Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1721 Бессмертие сорвав, как цветок, Шэнь-нун отступает, взывая к новому владыке
— Кто это говорит?
— На первых пяти уровнях Мертвого моря все полуживые-полумертвые, сплошь немые. А тут какой-то Подсолнух объявился. Может, это Тетушка Сян?
— Э-э, а похоже на голос Тетушки Сян?
— Да вроде нет, не слышал такого. Но Тетушка Сян ведь женщина, так?
— К тому же она вряд ли настолько сильна. Еще никто не появился, а он уже предсказал прибытие кого-то на шестой уровень Мертвого моря?
Зрители Пяти Регионов, напуганные Подсолнухом с ухмыляющейся рожей, принялись шумно обсуждать увиденное. Что же до «гостя из иного мира»… на это обратили внимание, но не придали особого значения.
Когда подобные загадочные штучки впервые появились на первом уровне Мертвого моря, они действительно захватывали дух. Но теперь у всех выработался иммунитет.
Вынырнув из водоворота очищенной воды, Фэн Чжунцзуй был первым, у кого от страха чуть не остановилось сердце.
Этот Подсолнух с ухмыляющейся рожей торчал прямо перед Зеркалом передачи Дао, то есть сбоку от него. Жуткое зрелище!
Ведь на первых пяти уровнях все заключенные сидели в темницах из черного камня. Как здесь вдруг оказался кто-то на свободе?
На шестом уровне Мертвого моря можно свободно разгуливать?
Он окинул взглядом окрестности — повсюду были все те же темницы из черного камня. Кроме этого чудака перед ним, остальные тихо сидели по своим камерам, как и на предыдущих пяти уровнях.
Ну да, откуда в Мертвом море взяться понятию «свободное передвижение»? Главе Дворца Дао пришлось бы совсем умом тронуться, чтобы спроектировать такое!
А что до этого Подсолнуха…
— Уважаемый, вы ко мне обращаетесь? — с сомнением спросил Фэн Чжунцзуй.
— А ты как думаешь? — не поворачивая головы, бросил Подсолнух с ухмыляющейся рожей и, проигнорировав Фэн Чжунцзуя, прошел мимо.
Вот и хорошо, вот и отлично… Фэн Чжунцзуй с облегчением выдохнул и, таща зеркало, торопливо отступил назад, чтобы получше все разглядеть.
Подсолнух оказался стариком в рваной белой тюремной робе.
Отличало его то, что выше шеи у него была не человеческая голова, а ухмыляющийся подсолнух с огромными семечками, похожими на множество вставленных глаз.
Весьма эксцентрично.
На Континенте Священного Духа таким можно было бы до смерти напугать плачущего ребенка, заставив его тут же переродиться. Но здесь, в Мертвом море, это выглядело лишь слегка необычно, но не слишком оригинально.
— Привет, Подсолнух.
Сюй Сяошоу, выйдя из водоворота, поздоровался с ним, но его внимание привлекли не слова о «госте из иного мира».
Его Восприятие охватило два ряда темниц из черного камня — всего их было около восьмисот. Камер стало значительно меньше, чем на предыдущих уровнях, но и пустых среди них почти не было. Очевидно, здесь содержалось гораздо больше мастеров — занято было девяносто девять процентов темниц.
Среди этих мастеров затесалась и Тетушка Сян.
Заключенные мастера были либо огромными, либо уродливыми, либо спали беспробудным сном, либо медитировали с головой… Хотя непонятно, что еще можно практиковать в Мертвом море, но вид у них был весьма внушительный и слегка безумный.
Тетушка Сян была другой.
Она, засучив рукава, склонилась над маленьким деревянным столом в своей камере. Неизвестно где раздобыв бумагу и кисть, она одной рукой придерживала грудь, а другой выводила иероглифы, упражняясь в каллиграфии прямо в Мертвом море.
Тушь была густой и не растекалась, плотно впитываясь в бумагу и не растворяясь в воде.
Почерк был обычным, не выдающимся, но довольно свежим.
«В каком-то смысле тоже эксцентрично. Вполне в духе Мертвого моря…» — одобрительно кивнул Сюй Сяошоу.
Он изменил угол своего Восприятия, сфокусировавшись на разбросанных по полу камеры белых листах, и разглядел, что же было написано на этих сокровищах каллиграфии Тетушки Сян. А было там кое-что интересное:
«Шэнь И, спаси меня».
«Балбес, скорее приди».
«Дурак, я на тебя обиделась».
«Шэнь И, Шэнь И, Шэнь И, Шэнь И, Шэнь И…»
«Ты живешь у Цао Эрчжу, а я — на шестом уровне. Каждый день думаю о тебе, но не вижу, а когда мучит жажда — пью очищенную воду…» — Сюй Сяошоу был тронут до глубины души.
Заметив, как Тетушка Сян вздрогнула, услышав его голос, он с улыбкой отвел взгляд и посмотрел на остановившийся перед ним Подсолнух.
Последним, кто назвал его «гостем из иного мира», был Кун Юхэнь, когда он только вошел в Павильон забвения печалей прошлого и настоящего.
Этот господин Подсолнух выглядел безумцем, но раз он смог с первого взгляда раскрыть его тайну и свободно разгуливать по Мертвому морю, то, должно быть, он был не последним человеком.
Все остальные испугались. Отряд беженцев со Святой Горы, выйдя из водоворота, тут же попятился. Даже Бэйбэй не знала, что на шестом уровне Мертвого моря есть свободно передвигающийся Подсолнух с ухмыляющейся рожей, и была крайне настороже.
Сюй Сяошоу же, глядя на это чудо-юдо, сам заговорил с ним:
— Здравствуйте, господин Подсолнух. Я и есть тот самый «гость из иного мира», которого вы ищете.
Такой фамильярный тон мгновенно разрушил зловещую и таинственную атмосферу.
Зрители Пяти Регионов пришли в восторг, а некоторые даже не сдержали смеха.
Психическое состояние Дедули Шоу идеально подходило для Мертвого моря. Казалось, он был рожден для того, чтобы жить здесь — его манера поведения и стиль ничуть не выбивались из общей картины, а наоборот, идеально вписывались в нее.
Старик-Подсолнух, казалось, тоже на миг опешил и уже хотел было что-то сказать, но Дедуля Шоу приложил палец к тому месту на его ухмыляющейся роже, где должен был быть рот.
— Тш-ш-ш… По принципу равноценного обмена: ты задал мне один вопрос, теперь я задам тебе один. Так будет честно.
«Это вообще нормально?»
У Фэн Чжунцзуя от увиденного мурашки по коже пошли.
«Как ты, человек, осмеливаешься при первой же встрече на такой интимный жест по отношению к этому господину Подсолнуху? Вы что, раньше были знакомы?»
— Ш-ш-ш… — на мгновение замер старик-Подсолнух, а затем снова издал свой зловещий змеиный смех.
Когда он смеялся, его плечи подрагивали, а густо усеянные черные семечки на лице дергались, словно моргающие глаза или раздувающиеся ноздри. У любого, кто на это смотрел, могла развиться трипофобия.
— Вы так красиво смеетесь, — сказал Сюй Сяошоу, — прямо как цветок.
От этих слов смех старика-Подсолнуха оборвался.
«Получено „Подозрение“. Очки пассивности +1».
Отряд беженцев со Святой Горы дружно отступил еще дальше. Фэн Чжунцзуй, тащивший Зеркало передачи Дао, тоже отодвинулся. Обернувшись, он увидел, что дальше всех убежала Бэйбэй — у нее был самый богатый опыт, она помнила прошлые выходки с языком.
«Дедуля Шоу и впрямь немного не в себе…» — Фэн Чжунцзуй колебался, не решаясь дать оценку происходящему.
Но если посмотреть с другой стороны, то все было правильно! В этом Мертвом море бояться стоило не Дедуле Шоу, а тем, на кого он положил глаз и к кому проявил интерес.
Старик-Подсолнух больше не мог смеяться. Сгорбившись, он тоже отступил на полшага, принимая боевую стойку. А может, и стойку для бегства…
— Сколько таких «гостей из иного мира», как я, вы встречали? — в упор глядя на ухмыляющуюся рожу, прямо спросил Сюй Сяошоу.
Он был слишком серьезен. Фэн Чжунцзую даже показалось, что Дедуля Шоу и вправду тот самый гость из иного мира, который ищет себе подобных.
Зрители Пяти Регионов уже привыкли к ходу мыслей Дедули Шоу и понимали, что он подстраивается под бредни этого Подсолнуха, чтобы выудить из него какую-нибудь полезную информацию. Ведь появление на шестом уровне Мертвого моря свободно разгуливающего заключенного само по себе было странным и заслуживало изучения.
«Конечно, это Дедуле Шоу стоит его изучать, а мы уж как-нибудь обойдемся…» — подумал Фэн Чжунцзуй и, дрожа от страха, снова незаметно направил Зеркало передачи Дао на Подсолнух.
— Ш-ш-ш…
— Не смейтесь, отвечайте на мой вопрос.
— …
Смех Подсолнуха с ухмыляющейся рожей был прерван, и он, на удивление послушно, склонил голову набок, словно и вправду задумался. Наконец, он поднял один палец, на кончике которого тоже рос маленький, милый подсолнух.
Фэн Чжунцзуй показал это крупным планом, и его самого передернуло от отвращения.
— Одного? — спросил Сюй Сяошоу.
— Ш-ш-ш… Ни одного, — ответил Подсолнух с ухмыляющейся рожей. Он определенно обладал способностью мыслить, общаться, а также чувством юмора и человеческой чертой поддаваться давлению.
«Он чего-то боится?»
Не успел Сюй Сяошоу извлечь из разговора больше полезной информации, как этот чудак снова засмеялся:
— Ш-ш-ш… Ты второй, кто отнесся к этому так серьезно.
— Ш-ш-ш… Я знаю твой секрет.
— Ш-ш-ш… А теперь моя очередь задавать вопросы…
— Стоп, — Сюй Сяошоу шагнул вперед и снова прижал палец к его губам. — По правилам честной сделки, если я угадываю, то получаю право задать еще два вопроса.
Он наглел, пытаясь захватить инициативу.
Подсолнух с ухмыляющейся рожей снова застыл от такого интимного жеста.
Лишь спустя долгое время в информационном окне появилось сообщение.
«Получен „Страх“. Очки пассивности +1».
«Страх?..»
Подсолнух кивнул, и в его леденящем, но уже не вызывающем ужаса смехе прозвучало:
— Ш-ш-ш… Хорошо.
Фэн Чжунцзуй смотрел на это, ошарашенный. «Нет, ну как вы так быстро докатились до такого? Это же так странно, что-то здесь не так… А что именно не так?..»
Сюй Сяошоу не чувствовал ничего странного и без раздумий выпалил:
— Первым, кто серьезно отнесся к твоим словам, был Дао Цюнцан?
— Ш-ш-ш… — засмеялся Подсолнух, и его смех стал свирепым. — Ошибаешься. Теперь твоя очередь уступить мне два вопроса…
— Это ты ошибаешься!
Сюй Сяошоу нахмурился, совершенно не веря бредням Подсолнуха. Он достал Компас Небесных Тайн и каким-то образом облачился в роскошные одежды Главы Дворца Дао.
Подсолнух никак не отреагировал.
Сюй Сяошоу тут же снял одежды, убрал Компас Небесных Тайн, переоделся в тюремную робу и принял облик обычного человека.
Подсолнух по-прежнему не реагировал.
Сюй Сяошоу, сохраняя это простое, ничем не примечательное лицо, вдруг сощурился, а уголки его губ поползли вверх, сложившись в ехидную, плутовскую усмешку, как у шарлатана.
— Это ты?!
Подсолнух в ужасе отскочил назад, пятясь и пятясь. Он отдалился на несколько сотен чжанов и, зацепившись руками за дверь дальней темницы, хотел было спрятаться, но, казалось, не смел ни прятаться, ни бежать, и замер на этом «предельном» расстоянии.
— А я говорил, что ты встречал Дао Цюнцана, — усмехнулся Сюй Сяошоу. Он отменил все трансформации и помахал рукой старику-Подсолнуху. — Не бойся, я не он. Ты его видел, но даже не узнал его настоящего имени и не знаешь, как он выглядит на самом деле. Помнишь только его позерство… М-да, не виню тебя. Но это твоя ошибка, а не моя. Я-то на самом деле угадал, так что у меня есть еще два вопроса, а у тебя…
Видя, что тот стоит неподвижно и явно напуган, Сюй Сяошоу строгим голосом приказал:
— А ну, иди сюда!
Подсолнух с ухмыляющейся рожей вздрогнул и, пожав плечами и сгорбившись, послушно подошел.
— Тс-с!
Фэн Чжунцзуй втянул в себя струю очищенной воды.
Отряд беженцев со Святой Горы тоже захлебнулся. Зрители Пяти Регионов перед Зеркалом передачи Дао были и вовсе сбиты с толку.
— Что происходит?
— Как это Дедуля Шоу вдруг стал командовать этим человеком-подсолнухом?
— Глава Дворца Дао? А при чем здесь он? Почему везде замешан Глава Дворца Дао?
— Что сделал Дедуля Шоу? Он применил какое-то черное колдовство?
… Разумеется, это было не колдовство.
Сюй Сяошоу, едва увидев этого человека, сразу же им заинтересовался. Он предположил, что Дао Цюнцан, находясь у власти более тридцати лет, не мог не знать о существовании такого существа в Мертвом море. А узнав, не мог не заинтересоваться. А зная характер этого позёра-старого даоса… он бы непременно устроил допрос! Выяснил бы все, вплоть до цвета нижнего белья!
Этот человек мог свободно передвигаться, но не мог покинуть Мертвое море… значит, его способности были странными, но весьма ограниченными.
Он мог свободно передвигаться, но его не казнили и не перевели на нижние уровни… значит, кроме того, что его поведение пугало, он не представлял особой угрозы. Можно даже сказать, что его агрессивность была равна нулю! Иначе Дао Цюнцан давно бы его убил.
Если бы на этом шестом уровне Мертвого моря был хоть кто-то, кто мог бы угрожать безопасности Тетушки Сян, кто мог бы заставить ее потерять хотя бы волосок… шестой уровень был бы либо полностью зачищен, либо всех заключенных согнали бы на седьмой.
Дао Цюнцан не дурак и никогда бы не дал Шэнь И повода выступить против него.
«Раз уж вся ситуация находится под контролем моего друга Дао Цюнцана, то этот человек, вероятно, тоже натерпелся от него… Предки посадили дерево, а потомки наслаждаются его тенью».
Сюй Сяошоу поманил это чудо-юдо рукой и, уже не заботясь о том, сколько у него осталось вопросов, бесцеремонно заявил:
— Я спрашиваю, ты отвечаешь. Будь серьезнее, никаких шуток и смеха. Понимаешь, о чем я?
Зрители Пяти Регионов видели, как Подсолнух с ухмыляющейся рожей колебался, но в конце концов даже смеяться перестал. Он кивнул, и его язык тела стал невероятно скованным. Он робко произнес:
— Да, хозяин.
… А?
Фэн Чжунцзуй застыл.
… А?
Зрители Пяти Регионов остолбенели.
… А?
Сам Сюй Сяошоу тоже был в шоке.
«Что происходит? Дао Цюнцан, ты что, в такие игры играешь?»
Он открыл рот, но долго не мог задать вопрос, совершенно сбитый с толку. Взглянув на Зеркало передачи Дао, Сюй Сяошоу невольно скривился — его даже охватило чувство неловкости за другого.
Он поспешил вернуться к делу:
— За что ты сюда попал?
— Я украл и съел Цветок Жизни. Прячусь здесь, чтобы Он меня не нашел, — почтительно ответил Подсолнух с ухмыляющейся рожей.
Сюй Сяошоу не сразу понял, сколько информации содержалось в этом ответе. Но заметив, что Подсолнух уклоняется от ответа не только из страха перед Дао Цюнцаном, он вскинул бровь и задал три вопроса подряд:
— Он? С большой буквы? Кто?
Подсолнух с ухмыляющейся рожей даже не пытался ничего скрыть. Семечки на его лице сжались, образовав рот, который несколько раз изменил форму, отвечая:
— …
Фэн Чжунцзуй подумал, что оглох, и подошел поближе.
Зрители Пяти Регионов, решив, что Фэн Чжунцзуй опять вытворяет что-то странное, разразились бранью:
— Что за шифрованный разговор?
— Есть что-то, чего мы не можем услышать?
— Фэн Чжунцзуй, ты вообще умеешь держать зеркало? Если не умеешь передавать, пусть Чжу Икэ придет! Уходи, мы поддерживаем великого короля Чжу!
Но были и те, кто сообразил:
— А в Мертвом море можно передавать звук?
— Разве Бэйбэй не говорила, что здесь полностью запрещены любые техники призыва и связи?
… Сюй Сяошоу тоже похлопал себя по ушам.
Он чуть было не подумал, что тоже оглох, так как ничего не услышал.
— Кто? Повтори еще раз, помедленнее!
Рот Подсолнуха с ухмыляющейся рожей зашевелился. На этот раз Сюй Сяошоу внимательно сосчитал: рот шевельнулся четыре раза, принял четыре разные формы, но звука по-прежнему не было.
— …
«Шифрованный разговор? Нет, не шифрованный!»
Судя по реакции Подсолнуха, он считал, что ответил. Но ни Сюй Сяошоу, ни остальные ничего не услышали.
«Дао Цюнцан, это твоих рук дело? Ты как-то изменил память Подсолнуха? Каждый раз, когда кто-то спрашивает, его голос отключается, и молчание приравнивается к настоящему ответу? И он не считает, что ответил беззвучно, а думает, что это нормально?»
Он не получил ответа по существу, но узнал, что Подсолнух съел Цветок Жизни и добровольно отправился в изгнание в Мертвое море. Очевидно, Дао Цюнцан заблокировал только то имя, которое, возможно, нельзя было упоминать.
«Что же это может быть?»
«Бог-Прародитель!»
Четыре слога, Цветок Жизни…
Даже не нужно было спрашивать, что такое Цветок Жизни. В памяти Сюй Сяошоу было не так уж много имен Богов-Прародителей из четырех слогов. И лишь одно из них имело хоть какую-то связь с этим:
— Предок-Целитель, Шэнь-нун, знаток ста трав?
Это было слишком жутко. Только вошел на шестой уровень Мертвого моря, и тут же появилось такое существо. Сначала он думал, что это одна из выходок Дао Цюнцана, а оказалось, что первое же его слово было настолько шокирующим и касалось Бога-Прародителя!
На всякий случай Сюй Сяошоу решил уточнить:
— Цветок Жизни, что это такое?
Подсолнух с ухмыляющейся рожей указал на свое лицо и сказал:
— Я знаю только, что должен был съесть этот Цветок Жизни. Съев его, я обрел вечную жизнь. Меня нельзя убить, нельзя запереть, ничто не может мне помешать. Но теперь я боюсь.
Он думал, что снова получит безмолвный ответ, но на этот раз Подсолнух наговорил так много.
Сюй Сяошоу замолчал. Этот чудак преподнес ему слишком много потрясений.
«Значит, Цветок Жизни выглядит как подсолнух, и, съев его, он заменил им голову? А как он выглядел раньше?»
Сюй Сяошоу не стал задавать лишних вопросов, а уцепился за страх в словах Подсолнуха:
— Чего ты боишься?
На этот третий вопрос Подсолнух с ухмыляющейся рожей замолчал. Очевидно, он колебался, размышлял. Он подозревал, что этот человек — «хозяин», но в то же время сомневался. Ведь вопросы могут многое выдать. Если он не «хозяин», то по «правилам» после двух вопросов у него больше не было права спрашивать, и наступала его очередь.
Однако…
— Я тебя спрашиваю! — внезапно повысил голос Сюй Сяошоу, используя голос Дао Цюнцана.
Подсолнух с ухмыляющейся рожей инстинктивно вздрогнул, и на его лице появилось выражение, будто он вот-вот расплачется, но бежать он больше не смел. Он молча повернулся, согнулся и выставил свой зад прямо перед молодым человеком.
… А?
Фэн Чжунцзуй застыл.
«Это вообще можно показывать?»
… А?
Зрители Пяти Регионов, еще не оправившиеся от шифрованного диалога, тоже застыли в изумлении.
«На это вообще можно смотреть?»
… А?
Сюй Сяошоу уставился на выставленный перед ним старый зад…
«Позёр-старый даос, ты больной, что ли?! Меня от тебя тошнит!»
Сюй Сяошоу чуть не вырвало прошлогодним ужином. Дао Цюнцан оказался еще более экстравагантным, чем он себе представлял, и не в хорошем смысле этого слова… Он приказал:
— Встать!
— Повернуться!
— Что за непотребство?!
Подсолнух с ухмыляющейся рожей повиновался, больше не смея сомневаться в личности своего собеседника и отбросив всякие мысли о равном обмене вопросами. Таким образом, Сюй Сяошоу снова воспользовался наследием позёра-старого даоса.
— Чего ты боишься?
— Его! Я же сказал, я прячусь от Него.
— Он еще жив?
— Да, хозяин.
— Не называй меня хозяином!
— Хорошо, хозяин.
«Да чтоб тебя…» — Сюй Сяошоу был одновременно потрясен и раздосадован.
Он был потрясен тем, что Предок-Целитель Шэнь-нун, знаток ста трав, мог быть все еще жив. И в то же время ему хотелось немедленно отправиться в Южную Бездну и хорошенько отхлестать Дао Цюнцана, этого проклятого пса.
«Он же всего лишь подсолнух! Он же старик!»
Поколебавшись, Сюй Сяошоу, словно что-то вспомнив, спросил:
— Как тебя зовут?
Подсолнух с ухмыляющейся рожей опешил:
— Хозяин, вы забыли? Вы же помогли мне вспомнить мое имя.
— Я спрашиваю, как тебя зовут!
Подсолнух с ухмыляющейся рожей не выдержал крика, снова вздрогнул и, смущенно ерзая, произнес:
— Хозяин, меня зовут… Кун Юхэнь. (Конец главы)