чьё имя знатный орк выкрикнул перед самой смертью.

Король орков.

И вот, на глазах у этого короля, я вонзил меч в сердце его верного вассала.

Естественно, король был оскорблён.

И выразил своё недовольство соответствующим образом.

Итогом стало то, что я лежу в постели со сломанной рукой.

Даже не вступил с ним в бой.

Всего лишь отразил одно копье, прилетевшее издалека.

И чуть не погиб.

Чёрт, какой же я сейчас слабый.

— Проклятый орочий ублюдок!

Я выругался, изливая всю накопившуюся злость.

Легче не стало.

Единственным утешением было то, что после последней битвы я наконец полностью закрепился на выдающемся ранге.

— Как вы себя чувствуете?

Вошёл Винсент.

— Всё тело ломит, рука болит. Но вот здесь болит сильнее всего.

От обиды.

Я указал пальцем на грудь.

На лице Винсента появилась улыбка, но тут же исчезла.

— Благодаря вам мы вернули людей, которых уже считали потерянными. От всей души благодарю.

Он даже отдал честь.

И на этот раз совершенно искренне.

Мне стало неловко, и я потёр нос, делая вид, будто ничего особенного не произошло.

Тем временем Винсент пересказал, что случилось, пока я был без сознания.

Сразу после поединка, примерно в километре от крепости, появился орочий лагерь.

Две крупные армии, каждая из которых состояла из десяти боевых подразделений.

— Они пришли немного раньше, чем ожидалось, но сами по себе их силы недостаточны, чтобы мы не справились.

Слова звучали спокойно.

Лицо — нет.

— Что это было за копье? И что за рёв раздавался в горах?

Ах, вот зачем он пришёл.

Похоже, не просто проведать больного.

Почти одновременно с ним в палату вошли дядя и остальные командиры Зимней крепости.

Я рассказал всё, что знал.

И окончательно запутал их.

Для них «король орков» — это всего лишь рядовой вождь племени.

А я говорил о совершенно другом.

— Не стоит усложнять.

Я объяснил проще.

— В горах появился правитель, которому подчиняются все местные орки.

Несколько человек заметно побледнели.

— Теперь Зимняя крепость — это граница между орочьим королевством и человеческим.

Я предупредил их:

войска, что стоят снаружи, — лишь авангард.

Совсем скоро с гор хлынет такое количество орков, что их будет невозможно сосчитать.

Командиры явно не знали, стоит ли мне верить.

— Даже если слова Вашего Высочества правдивы, трудно представить, что орки станут послушно подчиняться новому королю. Ведь они при первой же возможности бросают вызов даже собственным вождям,

— заметил Винсент.

Офицеры согласно закивали.

— Орк, который осмелится бросить вызов королю, способному метнуть копье от горного хребта до самой крепости? Если такой найдётся, это будет ещё хуже.

Ведь тогда у нас окажется не одно чудовище такого уровня, а два или три.

— И всё же... Король только появился. Не слишком ли рано ему уже пытаться выйти за пределы гор?

Командиры продолжали свои дебаты.

Меня это не раздражало.

Ещё недавно они бы просто пропустили мои слова мимо ушей.

Теперь они хотя бы слушали и возражали по делу.

Это был огромный прогресс.

— Знаете ли вы, как называется король орков?

На мой внезапный вопрос Винсент нахмурился.

Мол, король и называется королем.

Нет.

Есть другое слово.

Я приподнялся на кровати и извлёк из пыльного угла памяти старое название.

Существо, которому нужно лишь одно: сражаться, покорять и в конечном итоге подчинять всё вокруг.

— Варлорд.

Владыка войны.

Это имя, впервые за четыреста лет, вновь прозвучало в мире.

— М-м...

Комната словно застыла.

Одно слово — и воздух стал тяжёлым, зловещим.

У нескольких офицеров побелели лица.

— Варлорд...

— Неужели среди орков действительно появился...

Командиры заговорили наперебой.

Я не стал их слушать и посмотрел на дядю.

Он тоже смотрел на меня.

В его измученных глазах читался один вопрос: можно ли верить?

Я кивнул.

Дядя поднял руку.

Комната мгновенно затихла.

— Значит, оборону придётся перестраивать.

— И лучше сразу запросить подкрепления. Чем раньше, тем лучше.

— Будет учтено.

Не успел он договорить, как на кровати уже развернули карту, и начался спор.

Десятки зим, проведённых в войнах, превратились в опыт, расчёты, варианты.

Вот это я понимаю.

Ветераны чудовищных осад.

Настоящие профессионалы.

Я даже невольно заслушался.

Пока не понял одну вещь.

— А какого черта вы устроили штаб прямо у меня в спальне?!

— Нам нужна ваша помощь, Ваше Высочество.

— Есть вещи, которые можете подтвердить только вы.

— Мы впервые слышим о короле орков...

Они отвечали абсолютно спокойными лицами.

— Вот как,

— произнес дядя, и почему-то его лицо озарилось довольной улыбкой.

В конце концов, командиры продолжали допытываться у меня еще несколько часов.

— Его Высочеству нужен отдых.

Только когда Арвен и Аделия наконец вмешались и начали практически силой выпроваживать всех присутствующих, офицеры собрали свои карты.

— Хм.

Все разошлись.

Кроме моего дяди.

Было очевидно, что он хотел что-то спросить.

— Ну?

— То синее пламя. Это и была та сила песни деяний, о которой ты говорил?

Он явно выжидал подходящего момента.

Я огляделся по сторонам.

Арвен делала вид, будто совсем не смотрит в мою сторону.

Аделия, которая мало что понимала в происходящем, была занята тем, что поправляла мое одеяло.

Все свои.

Я кивнул.

Дядя закрыл глаза.

Он долго молчал.

Когда он вновь открыл глаза, я заметил перемену.

Мутная тяжесть, которую прежде оставлял в нем его внутренний демон, исчезла без следа.

Его взгляд стал ясным и сильным.

Губы сжались в твердую линию — так же, как в день нашей первой встречи.

— Спрошу прямо.

Голос его был негромким, но звучал уверенно.

— Рыцарям цепей доступна такая сила?

Я улыбнулся.

Этого вопроса я ждал очень, очень долго.