Я - вор, крадущий невероятные навыки (Новелла) Том 1 Глава 102 Подготовка к Академии завершена
Пока Крашу стоял, застыв на месте, словно вкопанный.
К нему чеканным шагом приблизился незнакомец.
Несмотря на отголоски позднего лета, он был облачен в безукоризненный строгий костюм, а волосы были аккуратно уложены на косой пробор.
Поправив галстук, мужчина приподнял очки.
— Тренировка Чхонсальсона. С чем только ни приходится помогать в этой жизни.
[ Действуй на пределе своих возможностей. ]
— Нагрузка уже давно превысила ту, что способен выдержать четырнадцатилетний ребенок.
[ Нет, этого недостаточно. ]
— Простите?
Слова Кримсон Гарден вызвали у него искреннее недоумение.
Прямо сейчас Крашу находился под воздействием проклятия иллюзий.
А значит, в этот самый миг он отчаянно сражался за свою жизнь внутри мира грез.
И постоянно вспыхивающее на его теле черное пламя служило тому неоспоримым доказательством.
— Замечу, это довольно мощное проклятие иллюзий.
Произнес он, покачивая в руке пустую склянку.
Однако Кримсон Гарден лишь цокнула языком.
[ Вот видишь, оно уже рушится. ]
И стоило ей это сказать.
*Хрусь!*
Словно что-то разбилось вдребезги, и черное пламя Крашу в одно мгновение взметнулось яростным ревущим костром.
Раскаленные докрасна из-за Истребляющей эрозии глаза Крашу пронзительно сверкнули.
Увидев это, мужчина растерянно распахнул глаза.
— ...Как? Это же «Темная Мгла», проклятие шестого ранга.
Пока он бормотал в смятении, Крашу с шумом выдохнул и откинул волосы со лба.
Глядя на этого человека, юноша сразу вспомнил кое о ком.
«Так ученик того старикашки оказался слугой Кримсон Гарден?»
Величайший в мире исследователь проклятий, который, ослепнув от жажды знаний, забросил свои прямые обязанности и беззаботно скитался по зонам Мировой Эрозии.
Лучший экзорцист на всем континенте, Бельтуа Ракрод.
В свое время Крашу чаще всего обращался за советами по проклятиям именно к нему.
И, насколько было известно юноше, он же являлся самым отбитым психом на свете.
А стоящий перед ним человек был одним из двенадцати учеников Бельтуа.
Экзорцист Осфер.
«Господи, кого только она сюда не притащит».
По мнению Крашу, все экзорцисты без исключения были не в себе.
Ведь их умение снимать проклятия на самом деле являлось лишь побочным эффектом.
Секрет их успеха заключался в том, что они сами были мастерами по части наложения проклятий.
То есть само утверждение, будто они стали экзорцистами ради спасения людей, было в корне неверным.
Этим маньякам просто нравилось изучать проклятия, а способы их снятия они находили чисто случайно, в процессе экспериментов.
«Они не экзорцисты, а самые настоящие проклинатели».
И сейчас глаза Осфера горели неподдельным интересом, лишний раз подтверждая эту мысль.
Ведь Крашу в мгновение ока развеял «Темную Мглу» — проклятие среднего уровня.
«Конечно, я же уже сталкивался с ним раньше».
Уж простите, но по части полученных проклятий Крашу даст фору даже самому Бельтуа, которого Осфер называл наставником.
Пережив на своей шкуре велижество высших проклятий в Запретных Землях, выбраться из какой-то иллюзии шестого ранга не составило для него труда.
Но, отбросив это, Крашу прекрасно понял замысел Кримсон Гарден.
Чхонсальсон усиливает воздействие любых проклятий.
Поэтому проклятие среднего уровня бьет по телу Крашу с мощью высшей магии.
Именно на этом свойстве Кримсон Гарден и построила новый метод тренировок.
[ Осфер, обрушь на него проклятия, которые я сейчас назову. ]
С уст Кримсон Гарден один за другим слетали названия смертоносных чар.
Инь-Ян Чхонсонсона, жажда крови Чхонквонсона и сокрушительная мощь Йогвансона.
Она собиралась использовать проклятия, чтобы насильно пробудить и закрепить в нем силу этих трех звезд.
— Госпожа Кримсон Гарден, если я наложу все это, он просто не выдержит.
И все нечеловеческие муки, которые сулил этот процесс, лягут исключительно на плечи Крашу.
Как и сказал Осфер, наложи столь чудовищную смесь на обычного человека — и он немедленно лишится рассудка.
А в этот раз Крашу придется терпеть всю их разрушительную силу без возможности подавить или нейтрализовать.
Причем эффекты будут многократно усилены влиянием Чхонсальсона.
Кримсон Гарден посмотрела на Крашу.
В ее взгляде читалось немое напоминание о том, сколь тернист и жесток путь для тех, кто жаждет достичь вершины кратчайшей дорогой.
— Я же говорил.
Словно отвечая на этот безмолвный вопрос, Крашу выровнял дыхание.
— Это как раз то, что я умею лучше всего.
Несгибаемая воля, позволившая ему пережить гибель мира, появилась не на пустом месте.
— Хм-м, вы уверены? Я ведь действительно начну.
Равнодушные глаза Осфера сузились в хищные полумесяцы.
Экзорцисту выпадает крайне редкая возможность обрушить весь свой арсенал проклятий в полную силу.
Раз уж и сама жертва согласна, и госпожа дала добро...
Он немедленно потянулся к поясу и вытащил несколько вытянутых фиалов.
— Интересно, где же предел выносливости и духа отпрыска Вальхайм?
Предвкушая грандиозный эксперимент, Осфер разразился безумным смехом.
*Пум!*
С легким хлопком пробки вылетели, и наружу тут же вырвались клубящиеся миазмы проклятий.
Глядя на темную волну, неумолимо несущуюся прямо на него, Крашу лишь коротко и криво усмехнулся.
«Безумие Хладной Крови», доводящее энергию Инь до критической отметки — не выдержишь, и твои внутренности обратятся в лед.
«Стена Смертоносной Жажды», заставляющая ненавидеть всё живое настолько, что в итоге ты отвергаешь даже собственное право на жизнь.
И «Окаменение Забвения», неумолимо увеличивающее вес тела до тех пор, пока оно не раздавит само себя, обратившись в безжизненный камень.
Каждое из них являлось высшим проклятием, неминуемо ведущим к смерти при малейшей слабости.
Раньше он готов был на стену лезть, лишь бы избавиться от проклятий, а теперь добровольно принимает их на себя.
Крашу искренне подумал, что у него просто до нелепости странная судьба.
＊ ＊ ＊
Череда бесконечных тренировок, и немало воды утекло.
Поздняя ночь.
Крашу спал сном, подозрительно похожим на смерть.
В последнее время он сутками напролет истязал себя на тренировках.
Чхонсальсон обладал свойством многократно усиливать наложенные чары.
Из-за этого проклятия экзорциста Осфера, сплетаясь с силой звезды, буквально пожирали Крашу заживо.
К тому же, он не мог прибегнуть к своим знаниям и навыкам, чтобы подавить их.
Ведь только пропустив их через себя до последней капли, он мог пробудить истинную мощь созвездий Небесной Погибели.
Уснувший без задних ног от чудовищной усталости, Крашу внезапно ощутил, что в его объятиях стало как-то слишком уютно и тепло.
Лето незаметно подошло к концу, уступив место осени.
Пора, когда изумрудную зелень сменяет багрянец и золото, а столы ломятся от щедрого урожая.
По ночам уже ощутимо холодало, поэтому неожиданный источник тепла пришелся весьма кстати.
К тому же, возможно, из-за Тела Лунной Тени, температура тела самого Крашу значительно снизилась, и это мягкое тепло действовало умиротворяюще.
Крашу медленно приоткрыл глаза.
За окном брезжил синеватый рассветный полумрак.
Юноша опустил взгляд под одеяло.
И заметил там подозрительное копошение.
Он осторожно приподнял край одеяла рукой.
Как и ожидалось, оттуда выглядывала белоснежная макушка.
Видимо, почувствовав, что от приподнятого одеяла потянуло прохладой, обладательница макушки еще сильнее вжалась в него.
И принадлежала эта макушка, разумеется, Бианке.
Судя по закрытым глазкам, она, должно быть, проснулась посреди ночи в туалет и по привычке забрела сюда.
Возможно, сказалось то, что какое-то время они жили в одной комнате, но Бианка и сейчас частенько пробиралась к нему по ночам.
«Неужели ей так не хватает человеческого тепла?»
Или она льнет только к нему одному?
Так или иначе, Крашу заботливо поправил одеяло, чтобы девочка не замерзла.
В последнее время тренировался не только Крашу.
Бианка тоже всерьез взялась за обучение под строгим руководством Джены.
Юноша поднял руку и аккуратно осмотрел ее крохотную ладошку.
Осторожно поглаживая пальцы, он заметил тут и там свежие ссадины.
Это служило явным доказательством того, что нагрузки были далеко не детскими.
И то, что Бианка спала без задних ног, лишь подтверждало, насколько сильно ее выматывали занятия.
В это мгновение ручка Бианки вдруг крепко сжала его пальцы.
— Господин Крашу...
То ли он все-таки разбудил ее, то ли она говорила сквозь сон, но послышался ее тихий голосок.
— Почему вы в моей комнате?
Это вообще-то ты ко мне пришла.
Мысленно усмехнувшись этой нелепице, Крашу принялся медленно поглаживать ее по голове.
Ведь глазки Бианки были замутнены глубоким сном.
— Говорят, в тепле люди засыпают быстрее.
— Рядом со мной ты разве что замерзнешь.
Из-за Тела Лунной Тени от него и впрямь веяло холодом.
— У вас горячее сердце, так что всё хорошо.
Ничуть не смутившись, Бианка лишь сильнее уткнулась носиком в его грудь.
— А всё остальное я могу согреть сама.
Она что, решила подработать печкой?
Но, как ни крути, от ее слов и впрямь стало теплее. Во всех смыслах.
— Тренировки не слишком изматывают?
— Очень. Наставница становится такой строгой во время занятий.
— Если тяжело, можешь бросить.
— Ни за что.
В таких вопросах она проявляла поразительное упрямство.
— Ведь я собираюсь всегда быть рядом с вами.
— Я никуда не денусь.
— Даже если уйдете — ничего страшного. Я просто пойду за вами.
— Придется идти помедленнее, чтобы ты не отстала.
— И за ручку меня держите.
— Я и сейчас тебя держу.
— Здорово.
Одурманенная сном, она несла какую-то милую околесицу.
Крашу тихо хмыкнул, а Бианка прижалась лбом к его груди.
— Не забывайте обо мне, когда уедете в Академию.
— У меня хорошая память. Настолько, что порой не могу забыть даже то, что стоило бы.
— Тогда помните только меня.
— Будто это так просто.
В бодрствующем состоянии Бианка никогда бы не осмелилась на такие слова, но сон развязал ей язык.
Она явно прятала в душе множество эгоистичных желаний, стараясь быть хорошей девочкой, но сейчас контроль ослаб.
— Господин Крашу, я спать хочу.
— До рассвета еще долго. Спи.
— Угу, хорошо-о.
Глядя на мирно сопящую Бианку, Крашу и сам незаметно смежил веки.
Засыпая с мыслью, что он обязан остановить гибель мира хотя бы ради того, чтобы защитить эту кроху, так уютно свернувшуюся в его объятиях.
Почему-то казалось, что завтрашнюю тренировку он выдержит с еще большим упорством.
＊ ＊ ＊
Время подобно стреле.
Как бы ты ни пытался его ухватить, оно неумолимо мчится к своей цели.
И пусть неизвестно, когда именно она поразит мишень.
Утекшие дни незаметно пронеслись сквозь осень и столкнулись с суровой зимой.
С небес густыми хлопьями падал белоснежный снег.
Почувствовав на кончике носа ледяное прикосновение снежинки, Крашу выдохнул облачко белого пара.
Долгим зимним метелям тоже оставалось недолго властвовать над миром.
Совсем скоро из-под земли пробьются зеленые побеги, а воздух наполнится благоуханием цветов.
А когда распустится нежно-розовая вишня, весна окончательно вступит в свои права.
[ И как ощущения? ]
Послышался голос Кримсон Гарден, восседавшей на плече Осфера.
Услышав ее вопрос, Крашу лишь тихо усмехнулся и покрепче перехватил Уресён.
С оглушительным раскатом грома над золотистым лезвием взметнулось лазурное сияние, принимая форму Ора-блейда.
— Просто восхитительно.
Начальная стадия Мастера.
Настал тот самый миг, когда Крашу наконец-то пробил барьер ранга Мастера.
Тот самый рубеж, до которого он так отчаянно пытался дотянуться перед поступлением в Академию Рахельн.
К счастью, он успел как раз вовремя.
«Значит, с минимальными требованиями разобрались».
Ранг Мастера считался базовым порогом для признанных гениев.
Разумеется, продвижение выше начальной стадии — это уже совсем другой разговор.
Достичь этого уровня в четырнадцать лет — достижение, которое весь мир безоговорочно признал бы абсолютной гениальностью.
Ведь даже сама Шарлотта стала Мастером лишь в пятнадцать.
«Но в Академии Рахельн таких Мастеров должно хватать».
Прошел уже год с тех пор, как Академия распахнула свои двери.
Среди пятнадцатилетних вряд ли найдется кто-то, кроме Шарлотты, кто смог бы прорваться на начальную стадию Мастера.
Но возраст абитуриентов Академии Рахельн варьировался от пятнадцати до двадцати лет.
И если брать в расчет студентов старше восемнадцати, то Мастера там точно водились.
Именно с ними Крашу и предстояло скрестить клинки.
В конце концов, Крашу метил куда выше победы над сверстниками — он собирался превзойти «Десятку Сильнейших», а затем и «Четверку Небожителей».
Так что останавливаться на начальной стадии Мастера он не собирался.
Впереди лежал еще долгий путь, чтобы стать по-настоящему сильным.
«На самом деле, это лишь стартовая черта».
Настало время бросить вызов истинным гениям этого мира.
— Похоже, мои проклятия больше не имеют смысла.
Тем временем Осфер с искренним сожалением прищелкнул языком.
Ему доставляло невероятное удовольствие испытывать всевозможные проклятия на теле прямого наследника рода Вальхайм.
Но теперь эта забава подошла к концу.
Крашу окончательно и бесповоротно закрепил в своем теле силу трех созвездий Небесной Погибели.
[ Что ж, подготовка более-менее завершена. ]
Кримсон Гарден тоже признала, что теперь на него хотя бы можно смотреть без стыда.
И правда, подготовка окончена.
Осталось лишь поступить в Академию.
«Пора выполоть сорняки, сгнившие на корню».
Отправлюсь-ка я в Академию воровать чужие навыки.