Я - вор, крадущий невероятные навыки (Новелла) Том 1 Глава 107 А как же Артур?
— Ты хочешь сказать, что они приняли сестру Шарлотту за регрессора?
[ Верно. Судя по всему, они решили именно так. ]
Когда первый этап экзамена подходил к концу и приближалось время оглашения результатов, Крашу через голос Кримсон Гарден, доносившийся из броши, услышал весь разговор Мэри и Сигрин.
«Хм, поведение Шарлотты действительно сильно отличается от того, что было раньше».
Крашу подумал, что если бы оказался на их месте, то тоже в первую очередь заподозрил бы Шарлотту. Она — переменная сама по себе.
Самая вероятная кандидатура, ничего не скажешь.
— А тот Артур, о котором они упоминали, — это, как я понял, подделка?
Глаза Крашу сузились. Лже-Артур?
Внезапно всплыл персонаж, о котором он не слышал ни слуху ни духу. Судя по реакции Сигрин и Мэри, они тоже были не в курсе.
Неужели такой субъект действительно существовал?
«Очередная пешка Артура, что ли?»
Крашу тут же задался вопросом: какой в этом прок для самого Артура?
Как бы много переменных ни было в этой итерации, нынешнее поведение Артура выглядело донельзя пассивным. Настолько, что тот даже решил скрыться с глаз долой.
Крашу скрестил руки на груди, пытаясь упорядочить мысли.
«Я до сих пор не подтвердил, какая это по счету итерация для нынешнего Артура».
Предыдущая регрессия Артура точно провалилась. В тот момент, когда Крашу отобрал навык, тот Артур, которого он знал, уже не мог вернуться.
Нынешний Артур — определенно другой человек. И к тому же крайне осторожный и пассивный.
«Но всё же, неужели он настолько пассивен?»
Три девушки не знали, что Крашу лишил Артура регрессии. Поэтому они смотрели на его нынешние действия и думали: «О, в этот раз он решил действовать осторожнее».
Но Крашу, знавший правду, рассуждал иначе. Артур, не обладающий никакой информацией, ведет себя так тихо — это заставляло задуматься.
«Погоди-ка».
В этот миг зрачки Крашу медленно расширились. В голове мелькнула догадка.
«…Я полагал, что у нынешнего Артура нет памяти только о той итерации, в которой был я».
Крашу считал: раз он отобрал регрессию, то у нынешнего Артура просто зияет пустота на том промежутке, где они пересекались.
Но что, если реальность иная?
Что, если регрессия — это не «передача» памяти будущему «я», а возвращение в прошлое вместе со своими воспоминаниями?
«Подсказка в словах Артура о "передаче памяти"».
Крашу ломал голову, каким именно образом Артур провернул передачу. И в момент, когда он получил сегодняшнюю информацию, его осенило.
Артур связал свою регрессию с тремя женщинами — Сигрин, Мэри и Авеллой — и притащил их с собой. Он наверняка нашел какой-то способ это сделать.
Однако Артур лишился регрессии из-за Крашу.
В итоге Артур, который должен был вернуться со всеми воспоминаниями, погиб в том самом гибнущем мире.
Так кто же тогда этот Артур, что находится здесь сейчас? Восьмая итерация? Шестая? Пятая? Вторая?
Нет.
«Нынешний Артур…»
Может, это итерация номер ноль.
Артур с памятью погиб. А Артур, которому нечего передавать, — это тот, для кого само понятие «итераций» не существует.
Лицо Крашу окаменело. Он медленно провел рукой по волосам, зачесывая их назад.
На лбу выступили капли пота и покатились вниз.
Это лишь догадка. Он не видел Артура лично, это просто предположение, основанное на странности происходящего.
Но как только всё начало складываться в единую картину, его прошиб холодный пот. Он осознал, что, возможно, полностью стер саму сущность «регрессора Артура».
«Черт возьми».
Он не ждал от Артура ничего великого, но, когда всё обернулось таким образом, на душе стало как-то паршиво.
Если это правда, то ирония в том, что причиной, по которой память трех девушек сохранилась, мог стать сам Крашу. Они ведь, по сути, паразитировали на регрессии.
«Пока это только догадки».
Важнее другое: нынешний Артур каким-то образом догадался, что три девушки получили передачу памяти. И Крашу понял, кто ему это слил.
«Авелла. Сто процентов это её работа».
Авелла, которую Крашу пытался найти, но не мог, ведь она скрылась. Крашу решил, что нынешнее поведение Артура напрямую связано с Авеллой.
Информацию о Мэри и Сигрин он тоже наверняка получил через неё. Ситуация могла стать куда запутаннее.
«…Если Артур послал подделку лишь для того, чтобы скрыть от Сигрин и Мэри отсутствие своей памяти — это еще полбеды. Но если Авелла сама просекла, что у него нет памяти, и действует по своей инициативе…»
Цель Авеллы проста. Она всегда страдала от излишней собственнической любви к Артуру.
Крашу размял шею, чувствуя, как хрустят позвонки. Если пламя разгорится не там, где надо, между регрессорами мгновенно вспыхнет война на три фронта.
«Лже-Артур, значит».
Крашу мельком взглянул на фальшивку, выходившего вместе с Мэри. В его собственных воспоминаниях этого человека не было.
«Не знаю, кто ты такой, но…»
Ты — ключ, который свяжет меня либо с Артуром, либо с Авеллой.
— Значит, пока что пусть думают, что они всё правильно поняли.
[ Это твоя сестра, ты уверен? Ты же сам сказал, что они — регрессоры. ]
Перед приходом в Академию Крашу предупредил её, что здесь есть и другие регрессоры. Кримсон Гарден была лучшим вариантом для того, чтобы собирать информацию о четырех фигурах.
Кримсон Гарден не сильно удивилась. Было видно, что само понятие регрессоров ей привычно.
— Всё нормально. Это же сестра Шарлотта.
Крашу сказал это с небрежной легкостью.
— Да и цели их ты в общих чертах слышала, так?
На губах Крашу заиграла зловещая улыбка.
Они хотят склонить его на свою сторону, чтобы уничтожить Шарлотту. Как тут не рассмеяться?
В его памяти все их прежние гадости стояли перед глазами во всех красках.
— Раз уж они всё неверно истолковали, надо этим воспользоваться.
Ведь в конце концов именно они будут вынуждены выложить всё как на духу.
— А теперь огласим список прошедших первый этап.
В этот момент Каиран, экзаменатор, объявила результаты.
Над её головой всплыла магическая доска, на которой в воздухе выстроились светящиеся буквы.
Крашу сразу понял, что прошел: его имя красовалось самым первым в списке.
Это было доказательством того, что список отсортирован по баллам.
«И имена под моим…»
Сплошь знакомые лица.
— Н-нет, моего имени нет!
— Это, это ошибка!
Отовсюду доносились голоса разочарованных абитуриентов. Дойдя до этого места, единственное, что они успели сделать — это приложить руку к аура-камню.
Ничего стоящего они показать не смогли.
Крашу на мгновение посочувствовал им. Раньше он сам был на грани отсева, так что знал, как колотится сердце.
«Я ведь сам поступил на год позже, чем сейчас».
После того как Аллиод попытался его отравить, но в итоге сам выпил отравленный суп и сдох, Крашу тренировался до изнеможения и поглотил все возможные эликсиры.
Конечно, тот факт, что он едва прошел по проходному баллу, лишь подчеркивал, какой у него ужасный талант.
«Академия Рахельн не настолько низкого уровня, чтобы принимать всех подряд».
Это учебное заведение взращивает специалистов для противостояния Мировому Эрозиву.
Слабаки просто не потянут программу обучения.
«Хотя большинство из тех, кто вылетел, — это просто дети аристократов, которых отправили сюда ради связей».
Тем не менее число отсеявшихся было немалым. Половина абитуриентов провалилась.
Несмотря на протесты, реальность осталась реальностью.
Понурив головы, они поплелись прочь с арены.
— Что ж, начнем второй этап.
В ту же секунду началось второе испытание. Как упоминалось ранее, нужно трижды сразиться с соперником: сильнее, равным и слабее тебя.
Однако у этого экзамена была «дыра».
Один человек не может сразиться ни с тем, кто сильнее, ни с тем, кто равен ему.
И этим человеком был Крашу, чье имя шло первым.
Выход ауры — однозначно сильнейший. Поэтому Крашу предстояло пройти лишь одно испытание.
Это была привилегия лучшего. Раз он прошел первый этап с первым результатом, зачисление было практически у него в кармане.
— Второй этап начнем с равных соперников. Как только экзаменаторы назовут имена — подходите.
Может, поэтому Крашу спокойно ждал, пока других ребят вызывали на арену.
— Я пошел!
Когда Баллак исчез, вокруг стало тихо.
И неудивительно: единственный, с кем мог сразиться Крашу, была Мэри Диана, идущая сразу следом за ним.
— Похоже, тебе скучно.
В этот момент Крашу услышал знакомый голос. Обернувшись, он увидел женщину с черными волосами и родинкой у глаза.
Это была Каиран, прозванная «Пиратской Императрицей».
— Экзаменатор, ответственная за прием.
— Зови меня доцент Каиран. Думаю, у такого студента, как Крашу, нет шансов провалиться.
— А разве это не нарушение правил — намекать на результат?
— Ты же и сам это прекрасно понимаешь. Впрочем, раз уж ты Вальхайм, то наверняка считаешь это само собой разумеющимся.
Крашу коротко усмехнулся.
— Даже для Вальхайма нет ничего «само собой разумеющегося».
Услышав это, Каиран замешкалась. Она знала слухи о том, что его раньше называли недомерком.
— …Прошу прощения.
Это могло задеть его старые раны. Увидев, что она извиняется, Крашу легко пожал плечами.
— Ничего страшного.
В его жесте сквозила уверенность. Каиран внимательно рассматривала его.
Такая непринужденность. Пятнадцатилетний парень, только-только ставший взрослым, не должен так себя вести.
Было в нем что-то, напоминающее закаленную годами мудрость.
И это не имело отношения к силе. Глядя на это, она сама загорелась любопытством.
— Разве тебе не обидно, что в отличие от других, у тебя будет лишь одно испытание?
Ей хотелось узнать, насколько он силен.
Пиратская Императрица Каиран. Став доцентом, она максимально подавляла свою натуру.
Все, кто встречал её, хвалили за усердие и мягкий характер. Даже коллеги-доценты уважали её.
Но всё это — лишь притворство. В реальности она — дикая морская разбойница.
К счастью, после того как её завербовал директор Академии Рахельн, она встала на путь исправления.
Но порой сдерживать себя было невыносимо.
Особенно когда перед глазами появлялся сильный росток.
С тех пор как она увидела, как разбился аура-камень, её тело зудело. Её внутреннее «я» кричало: «Вызови его на бой прямо сейчас!»
Она изо всех сил пыталась подавить этот порыв.
— …Не сказал бы, что мне обидно.
Крашу тоже был в курсе её истинной натуры. Некоторым студентам, попавшимся ей под горячую руку, пришлось несладко.
— Нет, ты прав. Экзаменатор не должен нарушать правила. Давай поступим честно.
Но Каиран здесь — экзаменатор. Она вполне могла изменить правила.
— Добавим второй этап с сильным противником, а третий — который должен был быть с преподавателем — пройдем сейчас.
«Лучше бы ты стерла с лица это жаждущее битвы выражение, прежде чем говорить».
Крашу хотел сказать это вслух, но лишь мысленно вздохнул.
Третий этап всё равно неизбежен. Рано или поздно схватка с ней — свершившийся факт.
«Хотелось приберечь силы для Мэри, но…»
Если подумать, какая разница? Наоборот, выложиться здесь на полную, чтобы потом лежать пластом и сорвать экзамен с Мэри — это отличная идея.
«Думаю, это знатно подпортит нервы Сигрин».
Ведь Сигрин так надеялась, что Мэри побьет Крашу на вступительном экзамене.
В глазах Крашу мелькнула злоба. Уж в таких вещах его мозг работал как часы.
— Хорошо. Раз так говорит доцент Каиран, экзаменатор, я подчинюсь.
Улыбнувшись, Крашу решил заодно подлить масла в огонь её боевого азарта.
— Но разве не нужно кое-что уточнить?
— Уточнить?
— Да, ведь пока не сразишься — не узнаешь, кто именно окажется «сильным противником», верно?
Красные глаза Каиран моргнули. А затем её зрачки начали постепенно сужаться.
— То есть ты считаешь, что я, доцент, — лишь «равный соперник»?
— Кто знает.
Услышав такую дерзкую провокацию, Каиран едва удержалась от того, чтобы не разразиться своим пиратским хохотом.
Этот малец оказался куда наглее, чем она думала.
Неужели все Вальхаймы такие? Каиран, подавляя улыбку, сделала шаг вперед.
— Ладно. Тогда давай поскорее проверим, так ли это?
— Какие мы нетерпеливые.
— У меня пиратское прошлое, ждать я не умею.
Похоже, сдерживать натуру уже не получалось. Глядя на её хищную ухмылку, Крашу пожал плечами.
— Пошлите.
Вместо второго экзамена начался третий.
* * *
В разгар второго этапа.
Когда те, кто с трудом одолел равных себе противников, переводили дух.
В одном из секторов арены, очерченном границей.
Двое знакомых людей стояли друг напротив друга.
— Эй, подожди, это что, тот самый?..
— Доцент и Крашу Вальхайм?
Ребята, наконец заметившие их, выглядели ошарашенно. Неудивительно — никто не мог понять, почему Крашу стоит лицом к лицу с экзаменатором.
То же самое происходило и у тех, кто наблюдал с трибун: шум схваток был слишком силен, чтобы услышать их разговор.
— Опять у доцента Каиран привычки проснулись.
Однако студенты старших курсов быстро смекнули, в чем дело. Многим из них самим довелось испытать на себе эти «привычки».
— Как думаешь, кто победит?
— Ясно дело, доцент Каиран. Она вообще-то должна была профессором стать. Просто упросила директора сделать её доцентом.
— Но вы же видели, как Крашу разнес аура-камень? Не уверен, что исход предрешен.
— Хе-хе, кто бы ни победил — зрелище будет что надо.
Пока студенты перешептывались, была одна особа, чье лицо выражало полное недовольство.
«Каиран, ну чего ты лезешь, черт возьми?»
Это была Сигрин, которая жаждала увидеть, как Мэри раздавит Крашу. Теперь из-за этой выходки экзамен с Мэри мог сорваться.
Всё-таки этот парень раздражает её с головы до пят.
В прошлом — и сейчас.
Ни разу в жизни не помог ей, как следует.
Сигрин уже стала воспринимать как должное, что Крашу постоянно забирает проклятия на себя.
— Госпожа Сигрин, вас что-то беспокоит?
— …Нет, ничего.
Услышав рядом этот слабый голос, она поспешно изменила выражение лица. Нужно было сохранять созданный образ.
И пока Сигрин заботилась о своем имидже, Крашу стоял напротив Каиран.
— Можешь атаковать в любой момент. Третий этап — это проверка полной силы абитуриента.
Каиран улыбалась, излучая уверенность. В её руке крутился кинжал, на котором был выгравирован осьминог.
Несмотря на её расслабленный вид, Крашу почувствовал:
«Ни единой бреши».
Не зря её собирались сделать профессором. Аура, исходящая от Каиран, полностью контролировала окружающее пространство.
«Предлагаешь право первого хода?»
Крашу подавил усмешку и вытащил Уресён из ножен.
Пустое лезвие. Увидев это, Каиран нахмурилась.
Дзынь!
Ножны Крашу упали на землю. Каиран лишь молча наблюдала, не понимая, что он задумал.
Тем временем Крашу медленно отвел заднюю ногу назад.
Он вложил меч в пустое пространство, где должно было быть лезвие, зафиксировав его в «пустой» руке.
В тишине, где внимание Каиран было приковано к нему, раздался…
Крак!
Короткий треск искр. От этого звука грома уши Каиран дернулись.
В этот момент она замерла. Крашу встал в стойку иайдзюцу.
Перед пустым лезвием начали сгущаться странные потоки.
Весь свет в округе, казалось, начал всасываться в Крашу. Пространство вокруг него исказилось.
Трах!
Снова треск искр. Глаза Каиран начали расширяться.
Лезвие Уресён, выглядывающее из-за спины Крашу, было заперто в ножнах из электрической энергии.
Проблема была внутри этих ножен. Черное пламя, хаотично сплетенное в клубок, безумно колотило изнутри, пытаясь вырваться.
И с каждой секундой эта сила росла.
Мурашки!
Кожа Каиран покрылась гусиной кожей. Интуиция вопила:
«Эта атака чертовски опасна».
— Фу-ух.
Вместе с выдохом из губ Крашу повалил пар. С каждым ударом его «закаленного» сердца присутствие Крашу становилось всё мощнее.
Волосы на голове Каиран встали дыбом. Она судорожно сжала кинжал.
Её тело среагировало рефлекторно: «Нужно заблокировать это прямо сейчас!»
Когда она это поняла, её тело уже подалось вперед.
Бам!
В тот миг, когда она, подобно снаряду, рванула с места, её глаза встретились с улыбкой на губах Крашу.
— Первый ход был за вами, доцент.
Глядя на эту улыбку, Каиран закусила губу.
«Попалась».
Ах ты, хитрый абитуриент.
Но невзирая на его ухмылку, меч Крашу в следующее мгновение разнес ножны из электрической энергии в щепки.
С первой же атаки — на полную мощь.
Стиль Третий: Уничтожение Пламенем, Небесный Гром.
«Разве не это значит — быть собой?»
Б-Б-БА-БА-БАХ!
В этот момент арена Академии была разнесена вдребезги.