Я же юный бог — взрастите меня Том 1 Глава 3

«Smiley ведь тоже игрушка, так, глядишь, конфета поможет ему подлечиться?»

Это была своеобразная мера предосторожности.

Я же соблюдаю условия истинной концовки, так что мне ни к чему попадать в немилость к игрушкам.

– Ты чего?

– А, простите. Шнурок завязывал.

Спешно догоняя Пак Сонгёна, я украдкой бросил взгляд назад.

– ...

Конфета на руке Smiley осталась нетронутой.

Механический скрежет, что звучал до этого, стих.

Видимо, никакой пользы.

Пройдя длинный коридор, где на стенах красовались краткие описания игрушек HSF, мы оказались у массивной пластиковой двери.

По обеим сторонам двери, на стенах и потолке, располагались десятки мелких разноцветных рычагов.

– Младший лейтенант Пак, вашу правую сторону.

Мо Хэин протянула клешню. Пластиковая цепь с лязгом натянулась и схватила рычаг на потолке.

Она быстро опустила цветные рычаги на левой стене и потолке.

Пак Сонгён взял на себя правую стену и потолок, опуская рычаги там.

Хотя рычаги положено переключать, сверяясь с цветным узором на полу, они, очевидно, проходили HSF не в первый раз, раз всё делали наизусть.

Щёлк – с последним рычагом заиграла бодрая мелодия, и пластиковая дверь распахнулась.

Мо Хэин и Пак Сонгён без промедления вошли внутрь.

Здесь игроки начинали первую смену в роли сотрудников фабрики.

Их работа заключалась в сортировке игрушек, двигавшихся по конвейерной ленте, и, как первая смена, она была несложной.

Однако, в отличие от двух идущих впереди, я постепенно замедлил шаг.

Потому что.

– К-капитан.

– ...Узор сбился.

От одного конца помещения до другого, клац-клац-клац, одна за другой загорались лампы, и сумрачное убранство постепенно проявлялось.

Бодрая, но всё же жутковатая музыка окутала помещение.

Все игрушки, которые должны были спокойно вращаться на конвейерной ленте, спустились на пол.

И уставились глянцевыми глазами на Мо Хэин и Пак Сонгёна.

Дзынь!

Вместе со звуком уведомления появилось системное окно.

◆ Основной квест: выжить среди игрушек-убийц.Игрушки не прощают взрослого, что напал на Smiley.Вам приходит мысль, что нужно выжить, спасаясь от разъярённых игрушек.

«Зачем же вы так поступили со Smiley...»

Тихо вздохнув про себя, я медленно направился к безопасной зоне.

Управление по Противодействию Испытаниям, будучи государственным ведомством, строго следовало правилам в Испытаниях.

Главным среди них был запрет на лишние контакты с NPC.

Так минимизировались риски заражения вирусом.

Испытания, пришедшие из космоса, несли в себе особый вирус.

При заражении тело мутировало, вызывая сильную агрессию к людям.

Мо Хэин, военная из Управления, неукоснительно соблюдала правила.

Возможно, это был её первый опыт нападения на NPC, и она предвидела некоторые изменения в сюжете, но не ожидала, что всё так кардинально изменится.

Маршрут, по которому сейчас шла Мо Хэин, вёл к концовке полного краха* – самой сложной по уровню.

(*붕괴 – разрушение, коллапс, обвал, крах; производное от 정신 붕괴 – разрушение разума, или 멘탈 붕괴 – ментальный срыв.)

Из-за нападения на Smiley, первого появляющегося NPC, все игрушки фабрики стали враждебны к игроку.

На каждом этапе игрок подвергался атакам игрушек, а в конце его ждала концовка, где он спасался бегством, оставляя позади охваченную огнём фабрику.

Строки, появлявшиеся в конце концовки полного краха, внушали особый ужас.

|| < Happy Smile Factory > обрушилась.Smiley искромсали и швырнули в пламя, но и тогда он не сумел умереть.Smiley обернётся жутким кошмаром и вернётся к игроку... ||

Эта концовка до сих пор стояла перед глазами как живая.

(*Примечание: записи из игры, независимо от цвета фона (документы могут быть чёрными буквами на бежевом «бумажном» фоне, подобные вырезки – белыми буквами на иссиня-чёрном фоне), в дальнейшем будут заключены в знаки || текст текст || и выделены жирным.)

«Но ведь маршрут концовки полного краха связан и с маршрутом истинной концовки».

Если всё провернуть с умом, я смогу сохранить образ ничего не подозревающего гражданского и одновременно достичь истинной концовки HSF.

Пока я вспоминал концовку Крушения, под музыку зазвучало объявление детским голосом.

– Это взрослый, который обижал Smiley. Взрос-лый. Скучный взрослый.

Сотни игрушек, глядя на Мо Хэин и Пак Сонгёна, покачивались в такт музыке, словно разминаясь перед делом.

Влево, вправо, влево, влево, вправо...

– Хотим сделать взрослого весёлым.– Но он ведь уже взрослый. Взрослый. Взрос-о-о-осный. Нельзя. Не хотим. Скучно.– Придумали!

Раздался звон тарелок и детский восторженный визг.

– Мы нашли ответ. Сделаем взрослого маленьким!– Маленьким. Маленьким. Маленьким. Как ребёнок. Ка-ка-как ребёнок. Маленьким. Маленьким.– На кусочки. На кусочки. На кусочки. На кусочки. На кусочки.

Мо Хэин рявкнула:

– Гражданский!

Пак Сонгён, который покачивал головой из стороны в сторону, подражая игрушкам, разом опомнился.

Ругнувшись, он вытянул клешню, схватил меня за пояс и забросил на конвейерную ленту.

– Если хочешь жить, сиди смирно и не дёргайся!

Другими словами, что бы ни произошло, он меня не спасёт.

– Понял!

Бодро ответив Пак Сонгёну, я мысленно вздохнул.

Конвейерная лента засчитывала игрока за игрушку. В HSF она служила безопасной зоной, чтобы укрываться от атак.

Вот только кое-чего ни Пак Сонгён, ни Мо Хэин не знали.

На ветке полного краха конвейерная лента не спасала.

(*Ветка или рут – от англ. route – уникальный сценарий, зависящий от принятых решений, который ведёт к определённой концовке. Например, «рут концовки за злодея» или «рут определённого персонажа» в симуляторах свиданий.)

– Превращаем взрослого в ребёнка, нача-а-а-али!

Объявление кончилось под детский смех. Покачивавшиеся игрушки подскочили как попкорн и кинулись в атаку.

Мо Хэин вытянула игрушечную руку к потолку.

Повиснув на проходящей по потолку трубе, она рассекла воздух человеческой рукой.

Возникла глефа, выкованная из обсидиана.

Предмет Мо Хэин, Чёрная Глефа.

Управление по Противодействию Испытаниям советовало проходить только теми предметами, что добыты в самом Испытании.

Дело в том, что предметы из других Испытаний с большой вероятностью вносили непредсказуемость.

Но сейчас, видимо, из-за чрезвычайного положения она и достала Чёрную Глефу.

«Ого!..»

Даже в этой запарке я мысленно восхитился.

Подумать только, своими глазами вижу, как Мо Хэин взмахивает Чёрной Глефой. Да ещё под самым носом.

Я как зачарованный смотрел на её бой.

Пак Сонгён клешнёй расшвыривал игрушек, а человеческой рукой держал фонарик и светил на них.

Игрушки, попав под луч, на время замирали.

Мо Хэин не упускала случая и срубала их Чёрной Глефой.

Игрушки, рассечённые длинным наконечником, испускали вопль, похожий на детский крик, и истекали разноцветной радужной кровью.

В душе хотелось любоваться и дальше, да только времени, к сожалению, не оставалось.

Я насилу оторвал взгляд от Мо Хэин и, уворачиваясь от наседавших игрушек, побежал по конвейерной ленте.

Предметов у меня никаких, но уклоняться от атак было нетрудно, ведь я знал их последовательность.

Подсказкой к последовательности атак служили те покачивания игрушек, когда поначалу заиграла музыка.

Открыв все концовки HSF, я, как прожжённый задрот, зазубрил все последовательности наизусть.

Несясь на полной скорости по конвейерной ленте, я быстро окинул взглядом беснующихся со всех сторон игрушек.

Из производственных труб подсыпались всё новые, так что творился сущий бардак.

И всё же отыскать нужное было нетрудно.

Серийная кукла Smiley высотой пятнадцать сантиметров, Black Edition.

Среди кричащих основных неоновых цветов кукла, одна сплошь чёрная, почти не бросалась в глаза.

Зато для истинной концовки раздобыть её требовалось непременно.

Я протянул руку между игрушками.

– Уф!..

Жгучая боль резанула по руке. Куколка-пони в фартучке полоснула мне предплечье пластиковым ножом.

И всё же чёрного Smiley я выхватить успел.

Smiley Black Edition: единственный в мире Sad Smiley.

Я снова побежал по ленте и добрался до коробок-упаковок, что громоздились за производственной машиной гигантской декорацией.

Среди коробок с упакованными игрушками одна выделялась величиной.

В эту коробку полагалось укладывать NPC-Smiley.

Сейчас она пустовала, потому что Мо Хэин ранее напала на Smiley.

Коробка рассчитана на метровую куклу, так что взрослый мужчина в неё худо-бедно помещался.

Я втиснулся в упаковку.

Вид был жалковатый...

В пиксельной графике это смотрелось нормально, а наяву слегка стыдно.

Так или иначе, устроившись в коробке, я разглядывал Мо Хэин и Пак Сонгёна через прозрачную плёнку.

Эти двое незаметно уже почти расправились с игрушками.

Промедли я ещё, и истинная концовка могла сорваться, так что я живо осмотрел куклу Smiley.

Каждая секунда была на счету, и всё же я невольно застыл.

«Он же улыбается?»

Кукла Sad Smiley улыбалась.

Исходя из имени, у Sad Smiley полагалось быть плачущему лицу.

Но взять не ту куклу я не мог.

На пёстрой фабрике игрушек Sad Smiley был единственной бесцветной игрушкой.

Разглядывая её, я обнаружил на Sad Smiley свою кровь.

Кровь брызнула, когда мне рассекли предплечье, да на чёрном её было не разглядеть, вот я и не заметил.

Я запоздало вытер кровь, но Sad Smiley по-прежнему улыбался.

Скверно, да разбираться было некогда.

Я надавил Sad Smiley на живот, и зазвучал записанный унылый детский голос.

– Сделайте Sad Smiley счастливым.

Вообще-то в игре всплывали два варианта на выбор.

|| > Проигнорировать. |||| > Спросить, что нужно сделать. ||

Но здесь выбора не высвечивалось, так что я проговорил вслух сам.

– Что нужно сделать, чтобы ты стал счастливым?

И тогда Sad Smiley должен был к тайне фабрики игрушек...

– Станьте хозяином Sad Smiley.

Подсказать ключ?..

– Останемся вместе навечно. Вместе весело. Весело значит счастливо. Вечность. Ве-ечность. Навечно. Вечность. Вечность. Наве-е-ечно...

Хрясь!

Sad Smiley, что был у меня в руках, разлетелся пополам, и чёрная кровь брызнула мне в лицо.

– Я же велела сидеть смирно, гражданский.

Мо Хэин, опустив испятнанную радужными разводами Чёрную Глефу, сверлила меня взглядом.