Я же юный бог — взрастите меня Том 1 Глава 121

Самра закончил говорить.

Хотя в видеоконференции принимали участие двадцать стран, никто не осмеливался нарушить возникшую тишину.

Переспрашивать, действительно ли это так, тоже не стали.

Задавать такой вопрос Самрамансану было бессмысленно.

Чан Согюн с дрожью в глазах взглянул на Самру. Он тоже слышал об этом впервые.

Самра кратко пояснил для ясности:

– Таковы результаты анализа данных, завершённого 56 секунд назад. Точность – 100%.

Погрешность, бесстрастно добавил он, не превышает и 0,01%.

– Предположительно, новый метеорит вызвал отклик у прежних, и началась цепная реакция.

Метеориты, которым предстояло вылупиться или взорваться, были расположены по Северному и Южному полушариям без какой-либо географической связи между собой.

По метеоритам Испытаний, которым грозил взрыв, хотя бы имелись данные о прохождении. Их проанализировали, но связи не нашли и там.

Самра показал на экранах участников видеоконференции, где Испытания вылупятся, а где взорвутся.

В каждой стране нашлось хотя бы по несколько, и все сразу помрачнели.

Особенно явно беспокойство выдавали представители стран, где ожидался взрыв Испытаний.

Чан Согюн не стал исключением. Между бровей у него залегла глубокая складка.

В Корее вылупиться предстояло пяти метеоритам, а взорваться – двум Испытаниям.

По всему миру упало уже несколько сотен тысяч метеоритов.

На каждую страну приходилось от нескольких сотен до нескольких тысяч, и большинство пока не вылупилось.

Известие о падении нового метеорита, несомненно, потрясало, но в странах, где и без того скопились тысячи метеоритов, поневоле больше переживали о другом.

Если новый метеорит меняет показатели BT у прежних и вызывает вылупления и взрывы…

Возможно, с этого и впрямь начинался сценарий гибели человечества.

Как назло, метеориты падали только туда, где жили люди.

В безлюдной глуши не нашли ни одного метеорита Испытания.

Причём чем гуще население, тем выше вероятность падения, так что сыпались они в основном на города.

Любой взрыв Испытания неизбежно обернулся бы серьёзным ущербом.

Ещё одной проблемой были гражданские.

Пока их кое-как держали в неведении: стирали память, подменяли информацию.

Но если вылупления и взрывы начнутся одновременно и повсюду, слухи об Испытаниях и вирусе BT неизбежно достигнут широкой публики.

Подавив тяжёлый вздох, Чан Согюн заговорил:

– Самра, есть способ это решить?

Все посмотрели на Самру.

Во взглядах, обращённых на него, Самра считывал множество эмоций.

– Есть.

– ...!

– Показатели изменились из-за нового метеорита Испытания. Если закрыть это Испытание, показатели BT, вероятно, стабилизируются. Однако даже в этом случае падение следующего метеорита Испытания вызовет ту же цепную реакцию.

Самра продолжал говорить, одного за другим переводя в данные и сохраняя людей, которых каждое его слово то радовало, то повергало в отчаяние.

– Поэтому я, как Самрамансан, предлагаю следующие меры.

Как и всегда, заставить этих иррациональных созданий действовать по его замыслу было нетрудно.

Самра неизменно добивался оптимального результата, который сам же и спроектировал.

Со всеми, кроме одного существа.

Думая об этом исключении, Самра заговорил – ради «человечества».

– Создание международной организации по противодействию Испытаниям.

* * *

Я не знаю, как Че Хёно прошёл < Zero >.

< Zero > – игра без концовки.

Бесконечная оборона замка от всё прибывающих полчищ монстров.

С каждой волной их всё больше, и они всё сильнее.

Ни сюжета, ни концовки.

Игра лишь фиксирует, как долго игрок продержится в вечной битве.

Единственная цель в ней – побить рекорд.

Я получил < Zero > от создателя, сыграл, побил рекорды предыдущих пользователей и установил лучший результат.

Потом ещё несколько раз побил собственный рекорд – и делать стало нечего.

Покопался, не найдётся ли какой пасхалки, и вышел из игры.

Создатель спросил о впечатлениях, и я ответил: интересно, но немного жаль, что, кроме сражений, там ничего нет.

Че Хёно... выбрался живым из такого места.

Сам сотворил концовку для непроходимого Испытания.

С тех пор < Zero > пребывал в странном состоянии.

Как правило, вылупившееся Испытание нужно периодически проходить, иначе оно взорвётся.

Обычно, как только показатели BT доходили до определённого уровня, внутрь отправляли адаптанта.

Но после Че Хёно показатели BT < Zero > замерли на одной отметке.

При этом Испытание не закрылось, и войти туда мог кто угодно.

Этим и пользовались адаптанты: мечтая о силе, как у Че Хёно, они тайком пробирались в < Zero > – и гибли.

Сейчас < Zero > присвоили шесть звёзд, и Служба строго запрещала входить туда без разрешения.

А он предложил мне вместе войти в этот самый < Zero >.

Я только и смог, что глуповато переспросить:

– Сейчас?..

– Потом.

Глядя на меня из-под длинных ресниц, он добавил:

– Сунешься туда сейчас – умрёшь.

Весьма заботливое пояснение.

А заодно ясно давало понять, что варианта «не входить» у меня нет.

Раз так, хотелось бы хоть знать, когда именно мы туда отправимся.

Я попробовал зайти издалека:

– Вы хотите закрыть < Zero >?

– Нет.

Я был сбит с толку: неужели он не хочет его закрывать?

Че Хёно произнес низким, хриплым голосом:

– А мне < Zero > нравится, Гоё-я.

Это «нравится» было не таким, каким его вкладывают в это слово обычные люди.

Ведь, пока Че Хёно это говорил, его лицо... искажали самые разные чувства.

В тот момент я, как ни странно, крепко уцепился одной мыслью.

Счастливое воспоминание, которое я увидел в подземелье StP, когда попал под иллюзорную магию.

Интуиция подсказывала: возможно, счастливое воспоминание Че Хёно – это время, проведенное в < Zero >.

Мне хотелось узнать больше.

Но на этом наш разговор завершился.

Он снова надел маску-очки, высветил на них смайлик и больше не проронил ни слова.

Будто бы на сегодня лимит разговоров был исчерпан.

Я еще немного покрутился рядом в надежде что-нибудь выведать, но в конце концов сдался.

Затем мы с Че Хёно обсудили дальнейшую операцию.

В моем плане ему отводилась важная роль, так что я растолковал все в подробностях. Покончив с приготовлениями, я вернулся в комнату медика.

Лег на кровать, уложил пудинговый слайм себе на грудь и принялся снова и снова прокручивать в голове разговор с Че Хёно.

«Так что же это было за уныние?»

Сперва я подумал, что виной всему другой бог, но, похоже, ошибся.

Я открыл окно состояния Че Хёно.

- Текущий статус: удовольствие.

Теперь там значилось удовольствие.

Я рассеянно смотрел на это слово и размышлял.

Мо Хэин, Гвак Ханмук, Че Хёно...

Недавно я узнал их личные тайны.

О таком сокровенном большинство людей даже не догадывается, а у меня в голове – чистый лист.

Будто я по-прежнему ничего о них не знаю.

Хотелось узнать больше, но как – я не понимал. От этого аж в голове зудело.

И это при том, что где-то на краю сознания маячила мысль: это же вторжение в частную жизнь.

Со мной определенно творилось что-то не то.

«Даже при подполковнике Че я нес чушь».

Допытывался, зачем он встречался с другим богом, и вообще городил невесть что.

Я всегда считал себя довольно терпеливым, а в последнее время стал каким-то несдержанным.

Наверное, все из-за детских витаминов, которыми меня накормил Доминик. Но для начала стоило остыть и думать трезво.

Я заставил себя переключиться на другое.

«Может, все дело в осьминожьей ноге?»

В ночь побега Че Хёно вдруг пропал – скорее всего, из-за нее.

Я подозревал, что осьминожья нога утащила его в море, чтобы забрать в свой сонм.

– Доминик.

– Да, Каштан?

– Осьминожья нога...

Доминик сразу рассмеялся. Мсье Черные Квадраты, часть вторая.

Смутившись оговорки, я поправился:

– Раз здешний бог пытался отнять чужой сонм, значит, боги могут так поступать друг с другом?

– Верно.

– Он вроде бы довольно сильный. Почему же у него не вышло?

– Почему осьминожья нога не смогла отнять сонм Каштана?

– Да...

В устах Доминика даже такое прозвище, как «осьминожья нога», звучало вполне достойно.

Он лежал у меня на груди и ласково объяснял:

– Причин несколько, но главными, пожалуй, стали верность и статус.

Че Хёно и верность?

Пока я переваривал столь смелое сочетание, Доминик обстоятельно продолжал:

– Чем искреннее служишь хозяину, тем труднее другому богу вмешаться. Хотя, конечно, если разница статусов настолько велика, что всем этим можно пренебречь, тогда возможно и такое.

Пудинговый слайм помолчал и пополз.

Разгуливая по моему лицу как ему вздумается, он сказал:

– Похоже, для этого у осьминожьей ноги статус маловат.

Понял я не все, но суть уловил.

Словом, Че Хёно голыми руками (щупальцами?) не возьмешь.

Я хотел поблагодарить за объяснение, но Доминик еще не закончил.

– Бывает и так, что бог высокого статуса принимает в свой сонм бога статусом пониже.

Мне в голову пришла страшная мысль...

Подозрение и настороженность вспыхнули так быстро, что скрыть их я не успел, и на этот раз Доминик смеялся дольше прежнего.

– Каштан еще слишком юн, чтобы брать его в свой сонм.

Тельце слайма постепенно заискрилось.

Я отрешенно смотрел, как он сияет, словно бесчисленные звезды вселенной.

– К тому же разве не жаль становиться чем-то столь незначительным, если учесть, до какого статуса Каштан еще дорастет?

Понятия не имею, что там у меня за статус, раз меня так нахваливают.

А слайм тем временем полз у меня по щеке, и так и хотелось откусить от него кусочек.

Когда он снова спустился мне на грудь, я спросил:

– Значит, осьминожья нога может подобраться и ко мне? Чтобы сделать своим сонмом?..

– Такое возможно. Но добиться своего у нее не выйдет.

Не успел я спросить почему, как слайм нарочито строго произнес:

– Каштан всегда ложится спать поздно.

Только тут я заметил, что время близится к полуночи.

Больше Доминик, судя по всему, ничего объяснять не собирался, так что я решил спать и набираться сил перед завтрашним днем.

«Свяжусь с Самрой завтра утром».

Недельное расписание сообщало, что сегодня шлак не придет, так что я спокойно закрыл глаза.

Пудинговый слайм мягко похлопывал меня по груди, и сон накатил сам собой.

Проваливаясь в глубокий сон, я выбросил осьминожью ногу из головы.

* * *

Как только я открыл глаза, передо мной предстало крошечное синее тельце Пудингового Слайма.

Я сонно произнес:

– Доброе утро, Доминик.

Слайм торжественно мне ответил. Я переложил его на свою кровать, а сам встал.

На этот раз я решил немного рискнуть.

Еда закончилась, поэтому завтрак придется провести в общей столовой.

Там будут Гвак Ханмук и генеральный директор Ча. В их присутствии надзиратели вряд ли посмеют сунуться ко мне.

Успокоив себя мыслью о надежной поддержке, я заглянул в свое недельное расписание.

Я хотел проверить задания на среду, но...

– ...?

▸ Среда

☐ Пройти обряд крещения в молельне.

☐ Исполнить гимн в молельне.

☐ Совершить исповедь в молельне.

☐ Вознести молитву в молельне.

С моим недельным расписанием явно было что-то не так.