Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1564 Под Драконьей алебардой не осталось и костей, зверь вырвался из клетки и переродился в пределе
Под Драконьей алебардой не осталось и костей, зверь вырвался из клетки и переродился в пределе
«Да, и почему я не увернулся?
Этот юноша — редчайший талант. Стоило ему войти в Момент божественной реакции, как он, подобно сошедшему Богу-Прародителю, стал так быстр, что я не смог защитить даже Шэ Цзи.
Прямо у меня на глазах…
Я был бессилен…»
— Кхм… — отяжелевшие веки Тайцзай Цы с трудом приподнялись. Впереди маячил залитый кровью золотой гигант, сияющий слепящим светом, словно палящее солнце.
Казалось, за этим исполином стоит другой, еще более могучий. Один его презрительный взгляд сковывал тело и дух, лишая воли к сопротивлению.
«Не победить!
Мне его не одолеть!
Даже если я выложусь на полную, пока я не могу сравниться с ним в скорости, он будет играть со мной, как с обезьянкой. Единственный выход — отступать!»
Раздался хруст.
Тайцзай Цы до боли сжал кулак, высоко вскидывая Алебарду, Рисующую Дракона. Устрашающая аура противника не только не сломила его, но, наоборот, заставила кровь в жилах бежать быстрее.
Сила, воспылавшая в самых глубинах его родословной, хлынула из неведомого источника, мгновенно наполнив тело и с оглушительным треском сокрушив невидимые оковы.
— Р-р-ра-а-а-а-арх!
Из груди Тайцзай Цы вырвался звериный, нечеловеческий рык. В его глазах вновь вспыхнуло пламя битвы. Он вдруг осознал, что попал под действие вражеской Силы Указания.
«Он внушает мне уклоняться, отступать, трусить, поворачивать назад… Стоит мне поддаться, и на меня обрушится шквал сокрушительных ударов. Я не то что ответить — я вздохнуть не успею! Но разве потомок Бога Войны может бояться битвы? И неужели в этом мире и впрямь нет способа противостоять Моменту божественной реакции этого гиганта?»
— Ха!
Алебарда, Рисующая Дракона, со свистом рассекла воздух, и земля под ногами на тысячи ли вокруг рассыпалась в прах.
Стосаженное тело Тайцзай Цы вновь начало расти. Его кровь и ци вспыхнули, окутывая его шипящими клубами черного дыма.
— Кровь Бога Войны, воспылай!
— Стойка Бога Войны, активация!
Гро-о-ом…
Под оглушительные выкрики волны черной энергии расходились от его тела, искажая пространство.
Из-под земли внезапно вырвался гигантский столб черной энергии, подобно извержению вулкана, и мгновенно поглотил тысячесаженную фигуру Тайцзай Цы.
— В бой!
Свирепый взгляд пронзил пространство.
Энергия тут же сгустилась в извивающихся черных драконов, что обвились вокруг его доспехов.
В этот миг Тайцзай Цы, направив острие Алебарды, Рисующей Дракона, к земле, был воистину подобен воплощению самого Бога Войны — несокрушим и всемогущ!
…
— Назад, назад, все назад!
Старейшина Сан торопливо замахал рукой, подгоняя остальных полусвятых подальше от поля боя.
— Он активировал Кровь Бога Войны. Это его сильнейшая форма.
— Врожденная Сила Изначального Истока несравнима с Приобретенным Сокровенным Смыслом. Талант… тьфу!
Талант. От одного этого слова порой опускались руки.
Десять Почтенных Престолов — это одно, но Тайцзай Цы смог пробудить Родословную Бога Войны, едва достигнув уровня святого.
А он сам столько лет проливал пот и кровь, усердно трудился, чтобы с горем пополам овладеть силой Сокровенного Смысла, но даже порога битвы с таким противником достичь не смог.
«Чтобы сражаться с Тайцзай Цы в такой форме…»
И Старейшина Сан, и Водяной чувствовали, что для этого потребуется сила Сокровенного Смысла уровня Трансценденции Дао.
Сюй Сяошоу мог бы попробовать.
А им даже пытаться нельзя. Попытка — и ты покойник.
— У тебя есть Сокровенный Смысл огня и Второе поколение Всепроникающей Божественной Мысли. Можешь попробовать помочь ему, — сверкнув глазами, предложил Бай Чжоу Старейшине Сану.
Талант — и впрямь отвратительная штука. Все только-только стали святыми, а у тебя уже есть Всепроникающая Божественная Мысль, сравнимая с Силой Изначального Истока.
Верно говорят: на королевском престоле нужно усердно постигать Дао.
«Кто в юности Дао не постиг, тот в полусвятых грустит».
Услышав это, Старейшина Сан бросил взгляд на Сюй Сяошоу и усмехнулся:
— Я — помочь ему? Да я боюсь, что он в своем безумии и меня заодно прибьет!
Он лучше кого бы то ни было знал, на какое сумасбродство способен Сюй Сяошоу.
Даже учение о «снисхождении и великодушии» в управлении Дедулей Шоу исходило от него самого. Разве мог Старейшина Сан не понимать, что этот малец способен на гораздо большее?
Говоря словами самого Сюй Сяошоу…
Тайцзай Цы просто довели до ручки, и он врубил свой «суперрежим».
Но кто бы мог подумать, что этот парень так быстро загонит Тайцзай Цы в угол?
А у того, кто с легкостью доводит других до предела, собственный предел всегда непостижимо глубок.
Так разве сейчас время помогать Сюй Сяошоу?
Сейчас время позаботиться о том, чтобы самим не превратиться в обузу для Сюй Сяошоу, как только что случилось с Госпожой Змеей и Двенадцатью Святыми Монархами!
Водяной тоже посмотрел в их сторону.
Он высказался куда прямее, и его слова больно укололи Бай Чжоу:
— Ты лучше о себе побеспокойся. Я-то точно не умру первым — я Полусвятой Сокровенного Смысла.
Как говорится, рана на твоем теле — боль в моем сердце.
Цэнь Цяофу, услышав это, содрогнулся и припустил еще быстрее.
— Колючка, держи его! Не хочу повторить судьбу Госпожи Змеи под Алебардой, Рисующей Дракона!
…
«Получен захват цели. Очки пассивности +1».
«Получена внезапная атака. Очки пассивности +1».
Сюй Сяошоу как раз анализировал, чем была эта подобная молниям черная энергия, исходящая от Тайцзай Цы в Стойке Бога Войны — силой ли самого Бога Войны или же аурой Призрачного зверя.
И тут в журнале внезапно всплыло сообщение: «Получена внезапная атака»!
Сейчас он владел девяноста процентами Диска Дао Намерения. Даже без специальных тренировок и без Момента божественной реакции…
Его боевое сознание если и не достигало пика Третьего уровня, то уж точно находилось на его высшей ступени.
И если в такой ситуации, будучи начеку, он все равно получал «внезапную атаку», можно было лишь догадываться, насколько быстр сейчас Тайцзай Цы!
А запредельная скорость порождает запредельную мощь атаки, тем более когда речь идет о тысячесаженном гиганте, вооруженном одним из десяти великих Оружий-способностей.
Гигант занес алебарду для удара в прыжке, и небо с землей померкли.
— Бум!
Он еще не достиг цели, а грохот уже опередил его.
Горы и реки на тысячи ли позади него обратились в пыль. Яростный гигант, в которого превратился Сюй Сяошоу, не собирался принимать удар на себя и лишь молился, чтобы увернуться.
Вспышка!
Пространственный диск Дао развернулся.
Сюй Сяошоу перенес себя за тысячу ли.
В следующее мгновение он понял, что совершил ошибку.
Если даже законы великого Дао рассыпались под ударом Алебарды, Рисующей Дракона, усиленной яростной силой Бога Войны…
То как мог устоять какой-то Поток пространственных осколков?
«…»
В беззвучном коллапсе Поток пространственных осколков и поток времени были стерты в ничто одним ударом алебарды.
А как только законы пространства-времени были нарушены, идеально продуманный план побега Сюй Сяошоу превратился в «цветок в зеркале, луну в воде» — в иллюзию.
Придя в себя, он обнаружил, что успел переместиться всего на несколько ли, прежде чем его выбросило из потока.
Это расстояние было ничтожно перед прыжком тысячесаженного гиганта!
В этот миг разум Сюй Сяошоу словно пронзил электрический разряд. Дикая, звериная жажда битвы поднялась из глубин Яростного гиганта.
«Думаешь, только ты умеешь становиться большим?
Мой Предельный гигант будет побольше твоего!»
Но при виде лезвия Алебарды, Рисующей Дракона, способного, казалось, расколоть небо и землю, Сюй Сяошоу силой подавил этот порыв.
«Попробовать?»
Яростный гигант не стал увеличиваться. Наоборот, словно черепаха, он униженно сжался в комок прямо перед несущейся на него алебардой.
Путь человека!
Сила Небесного Прародителя!
Сила Дракона-предка!
Диск Дао Жизни!
«…»
Пиршество!
Взрывная Стойка!
Силовое поле Ближнего мира!
Неподвижный Король Мудрости!
«…»
В предсмертный миг Сюй Сяошоу без разбора швырнул вперед все защитные техники, что у него были.
Но при этом он, словно не успевая, даже не попытался выставить Юсыцзянь и Огненного Питона или применить хотя бы одну защитную стойку меча.
Перед лицом опасности Яростный гигант решил принять удар голым телом!
Когда острие пронеслось мимо, под Алебардой, Рисующей Дракона, вспыхнула Диаграмма сокровенного смысла, засияла сила меча…
Какое ослепительное зрелище!
Но…
— Он что, с ума сошел? — воскликнул Бай Чжоу, отступая. Его лицо исказилось от ужаса.
Такие защитные техники, конечно, сильны, и против кого-то другого, может, и сработали бы. Но выдержать удар Тайцзай Цы в Стойке Бога Войны?
— Разве у Сюй Сяошоу нет этого… Предельного гиганта? Почему он его не использует?
Внезапно мозг Бай Чжоу заработал на удивление быстро. Осознав что-то, он побледнел от ужаса:
— Неужели Момент божественной реакции его полностью истощил? На самом деле он просто пустой тигр, а вся его былая неуязвимость — сплошной блеф?
При этих словах лица Старейшины Сана и Водяного изменились.
А ведь и правда!
Очень даже возможно!
— Тогда Сюй Сяошоу, получается…
…
— Сюй Сяошоу — покойник!
В отличие от временного замешательства Святых Рабов…
Двенадцать Святых Монархов, давно разбежавшиеся кто куда и наблюдавшие за битвой с помощью святой мысли, были в полном восторге.
— Он точно покойник, я вам говорю!
— Посметь убить Госпожу Змею! Гнев господина Тайцзай Цы способен изменить цвет неба и земли! Как он посмел?
— Сила Бога Войны — это вам не шутки! Она становится лишь сильнее и яростнее в бою. Это Сила Изначального Истока, рожденная для битвы!
— Умри!!
…
Бум!
Алебарда обрушилась с тяжестью горы, рев дракона наполнился безумием.
Еще до того, как его коснулось острие, Яростный гигант почувствовал острую боль в скрещенных на груди руках.
Бах!
«Пиршество» больше не могло поглощать избыток Силы Изначального Истока и впервые с треском разлетелось на куски.
Бах!
Бесчисленные лезвия Света Остроты в Силовом поле Ближнего мира столкнулись с яростной, как молния, силой Бога Войны и, словно муравьи, пытающиеся сдвинуть дерево, были рассечены надвое.
Бах! Бах! Бах!
Взрывная Стойка была взорвана.
Диаграмма сокровенного смысла жизни потускнела под ударом.
Когда тяжелая Алебарда, Рисующая Дракона, пробившись через все преграды, наконец обрушилась на Яростного гиганта, обратившегося в Неподвижного Короля Мудрости, Сюй Сяошоу показалось, что его голова вот-вот расколется.
Хрясь!
Продержавшись лишь мгновение, Неподвижный Король Мудрости с грохотом взорвался. Сюй Сяошоу, всего в крови, впечатало глубоко в землю.
Но Тайцзай Цы в Стойке Бога Войны, с налитыми кровью безумными глазами, смог выдержать ответный удар.
Его тысячесаженное тело лишь на миг замерло, но тут же, приняв на себя отдачу, он с новой силой, с жгучей ненавистью и жаждой мести обрушил алебарду на распластанного под ней Яростного гиганта.
— Сдохни, мразь!!
Дзынь!..
Гром среди ясного неба.
Алебарда, Рисующая Дракона, расколола землю, черная молния пронзила золотое сияние.
Руки Яростного гиганта разлетелись вдребезги, по телу поползли трещины. Еще мгновение он сопротивлялся натиску алебарды…
А затем…
Бум! Бум! Бум!
…взорвался на куски.
И эти куски были тут же сметены могучим ударом Алебарды, Рисующей Дракона, стерты в порошок, развеяны без следа.
Ш-ш-ш…
Пыль осела.
Мир погрузился в мертвую тишину.
Тайцзай Цы закинул алебарду за спину и издал долгий победный клич, разнесшийся по всем четырем сторонам света, полный торжества и упоения.
— Я — Святой Войны Тайцзай Цы! Как смел ты, мужлан, посягнуть на высшего?!
…
— Да!!
При виде этой картины кровь ударила в головы Двенадцати Святых Монархов. Их глаза налились кровью, они в неописуемом восторге молотили кулаками воздух.
— Дедуля Шоу? Просто мусор!
— Перед лицом господина Тайцзай Цы кто осмелится дерзить?
— Святой Войны Северного Региона! Это же сам Святой Войны Северного Региона! Сюй Сяошоу, как ты посмел, как ты только посмел?!
— Можешь пускаться на любые ухищрения, я просто разрублю тебя одним ударом алебарды! И что ты сделаешь? У тебя лишь один путь — на тот свет!
— Я так и знал, я так и знал… Ха-ха-ха, этот сопляк и одного удара господина Тайцзай Цы выдержать не смог! Как он посмел злить его, провоцировать? Это же Бог Войны! Все, что он смог — это забрызгать господину Тайцзай Цы лицо кровью, больше ничего! Он просто ничтожество!
Двенадцать Святых Монархов снова и снова пинали труп, словно это могло смыть позор их недавнего бегства от одного взгляда Яростного гиганта и стереть кошмарные воспоминания, выжженные в их душах.
Можно сказать, что если бы Сюй Сяошоу сегодня не погиб, то, вернувшись в Северный Регион, они бы от стыда и головы поднять не смогли.
Их, полусвятых, до смерти напугал какой-то юнец! Как после такого можно смеяться над полусвятыми из клана Цзян, тоже выходцами из Северного Региона?
Да они хуже псов!
Но один удар алебарды Тайцзай Цы переписал историю.
Какой еще Дедуля Шоу? Какой еще «один крик, расколовший двенадцать святых»? Все это — собачий бред!
— Настало наше время навести порядок!
В глазах Кун Туна вспыхнул огонь. Он взмахнул рукой, и двадцать Святых Монархов, проглотив пилюли, чтобы восполнить потери от Кровавого бегства, тут же ринулись обратно на поле боя.
Они собирались захватить четырех Святых Рабов и кровью смыть свою ошибку и позор — то, что они не поверили в господина Тайцзай Цы.
Сюй Сяошоу, первая волна новой эры?
Всего лишь жалкая фантазия слабого смертного, который пытался пойти против небес и бросить вызов святой мощи, но потерпел неудачу!
— В атаку!
— Безрукавый — мой!
— Водяного предоставьте мне!
— Тогда я, пожалуй, разберусь с тем стариком один на один!
— Вы все забираете мужиков, так что женщина достанется мне, вашему дедуле! Не лезьте, ха-ха-ха-ха…
…
— У-умер?
Со стороны Святых Рабов Бай Чжоу уже ощущал леденящий холод — это на нем сфокусировались взгляды нескольких полусвятых.
Но его тело оцепенело. Он неотрывно смотрел на поле боя, и в его сознании снова и снова прокручивалась ужасная картина: Яростный гигант, от которого под ударом Драконьей алебарды не осталось и костей.
— Почему он?!
— Он что, спятил?
— У него ведь был шанс! Тот супергигант! Он мог трансформироваться! У него был… шанс!
Бай Чжоу, казалось, переживал больше, чем родной учитель Сюй Сяошоу. Он рухнул на колени, схватившись за голову. Из его глаз текли кровавые слезы, а аура убийства вокруг него становилась все плотнее.
Он резко обернулся и схватил Старейшину Сана за плечи.
— Как ты учил своего ученика?! А?!
— Как он мог быть таким самонадеянным?! Как он мог?!
Водяной остолбенел от такой бурной реакции Бай Чжоу и чуть было не заподозрил, что между этой бабой и Дедулей Шоу были какие-то тайные, неприличные отношения.
Но тут же вспомнил: Бай Чжоу, скорее всего, было наплевать на жизнь Сюй Сяошоу, но вот Бог Жадности…
Смерть Сюй Сяошоу…
Означала и гибель Носителя призрачного зверя!
— Успокойтесь.
Старейшина Сан смахнул руку Бай Чжоу.
Он тоже был потрясен смертью Сюй Сяошоу, но у него были свои соображения.
«Невозможно.
Это абсолютно невозможно.
Сюй Сяошоу невероятно дорожит своей жизнью. Даже в ситуации, где десять шансов из десяти — на смерть, он будет бороться за единственную возможность выжить. Как он мог проявить такую беспечность, увидев Стойку Бога Войны Тайцзай Цы?»
Единственное, что могло объяснить происходящее…
«Он сделал это нарочно?»
При этой мысли зрачки Старейшины Сана расширились. В его памяти всплыл последний взгляд Яростного гиганта — взгляд смертника.
Он слишком хорошо знал Сюй Сяошоу.
Он отчетливо ощутил, что в последний момент у Сюй Сяошоу мелькнула мысль о трансформации, но он сам же ее подавил.
И этот его взгляд…
Старейшина Сан мысленно поставил себя на место Яростного гиганта в последние секунды его жизни. Обхватив огромное тело руками, он поднял глаза и увидел…
«…именно Алебарду, Рисующую Дракона!»
В этот миг все встало на свои места.
Старейшину Сана осенило. Последний взгляд Сюй Сяошоу был точь-в-точь как тот, которым он когда-то в Павильоне Духовных Сокровищ, занимаясь алхимией, то и дело жадно косился на его Алхимический котел «Дракон и Феникс».
Он хочет!
Он очень этого хочет!
Но еще больше он хочет проверить, сможет ли Алебарда, Рисующая Дракона, одно из десяти великих Оружий-способностей, выдержать такую чудовищную силу Бога Войны, и на что она способна?
«Но это же чистое безумие…»
Старейшина Сан все понял, и его чуть не хватил удар от злости.
Кто в здравом уме, чтобы проверить прочность чужого оружия, будет принимать удар на собственное тело, да еще и позволит разорвать себя в клочья?
Псих!
Вот же псих!
«Я его выпорю! Я ему так задницу отхожу, что цвести будет, и никто меня не остановит!»
Старейшина Сан, обезумев, шаг за шагом двинулся к полю боя, совершенно не слыша криков за спиной:
— Безрукавый…
— Старейшина Сан…
— Сан Цие, ты что творишь?!
Бай Чжоу схватил старого лысого дурака за шиворот.
— Двенадцать Святых Монархов уже здесь! Если не сбежим, мы тут все поляжем!
Грохот!
Тысячесаженный гигант двинулся с места и медленно обернулся.
Его огромные, как солнце, багровые зрачки устремились на них, внушая невыразимый ужас.
Острие Алебарды, Рисующей Дракона, обагренное кровью, заставляло небо и землю бледнеть.
Шух, шух, шух…
Двенадцать Святых Монархов спустились с небес и, окружив троицу Святых Рабов и Главу Дворца Бай Чжоу, приняли боевые стойки.
Тайцзай Цы с силой вонзил Алебарду, Рисующую Дракона, в землю. Его голос прозвучал глухо, как барабанный бой, сотрясая горы:
— Покоритесь или умрите!
…
Буль-буль-буль…
Бай Чжоу поднял тыкву-горлянку и осушил ее одним глотком. Из его тела вырвались клубы черного дыма. Затем он с силой швырнул сосуд на землю.
— Умереть?
Он сделал широкий шаг вперед и, с вызовом глядя на гиганта, холодно процедил:
— Даже если небо рухнет на землю, я и глазом не моргну! Ты думаешь, сможешь меня убить… Ай!
Не успел он договорить, как Старейшина Сан дернул его назад.
— Ты чего?!
Весь боевой настрой коту под хвост, и все из-за своего же! Бай Чжоу был в ярости.
Эта парочка, учитель и ученик, оба больные на всю голову!
Старейшина Сан лишь покачал головой.
Он оценил порыв Бай Чжоу.
Но судя по тому, с каким видом этот парень шел на смерть, он бы и одного удара алебарды не выдержал.
Только Сюй Сяошоу…
Старейшина Сан был уверен, что Сюй Сяошоу не умер. У него же есть Диаграмма сокровенного смысла жизни! Подумаешь, тела лишился!
Он может возродиться из одной лишь воли!
Но почему он до сих пор не появился? Чего он ждет…
«Постойте!»
Лицо Старейшины Сана вдруг свело судорогой, словно под кожей копошились черви. Безумное, искаженное выражение появилось на его лице, а в глазах читалось полное неверие.
«Неужели он ждет, чтобы…
Я его попросил?»
«Невозможно! Этот старик скорее умрет, чем назовет его учителем и попросит о спасении!» — мысленно взвыл Старейшина Сан и, шагнув вперед, раскинул руки перед Бай Чжоу, готовясь принять смерть.
Водяной вздохнул.
Все, конец. Эта парочка гордецов окончательно свихнулась…
Не давая Безрукавому и шанса произнести предсмертную речь, он сложил руки рупором у рта и, изображая беззащитную, обиженную птичку, извиваясь всем телом, вложил всю свою святую силу в пронзительный вопль, разнесшийся по округе:
— Де-ду-ля-а-а Шо-о-о-у, спа-а-а-си-и-и ме-ня-а-а!
Все остолбенели от этого срывающегося на визг крика.
Бай Чжоу в изумлении обернулся, Цэнь Цяофу смотрел на него как на восьмое чудо света. Лишь во взгляде Старейшины Сана, обращенном к Водяному, читалась сложная смесь чувств и толика благодарности.
— Сюй Сяошоу вернулся?
Двенадцать Святых Монархов в панике завертели головами и чуть было не отступили. Не увидев никого, они почувствовали себя еще более униженными.
— Даже если он не умер, он не посмеет показаться! — рявкнул Кун Тун, перекрывая все остальные голоса.
Тайцзай Цы с ледяным выражением лица без колебаний поднял Алебарду, Рисующую Дракона, чтобы одним ударом сокрушить этих муравьев, все еще цепляющихся за несбыточные фантазии.
— Даже если сам Бог-Прародитель спустится с небес, он вас не спасет.
Алебарда молниеносно устремилась вниз.
Зрачки Старейшины Сана расширялись все больше и больше. Поняв, что крик Водяного не сработал, он зажмурился и отчаянно взревел:
— Сяо Шоу, спаси меня!!
…
В-з-з-з-з…
Время и пространство замерли.
Лица Двенадцати Святых Монархов и даже Святого Войны Тайцзай Цы одновременно изменились. Они почувствовали, что течение времени внезапно замедлилось, стало тягучим.
Их святая мысль узрела, как на месте гибели Яростного гиганта вспынула серебряная точка, развернувшаяся в Диаграмму сокровенного смысла жизни. В одно мгновение она покрыла десятки тысяч ли, прорастая в саму ткань законов Дао.
— Поглотить!
Прозвучало одно-единственное слово.
Вся духовная энергия и бесхозная Святая сила в мире были втянуты внутрь.
Даже жизненная сила Тайцзай Цы и Двенадцати Святых Монархов начала утекать.
Бесконечные потоки энергии на Диаграмме сокровенного смысла начали вырисовывать прекрасную схему человеческих костей, мышц и меридианов.
Затем эта схема стала стремительно расти, превзойдя сто, а затем и тысячу саженей.
Она стала больше Тайцзай Цы в его Стойке Бога Войны, но продолжала расти, устремляясь к небесному своду, бесконечно увеличиваясь.
И наконец!
— Путь человека!
Гро-о-ом!..
В тот же миг все Восемнадцатое небо Божественных руин содрогнулось.
Возник Предельный гигант — такой высокий, что облака окутывали его торс, а голова терялась где-то за небосводом. Видна была лишь нижняя половина его тела!
Его покрывала ало-золотая драконья чешуя, а с поясницы свисали девять мягких, пушистых белых хвостов…
Он опустил голову из-за облаков и, оскалив свирепую пасть, взревел:
— Сань-цзы, не бойся, твой учитель спасет тебя!
Бум-бум-бум!..
Оцепенение пространства-времени развеялось, и земля снова начала рушиться.
Старейшина Сан погрузился в глубокий сон, его шесть чувств отключились.
Двенадцать Святых Монархов, задрав головы, смотрели вверх, и их глаза бешено дрожали.
Алебарда Тайцзай Цы застыла в воздухе. Он ошеломленно обернулся, поднял голову и… увидел лишь колено.
В этот миг Тайцзай Цы судорожно втянул воздух.
Его тело, тысячу саженей в высоту!
Доходило этому созданию лишь до колена!
Какого же тогда роста было это существо?
Значит, в донесениях слово «небоскребный» при описании Предельного гиганта было не прилагательным, а существительным?
— Ты…
Тайцзай Цы открыл рот, но обнаружил, что ему стало трудно говорить. — Ты же не…
Он хотел сказать: «Ты же умер?»
Даже если ты можешь возродиться из частички души или воли, без физического тела ты должен быть слаб.
После демонстрации мощи Святого Войны Тайцзай Цы, после одного удара его алебарды, даже если ты смог возродиться, бегство — твой единственный выход! Как ты мог вернуться?
Но этот заслоняющий небо Предельный гигант!
Он просто так, внезапно, появился в Божественных руинах. После того, как искра жизни была пробуждена жизненным узором, он без всякой логики вырос до немыслимых размеров!
Тайцзай Цы замотал головой, словно отрицая что-то для самого себя:
— Ты точно не Сюй Сяо…
Хрясь!
Один из девяти хвостов хлестнул по воздуху, и ураганный ветер разорвал пространство, а вместе с ним и бормотание Тайцзай Цы.
— Ну что, наигрался, мяу?
Предельный гигант распахнул свою кровавую пасть, его губы растянулись в ухмылке до самых ушей, и он издал леденящий душу, пронзительный смех:
— А теперь… моя очередь веселиться!
(Конец главы)