Я стал тираном в оборонительной игре Том 1 Глава 849 Юн и Куилан (2)

— Эш!

— Михаил!

Михаил направился ко мне с распростёртыми объятиями, и я ответил ему тем же. Наши тела крепко сомкнулись в объятии.

— Как поживали?

Король, что стоял передо мной с улыбкой, теперь обзавёлся густой бородой.

Когда мы виделись в последний раз несколько лет назад, он жаловался, что из-за своего слишком молодого лица его часто недооценивают, и начал отращивать бороду... Она теперь выглядела весьма внушительно.

— У меня всё в порядке. И, к слову, борода у тебя отличная.

— Правда? Хорошо смотрится? Знаешь, сколько лет потребовалось, чтобы отрастить хотя бы такую...

В отличие от Лукаса, у которого щетина появлялась за один день, у Михаила борода росла очень неохотно. Ему, казалось, пришлось ждать целую вечность, чтобы хоть как-то прикрыть верхнюю губу и подбородок.

— Только моим жёнам она, видимо, совсем не нравится. Каждый день пилят: сбрей да сбрей...

Михаил тяжело вздохнул.

И правда, неподалёку стояли пять его жён и недовольно посматривали в нашу сторону... Точнее, на бороду своего мужа.

Впрочем, их можно было понять. Когда муж — редкостный красавец с внешностью юного принца, борода, скрывающая половину этого лица, вряд ли могла им понравиться.

— Говорят, путь был неблизкий. А как там твоя страна?

— Я оставил всё на старшую сестру. Честно говоря, внутренними делами я давно занимаюсь только с её помощью. Так что можешь не волноваться.

Кстати, со старшей сестрой Михаила у меня когда-то тоже был разговор о браке — и тоже ни к чему не привёл.

Молодая, теперь она... Старые связи сегодня вспоминаются одна за другой. Впрочем, сам виноват...

— Ты добрался сюда на грифоне?

— Эм... Тут такое дело.

Михаил почесал затылок и понизил голос.

— Мы больше не летаем на грифонах.

— Что? Почему?

— Ты же знаешь, наше королевство занималось созданием усиленных магией солдат. С грифонами было то же самое. Их сращивали и укрепляли магией, потом искусственно выращивали в лабораториях... Но теперь, когда магия исчезла из мира, это стало невозможным.

Я невольно приоткрыл рот. Михаил горько усмехнулся.

— Те, кого удалось вывести, ещё живы, но война их изрядно измотала, да и возраст берёт своё... Мы больше не поднимаем их в небо. Пусть мирно доживают на пастбищах.

— Вот как...

— И, на всякий случай, не вздумай извиняться, Эш.

Михаил мягко улыбнулся.

— Исправление нашего перекошенного королевства — это как раз моя цель. Я, скорее, благодарен.

— ...

Время течёт. Мир меняется.

Остаётся только надеяться, что перемены, которые я инициировал в этом мире, оказались верными.

Мы ещё немного поговорили о пустяках, после чего Михаил сказал, что хочет поздороваться и с другими королями, и отошёл.

А ко мне тем временем направились жрецы в плотно облегающих чёрных одеяниях. Я оглядел знакомые лица и невольно улыбнулся.

— Глава ордена, и... Торкель!

Это были глава ордена Розетта и Торкель — самый сильный танк нашего фронта.

Торкель был облачён в жреческое одеяние, которое закрывало всё тело без единого просвета, а на голове носил шлем святого рыцаря белого цвета.

— Давно не виделись, Ваше Высочество.

Оба жреца почтительно склонились. Я, расплываясь в улыбке, пожал им руки.

— Как вы поживаете? Всё хорошо?

— Разве могло быть иначе? Благодаря Вашему Высочеству наши дни наполнены делом и смыслом.

Когда она это произносила, Розетта чуть приподняла уголки губ — и её фирменные морщинки у рта стали ещё заметнее. Кхм. Укол был вполне ощутим.

После того как святая сила исчезла, а вместе с ней пропала и исцеляющая магия, пришлось создавать новую медицинскую систему... и Розетта трудилась до изнеможения. Я не скупился на поддержку, но чем больше помощи выделял, тем больше работы появлялось.

И всё же благодаря стараниям Ордена Богини десять лет спустя больных всё же принимали и лечили. Хотя жрецы и врачи, кажется, держались из последних сил...

— Кстати... вы не видели здесь Зениса?

Немного поговорив о состоянии медицины на континенте, Розетта резко огляделась по сторонам.

— Я слышала, он сегодня должен появиться, но пока не видела его.

Может, услышав о прибытии главы ордена, он где-то спрятался...

Я только успел так подумать, как глаза Розетты хищно сверкнули.

— А, вот он.

Я проследовал её взглядом и увидел, как Зенис, который прятался вместе с Ганнибалом у винного фонтана и о чём-то шептался с ним, вздрогнул всем телом.

— Нам сейчас отчаянно нужен каждый толковый жрец. Пойду-ка поймаю одного из этих странствующих священнослужителей.

Розетта оскалилась и почти полетела в сторону Зениса.

— Зенис, Зенис, покажи свою головушку. А не покажешь — начисляем очки ереси~

— И-и-и-и!

Зенис попытался удрать, но Ганнибал схватил его за руку. Зенис издал крик в духе «Ганнибал, и ты?!», однако в итоге угодил прямо в руки Розетты.

Я, наблюдая эту сцену, добродушно рассмеялся и повернул голову. Торкель, с которым я не виделся уже очень давно, едва заметно улыбался сквозь прорезь шлема.

— Как ты, Торкель?

— Прекрасно, Ваше Высочество. И я очень рад видеть, что с Вашим Высочеством тоже всё благополучно.

Торкель выглядел невозмутимо.

Он держался прямо, не сутулился, не уклонялся от чужих взглядов и воспринимал их как должное.

Вот так, просто и по-человечески, он рассказывал мне о своей жизни.

— Для такого негодяя, как я, это место слишком почётное... Но раз уж мне его доверили, я стараюсь изо всех сил.

Торкель стал настоятелем на острове прокажённых, где когда-то жил сам.

Он не только улучшал тамошнюю жалкую медицинскую систему, но и вместе со всем орденом искал лекарство от проказы.

— Многие всё ещё ненавидят прокажённых и брезгуют нами... Но один лишь храм на том острове и назначение настоятеля уже немного изменили взгляд мира.

Торкель спокойно кивнул.

— Если мы продолжим стараться, однажды и на нас... начнут смотреть чуть теплее.

Я похлопал его по плечу.

— Ты хорошо справляешься.

— Это во многом благодаря вам, Ваше Высочество.

— Да что я такого сделал...

— Десять лет назад разные расы и разные государства смогли объединиться в одно целое, потому что Ваше Высочество повёл их за собой.

Торкель низко склонил передо мной голову.

— С того дня люди стали немного терпимее к тем, кто не похож на них. И взгляд на нас, прокажённых... тоже сильно смягчился.

— ...

— Я всегда благодарен вам, Ваше Высочество.

Я неловко улыбнулся.

— Но путь ещё долог. Правда?

— И всё же мы понемногу приближаемся. Когда-нибудь дойдём.

— Тогда будем стараться вместе, чтобы это случилось.

Я сказал это, держа руку на его плече. Торкель глубоко поклонился.

После этого гости стали прибывать один за другим.

Брат и сестра Ромпеллер, едва войдя, тут же принялись раздавать рекламные буклеты своих круизов. Мол, даже сегодняшние молодожёны пользовались их услугами. Рекламу они выжали до последней капли.

Келлибей пришёл с внуком на руках, и я заметил, как он торопливо сунул Куилану в карман футляр с кольцами. Значит, закончил только сегодня. Вот ведь сколько говорить: дедлайн надо закрывать заранее.

И наконец вошла Верданди... причём вместе с человеком, который должен был стать её мужем!

Это был помощник, служивший при королеве фей, молодой эльф в очках, с холодным, строгим лицом. Серебряная цепочка для очков поблёскивала так же прохладно, как и он сам.

Глаза за стёклами были синими, а выцветшие золотистые волосы казались почти серебряными.

Верданди держала его за руку и пылала таким румянцем, словно вот-вот взорвётся.

— Фью-у-у!

Все присутствующие разом засвистели. Даже прежние члены отряда искателей Святого Грааля, семенившие следом за королевой фей, радостно присоединились к общему свисту.

Под многозначительными взглядами Верданди покраснела ещё сильнее.

— Ч-что? Что такое! Есть что сказать — говорите!

— Да нет... просто думаем, где ты такого красавца откопала...

— С-сейчас не обо мне речь! Сегодня надо поздравлять Куилана и Юн!

— Но парня Верданди мы сегодня впервые видим вживую!

Когда я выступил от лица всех, остальные тут же закивали: мол, верно, верно.

Не выдержав, Верданди стрелой сбежала в комнату невесты, а мы окружили оставленного ею помощника и дружно захихикали.

— Рад знакомству. Я Дюма, помощник Её Величества королевы.

— И мы рады, друг. Ну-ка, для начала выпей...

Я без лишних церемоний закинул руку Дюма на плечо и протянул ему принесённый бокал. Все озорно улыбнулись и чокнулись.

— И как ты решился жениться на Верданди? Она ведь ни много ни мало королева фей.

Я вопросительно приподнял брови. Дюма поправил очки и невозмутимо ответил:

— Её Величество сама сделала мне предложение. А поскольку, на мой взгляд, королевским супругом должен стать тот, кто способен надлежащим образом поддерживать Её Величество, я счёл себя подходящим кандидатом и принял.

— Уж больно служебно звучит...

Я цокнул языком.

— И это правда всё? Только поэтому ты принял признание Верданди?

— ...

Дюма на миг замялся.

— У эльфа спутник жизни бывает только один.

Холодный взгляд за стёклами очков медленно опустился.

— ... Я не принял бы его, если бы моё сердце к ней не лежало.

Белые щёки молодого эльфа чуть порозовели.

Мы разом взревели от восторга. Келлибей схватился за обе щёки и завизжал, а брат и сестра Ромпеллер с дикими криками принялись швырять во все стороны буклеты, которые держали в руках.

— С каких пор?! С каких пор она тебе нравилась?

Я крепче притянул его к себе за плечи, и Дюма, поколебавшись, нехотя ответил:

— ...С... с первого дня, когда увидел...

Молодой эльф зажмурился и, не выдержав, закрыл ладонями своё безупречно правильное лицо.

Ва-а-а-а-а!

Все развеселились окончательно, стали черпать вино прямо из фонтана, чокаться и пить. Ох, сладость какая! Так и зубы слипнутся!

— Если счастливы — окей!

Я вскинул бокал вверх, и остальные, поднимая свои, дружно подхватили:

— Окей!

Мы шумно смеялись, пили, веселились — и тут...

Бом!

Раздался глубокий колокольный звон, и дети в традиционных парадных одеждах зверолюдов начали расстилать длинный ковёр от входа на свадебную площадку. Ого, уже?

— Похоже, настало время главных героев дня.

Традиционную свадьбу зверолюдов я видел впервые и многого не понимал, но собравшиеся словно инстинктивно уловили, что сейчас начнётся главное.

Гости разом поправили одежды и расступились по обе стороны. Дети, улыбаясь, но с серьёзными глазами, раскатывали ковёр и прокладывали дорогу.

Ковёр с тонкой вышивкой простирался от входа до самого алтаря, устроенного перед клёном. Дети, закончив свою часть, разошлись в стороны, образовав живой круг вокруг алтаря, и взялись за музыкальные инструменты.

Разнообразные мелодии сплетались в самостоятельные линии, но вместе создавали удивительно прекрасную гармонию. И в тот же миг подул ветер.

Развевающиеся на ветвях гигантского клёна полотнища затрепетали, а багряные осенние листья посыпались вниз, подобно снежному вихрю.

Под этим великолепным небесным сводом у входа встретились двое.

Юн, облачённая в традиционный свадебный наряд зверолюдей, была окружена юными зверолюдками. Рядом с ней стоял Куилан в парадном свадебном одеянии королевства Ариан, прибывший в сопровождении Ариана Миллера.

Девочки и Ариан Миллер отступили, уступая дорогу, и Юн с Куиланом встали бок о бок.

Они долго смотрели друг на друга, затем медленно сплели свои руки...

И двинулись по ковру.

Кто-то не смог сдержаться и первым зааплодировал. Вскоре к нему присоединились свист, крики и восторженные приветствия толпы.

Двое, чьи судьбы соединились после столь долгой истории, смущённо улыбались. Шумные аплодисменты и ликующие возгласы не утихали, пока они не достигли конца ковровой дорожки.

Перед клёном они вместе испили из чаши обетов, приготовленной для церемонии.

Затем, прикоснувшись лбами, они тихо произнесли свои клятвы.

— ...

Слова их обетов остались не слышны для окружающих.

Но если они запечатлелись в сердцах двоих, этого было вполне достаточно.

По окончании всего обряда они, держась за руки, низко поклонились нам. Радостные крики и аплодисменты наполнили всё вокруг, заставляя уши звенеть.

Глядя на их счастливые лица, я внезапно почувствовал, как глаза защипало.

Удержавшись с трудом, я сложил ладони рупором у губ и прокричал:

— Целуйтесь!

Мой клич стал той искрой, что зажгла пламя.

Все вокруг тут же подхватили, скандируя:

— Целуйтесь! Целуйтесь! Целуйтесь!

Словно дети, поддразнивающие друг друга, все разом забыли о своём статусе и чине, крича в унисон.

Куилан усмехнулся, словно перед ним не стояло выбора, и взглянул на Юн.

— Я так и знал, поэтому немного потренировался.

Юн фыркнула в ответ.

— Но тебе всё равно ещё многому нужно учиться.

Она обвила руками его шею, а Куилан большими ладонями обхватил её талию.

Когда они поцеловались, все закричали так громко, что, казалось, вся деревня содрогнулась.

В тот осенний день кленовые листья падали, словно снег.