Я - вор, крадущий невероятные навыки (Новелла) Том 1 Глава 104 Вступительный экзамен
Оставив поверженную «мышцу-свинью» позади, Крашу развернулся, и до его слуха донеслись перешептывания.
— Тот парень, что был только что…
— Ты видел цвет волос? Неужели Вальхайм?
— Разве в Вальхайм еще кто-то поступает?
— Да ну, ты же помнишь того недомерка, младшего отпрыска.
— Говорят, никакой он теперь не недомерок.
— Разве это не пустые слухи?
— Но то, что мы видели минуту назад…
Смешанные мнения, доносившиеся со всех сторон, отражали нынешнее положение Крашу.
Похоже, усилия первого принца, потраченные за последние полгода, не прошли даром — слухи о Крашу изрядно поутихли.
Впрочем, то, что разговоры о «недомерке» все еще всплывали, было лучшим доказательством обратного.
«Важные фигуры, должно быть, уже давно поняли, что все слухи обо мне — чистая правда».
Когда информация противоречива, люди подсознательно отвергают ее, не желая спешить с выводами.
Ведь пока не увидишь своими глазами место «рождения» слухов, сомнения будут грызть вечно.
И то, что даже осознавая правдивость слухов, они не решались действовать, подтверждало эту мысль.
Никто не хотел навлекать на себя беду, без причины перейдя дорогу Вальхаймам.
Тем временем Крашу вошел в Мухаккван — Зал боевых искусств.
Согласно названию, на входе его встречала гигантская статуя воина со скрещенными мечом и топором.
Вскоре Крашу остановился, достигнув тренировочной площадки Зала.
Огромная арена под куполом, до боли напоминавшая Колизей.
Одни только размеры этого тренировочного полигона давали понять, насколько масштабна Академия Рахельн.
Но куда больше интересовали те, кто уже занимал места на трибунах.
Вступительный экзамен по боевым искусствам позволял присутствовать действующим студентам, если у них было такое желание.
В конце концов, это всего лишь демонстрация личной силы, и помочь новичкам все равно никто бы не смог.
Так что трибуны открыли, чтобы заодно поднять боевой дух поступающих и дать им возможность присмотреться к будущим старшекурсникам.
И среди тех, кто пришел, Крашу увидел немало знакомых лиц.
«Сигрин».
Но всех затмевала девушка с волосами цвета морской волны — Сигрин Эфания.
Третья принцесса Империи, наследница крови Белого Дракона и женщина, которая, как и Крашу, обладала воспоминаниями о прошлой итерации событий благодаря передаче памяти.
Женщина, которую Крашу ненавидел больше всех на свете.
Вокруг нее уже сплотилась свита.
И каждый из этих людей был далеко не рядовым.
Все они отличались яркой индивидуальностью, приковывающей взгляд.
Каждый из них в будущем прославится на всю Империю.
Среди прочих выделялся один юноша с черными волосами и простоватым, искренним выражением лица.
«Пеллей».
Идол простолюдинов, которого называли истинным героем, будущий участник поколения Небесного Свода.
Крашу уже встречался с ним однажды — в финале турнира по рукопашному бою.
Однако сейчас глаза Пеллея лихорадочно рыскали по толпе.
Казалось, он кого-то искал.
Крашу догадывался, кого именно, но никак не отреагировал.
«Похоже, Сигрин прибрала его к рукам».
Пеллей пробился в Академию благодаря тому, что дошел до полуфинала имперского турнира.
Так что Сигрин было легко склонить его на свою сторону.
Ведь для парня без влиятельных покровителей Сигрин была идеальной связью.
Хотя, честно говоря, Пеллей не был тем типом людей, что пекутся о таких вещах.
«Слишком уж он наивен».
Стоило ей пообещать, что она присмотрит за другими простолюдинами-первокурсниками, и Пеллей покорно вступил в партию Сигрин.
«Эта женщина буквально перелопатила все окружение».
В прошлой Академии свита Сигрин состояла лишь из подхалимов, воспевавших ее величие.
Теперь же вокруг нее собрались исключительно те, кто будет связан с поколением Небесного Свода.
И даже несмотря на то, что все они были людьми со сложным характером, Сигрин сумела сплотить их вокруг себя.
Это было неоспоримым доказательством того, что она активно использовала знания из прошлых итераций.
Крашу быстро окинул взглядом трибуны.
«Если здесь Сигрин, то Артур наверняка тоже должен быть где-то рядом».
Для Крашу Артур сейчас оставался самой большой неопределенностью.
После того как Крашу забрал его навык, у Артура наверняка не было прежних воспоминаний.
И это вызывало любопытство.
Какой именно Артур сейчас перед ним? Из какой итерации?
И как он повел себя, встретив Сигрин, которая свои воспоминания сохранила?
«…Его нет?»
Но Артура нигде не было видно.
Крашу нахмурился.
В его воспоминаниях Артур поступил в прошлом году, вместе с Сигрин.
Однако сейчас его и след простыл.
«Решил не приходить, заставив Сигрин наблюдать за экзаменом?»
Сигрин и двое других сохранили память.
Возможно, осознав, что сам он такой «привилегии» лишен, Артур решил не совершать опрометчивых действий.
В конце концов, Артур больше всех опасался переменных.
«Черт, пока не проверю лично, не узнаю».
Крашу цыкнул языком и отвел взгляд от Сигрин.
И именно в этот момент.
Все присутствующие, включая Сигрин, разом повернули головы в одну сторону.
Крашу проследил за их взглядами и увидел человека, которого знал слишком хорошо.
Черные волосы с вкраплениями синего мягко струились по плечам.
Женщина, вошедшая в зал, была всего одна, но одного ее присутствия хватило, чтобы подавить окружающих.
— Э-это Шарлотта Вальхайм!
— Святая Меча? Она пришла посмотреть на вступительный экзамен?
— Вау, впервые вижу кого-то из прямых потомков Вальхаймов.
Даже те дети, что до этого стояли в напряжении, затаили дыхание от восхищения.
Для любого, кто подал заявку на отделение боевых искусств, прозвище — это предел мечтаний.
Ведь именно оно подтверждает твою силу.
А Шарлотта была гением из гениев, получившим свое прозвище еще до совершеннолетия.
Неудивительно, что все невольно начали смотреть на нее с обожанием.
Под прицелом сотен глаз Шарлотта неспешно дошла до края трибун.
Затем, легко взмахнув ногой, водрузила ее на перила.
Когда все замерли в ожидании, она выкрикнула имя так громко, что у многих заложило уши.
— Крашу!
Даже Крашу, не ожидавший такой выходки, опешил.
Когда тишина стала абсолютной, Шарлотта, чуть изогнув губы, одарила его своей фирменной улыбкой.
— Займи первое место.
Сказав лишь это, она развернулась и ушла.
Типичная Шарлотта — всегда действует так, как взбредет в голову.
— К-Крашу?
— Тот самый младший? Неужели и он тоже поступил?
— Ха, видимо, на первое место можно не рассчитывать.
— Но ведь говорили, что он недомерок…
В шуме перешептывающихся детей Крашу ощутил, как внимание толпы сосредоточилось на нем.
Они заметили характерный цвет волос Вальхаймов.
Постепенно люди вокруг Крашу начали отступать, образуя пустоту.
Все быстро сообразили, что связываться с ним — плохая идея.
Благодаря этому вокруг него образовался пустой круг радиусом в метр.
Ничего ведь не сделал, а уже такой прием.
В очередной раз убеждаюсь, что значит имя Вальхаймов и Шарлотты.
«Невольно оказался в центре внимания».
Но куда больше его беспокоил взгляд Сигрин.
Она смотрела в его сторону, прищурив глаза.
В прошлом Сигрин никогда не приходила наблюдать за вступительными экзаменами.
Поэтому она не знала, как именно Крашу прошел отбор.
Но в этой итерации слишком много переменных.
Начиная с действий самой Сигрин и заканчивая исчезновением Авеллы, заточением Мэри Дианы, побегом Эбельаск и даже поступлением Шарлотты в Академию.
Ситуация стала непредсказуемой.
Наверняка сейчас она смотрит на него и лихорадочно перебирает мысли.
«В любом случае, я собирался показать свою силу на экзамене».
Если это доставит той женщине лишнюю головную боль, то он только за.
— Прямой потомок Вальхаймов! Крашу!
В этот миг Крашу увидел фигуру, вбежавшую в круг, образованный испуганными детьми.
Юноша с серыми волосами, собранными на затылке, и узорами на коже, напоминающими тигриные полосы.
Баллак Хогма.
Один из трех талантов Старона и приспешник Аникса.
После их встречи в Святилище Звезд они виделись впервые, и оказалось, что он — ровесник Крашу.
Видимо, пришел поступать.
— Ого! Ты так вырос!
— А ты все такой же мелкий.
— Правда? Наверное, у меня задержка роста.
Баллак ответил на слова Крашу с обескураживающим спокойствием.
— А если серьезно, ты стал намного сильнее. Давай как-нибудь сразимся.
— Похоже, ты так и не пришел в себя после того, как отхватил в прошлый раз.
— В этот раз я хочу использовать оружие!
Удивительно непробиваемый парень.
Впрочем, он из того же Старона.
И уж лучше иметь рядом кого-то одного, чем стоять в одиночестве, будучи изгоем.
«Как и ожидалось от своевольной старшей сестры».
Крашу вздохнул, вспоминая выходку Шарлотты.
***
После того как Шарлотта устроила этот переполох и исчезла, свита Сигрин зашепталась.
— Это что, младший брат Шарлотты?
— Надо быть осторожнее. Если он брат Шарлотты, его навыки должны быть выдающимися.
— К тому же, ходили слухи, что Старон намеренно искажает информацию.
Пока они шушукались, Сигрин молча наблюдала за Крашу, погрузившись в свои мысли.
Причина, по которой она пришла сюда сегодня, была лишь одна.
Найти Артура.
В прошлом году Артур так и не поступил в Академию Рахельн.
Осознание этого факта в свое время стало для нее ударом, но она верила, что у Артура были веские причины, и продолжала следовать своему плану.
И вот в этом году один из подкупленных доцентов сообщил Сигрин, что Артур Грамальте подал документы.
Узнав, что Артур наконец объявился, она еле сдержалась, чтобы не сорваться с места, и с трудом дождалась этого дня.
И вот сегодня, надеясь наконец увидеть Артура, она пришла на экзамен…
Но вместо него все внимание было приковано к совершенно другому человеку.
«Слухи о том, что этот проклятый стал сильнее, оказались правдой?»
Синие брови Сигрин слегка дрогнули.
Для Сигрин Крашу был не более чем «проклятым».
Помимо того, что он вечно хамил, она никогда не придавала ему особого значения.
Он был просто инструментом — полезным для их целей. Не более.
Но сегодня Крашу выглядел иначе.
Сигрин сама прошла через множество битв.
И разбираться в людях умела.
Сейчас, в ее глазах, Крашу определенно достиг уровня Мастера.
«Как? Его талант, если это вообще можно было назвать талантом, был на уровне плинтуса».
Каких-либо преимуществ, кроме способности поглощать проклятия, у него не было.
И вдруг — он предстает перед ней Мастером.
Сигрин это ужасно раздражало.
Он ведь вечно лез с раздражающими комментариями даже к Артуру.
«Сидел бы себе тихо, жрал проклятия. Зачем нужно было вылезать и становиться переменной?»
Сигрин коротко выдохнула и потерла большим пальцем нахмуренный лоб.
Когда Артур передавал ей воспоминания, он предупреждал об опасностях.
В каждой итерации из-за эффекта бабочки возникают новые переменные.
И вместо того чтобы гадать, откуда они взялись, лучше думать, как их устранить.
Сигрин подозревала, что переменная этой итерации — Крашу.
Она проверяла информацию об Эбельаск, и слухи говорили, что та направлялась в Старон.
«Мэри… Ошибка этой идиотки наверняка на что-то повлияла».
Без сомнений, это было причиной.
Вероятно, Крашу нашел там какой-то артефакт или силу, ставшую для него удачей.
«Фух, ладно. Сейчас не время об этом думать».
Как бы то ни было, роль Крашу не изменится.
Его способность красть проклятия была крайне важна для пути Артура.
В конце концов, даже Артур держал его при себе до самого последнего момента именно поэтому.
«Если он стал сильнее — что ж, приручим его. Если нужно будет сделать его марионеткой — сделаем».
В конце концов, он не знает о ней ничего.
Она плохо помнила, что он любил, но зато прекрасно знала, что он ненавидел.
Избегая этого, сблизиться с ним будет проще простого.
«Ха-а, до чего же противно сближаться с каким-то проклятым».
Но что поделать.
Все ради великой цели спасения мира.
Сигрин цыкнула языком, сетуя на то, что слишком уж сильно печется о судьбах мира, и откинулась на спинку кресла.
В крайнем случае, можно будет прибегнуть к радикальным мерам.
Крашу — всего лишь полезный инструмент.
«Но сейчас важнее Артур».
Отбросив мысли о Крашу, Сигрин принялась рыскать глазами по толпе в поисках Артура.
Даже не подозревая, насколько роковой ошибкой это обернется.
— Приветствую вас. Я Кайран, ответственный за проведение общего вступительного экзамена и экзамена на отделении боевых искусств. Мы начинаем.
И вступительный экзамен начался.