Жизнь с моей сводной сестрой (Новелла) Том 1 Глава 1 Глава первая

Глава 1

7-е июня (воскресенье)

— Добро пожаловать в наш дом!

...Нет, не так.

— С сегодняшнего дня мы будем жить под одной крышей, да! Хм, это звучит немного жутковато…

Краем глаза заметив кучу картонных коробок и новую мебель, я уставился на свое отражение в зеркале и мысленно пробормотал те же слова.

Это случилось около пяти вечера. Я находился в одной из комнат арендованной квартиры на третьем этаже здания в самом престижном жилом районе Японии (немного приукрашено). Квартира имела четыре комнаты.

[П/П: На самом деле там написано 3LDK, что означает 3 комнаты + гостиная + кухня. Нам ближе понятие четырехкомнатной квартиры, так как на просторах СНГ не особо было принято отдельно выделять зал или гостиную до недавних времен.]

Раньше для меня и отца она казалась огромной, но теперь наверняка покажется тесной.

Последние пять минут я репетировал мимику и фразы для приветствия новых домочадцев. Честно говоря, вся эта ситуация просто абсурдна. Я рад, что отец прибрал и подготовил комнату для себя и Акико-сан. Но почему он поручил мне, подростку, наводить порядок в помещении для той, кто с сегодняшнего дня станет моей сводной сестрой? Это явно не лучшее решение в наших обстоятельствах.

— Странно… куда оно делось?

— Что случилось?

Отец в панике метался по коридору, и я его окликнул.

— Ах, вовремя ты. Не видел освежитель воздуха?

— Наверное, в гостиной. Вчера я им брызгал на шторы.

— Ага, понятно! Спасибо!

Раздался шлепок тапочек, спешащих по коридору к гостиной.

— Почему ты в такой истерике?

— Я опять проверял комнату, но при уборке запах меня доконал… Не хочу, чтоб они подумали, что у нас в доме воняет, ясно…

— Ты что, школьница старших классов?

— Когда дотянешь до моих лет, и для тебя это станет проблемой, понял?! Через двадцать лет сам поймешь, о чем я, Юта!

— Был бы очень благодарен, если б ты больше доверял своему сыну, старый хрыч.

Глядя, как он плетется обратно в спальню, сгорбившись как виноватый котенок и крепко сжимая освежитель, я вздохнул. Если тебя так волнует, почему не убираешься ежедневно? Хотя для занятого работяги вроде него это было бы слишком сурово.

— Моя комната в норме… верно?

Из-за слов отца я слегка занервничал.

Я дал слово Аясэ-сан, что не будем ничего требовать друг от друга, но все равно не хочу, чтоб она мучилась от вони в комнате старшеклассника. Я-то регулярно стираю простыни, так что, если нюх не подводит, все ок.

Я оставался доволен своей уборкой, но звонок в дверь вырвал меня из раздумий.

— Вот и они…

— Юта ~ Откроешь дверь за меня?

— Конечно.

Поскольку отец все еще выкуривал запах из спальни, я сам пошел к входу.

— Простите за задержку?

— Мы здесь ~

Я изобразил максимум милоты. С теплой улыбкой распахнув дверь, я оцепенел в изумлении. Акико-сан стояла с кучей пакетов из магазина в руках. Еда и бытовые мелочи чуть не вываливались, и это меня поразило.

— Эм, Акико-сан, это что…

— С сегодняшнего дня живем у вас, вот и накупила всего ~

— Но столько?.. Не стоило утруждаться…

— Не благодари, ерунда.

Слегка раздраженный голос донесся сзади. Там была Саки Аясэ-сан, тоже обвешанная пластиковыми пакетами.

— Мама не умеет отказывать. Ее уговорили взять все эти рекомендованные продавцами товары.

— Понятно, в чем дело…

— Эй, я что, полный неудачник ~

— Ну, разве нет?

— Эй! Это же не так, правда, Юта-кун?

Она взывала ко мне о помощи. Я не очень понимаю, как она избегает ответственности, но ее детская надутость выветривает все упреки из головы.

Врать не хотелось. К тому же Саки Аясэ-сан сверлила меня ледяным взглядом, намекая не потакать маме. Странно быть между двух огней.

— Не торчите в дверях, заходите. Давайте помогу с пакетами.

Поэтому я просто сделал вид, что ничего не заметил. Мудрец когда-то сказал: для личного счастья умей игнорировать лишнее. Акико-сан ничуть не обиделась и просто улыбнулась, вручая мне пакеты.

— Спасибо. Ты и правда надежный парень.

— Ха-ха-ха.

Я смутно улыбнулся на ее слова благодарности и отвел взгляд.

Я предложил Акико-сан и Саки Аясэ-сан свежие домашние тапочки, только что купленные, и пригласил их внутрь. Когда мы зашли в гостиную, Акико-сан удивленно ахнула.

— Ммм, цитрусовый аромат, такой приятный.

— Ха, у вас тут на удивление чисто. Саки Аясэ-сан оглядела пол и мебель, удовлетворенно выдохнув.

— Ну, мы просто быстро навели порядок. Обычно здесь не...

— Все именно так, как рассказывал мне Тайчи-сан. Вы правда обожаете чистоту.

— ...Чистота — это основа здоровья, как говорится.

Я проглотил слова, которые уже вертелись на языке.

Это было рискованно. Похоже, мой дурацкий старик изображал из себя святого, заботясь об Акико-сан. Учитывая его прошлое с женщинами и то, как такая ложь может все разрушить в миг, ради отцовского счастья я решил не раскрывать, что он ей врал.

Однако Саки Аясэ-сан уставилась на меня с большим недоверием.

— У вас правда всегда такая чистота?

— Конечно. Каждая пылинка достойна уничтожения — это наш семейный девиз.

— Какой пугающий девиз для семьи.

Я ни капли не соврал. Просто слегка перефразировал слова, которые всегда повторяла моя бабушка из деревни. Я все еще помню ее улыбку.

— Думаю, это идеально подходит Тайчи-сану, — хихикнула Акико-сан. — Он всегда выглядит стильно и обаятельно, а тут еще и дом в идеальной чистоте держит.

— Стильный... мой старик?

— Точно. Когда он впервые пришел в наше заведение с начальником, твой отец казался простым и скромным, но во второй раз уже был наряжен с иголочки, с парфюмом, даже галстук сменил на такой, что делал его похожим на топ-менеджера.

— А-а.

Это заставило меня вспомнить, как он когда-то тратил кучу денег на шмотки и одеколоны. Я думал, это чтобы лучше влиться во взрослую жизнь, но кто знал, что все ради женщины, которая ему приглянулась.

— Эй, Акико-сан, Саки-чан!

Мой старик как раз вышел из спальни. К моему шоку, он все еще сжимал в руке баллончик с освежителем.

— Эй, ты...

Убери эту штуку из рук немедленно! Я из кожи вон лезу, чтобы тебе помочь с впечатлением, а ты сам все рушишь!

Я пытался передать это взглядом. Но ничего не вышло — старик просто растянул улыбку, будто репетируя перед зеркалом, и произнес:

— Добро пожаловать в наш дом! М-мы теперь будем жить вместе под одной крышей, так что давайте уживаться!

Жуть. Не припомню речи фальшивее и наиграннее, чем эта с уст моего старика. Он ужасно подбирал слова для приветствия, даже язык прикусил, а лицо его было жалким зрелищем.

— Я так рада такому теплу! ~ Вот, подарки принесла!

— Разве это не сырая ветчина? Отлично, устроим потом пир!

…Ладно, они все же пара что надо. Акико-сан даже не заметила освежитель в его руке, а он принял кучу еды, как должное.

— Эй, Асамура-кун.

— Хм?

— Хочу посмотреть свою комнату. Покажешь?

— А, да, конечно.

Саки Аясэ-сан и я бросили багаж и сумки с покупками в гостиной, после чего направились в ее новую комнату.

— Вот она...

— Ха, ну и ну...

— Я повесил шторы и поставил кровать, но не знал твоих предпочтений по цвету белья, так что если хочешь поменять — скажи. Стол у окна расположил, но если сдвинуть надо — дай знать.

— Спасибо. Ты все так хорошо подготовил... о, — она стремительно прошла мимо, оказавшись в центре комнаты.

Тон ее был равнодушным, но глаза горели любопытством, словно у кошки в ночи. Передо мной стояла обычная девчонка. С ее роскошными волосами и одеждой это создавало завораживающую картину. Не знаю, шампунь ли, духи или мое девственное воображение, но сладкий запах заполнил всю комнату.

— Она такая просторная, — обернулась девушка.

— Правда? Мне кажется, обычная.

— Раньше мы ютились в крошечной квартире. В одной комнате было всего шесть татами, и у меня даже своей комнаты не было.

[П/П: Около 10 квадратных метров. Верно, это вся площадь для проживания. Подобные квартирки принято называть студенческими. В японской классификации это нечто среднее меж 1K и 1DK, ближе к первому. Общая площадь выходит примерно 15-20 кв. м., с компактным кухонным блоком, отдельным санузлом и крошечной комнатушкой в 10 метров. Нет, это не студия — в ней нет готовой планировки, приходится обустраивать самому. Ради забавы такие хоромы зовут «мини-человейниками»]

— Вы спали в одной комнате?

 Тогда ясно, почему их мебель такая свежая.

— Нет, на самом деле. Обычно я спала одна. Мама в тот период как раз подрабатывала ночами, так что наши графики сна полностью разнились.

— Наверное, это куда приятнее, чем вдруг селиться с двумя парнями… Прости.

— …Ничего страшного, но вот одна вещь меня правда тревожит…

— Какая?

— Это...

— А?

— Почему ты так вежлив со мной? Если это из-за личных принципов или веры, то ладно.

Я не из какой-то странной секты. Просто следую общим нормам: с малознакомым человеком говорю учтиво, эта манера присуща мне всегда.

— Даже если спросишь, в чём причина…

— Мы же ровесники, так что расслабься? Не нужно быть таким предупредительным.

— Я именно из-за возраста нашего так себя веду…

— А? Разве к однокласснику или другу принято так учтиво?

— Это подход сильных мира сего, он мне чужд.

За 17 лет я почти не общался с девушками. Тем более с такой яркой, как Саки Аясэ-сан. Она сказала, всё окей, но с моим багажом перешагнуть это нелегко.

— Правда? Ладно, не буду навязывать, Асамура-кун. Просто не хочу, чтоб ты был чересчур внимателен.

— Я и не собирался… А-а-а, — midway я осенило.

Мы с ней договорились без ожиданий. Это было при первой встрече с Саки Аясэ-сан. Вспомнив, я спросил:

— Давай уточним сразу. Хочешь, чтоб я прекратил вежничать?

— Честно, да, так мне полегче. Я не та, кто заслуживает такого почтения.

— Договорились, перестаю. 

 Аясэ-сан от неожиданности распахнула рот.

— Быстро же.

— Ну, как к старой приятельнице сразу не выйдет, но... раз просишь. К тому же мне самому так сподручнее.

— Ясно. Я тоже так подумала, — улыбнулась Аясэ-сан.

Обычно её речь и мимика были холодноватыми и сухими, но вот впервые показалось, будто они чуть потеплели.

— Отлично, что мы так легко подстраиваемся.

— Подстраиваемся? В общем, да.

Именно это мы с Аясэ-сан только что проделали. Сначала она заподозрила во мне члена секты с вежливыми ритуалами и посоветовала бросить, мол, ей не надо. Потом я уловил её намёк и согласился — и ей полегчало.

Это и есть обычное общение повсюду? Не знаю. Но для меня такие правки — в новинку. Обычно собеседники ждут интуиции и empathy.

«Объясни, иначе не въеду в твои чувства!»

«Почему не догадался, что это меня бесит!»

И тому подобное.

Люди требуют невозможного, ведь в головы не заглянешь. Зачем не выложить всё с порога? Например:

«То или это меня злит».

«Я ценю вот это».

«Понял, учту».

Не надейся на телепатию, лучше заранее гаси конфликты.

— Если б все общались так прямолинейно и без воды... Как мы с тобой, Асамура-кун.

— Повтори-ка.

Не пойму, почему ей претит вежливость. Но раз не по душе, подстроюсь, чтоб ей было уютнее. Расчётливо, но если б все так чутко реагировали на чувства ближних, мир улучшился бы. Увы, общество иначе устроено.

— Когда я предлагала такое школьным подругам, они хохотали: «Это контракт какой-то?» И игнорировали.

— Жалко.

— Угу. Потому я порвала со всеми, кроме одной.

— Ого… жёстко.

Трудно сказать, храбрая она или просто равнодушная. Однако её слова, произнесённые с улыбкой, придали им необычную убедительность.

— Я отвергаю лишь тех, кто по-настоящему это заслужил, или тех, кто мне совсем неинтересен. Зря тратить время на общение с людьми, где каждый разговор — как шаг по минному полю, способный вызвать их гнев.

— Понятно... Кстати, насчёт бесполезной траты времени, просто торчать здесь — чистая ерунда. Могу ли я помочь тебе с вещами?

— Как это мило с твоей стороны.

— Раннее создание обязательств в мою пользу окажется выгодным в долгосрочной перспективе. Для меня это чистая выгода без риска.

— Впечатляюще...

— Не дразни меня, хорошо?

— Я же пыталась похвалить. Ладно, чем ты мог бы помочь...

Аясэ-сан обвела комнату взглядом в поисках подходящего.

— Сначала я хочу кое-что распаковать. У тебя есть нож?

— Конечно.

Я мигом метнулся в свою комнату, схватил резак и, вернувшись, приблизился к картонной коробке, на которую она указала.

— Ах, дай его мне, я сама сделаю.

— Не беспокойся, я же сказал, помогу.

— Нет, дело не в том. Там...

Я уловил голос Аясэ-сан за спиной, но руки уже взялись за разрез плёнки. Коробка вскоре раскрылась, явив белую ткань. В тот миг я горько пожалел, что не послушал её предупреждения.

— ...Моё бельё.

— Лучше бы ты предупредила заранее!

Я резко отвернулся от увиденного и поспешно отступил подальше.

Аясэ-сан тут же расхохоталась, заметив мою такую невинную панику.

— Ха-ха-ха, не смотри на это как на что-то запретное. Это же обидно, понимаешь?

— Говорят, яд для глаз? Для парня моего возраста это яд во всех смыслах.

— Только если бы я их только что носила. После стирки это почти как платок, разве нет?

— Перестань с ними играть, прошу.

Даже зная, что это просто белая ткань, которой она машет, я всё равно чувствую себя неловко.

Я полагал, что мы на одной волне в вопросах человеческих отношений, но между нами, видимо, целая бездна.

— Ладно, пока я разбираюсь с бельём, повесь мою форму на вешалку?

— Униформа тоже может меня взбудоражить.

— Не думай об этом, окей? Ты сейчас только этим и можешь помочь. Просто отбрось сомнения и делай, как сказано.

— Д-да. Я в порядке.

«Спокойный и собранный». Повторяя это про себя, я взял её форму.

Рубашка, юбка, кардиган — всё такое мягкое, что ощущения невольно обострились.

— А?

Рука замерла.

Зелёный галстук школьной формы мелькнул перед глазами, вызвав дежавю.

— Это... Аясэ-сан, ты в Суйсей учишься?

— Угу, верно. Шокирован, что такая яркая девушка, как я, ходит в элитную школу?

— Нет, не в том дело... Я тоже там учусь.

Одна из престижных школ района Сибуя с почти университетской программой. Учеба строгая, но если оценки высокие, разрешают подрабатывать. Из-за этой гибкости я её и выбрал.

Кто бы подумал: сводная сестра, которую я обрёл из-за повторного брака отца, оказалась ровесницей и из той же школы. Ирония судьбы! Слава богу, не из моего класса. Иначе было бы неловко вдвойне.

Мне было интересно, как отреагирует Аясэ-сан, и она вроде задумалась.

— Получается, Асамура-кун тоже из Суйсей... Хм...

— ...Как-то неловко. Отец ничего не сказал об этом...

— Всё в порядке. Мама тоже умолчала. Не извиняйся.

— Всё равно неловко. В школе постараюсь вести себя так, будто мы не знакомы.

— А? Нет, мне так даже лучше. Если тебе удобнее — пожалуйста.

— Что ты...

Мои слова прервал звонок в кармане. Любопытно, кто звонит в такое время, но на экране высветилось «Работа».

— Подними, я не против. Не хочу тебе мешать.

— Мы и правда ладим.

Я отметил её реакцию с одобрением и вышел из комнаты принять звонок.

Звонили в такой час, видимо, из-за пробела в графике — нужна была замена. Так и вышло, и я, как всегда, согласился.

Закончив разговор, я вернулся и увидел, что Аясэ-сан увлечённо раскладывает вещи. Заметив меня, она медленно повернулась.

— Что сказали? — безразлично спросила она.

— Нужен на работе. Извини, не останусь помогать.

— Ничего страшного, это изначально моя забота.

В связи с тем, что ситуация была срочной, Аясэ-сан не проявляла никакого недовольства. Хоть она и девушка моего возраста, настоящая красавица, выглядящая как тот, с кем мне даже беседовать не положено, мне удавалось вести такой спокойный разговор благодаря её умиротворяющей ауре и изысканным манерам. Она кажется не ровесницей, а скорее зрелой женщиной.

— Тогда я пойду.

— Ага, береги себя.

С довольно лаконичным прощанием она занялась своими делами. Её облик был далек от образа «младшей сестры», который обычно рисуют люди. Но это лишь усиливало моё спокойствие, и я безмятежно вышел из комнаты.

Книжный магазин расположен неподалёку от станции Сибуя. Выйдя у статуи Хатико, пройдите через перекрёсток, забитый туристами и блогерами, что снимают всё подряд и позируют рядом, — и вы окажетесь у магазина.

Попав в это восьмиэтажное здание, где везде звучит реклама мобильных игр, знайте: где-то внутри работает сотрудником книжного магазина именно я.

С малых лет я обожал книги — от японской детской литературы до зарубежных аналогов, перепробовал почти все жанры. Я не просто читал их, а поглощал целиком. Грыз напролёт, пока не переварил. Потому-то работа в окружении свежих новинок казалась мне настоящим раем.

Книги великолепны. Они открывают жизни самых разных людей. Дают опыт, недоступный Асамуре Юте в реальности. Конечно, не только сказки. Есть мемуары, бизнес-книги. Читая много, вы наполняете голову знаниями и опытом.

Ограниченность, чрезмерная гордость, высокомерие, самовлюблённость. Погружаясь в книги и обретая метазнания, можно избежать мук от этих пороков — и, видимо, именно так я их и миновал благодаря книгам.

Мозг обычного взрослого весит около 1400 граммов. Кажется, места хватит для здравого смысла. Но, на мой взгляд, немногие им обзаводятся, что меня весьма тревожит.

Даже если бы в детстве я ни одной книги не прочёл, всё равно полюбил бы их.

Восемь вечера. Я приступил к смене около 18:00, и эти два часа пролетели вихрем — в выходные пик клиентов приходится именно на это время. Когда наплыв спал, и я смог выдохнуть, окидывая взглядом полки с книгами, разыгралась одна сцена.

— Ух ты, леди, вы полностью в моем вкусе. Я влюбился с первого взгляда.

— Вы ищете книгу?

— Эх, как ты можешь быть такой милой? Как насчет того, чтобы перекусить после того, как работа закончится? Когда ты закончишь?

— Я не помню такого названия, не могли бы вы рассказать мне поподробнее?

— О чем ты говоришь, лол. Ты такая забавная, ха-ха.

Яркий тип с бандитской внешностью изо всех сил заигрывал с нашей сотрудницей. Он пропустил мимо ушей её иронию, не смутившись ни на йоту. Такое здесь, в Сибуя, сплошь и рядом, но наблюдать лично, да ещё в такой необычной обстановке, — редкость.

Девушка, которую клеил этот парень, воплощала идеал Ямато Надесико* с длинными чёрными волосами. Образованная, чистая, правильная — плюс сладкий аромат от неё — ставили её в отдельный разряд по сравнению с обычными девушками. Даже под эту жалкую атаку она сохраняла нежную улыбку, не реагируя на слова. Безупречное клиентское обслуживание. Только глаза её не улыбались…

[П/П: Ямато Надесико — идеальный пример японской жены с длинными красивыми волосами, которая, ко всему прочему, является преданной мужу умелой домохозяйкой.]

Я правда не хочу проблем, но…

С этими мыслями я двинулся к источнику шума, сжимая в руке папку со списками.

— Семпай, есть кое-что, с чем мне понадобится ваша помощь.

— Да? С чем?

— Все дело в списке новых поступлений. Я не знаю, как проверить его содержимое на компьютере.

— Понятно, я сейчас буду.

— Что... эй!

Девушка, видимо, раскусила мой план и удалилась, оставив парня в недоумении. Он потянулся к её тонкому запястью, но наткнулся на мою папку.

— У вас есть еще какие-то вопросы к моей Семпай?

— А?

Разумеется, мы не в таких отношениях. Чистой воды блеф, чтоб он отстал. Замерев с разинутым ртом, через миг он хлопнул в ладоши и виновато склонил голову.

— Я не очень хорошо умею читать настроение, так вот! Разумеется, что у такой красавицы обязательно будет парень.

— Ага. Ну да.

Если говорить откровенно, я был в полном недоумении. Опираясь на всех тех негативных персонажей из книг, которые я читал, я ожидал, что он разозлится, наговорит гадостей нам или нечто подобное, однако этот мужчина отступил на удивление безболезненно. Впрочем, это, наверное, просто редкое исключение, которое подтверждает общее правило.

— Парень, тебе лучше дорожить ею. Будь счастлив!

Произнеся эти слова с одобрением, он покинул магазин.

Как только гам утих, в помещении воцарилась привычная тишина.

Осознав, что мы привлекли взгляды других покупателей, я постарался спрятать свои покрасневшие уши, уставившись в пол, и вернулся за кассу.

— Спасибо, Кохай-кун. Ты правда выручил меня с этим. К тому же, если этот парень так легко сдался, зачем он вообще так упорно за мной ухаживал… Верно, мой милый Бойфренд-кун?

— Пожалуйста, перестаньте.

— Неужели наша любовь продержалась всего минуту? Как печально.

Оставшись снова наедине, она стерла с лица притворную улыбку, сменив ее озорным высунутым язычком и насмешливой ухмылкой. Только теперь она прикрепила именную табличку справа на своей униформе, раньше просто держа ее у уголка рта, чтобы поддразнить меня. Там значилось ее имя — Ёмиури Шиори.

— Разве не положено носить именную табличку во время работы?

— Это мой особый стиль.

Ёмиури-семпай приложила палец к губам и подмигнула, словно намекая сохранить это в тайне.

— Правила существуют, чтобы все в организации шло гладко, правда? Если бы он разболтал мое имя, скоро здесь кишмя кишели бы такие, как он.

— Ну... в этом есть логика. 

Она явно не из тех, кто позволяет другим вертеть собой. Если честно, я считаю, что креативность и хитрое мышление Семпай — ее самые привлекательные черты, хотя, думаю, большинство парней в мире со мной не согласятся.

— Это уже третий раз за месяц, эх...

— Сегодня всего седьмое число, так что с этим случаем мы находимся в ритме раз в два дня.

— Третий раз прямо на работе... Как мне теперь сосредоточиться?

Ёмиури-семпай укрылась от посторонних глаз за кассой, издав тяжелый вздох.

— Вот бы они прекратили приставать в магазине. Когда я пытаюсь помочь, ты сразу начинаешь меня дразнить…

Хотя я уже привык к этому.

— Как всегда, огромное спасибо. Ты и правда надежный, Кохай-кун.

— … Простите, я не хотел, чтобы вы чувствовали себя обязанной мне.

— Все в порядке. Ты мне сильно помогаешь, и я правда чувствую долг перед тобой.

Она рассмеялась и дружески похлопала меня по плечу.

Для случайного зеваки Ёмиури-семпай кажется воплощением идеальной Ямато Надэсико — традиционной и скромной, но наедине со мной после смены она любит подшучивать и дразнить, как сейчас, или говорит в раскованном тоне. Поначалу ее красота сбила меня с толку, но привыкнув и разобравшись в ее характере, понимаешь, как легко с ней общаться.

— Вижу, ты по-прежнему популярна. Наверное, из-за того, что такая красавица.

— Кохай-кун… Если будешь так искренне меня хвалить дальше, рискуешь стать одним из таких, как тот парень.

— Не пугай меня так, ладно?

— Впрочем, я не думаю, что дело во внешности. Разве я кажусь такой доступной, что меня легко подцепить?

— Ну, выглядит именно так…

Поскольку она произнесла это прямо и ясно, я потерял дар речи.

Конечно, Семпай кажется невинной, но она уже достаточно взрослая. В Сибуя есть некий развратный оттенок, из-за которого типы вроде того парня могут неверно истолковать поведение Семпай... Неудивительно, что здесь полно мужчин, охотящихся за наивными девушками без опыта общения с противоположным полом, которых можно закадрить легким флиртом.

— Скажи, Кохай-кун. Я все время чую от тебя женский аромат. У тебя появилась девушка или что-то подобное?

У Семпай слегка садистские замашки.

— Не шути так, пожалуйста… Но правда ли я так сильно пахну?

— Воняет на весь магазин. Сколько часов вы там флиртовали, чтобы набраться такого интенсивного запаха?

— Дозвольте уйти пораньше. Пойду домой и приму душ.

— Эй, я просто пошутила. Не бросай меня одну.

Я понюхал свою одежду и сделал вид, что ухожу домой, но Ёмиури-семпай тут же прильнула ко мне. В магазине сейчас только мы вдвоем. Хотя пик инцидента миновал, оставлять ее одну за прилавком было бы слишком жестоко. Впрочем, я лишь прикидывался и уходить раньше не планировал.

— Просто… ты раньше рассказывал о своей ситуации, вот и стало любопытно.

— А-а…

Только после ее напоминания я вспомнил, что действительно обращался к ней за советом. Узнав, что моя предполагаемая младшая сестра на самом деле ровесница, я растерялся и не знал, как с ней общаться и вести себя правильно. Поскольку Ёмиури-семпай — единственная девушка в моем кругу, с которой я могу свободно разговаривать, я попросил у нее несколько подсказок. Конечно, в ответ меня лишь поддразнили, посмеялись и не дали ничего полезного.

— Я не могу ничего посоветовать, зная лишь, что это девушка. У всех разные характеры, увлечения и взгляды на жизнь.

Ее слова звучали разумно, и я не мог даже возразить.

— А какая она? Симпатичная?

— Я стараюсь не смотреть на нее под таким углом.

— Знаю, ты не из тех парней. Я имею в виду твое объективное мнение.

— Объективно говоря… да, она очень красива.

Я ответил предельно честно.

Мне было непросто это произнести. Ведь с сегодняшнего дня она станет частью моей семьи, и говорить о ней так вызывает у меня чувство вины, заставляя неловко ерзать. В плане мировоззрения мы с ней во многом совпадаем, но ее мир — это совсем другая сфера, о которой я никогда не думал, что окажусь в ней.

У нее безупречный стиль, прелестное и обаятельное личико, роскошные светлые волосы, а ее одежда и аксессуары идеально подчеркивают образ. Она явно не из тех, кто теряется в толпе, как я, привыкший к скромному существованию. Вместо радости от любого комплимента она, скорее всего, счептала бы меня мерзким типом.

— У-фу-фу, живешь с такой красоткой, повезло тебе.

— Ничего не будет.

— Ничего-ничего?

— Может, обойдешься без этих твоих пошлых шуточек? Это твоя настоящая вредная привычка.

— Я все время училась в женских школах, так что ничего не поделаешь.

— Мое мнение о женских школах сильно падает…

— Это чистая правда.

— …Серьезно?

— Решай сам, верить или нет… понимаешь?

Она говорила о женских школах как о городской байке, подмигивая мне.

В душе я решил не верить. Хотелось сохранить образ из юри-манги, связанный с такими школами.

— Я все-таки парень, так что подобные мысли лезут в голову. Но честно, у меня нет времени на эти странные и неправильные идеи.

— Хм?

— Подумай только. Я живу под одной крышей с ровесницей из семьи и противоположного пола. Для меня, у кого нет никакого опыта, это чересчур сложно.

— Значит, в твоих глазах я даже не девушка?

— В душе ты парень.

— А-ха-ха! Эй, это слишком жестоко! Я понимаю, почему ты так говоришь, но все равно!

— Ты для меня как друг или надежный старший товарищ.

А еще она вечно отпускает эти пошлые шутки…

— А-ха-ха… Ладно, поняла. Из этого разговора ясно, что ты полный ноль в общении с девушками.

— … Пропущу комментарии.

Я ничего не мог с этим поделать.

— Честно, я в полном замешательстве. Какие отношения должны быть у брата и сестры? Насколько я должен быть внимателен? Эти мысли занимают всю голову, и наслаждаться ситуацией просто нет времени.

— Веди себя как всегда, Кохай-кун.

— А если она меня возненавидит?

— Ты ненавидишь мою естественную манеру?

— … Нет.

— Вот видишь!

— Но ты красавица, Ёмиури-семпай… Твое естественное поведение и мое не сравнить.

— У тебя самооценка на нуле. Ты мне очень нравишься, Кохай-кун.

— Ты странная…

— Теперь говоришь обратное, но имеешь в виду то же. Мне нравится. Чувствуется талант.

— Я говорю именно то, что думаю.

В разгар беседы ее лицо омрачилось критикой, и она кивнула себе. По ее словам, как начитанная девушка, она всегда ищет изысканную риторику в обычных разговорах. Я не понимал, как это вяжется с ее сальными мужскими шутками, но проглотил сомнение.

При мысли, что в такой образованной красавице дремлет мужчина средних лет, я почувствовал смятение. Ёмиури-семпай ушла со словами: «Где же она…» — и вернулась с книгой в руках.

— Вот, рекомендую тебе это.

— «Наука о мужчине и женщине»?

— Это психологическое исследование на основе опросов и советов, как ладить с людьми, особенно противоположного пола. Отличная база знаний, правда?

— По крайней мере, звучит заманчиво.

Я быстро пробежал глазами страницы и сказал так. Оглавление сразу показало, что книга определенно пригодится мне.

По словам автора, сначала необходимо понять другого человека. Затем следует разобраться в себе самом. Для этого требуется объективный взгляд на свою персону. Подобные идеи я уже встречал в других книгах.

Я попытался взглянуть на себя со стороны, и такой подход не был для меня чем-то абсолютно новым. Но одна рекомендация из этой книги особенно зацепила мое внимание.

— Если хотите научиться объективно оценивать себя, начните вести дневник!

Это совет, который я мог применить немедленно. Только прочитав его, я уже загорелся интересом. Ёмиури-семпай явно заметила это и растянула губы в дьявольской ухмылке.

— Я знаю одного человека, которому эта книга по-настоящему помогла.

— Ты уже пользовалась этой книгой?

— Звучит убедительно, правда? Мы с тобой давно знакомы и отлично уживаемся, так что все сложится удачно.

— Да, это действительно убедительно.

Одна проверенная практика стоит сотен теорий. Лучше довериться бывшему толстяку, прошедшему суровые тренировки, чем слушать жирные речи о диетах. В итоге я купил эту книгу.

После окончания своей смены, переодевшись в школьную форму, я приобрел книгу у Ёмиури-семпай, чья смена затягивалась до полуночи. В отличие от меня, старшеклассника, ограниченного работой до 22:00, она все еще торчала на месте. Я забрал у нее книгу, засунул в рюкзак и, собираясь уйти, обернулся напоследок.

— Если какой-нибудь тип опять полезет к тебе, звони мне в любой момент. Мой байк всегда наготове.

На миг Ёмиури-семпай растерялась. Но это быстро сменилось счастливой улыбкой.

— Как мило и надежно ~ Тогда сначала позвоню тебе, а потом в полицию.

— Нет, сделай наоборот, пожалуйста.

Если уж звонить в полицию, то даже не беспокой своего Кохай-куна.

Когда я подъехал к парковке у своей квартиры, часы показывали уже десять вечера. По пути домой я одной рукой вел велосипед, другой рылся в приложениях для ведения дневника, так что дорога растянулась. Запарковав любимый байк, я поднялся лифтом на третий этаж, и меня снова кольнула вина.

Обычно я возвращался, когда удобно, но не помню, чтобы предупреждал Акико-сан или Аясэ-сан о длительности своей подработки. Надеюсь, отец все объяснил, но неприятностей я жду.

Предполагая, что домочадцы уже спят, я тихо отворил дверь и прокрался в гостиную. Свет пробивался сквозь матовую стеклянную дверь — значит, кто-то бодрствовал. С напряжением в теле я вошел. Там, на диване, одна сидела Аясэ-сан.

Из ее чашки поднимался легкий пар — наверное, горячий шоколад или подобное. Она пялилась в телефон с бесстрастным лицом, листая соцсети. Или, может, чатилась с кем-то. Друзьями? Парнем? Для такой красавицы, с которой легко общаться, это вполне реально.

— Я дома.

— А? Ага.

Она оторвалась от экрана, и это меня слегка взбудоражило.

Вместо расплывчатого ответа она выглядела ошарашенной, не зная, что сказать. Словно иностранец спросил дорогу в незнакомом квартале.

— … Аясэ-сан?

— Прости, просто не привыкла слышать такое, вот и не знала, как отреагировать.

— А… понятно. Из-за вашего прежнего образа жизни.

Она говорила, что из-за ночных смен Акико-сан их графики сна никогда не пересекались. Когда я услышал это впервые, подумал: «Такие семьи тоже бывают». Но осмыслив, сердце сжалось.

— И зачем такая серьезная мина?

Аясэ-сан криво улыбнулась.

Видимо, мои мысли отразились на лице.

— Все в порядке. Меня не обижали или что-то вроде. Я уходила в школу — она возвращалась, поспит немного, сделает дела по дому. Я приходила — она уже на работу. Для нас это было нормой.

— Хоть ты так говоришь, но выглядит, будто это тебя задевает.

— Мы же мать и дочь. Сегодня мы наконец сходили по магазинам вдвоем — было весело.

По крайней мере, так она утверждала, но голос звучал ровно, лицо оставалось бесстрастным.

Я молча слушал ее сухой рассказ о прошлом. Возможно, одиночества от нее не веет, потому что она к нему привыкла. Речь о матери и школьнице старших классов. Я не из тех, кто болтает на такие темы, но сам бы не тосковал, если родителей не видно какое-то время.

Еще важнее то, что я, кажется, потревожил ее, когда она была погружена в свой телефон. Ощущая себя ничтожеством и полным вины, я желал просто уйти и запереться в своей комнате.

— Я планировал принять ванну, а затем отправиться спать…

— Давай, не стесняйся. Мне нормально быть последней и в ванне, и в отходе ко сну. Я обычно ложусь очень поздно.

[П/П: Японцы крайне бережливы с водой, поэтому для них обычное дело — вся семья использует одну и ту же воду в ванне, ведь перед этим все принимают душ, а ванна служит лишь для релакса.]

— Ладно, понял.

Направляясь в свою комнату, чтобы подготовиться к ванне, я размышлял над последними словами Аясэ-сан. Она заявила, что ей все равно принимать ванну последней. И ложиться спать последней тоже не проблема. В общем-то, это логично, если вникнуть. Ей ни к чему парень, с которым она едва знакома, не говоря уже о совместном проживании, чтобы он мылся в ее использованной воде, а она, засыпая первой, оставалась беззащитной перед этим подростком. С этой точки зрения, чем дольше я торчу в ванне, тем позже ее ночь.

— Пожалуй, стоит поскорее управиться.

Решив так, я уложился в ванну за каких-то десять минут, хотя обычно трачу полчаса, а оставшиеся двадцать ушли на слив старой воды и набор свежей теплой. Я пока не разобрался, как с ней общаться, но хотя бы хочу, чтобы ей было максимально уютно.

В итоге, как вы, наверное, и предполагали после кучи ромкомов, в первую ночь под одной крышей ничего волнующего, от чего сердце заколотилось бы, не случилось. Как я упоминал в прологе, быт со сводной сестрой далек от клише из таких историй.

Тем не менее я прекрасно осознавал, что девушка спит всего в паре метров, и из-за этого сон не шел.

На следующее утро, проснувшись, я увидел, что Аясэ-сан уже сама сварила себе завтрак и расположилась в гостиной — ничего особенного. Но вот:

— Доброе утро. Как спалось?

Она обратилась ко мне.

— Доброе. Нормально.

— Понятно. Ванна была супер, огромное спасибо.

Даже в таких будничных беседах сквозило очарование Аясэ-сан, и, может, я себя накручиваю, но показалось, что между нами все не так уж плохо.

Продолжение следует...

Работала над переводом (команда RanobeList):

Не забудьте вступить в нашу группу ВК: https://vk.com/ranobelist