Затмить Небеса Том 1 Глава 738 Небесная тайна древнего скрытого пути

Все говорили, что для народа Золотых Воронов наступила самая блистательная великая эпоха. Десять гениев в одном роду — люди считали, что в будущем весь мир будет принадлежать им.

Однако кровь и белые кости сложили скорбную песнь, что разрушила это убеждение. Все десять принцев народа Золотых Воронов погибли один за другим, и даже сильнейший из них, Луя, расстался с жизнью. Занавес печально опустился.

Этот исход заставил всех культиваторов Поднебесной похолодеть до глубины души. Столь блестящие боевые подвиги, эти разбросанные кровь и кости — всё было делом рук одного человека.

Е Фань в одиночку убил всех десятерых принцев народа Золотых Воронов. Такой блистательный боевой результат, вероятно, будут воспевать ещё долгие годы, а в будущем он и вовсе превратится в легенду.

Натянув лук, разить Золотых Воронов; сражаться насмерть с божественными сынами; биться в яростном пламени с проекцией короля великого свершения, явленной из-за пределов небес... Одно за другим эти потрясающие мир сражения заставили имя Е Фаня стремительно разнестись по всем землям.

В эпоху, когда не являют себя мудрецы, во времена, когда не видно и тени королей великого свершения, взлёт столь юного и могучего мастера, разумеется, потряс весь мир.

Ныне в нескольких великих областях не было человека, который не знал бы имени Е Фаня. В последнее время он стал главной темой всех разговоров.

Однако прошлое этого поразительного восходящего гения было сплошным белым пятном. Невозможно было выяснить его происхождение — казалось, он появился из ниоткуда.

Битва в Юаньсюй потрясла все десять направлений!

Взлёт Е Фаня был слишком стремительным и божественно-яростным. Все единогласно считали, что это человек, стремящийся доказать Путь, и в будущем древнему звёздному полю Цзывэй не будет покоя.

Одного Инь Тяньдэ было уже достаточно, чтобы внушать ужас. Четырнадцать лет назад он заставил глав всех школ Поднебесной замолчать в страхе. Продвигаясь вперёд железной рукой, он выковал страшную легенду.

А теперь появился ещё и Е Фань. В будущем непременно разразится яростная схватка дракона и тигра. Даже Отсечение Пути на третьей ступени Бессмертного, скорее всего, не остановит их. На пути доказательства Пути прольётся кровь, и этого не избежать.

На пути Великого императора гении часто увядают, а герои — гибнут. Повсюду видны белые кости, и пролитая кровь сопровождает скорбные песни.

Это путь, вымощенный кровью и костями!

Не пройдя через смертельные испытания, не привыкнув к смерти, не познав бесчисленных страданий и бедствий, трудно увидеть конец пути императора. Это путь, проходящий через горы трупов.

Великие императора древности, о которых говорят с таким блеском и которым поклоняются все живущие, на самом деле тоже прошли через такую же резню. Они омылись кровью многих королей и шли вперёд по их костям.

— Я осмелюсь сказать, что Инь Тяньдэ непременно сразится с Е Фанем, и ждать этого осталось недолго!

— Два короля, наделённых небесными талантами, родились в одну эпоху. Поистине, это трагедия. Даже если бы не было смерти Инь Тяньчжи, один из них всё равно должен был пасть.

Люди горячо обсуждали это. Вся Поднебесная говорила о том, что эти двое высекут самую ослепительную череду искр в этой эпохе!

Все считали, что Е Фань непременно должен любыми способами в кратчайшие сроки прорваться через этот непреодолимый барьер — Отсечение Пути на третьей ступени Бессмертного.

Иначе как же в будущем он сможет соперничать с Инь Тяньдэ? Это касалось не только того, кто докажет Путь, но и самой жизни. У проигравшего не было пути к спасению.

Насколько же силён был Инь Тяньдэ на самом деле? Даже сам Е Фань невольно задавался этим вопросом. Он сражался насмерть с божественными сынами и потряс современность, но это всё равно не могло изменить мнение людей.

На этой земле все считали, что Инь Тяньдэ страшен до крайности. Так было в прошлом, так есть сейчас и так будет в будущем. Это мнение никогда не менялось.

— Без сомнения, он первый среди своего поколения. Он давил так, что даже старшее поколение не могло вздохнуть. Четырнадцать лет назад он уже одной ногой ступил на третий небесный слой Бессмертного алтаря.

— У него чрезвычайно глубокое понимание Пути. Ещё не достигнув уровня короля, он уже семь дней рассуждал о Пути с королём Золотых Воронов в древней пещере.

Таковы были самые простые и прямые сведения, что дали Ли Тянь и Янь Иси. Это заставило Е Фаня сильно нахмуриться. С какой стороны ни посмотри, Инь Тяньдэ казался главным героем этого мира, будущим доказателем Пути на этой древней звезде.

— Скажу честно: сейчас от него можно только уклоняться. Противоборствовать ему нельзя — это всё равно что идти на верную смерть, — даже неукротимый Ли Тянь произнёс такие слова.

Он воочию видел нынешнюю боевую мощь Е Фаня, но всё равно сказал это. Достаточно, чтобы понять, насколько страшен был Инь Тяньдэ.

Стоило помнить, что Ли Тянь и Янь Иси были мастерами одного уровня с божественным сыном Великой Тьмы, Луя и другими и входили в число самых страшных людей молодого поколения.

Ныне же Инь Тяньдэ уехал на запад верхом на быке, следуя по древнему пути. Пурпурная энергия прокатилась на восемь тысяч ли¹, и он исчез на западе.

¹ 1 ли ≈ 0,5 км.

Никто не знал, насколько могущественным он станет, когда вернётся, подражая древним. Возможно, это станет самым важным в его жизни путешествием растворения в Пути.

— А-а-а!.. Да говорю же вам, я мужчина, не женщина! Не верите — сейчас покажу!

Раздался невероятно пронзительный крик. Тот самый змеиный дух, слуга-мальчик из Дворца Восьми Пейзажей, кричал так жалобно, словно его сотню раз истерзали.

Ли Тянь аж позеленел от злости и, подойдя, дважды смачно пнул его, выругавшись:

— Твою ж мать! Неужели я, Ли, и впрямь настолько неразборчив, что не могу отличить самца от самки?

Змеиный дух, слуга-мальчик, побелел от страха и в изнеможении распластался на земле, но в конце концов стиснул зубы и принял вид, полный решимости умереть смертью храбрых, мол, делай со мной что хочешь.

— Ах ты, длинный червяк! Что за выражение лица?! Будешь так на меня смотреть — одним шлепком пришибу! — с почерневшим лицом произнёс Ли Тянь.

Это был невысокий холм, почти лишённый растительности. Лишь несколько каменных глыб — всё голо и пусто. Местность эта была довольно пустынной. Е Фань и остальные допрашивали змеиного духа, слугу-мальчика, желая разузнать всё о Дворце Восьми Пейзажей.

Через полчаса они покинули эти невысокие холмы. Они отсекли часть изначального духа змеиного духа, но оставили ему путь к жизни.

Дворец Восьми Пейзажей и впрямь было не так-то легко взять. Нужно было дождаться нужного небесного часа, иначе древняя формация, что охраняла его, пропускала лишь внутрь, но не выпускала обратно.

К тому же сначала нужно было войти в Святую землю Высшей Чистоты, и этот этап сам по себе вызывал большие сомнения. После ухода Инь Тяньдэ он закрыл её, и, согласно памяти змеиного духа, силой её было не открыть.

— С Печью Божественной Девы в руках мы, пожалуй, сможем открыть Святую землю Высшей Чистоты. Но для этого нужно дождаться ночи полной луны. Вот ведь морока — зависеть от небесного часа, — обсудив всё, Ли Тянь и остальные решили действовать через несколько дней.

Печь Божественной Девы имела столь дурную славу, что двое братьев по учению из Школы Человеческих Желаний хотели покинуть эту древнюю звезду и искать развития в другом месте. Они решили забрать с собой все магические орудия, оставшиеся в древних пещерах их школы.

В последующие дни появилась весть, что потрясла весь мир: король Золотых Воронов вышел из уединения и немедленно отправился в восточную область Шэнь, чтобы искать следы Е Фаня.

Владыка, взошедший на вершину мира!

Такова была первая реакция всех, кто узнал эту новость. Это был король великого свершения, который после многих лет уединения наконец снова явился в мир.

Несколько дней назад он явил свою проекцию из-за пределов небес, и это было не его истинное тело, но он смог нанести удар с расстояния в десятки миллионов ли и потряс мир своей отвагой.

Та иллюзорная форма по сравнению с истинным телом была несопоставима — разница как между небом и грязью. А теперь, когда истинное тело короля Золотых Воронов явилось, кто в Поднебесной мог ему противостоять?

Он шёл убить Е Фаня и потребовать ответа за десятерых принцев. Неизвестно сколько лет уже не появлялось королей великого свершения, и весь мир был изумлён.

— Эх, если всё пройдёт удачно, мы покинем эту древнюю звезду. Как же не хочется, — демонический Ли Тянь слегка опечалился.

Они находились на древней горе, где располагалась Школа Человеческих Желаний. Он и Янь Иси уже опустошили всё в нескольких пещерных обителях, и взять больше было нечего.

— Дядя, хочешь плакать — плачь, — произнёс Тунтун, прижимая к себе белоснежного крольчонка.

— Чёрт, когда со мной разговариваешь, не смотри на кролика! — разозлился Ли Тянь.

Маленький Тунтун обиделся и, прижимая к себе белоснежного крольчонка, убежал подальше, не желая больше с ним разговаривать.

— О чём тебе не хочется? — улыбнулся Е Фань.

— Зря я ношу громкое имя первого развратного вора Поднебесной! А я, чёрт возьми, до сих пор чистый и непорочный юноша! Ни разу запрета не нарушал! — выругался Ли Тянь.

Пф!

Е Фань тут же выплюнул весь чай, что был у него во рту. Если бы не защита божественного света, Ли Тяня точно бы окатило с головы до ног.

— Ты можешь быть ещё бессовестнее?

— Я так и знал, что вы не поверите. Эх, видел я, как девятая красавица человеческой расы выходила из купальни, видел, как восьмая красавица нежилась в духовном источнике, и даже удостоился лицезреть, как пятая красавица переодевалась в своих благоуханных покоях. Но я и впрямь ничего не делал! А меня гоняли по всем областям, дыша в спину, и преследуя, чтобы убить... Как же я несправедливо страдаю!

Пожаловавшись на свою горькую судьбу, Ли Тянь поклялся:

— Ничего, звёздное поле Северного Ковша, я иду! Тёлочки древних родов, божественные девы всех народов, я иду! Уж вы не разочаруетесь!

Янь Иси, чьи белые одежды развевались, был подобен прекрасному мужчине, сошедшему с живописного свитка. Он обладал обликом божества и статью нефрита. Его натура полностью противопоставлялась демонической натуре его младшего соученика.

— Младший брат, что думаешь делать с этой нефритовой печатью? — разбирая до конца древнюю пещеру, Янь Иси заметил одну нефритовую печать, что привлекла его внимание. Он с торжественным видом поднял её на ладони.

— Небесный приказ-талисман! — Ли Тянь был сильно изумлён. — Где ты его нашёл?

— В пепле курительных палочек перед алтарём патриарха.

— Ах вы, старые черти, чтоб вас небеса покарали! Разве можно так разбрасываться столь важным приказом-талисманом?! Вы что, яму роете своим потомкам?! — принялся честить Ли Тянь всех патриархов подряд.

— Этот приказ-талисман такой особенный? — спросил Е Фань.

— Конечно! Это священный талисман Врат Небесной Тайны! Его вручают, лишь когда остаются в огромном долгу. С ним можно попросить эту древнюю школу скрытого пути вычислить удачу, несчастья и всё, что захочешь узнать, — Ли Тянь был очень взволнован и добавил: — И к тому же, есть целых четыре попытки.

Врата Небесной Тайны обладали непостижимыми для духов и демонов способностями. Они выводили законы творения и могли делать всевозможные предсказания, притом чрезвычайно точные.

Однако из-за того, что они могли подглядеть небесную тайну, они навлекали на себя зависть небес. Поэтому, хоть они и обладали поразительным божественным искусством, процветания достичь им было трудно. Из поколения в поколение учеников у них было немного. Это была древняя школа скрытого пути.

— Мы вот-вот уйдём, так что нужно как следует использовать эти четыре попытки. Дай-ка подумать, что попросить предсказать у старца Небесной Тайны, — Ли Тянь принялся размышлять. — Посчитать, есть ли у меня с И Цинъу судьба... Чёрт, да что тут считать, и так ясно, что свинья сожрала.

— Что за чушь ты несёшь! — Е Фаню и впрямь захотелось пнуть его пару раз. Вот же подонок, ему бы и впрямь следовало до конца жизни оставаться чистым и непорочным юношей — слишком уж мерзко он выражался.

— Я имею в виду, что в ночь полной луны первая красавица Поднебесной всё равно вместе с нами пойдёт штурмовать Дворец Восьми Пейзажей. Так что высчитывать, что с ней будет, не нужно, — пояснил Ли Тянь.

— Мы вот-вот уйдём, так что этот Небесный приказ-талисман нужно использовать с умом, — сказал Янь Иси.

— Да, мы уже почти ушли, и все красавицы теперь всё равно что скелеты. Но я и впрямь не могу смириться, — глубоко вздохнул Ли Тянь.

— Подумай хорошенько, что ещё мы хотим вычислить? — произнёс Е Фань.

Они вместе стали размышлять и в конце концов придумали немало всего, например, о божественных сокровищах Великих императоров и бессмертных лекарствах. Но все эти мысли показались им слишком нереальными.

— Ладно, давай спросим, каков будет наш путь впереди.

— И ещё одно: какие тайны хранят полстраницы древнего писания из древнего даосского святилища Долголетия на Хребте Мрака и полстраницы древнего писания из Дворца Царя людей.

По преданию, если их сложить вместе, то получится одна полная, без изъяна, страница божественного древнего писания. Уже несколько лет об этом ходили шумные толки, и говорили, что две школы собираются вместе постигать их, но до дела так и не дошло.

Великая Бездна находилась на западе области Шэнь. Древняя школа скрытого пути — Врата Небесной Тайны — закрыла здесь свои горные врата и не выходила наружу. В мире редко можно было увидеть их последователей.

Особенно в последние две тысячи лет они стали ещё более скрытными. Они никогда не делали предсказаний и не вычисляли небесной тайны, и люди уже почти решили, что их наследие прервалось.

— Сначала спросим о пути впереди, а потом — о божественном древнем писании. Меня это безумно интригует...

Ли Тянь, Янь Иси и Е Фань прибыли к Великой Бездне. Это была глубокая долина, уходящая под землю, и солнечного света там почти не было видно.

— Даже если на вас зависть небес, не обязательно же прятаться в таком месте! — прищёлкнул языком Ли Тянь.

Едва они приблизились к Великой Бездне, как их остановили. К ним подбежал даосский отрок и, протянув парчовую шкатулку, сказал:

— Старец Небесной Тайны знает, зачем вы пришли. Всё находится в этой парчовой шкатулке.

— Он знает, зачем мы пришли?! — даже Е Фань был сильно изумлён.

Маленький даосский отрок с печальным лицом произнёс:

— Патриарх-учитель уйдёт из мира в течение трёх дней. Каждый старец Небесной Тайны перед смертью почти обретает дар ясновидения и может видеть далёкое будущее. Он, разумеется, мог это предсказать.

— Что?! Старец Небесной Тайны уходит из мира?! — все трое были потрясены и, обратившись в сторону Великой Бездны, отвесили глубокий поклон.

В парчовой шкатулке лежало два пожелтевших листа бумаги, оба сложенные. На первом было написано два иероглифа: «За пределы области». Когда его развернули, внутри тоже оказалось лишь два слова: «Возможно осуществить».

— Что?! Он и впрямь знает, что мы хотим покинуть эту древнюю звезду! — трое не могли не изумиться. Эта древняя школа скрытого пути и впрямь обладала искусством, непостижимым для духов и демонов.

На втором пожелтевшем листе было написано четыре знака: «Божественное древнее писание». Они слегка взволновались. Ли Тянь дрожащими руками развернул этот сложенный лист.