Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1542 Великий обман для Пяти Регионов. Зловещий росток требует жизни
— …Вот так моё тело и рассыпалось звёздной пылью. Это последнее, что увидело моё духовное сознание, господин Ли.
— А потом я оказался здесь!
За стенами Хрустального Дворца, в штабе «Муцзы Ли» — недавно созданном разведывательном отделе Первого Павильона под Небесами — мужчина средних лет в чёрной одежде с ужасом прижимал руку к шее.
Смерть — страшное испытание. И пусть в Руинах Жаньмин никто по-настоящему не умирал, сам акт перерезания горла оставил глубокий шрам в душе этого разведчика, совсем не привыкшего к битвам.
Ли Фугуй, уже давно покинувший Хрустальный Дворец, с мрачным видом смотрел на говорившего. Он спросил:
— Значит, ты последний, кто вышел из руин? И после тебя вот уже четверть часа никто не возвращался?
Первый Павильон под Небесами только начинал свою деятельность, но у Ли Фугуя, благодаря его прошлому в «Восемнадцати Указах Цветов и Трав», людей хватало. Чтобы изучить законы Руин Жаньмин, он с самого начала ввёл строгое правило: «Смена каждые сто вдохов».
Это означало, что после входа первой группы разведчиков, независимо от происходящего внутри, каждые сто вдохов один человек входил в руины, а другой — возвращался. Так обеспечивалась своевременность, достоверность и точность сведений, а также поддерживалась работоспособность этого «канала жизни».
Сбой произошёл четверть часа назад. Люди по-прежнему могли войти в руины, выкрикнув имя «Жань Мин», но обратно уже никто не выходил. Сначала все решили, что внутри случилось нечто важное, и разведчикам нужно время, чтобы собрать и упорядочить большой объём данных, поэтому они сбились со счёта. Но когда и через триста вдохов никто не вернулся, стало ясно: что-то не так. Только тогда и связались с господином Ли.
Выслушав доклады, Ли Фугуй велел позвать последнего вернувшегося и подробно расспросил его обо всём, что тот видел перед выходом.
— Да, господин Ли, всё было в полном порядке! — бледный как полотно, мужчина сглотнул и добавил:
— По крайней мере, внутри руин не происходило ничего необычного. Если уж на то пошло, то пришёл Дедуля Шоу и сошёлся в битве с Юэ Гунли в Тёмном лесу рождения…
Он замолчал, окинул взглядом мрачные лица товарищей и неуверенно спросил:
— Может, всё дело в том, что пришёл Дедуля Шоу?
В представлении собравшихся Дедуля Шоу был синонимом перемен и аномалий. Его появление всегда знаменовало начало какой-нибудь невероятной истории. Он вошёл в руины, и правила тут же изменились, перекрыв выход… Что ж, это было настолько в его духе, что даже не требовало объяснений.
Раньше над таким предположением лишь посмеялись бы. Но все в «Муцзы Ли» были лично обучены господином Ли и слишком долго занимались сбором сведений о Дедуле Шоу — с тех самых пор, как это прозвище вообще появилось. Можно сказать, что со временем их отношение к нему прошло путь от «невероятного потрясения» до «полного онемения».
Услышав это, Ли Фугуй покачал головой:
— Исключено!
Если руины должны были изменить свои законы с приходом Дедули Шоу, значит, они ждали именно его. Почему же тогда всё изменилось не в тот миг, когда он вошёл, а лишь после начала его битвы с Юэ Гунли? Раз этого не случилось сразу, значит, причина не в нём. Дедуля Шоу — лишь катализатор, ключ, но не суть проблемы. Суть в другом…
Мысли Ли Фугуя заработали с бешеной скоростью. Переварив обрывки сведений, он мрачно произнёс:
— Тёмный лес рождения!
Окружавшие его разведчики в чёрном недоумённо переглянулись:
— И что в нём подозрительного?
Ли Фугуй указал на последнего вернувшегося:
— Судя по хронологии, которую предоставил А Лю, он вышел из руин вскоре после того, как Дедуля Шоу и Юэ Гунли углубились в Тёмный лес рождения. А в это время…
— В это время Дедуля Шоу уже давно позвал вас к себе, господин Ли, — задумчиво произнёс кто-то.
Ли Фугуй тяжело кивнул.
«Именно в этот момент Дедуля Шоу заговорил со мной о Священном Древе Зачатия и Дитя Дао. А потом явился Дух Драконьего Абрикоса, который после туманных объяснений бросил лишь одну странную фразу: „Со Священным Древом Зачатия что-то происходит. Не приближайтесь к нему, и всё будет благо“. Несложно догадаться, что он явился лишь ради этих слов».
«Разве Дух Драконьего Абрикоса, будучи Мировым древом, не знает, насколько силён Дедуля Шоу, повелитель его мира? Какое-то исконное древо — да его можно просто выкопать и перенести в Абрикосовый мир, так почему к нему нельзя приближаться? И почему одно исконное древо так боится другого? Сказав свою загадочную фразу, Дух так перепугался, что тут же исчез, не дав Дедуле Шоу задать ни единого вопроса. Чего он боится? Одно древо против другого, пусть одно из них и лентяй, а второе давно не подавало признаков жизни — чего тут страшиться? Это всё равно что Шэнь И, один из Десяти Почтенных Престолов, вдруг начал бы до смерти бояться Куй Лэйханя из Городка Чандэ, чья сила неизвестна, только потому, что сам достиг лишь уровня Очищения Духа Великой Пустоты. Нелепо!»
«Если только Куй Лэйхань не прорвался за пределы уровня Десяти Почтенных Престолов или не опередил Шэнь И, добравшись до порога, а то и переступив его!» Лицо Ли Фугуя стало невероятно мрачным.
— Господин Ли?
Вокруг раздались недоумённые голоса. Все были в замешательстве: они ведь обсуждали Руины Жаньмин, при чём тут Куй Лэйхань и Шэнь И?
Ли Фугуй не ответил. Его мысли летели дальше, сплетаясь в единую картину…
«С появлением Руин Чиновника-Палача Богов туда насильно затянуло всех полусвятых, оказавшихся втянутыми в эту игру. Лишь Глава Дворца Дао, подготовившись заранее, сумел избежать этой участи… но даже Ай Цаншэн, один из Десяти Почтенных Престолов, не смог уклониться!»
«Потеряв своих людей, Священный Зал оказался беззащитен, и Дедуля Шоу смог добраться до Города Юйцзин и даже ворваться на Священную Гору Сломанного Османтуса. Ай Цаншэну пришлось вернуться, обменяв себя на Дедулю Шоу, после чего он был вынужден издать Приказ о призыве святых… и в руины хлынула новая волна полусвятых!»
«И как только вышел приказ, Чжоу Тяньцань, номер один в Списке богов-предков, „совершенно случайно“ оказался в Тёмном лесу рождения, сместив центр внимания в Руинах Жаньмин именно на это странное место. И какое совпадение — именно там Дедуля Шоу нашёл следы Мирового древа Божественных руин, Священного Древа Зачатия… Первый и второй номера Списка богов-предков — оба оказались в Тёмном лесу!»
«Юэ Гунли хочет отнять у Дедули Шоу Звезду божественной судьбы, так что люди Священного Зала точно отправятся в Тёмный лес. Старший Усю и остальные хотят защитить Дедулю Шоу, значит, они тоже пойдут в Тёмный лес. Приказ о призыве святых был издан из-за Дедули Шоу, так что и призванные святые пойдут в Тёмный лес… Все идут в Тёмный лес!»
«И все они… должны умереть?»
На лбу Ли Фугуя выступил холодный пот. Ему казалось, что в его собственном мозгу в этот миг зарождается уродливое Дитя Дао. Все странности, о которых говорил Дедуля Шоу, обрели объяснение, свелись к одному источнику:
— Священное Древо Зачатия!
«Чего оно добивается? Зачем ему такой размах? С самого открытия Руин Жаньмин в Тайном Царстве Четырех Символов оно заложило мину — приманку о том, что здесь „нельзя умереть“ и не будет „Падения святого“, чтобы заманить всех внутрь, а затем отрезать пути к отступлению? Но почему Глава Дворца Дао смог уцелеть? Говорят, он нашёл убежище у Пяти Великих Кланов Святых Императоров. Неужели он в сговоре со Священным Древом? Или он всё предвидел, но, не в силах избежать этого, решил подыграть, продолжая свою собственную игру? Ай Цаншэн из Десяти Почтенных Престолов не смог сопротивляться… Дао Цюнцан из Десяти Почтенных Престолов тоже не смог избежать этого…»
— Докладываю! — раздался внезапный выкрик.
Ли Фугуй, погружённый в свои бурные размышления, вздрогнул от неожиданности. Он резко обернулся и раздражённо бросил:
— Говори!
— Сообщение от тайного отдела Цветущего Края! Глава Небесного Альянса Янь Шэн издал указ: полусвятым запрещается входить в Руины Чиновника-Палача Богов! Он сказал… что с руинами возникли проблемы!
У Ли Фугуя ёкнуло сердце.
Но это было ещё не всё. Едва стих голос первого гонца, как раздался другой:
— Докладываю!
— Сообщение из Павильона Цветов и Трав! В Руины Чиновника-Палача Богов теперь можно только войти, но не выйти! Путь назад отрезан! Предположительно, правило „бессмертия“ отменено. Теперь каждый, кто умрёт внутри… умрёт по-настоящему!
Сердце Ли Фугуя ухнуло в пропасть.
На этот раз побледнел не только он один. Лицо гонца выражало потрясение, а все, кто слышал новость, разразились изумлёнными возгласами.
Здесь не было глупцов — каждый почувствовал запах чудовищного заговора.
— Как такое возможно?
— Старина Мо, ты, должно быть, ошибся! Или в Павильоне Цветов и Трав что-то напутали?
— Это проекция с нефритовой таблички! — вспылил тот. — Ты сомневаешься в моём духовном зрении? В моём профессионализме? Или, может, в моей преданности?
— Нет, старина Мо, я просто…
— Тихо! — рявкнул Ли Фугуй, и в разведотделе «Муцзы Ли» мгновенно воцарилась гробовая тишина.
— Господин Ли… — Последний вернувшийся, белый как бумага, коснулся своей шеи и в ужасе проговорил:
— Если сообщение из Павильона Цветов и Трав — правда, то наши люди, что остались там…
При этих словах у всех по спинам пробежал холодок.
И было отчего. Ради удобства самым быстрым способом для разведчиков покинуть Руины Жаньмин было самоубийство. Каждые сто вдохов — один труп, чётко, как по часам. Но это был лишь самый простой способ, а далеко не самый весёлый. Поскольку умереть по-настоящему было нельзя, а однообразная работа по передаче сведений нагоняла скуку, братья-разведчики придумали новую забаву. Раз уж результат один, а такой шанс — не умирать по-настоящему — выпадает раз в жизни, почему бы не разнообразить процесс? И пошло-поехало: вспарывание живота, пробивание головы, просьбы к лучшему другу отрубить голову, чтобы испытать, каково это… Чего там только не было!
С момента, когда в руинах всё пошло наперекосяк, прошло уже больше четверти часа. Снаружи входить перестали, а те, кто остался внутри, не получали никаких вестей. Если они всё ещё продолжали свои эксперименты…
— Н-не может быть… — дрожащим голосом пробормотал кто-то. Он сам уже побывал в руинах. Его способ «выхода» — лучший друг отрубил ему голову огромным тесаком, пока пятеро держали его за руки и за ноги, а он сам «отчаянно сопротивлялся».
Если…
Если!
Каково сейчас тому, кто держал тесак? А тем, кто держал руки и ноги, — им всё ещё смешно?
— Нужно войти! — в панике выкрикнул кто-то.
Да, нужно войти и сказать братьям, что игры кончились. Сейчас не время для забав, иначе им всем конец!
Но…
Если войти сейчас, то назад уже не вернёшься!
Ужас, тревога и отчаяние, словно паутина, быстро окутали каждый уголок разведотдела «Муцзы Ли». Лица всех омрачились, каждый будто на себе ощутил это страшное чувство вины.
Никто больше не выходил.
Все они — убитые друзьями или покончившие с собой — остались там.
И сейчас там было в десять тысяч раз страшнее, чем здесь. Страшнее не только физически.
Ли Фугуй обвёл всех взглядом, его мысли неслись с бешеной скоростью. Он ледяным тоном спросил:
— Чья очередь следующей входить в руины?
— Моя! — без малейшего колебания шагнул вперёд юноша лет шестнадцати.
— Сяо Жань?
Окружавшие его агенты постарше, относившиеся к нему по-отечески и по-матерински, тут же забеспокоились. В разведке возраст — это преимущество, а не недостаток. И раз уж Сяо Жаня в его годы приняли в «Муцзы Ли», это говорило о его выдающемся таланте и способностях. Такой славный мальчик…
— Позвольте этому старику. Следующим должен быть я.
— Старейшина Чэн!
— Нет, — твердо возразил юноша по имени Сяо Жань. — Господин Ли, следующий — я. Я безупречно выполню задание. Хотите что-нибудь передать братцам и сестрицам?
Ли Фугуй молчал три вдоха, затем, прикрыв глаза, спокойно произнес:
— Найдите их и скажите, чтобы не пытались выбраться. Пусть ищут Деду…
Ли Фугуй на мгновение замолчал, приводя мысли в порядок:
— У Дедули Шоу сейчас самый эпицентр бури, туда не нужно. Идите к господину Безрукавому или господину Водяному, они вас пристроят.
— Передайте этим двум господам, что Руины Чиновника-Палача Богов, возможно, уже не те, что прежде.
— И последнее: берегите себя.
Сяо Жань уже хотел что-то сказать, но Ли Фугуй перебил его:
— У тебя есть какое-нибудь желание?
В разведывательном отделе Муцзы Ли все поникли.
Ли Фугуй снова заговорил:
— Или твоя семья…
— Господин Ли, вы забыли, я сирота.
Сяо Жань улыбнулся:
— Мое желание — защищать господина Ли.
— …Жань Мин.
В мгновение ока его силуэт растворился в воздухе.
В разведывательном отделе Муцзы Ли воцарилась долгая, мертвая тишина.
Разве господин Ли мог забыть, что ты сирота? Он просто… Сердце Ли Фугуя отяжелело. Спустя долгое время он поднял руку и бесстрастно произнес:
— Продолжайте дей…
— Нет, операция приостановлена! Больше никого не отправлять!
Он повернул голову в сторону Хрустального Дворца. Дедуля Шоу все еще там, обо всем этом нужно доложить немедленно!
— Вы сверьте информацию с Павильоном Цветов и Трав и Цветущим Краем, а я снова пойду к Дедуле Шоу…
— Не волнуйтесь, у нас есть Дедуля Шоу!
……
— Дедуля Шоу, придумай что-нибудь скорее, а то я развалюсь!
В Божественных руинах Юэ Гунли с дикими воплями мчался сквозь мир абсолютной тьмы.
Он даже не видел пути из этой тьмы, но бежать было необходимо.
Ведь стоило ему остановиться, как ветви жуткого Священного Древа Зачатия, что гналось за ним и которое можно было бы назвать «матерью мира», тут же пронзили бы его насквозь и иссушили досуха!
Сила Изначального Истока…
Да, в этом исполинском древе предков за своей спиной Юэ Гунли ощущал плотную Силу Злого Бога!
Ее концентрация была почти сравнима с той половиной самой изначальной Силы Святого Прародителя, что хранилась в Священном Зале!
Без сомнения…
Что-то пошло не так!
В Руинах Жаньмин что-то пошло не так!
Со Священным Древом Зачатия тоже что-то пошло не так!
Что именно пошло не так, Юэ Гунли не успевал обдумать, да и не смог бы понять. Впрочем, это было и не так уж важно.
Важно было то, что здесь, на Первом небе Божественных руин, появилось чудовище, которого здесь быть не должно…
Равное Святому Императору, а может, и превосходящее его!
Это было не испытание. Это была бойня, устроенная, чтобы убить всех, кто попытается принять Наследие!
— Дедуля Шоу, спаси-и-и!
— Хотя бы не беги так быстро, у-у-у…
Юэ Гунли был в отчаянии. Ноги у него были длинные, но не длиннее, чем у Сюй Сяошоу с его пространственными способностями. Тот оставил его позади где-то на десяток шагов.
Почему же всего на десяток шагов, а не дальше и не быстрее?
Сюй Сяошоу и сам бы этого хотел!
Черт побери, стоило ему оторваться подальше, как ветви Священного Древа Зачатия, появляясь из ниоткуда, тут же хлестали по нему!
Он уже сбился со счета, сколько раз его отбрасывало ударом.
Все его пассивные навыки уровня «Святой Император, ур. 0» оказались бесполезны, как игрушки, — его швыряло из стороны в сторону.
Эта дьявольская тварь была страшнее всех врагов, которых он встречал раньше — страшнее ментального воплощения Жао Ванцзэ, страшнее воли Святого Императора Бэй Хуая!
«Сам Святой Император!»
«Или даже Святой Император высокого ранга без каких-либо ограничений!»
Таково было его примерное заключение, и паника Юэ Гунли, повидавшего на своем веку немало, лишь подтверждала эту догадку.
Он бежал, не отрываясь от Юэ Гунли, не потому, что не мог быстрее.
А потому что…
«Когда за тобой гонится чудовище, тебе не нужно бежать быстрее всех. Тебе нужно бежать быстрее своего товарища».
— Отдай ей Дитя Дао! — на бегу крикнул Сюй Сяошоу. — Она его хочет — так отдай, и дело с концом! Сколько раз я тебе уже говорил!
— Это же дитя моё, Сюй Сяошоу! Будь ты на моем месте, ты бы его отдал?
— Вздор! Я, Сюй Свирепый, головой небеса подпираю, ногами землю держу! Будь я на твоем месте, я бы его вообще на свет не производил!
— Сюй Сяошоу, ты…
— Хватит мне тут ныть! Это она тебе живот надула, так что ребенок отчасти и ее! Она хочет его подержать, что в этом такого? Что случится, если ты ей его дашь?!
— Думаешь, дело в «подержать»? Ой, как мило, как трогательно… Да она же его сожрет! Дедуля Шоу, ты мой!
— Ну так пусть жрет!
— Сюй Сяошоу, ты с ума сошел? Мое Дитя Дао идеально уравновешивает силы Святого Прародителя, Небесного Предка и Злого Бога! Отдать ей его на съедение? Да она на месте преобразится, достигнет обожествления и станет прародителем, вот что я тебе скажу!
— Если твое Дитя Дао такое мощное, чего ж ты тогда бежишь? Развернись и дай ей бой! Я тогда перестану звать тебя Лунным Лисом, буду звать старшим братом! Я и Ба Цзуньаня заставлю звать тебя старшим братом!
— Ты больной? Мое Дитя Дао — это мое Дитя Дао, а я — это я! Я еще не научился толком уравновешивать силы трех предков…
— Бесполезный кусок дерьма, заткнись уже!
— Сюй Сяошоу, советую тебе не выражаться… А-а-а-а, не надо, нельзя, нет… кха-а! Пфух!
Вслед за звуком брызнувшей крови сзади раздался мощный взрыв.
Ужасающая ударная волна вмиг сокрушила законы Дао, и время словно замедлило свой ход…
Слева мимо плеча пролетело изувеченное тело Короля-мертвеца Шести Мозгов, отброшенное ударом. С лица, на котором виднелось лишь Сердце высасывания костного мозга, сорвался бесстрастный, лишенный боли звук:
— Хо?
Справа, вращаясь в воздухе, пронесся окровавленный Юэ Гунли в рваной одежде. Пролетая мимо лица Сюй Сяошоу, он сквозь боль выдавил улыбку и язвительно протянул:
— А-а~ о-о~
— Я~ те~бя~ обо~гнал~
В этот миг время замерло.
— Обогнал он, твою мать!
Сюй Сяошоу выхватил и тут же убрал свой скипетр. Активировав «Изменение», он превратил руку в лозу и обвил ею Юэ Гунли, который пытался отдалиться.
— Ах ты, хитрый лис, катись обратно!
И швырнул его назад.
— А-а-а-а! — раздался истошный вопль.
Юэ Гунли силой потащили обратно.
Этот сочный, спелый фрукт, который он больше не мог удержать… нет, Дитя Дао, упало прямо перед ним.
Сердце Сюй Сяошоу гулко ухнуло, а в глазах вспыхнул голод.
Правда, это длилось лишь мгновение — он тут же пришел в себя благодаря «Духовному Пробуждению».
Однако…
Мгновение стало вечностью!
С тихим шипением лицо, грудь, живот, бедра, голени пронзили бесчисленные черные ветви.
Извиваясь и содрогаясь, они оказались отвратительнее и успешнее Сокрытой Скорби, жадно пожирая его жизненную силу.
— Черт… больно…
Все лицо заполнили черные ветви. К счастью, его жизненная сила не была поглощена в одно мгновение — различные пассивные навыки и Сокровенный Смысл жизни выдержали этот первый натиск.
Но и это мгновение было вечностью!
— Силовое поле Ближнего мира!
— Взрывная Стойка!
— Сфера Взрыва!
Бум! Свет меча, золотое сияние и свет разрушения — лишь вспышка этих трех цветов смогла с трудом пробить ужасающую защиту ветвей Священного Древа Зачатия.
Ухватившись за этот миг, Сюй Сяошоу применил Технику Дыхания и, подобно какому-нибудь злому еретику, мощным вдохом обратил обломки ветвей, оставшиеся в его теле, в энергию для восполнения собственных сил.
— Р-р-ро-а-ар!
Раздался низкий, могучий рев — из тьмы восстал Предельный гигант и, развернувшись, нанес удар ладонью по тому, что было позади!
Бескрайние, неистово атакующие черные ветви заполнили собой весь мир, обрушиваясь на него, словно всепоглощающее цунами.
Предельный гигант нанес размашистый удар!
Ветви Священного Древа Зачатия, чья прочность превосходила все, что он когда-либо видел, обратились в пыль!
С оглушительным грохотом натиск черного цунами был остановлен. Одним ударом Предельный гигант проложил себе короткий путь к спасению.
Сюй Сяошоу поспешно отключил форму гиганта, уменьшился и бросился вперед.
Это было все, что он мог сделать!
На большее его не хватало!
Кроме этого, он ничего не мог: сбежать из этого странного темного мира не получалось, а победить это сравнимое со Святым Императором Священное Древо Зача… тьфу, Древо Зла — тем более!
— Думай быстрее!
— Ты все еще не придумал, что делать?
— Если не пошевелишься, то сдохнешь здесь вместе со мной! А я-то думал отсюда выбраться!
Сюй Сяошоу беззастенчиво подгонял свое Второе истинное тело, словно злобный капиталист, выжимающий все соки из работника-смертника.
Обычно Второе истинное тело ответило бы хотя бы:
«Скоро, скоро. Я обязательно разбужу Дух Драконьего Абрикоса и все выясню».
Но на этот раз его мысленный зов канул в пустоту, словно камень, брошенный в море.
Второе истинное тело… пропало со связи?
— Черт!!
Глаза Сюй Сяошоу налились кровью, он был на грани безумия.
Ему казалось, что Жань Мин его подставила, что он стал самой жирной свиньей в афере, которую заманили в эти руины, чтобы зарезать, даже не дав откормиться!
Нет…
Спокойно, Сюй Сяошоу!
Сейчас ситуация не самая критическая… как бы не так!
Никогда еще он не сталкивался с такой мерзостью. Все деревья должны сдохнуть! Отныне он будет рубить каждое встречное!
Спокойно, спокойно…
Я еще не самая большая свинья, и не самая жирная.
Здесь есть кое-кто пожирнее меня, с более высоким статусом, большим талантом и великим будущим — «наследник Святого Императора»!
— Сотрудничество!
Сюй Сяошоу развернулся и бросился к Юэ Гунли, громко крича:
— Хватит дурачиться! У нас остался только один… выход… сотрудни…
Его голос постепенно затих.
Потому что то, что он увидел…
Там, перед волной ветвей, в которой Предельный гигант пробил короткий проход, стоял Юэ Гунли. После того как его швырнули назад, он, казалось, оставил всякое сопротивление, словно его разум был полностью порабощен.
Он стоял на коленях на черной земле, одетый лишь в лохмотья, обнажавшие его зад, сплошь покрытый кровью.
Все его тело дрожало, но особенно сильно тряслась голова.
С глубоким чувством, полным давней тоски по чему-то недостижимому, что наконец-то оказалось в пределах досягаемости, он отрешенно смотрел вперед. Глядя на мириады черных ветвей, ползущих к нему, он дрожащим голосом произнес:
— Мама…
(Конец главы)