Ангел по соседству меня ужасно балует (Лайт-Новелла) Том 13 Глава 2 Желание Ангела и Золотая неделя

Став старшекурсником, Аманэ осознал важный момент: обучение до второго года старшей школы было сравнительно простым.

Расписание было составлено с учётом вступительных экзаменов. Поскольку их класс специализировался на физико-математических науках, учебная программа была чрезвычайно насыщенной. Аманэ не знал, как обстояли дела у гуманитариев, но после занятий по точным наукам атмосфера в классе часто становилась гнетущей.

— Разве это нормально — так перегружать расписание?

Сегодня последним предметом была дополнительная математика третьего уровня. Измученная Читосэ убирала письменные принадлежности в пенал, то и дело обречённо вздыхая.

Вокруг было немало учеников с такой же атмосферой безысходности. Видимо, остальным тоже приходилось нелегко. Даже Аманэ, несмотря на свою склонность к математике, часто думал: «Какая же морока». Что уж говорить о тех, кому этот предмет давался с трудом.

Зачем вообще выбирать математику, если от неё столько мучений? Скорее всего, это был вынужденный шаг ради вступительных экзаменов. Оставалось лишь похвалить одноклассников за их решимость.

— Такова уж печальная доля абитуриента.

— Ну, мы хотя бы не грызёмся между собой, так что всё не так уж плохо. Хоть мы и в отчаянии.

Аманэ огляделся и увидел немало откровенно уставших лиц. Сказывалось не только начало учебного года. Своеобразное боевое крещение выжало из всех силы.

Впрочем, Махиру выглядела как обычно. Судя по всему, она уже заранее усвоила всё необходимое для поступления. Школьные уроки стали для неё лишь повторением пройденного. Аманэ знал, что за этим стоят огромные усилия. И всё равно её способность так ловко усваивать информацию вызывала зависть.

— Теперь я отчётливо понимаю: первый и второй год были просто введением.

— Как по мне, для введения математика «А»[1] слишком забагована.

— У меня такое чувство, что те, кто её ненавидят, ненавидят прямо всей душой.

— Я решала тесты прошлых лет по математике «I-А», и там попадалась какая-то лютая дичь. Гуманитариев реально заставляют это решать? — возмутилась Читосэ.

— Я тоже сомневаюсь во вменяемости составителей. Но такое действительно было. Во второй половине сплошные сложные задачи. Говорят, средний балл по математике «I-А» в тот год рухнул на самое дно.

— Зато, может, у всех был шанс выехать на везении?

— Сомневаюсь.

— Я знал, что над этим каждый год смеются в комментариях к ответам. Но позапрошлогодний тест, кажется, вообще пробил дно. Люди писали: «Да как это вообще можно решить в первый раз за отведённое время, придурки?!»

— Я тоже как-то решала эту задачу, — сказала Махиру. — Размещать такой вопрос в самом начале… это как-то чересчур. На настоящем экзамене важно уметь быстро сориентироваться и отложить на потом то, чего не понимаешь.

Они собирались домой, болтая о том о сём, но разговор всё равно сводился к учёбе — как ни крути, в глубине души все они относились к экзаменам серьёзно.

— От одних мыслей о пробниках в тоску вгоняет.

Вспомнив об экзаменах, Читосэ заговорила о грядущем общенациональном тестировании в конце месяца и совсем раскисла.

Участие в нём было почти обязательным. Аманэ с друзьями не стали исключением и подали заявки. Учителя уверяли: тестирование поможет оценить текущий уровень знаний и определиться с выбором вуза.

Сам факт сдачи Аманэ воспринимал как неизбежное зло. Но перспектива тащиться в школу в выходной и весь день корпеть над тестами мало кого радовала. Понимая чувства подруги, он лишь слабо усмехнулся.

— Ну, думаю, в этот раз достаточно просто проверить свои силы, — заметил Аманэ. — Заодно поймём, куда расти.

— У-у, какой позитив… — простонала Читосэ.

— Но вообще, пробник прямо на Золотой неделе — это слишком жестоко. Обязаловка от школы, да ещё и деньги сдирают.

— Какая она к чёрту золотая? Переименуйте в Тоскливую неделю.

— Не втягивай в это остальную страну.

Ещё в прошлом году они воспринимали Золотую неделю именно как золотую. Но для выпускников она полностью теряла свой блеск. Аманэ с грустью проникся этой мрачной мыслью.

Они только перешли на третий год, поэтому оставалось ещё немного свободного времени. Однако к осенней Серебряной неделе[2] ситуация наверняка накалится до предела. От таких мыслей уже сейчас наваливалась хандра. 

Впрочем, Золотая неделя вовсе не означала непрерывную зубрёжку. Повода для особого пессимизма пока не было.

— Кстати, а помимо этого какие планы на праздники? — поинтересовалась Читосэ.

В её взгляде читалось: «Неужели одна сплошная учёба и подработка?». Аманэ со смешком покачал головой:

— Вплоть до пробника у меня учёба и смены в кафе. А как всё закончится, ограничусь только повторением и немного передохну.

Разумеется, Аманэ планировал выделять время на ежедневные занятия. Однако тратить на учёбу все сутки напролёт, прерываясь только на еду и сон, он не собирался.

Ближе к самим экзаменам, конечно, придётся сделать упор на зубрёжку. Но сейчас ему хотелось поддерживать хоть какое-то подобие нормальной человеческой жизни. Мозгу нужен отдых, поэтому перерывы были необходимы.

— Надо же, ты человек…

— Ты меня за киборга какого-то держишь?

— Да нет, просто у тебя, Юта, сколько угодно Qi... А у тебя, Ю-чан?

— А у меня клуб и учёба, — непринуждённо ответил Юта.

Вот уж у кого Qi действительно было хоть отбавляй, так это у Юты.

Аманэ знал: Юта был чрезвычайно занят в клубе и показывал превосходные результаты на соревнованиях. При этом он умудрялся добросовестно готовиться к экзаменам. В плане выносливости, силы воли и характера он был на голову выше Аманэ.

И, что самое удивительное, Юта никогда не демонстрировал окружающим своей усталости. Если уж по нему становилось видно, что он вымотался — дело было совсем плохо. В таком случае друзья, несомненно, тут же заставили бы его отдохнуть.

— Ого, типичный выпускник-спортсмен. Ты что, супермен? — поразился Ицуки.

— Ю-чан такой трудяга, — добавила Читосэ.

— Вы можете представить, чтобы я бездельничал? — с улыбкой спросил Юта.

— Нет. Но очень хотелось бы.

— Если я попробую, сёстры не то что в спину подтолкнут — хорошего пинка дадут.

— Рёко-сан и остальные — те ещё спартанцы!

Аманэ с ними не встречался, но знал, что у Юты есть старшие сёстры. Ицуки и Читосэ, похоже, были с ними знакомы. И раз они не стали спорить, а лишь пошутили в ответ — сёстры у него и впрямь боевые.

Отношения у них, по словам Юты, были неплохими. Но сам он как-то признался: «Они вьют из меня верёвки». Верховодили в их семье явно женщины.

Аманэ не был уверен, хочет ли он вообще с ними знакомиться. Он с лёгким сочувствием посмотрел на неловко улыбающегося Юту.

— А я, кстати, в основном буду в подготовительной школе. Но чтобы развеяться, мы с Чи рванём в небольшое путешествие, — вставил Ицуки.

Несмотря на занятия, он всё же нашёл время на отдых. Его улыбка, от которой повеяло ясным летним днём, тут же разогнала унылую атмосферу.

— Ага-ага! Шанс куда-то поехать выпадет разве что летом, но говорят, в этом году жара будет жуткая. Да и от постоянной учёбы мы наверняка скиснем. Так что решили съездить сейчас, пока ещё полны сил, — подтвердила Читосэ.

— И правда, если упустить этот момент, потом найти время на поездки будет сложно, — согласилась Махиру.

— Путешествие, значит… — протянул Аманэ.

Район, в котором он жил, был довольно тихим, но при этом до центра города можно было быстро добраться на транспорте. У Аманэ никогда не возникало ни особого желания, ни необходимости куда-то уезжать.

Но скоро экзамены начнут отнимать всё время. Отправиться в незнакомое место и проветрить голову, пока есть такая возможность, — идея звучала не так уж плохо.

Безусловно, учёба важна, её следовало ставить на первое место. Но Аманэ также хотелось провести этот единственный и неповторимый третий год старшей школы с пользой, чтобы потом ни о чём не жалеть.

— А вы никуда не поедете?

— Если поход в супермаркет считается за поездку, то да, — ответил Аманэ.

— Какая же это поездка?!

— У него уже совсем семейный быт… А, стоп, у него же и так почти семья. Хо-хо-хо.

— Ицуки.

— Ладно, ладно, не зыркай так на меня.

Аманэ пригвоздил друга взглядом: «Нас вообще-то могут услышать». Ицуки притих. Хотя, возможно, дело было ещё и в том, что Читосэ двинула ему коленом со словами: «Иккун, ты дурак».

«Место, куда хотелось бы съездить, значит…»

Аманэ задумался над словами Читосэ. Какого-то конкретного места у него на примете не было.

Если уж на то пошло, после экзаменов ему хотелось бы отдохнуть на горячих источниках. Но скажи он об этом вслух — Ицуки и Читосэ сто процентов надумают себе лишнего. К тому же, это планы на будущее, когда всё уже закончится.

Он попытался придумать что-то ещё, и тут в голову пришла одна мысль. Но…

Аманэ мельком взглянул на Махиру. Она тоже задумалась, устремив взгляд куда-то в потолок.

— Каких-то особых планов у нас нет, — произнесла она. — Да и мест, куда мне хотелось бы поехать, тоже. Главное, чтобы Аманэ-кун был рядом, мне этого достаточно.

— Фью-фью, какие страсти!

— Просто на самом деле ничего в голову не приходит.

— Ну-у, у меня, пожалуй, есть один вариант на примете, — задумчиво произнёс Аманэ.

Было одно место, которое он хотел посетить. Однако туда нельзя было просто заявиться без предварительного разрешения. Поэтому он не мог вот так запросто сказать об этом.

— Ой, так сказал бы сразу. Мы ведь ещё можем всё распланировать, — оживилась Махиру.

— Сначала нужно спросить разрешения у принимающей стороны.

— А-а, к родителям, что ли? — догадался Ицуки.

— Да.

Аманэ кивнул. Про родителей он не соврал, а вдаваться в подробности прямо здесь было ни к чему.

Хотя Ицуки и Читосэ в какой-то мере знали о семейных обстоятельствах Махиру, влезать в это без её ведома не стоило. Лучше было сразу пресечь лишние вопросы.

— Ну да, лучше обсудить такие вещи заранее. Всё-таки у вас скоро экзамены, а живут они далеко.

— В общем, это надо будет согласовать с ними.

— Правильно.

— К такому надо готовиться, нельзя же сваливаться как снег на голову, — со смехом кивнул Ицуки.

— Жить вдали от родителей так непросто, — с улыбкой добавила Читосэ.

Аманэ лишь коротко кивнул, сводя тему на нет.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

— Ты ведь вроде не собирался в этом году ехать к Шихоко-сан и остальным?

В этот день у Аманэ не было запланированной подработки, что позволило ему и Махиру вернуться домой вместе. Однако, едва он успел переодеться и появиться в гостиной, как девушка одарила его подозрительным взглядом.

Она, должно быть, почувствовала неладное в их недавнем разговоре. Хотя Ицуки и остальные, казалось, ничего не заметили, Махиру, по всей видимости, догадалась, что Аманэ намеренно уклонился от ответа и сменил тему.

«Вот это проницательность», — с усмешкой подумал Аманэ.

Он опустился на диван рядом с Махиру, без колебаний встретившись с её пытливым взглядом, который, казалось, пытался проникнуть в его намерения.

— Я кивнул, когда речь зашла о родителях. Но ведь я не уточнял, что о моих.

— А?

— Понимаешь, я никогда не встречался с Кудзикавой-сан лично. Поэтому подумал, что было бы неплохо навестить её, как только появится возможность.

Они общались по телефону, переписывались и созванивались по видеосвязи. Аманэ знал, как она выглядит. Однако лично они никогда не виделись — все их контакты проходили исключительно через экран.

В этом, конечно, не было ничего предосудительного. Тем не менее, Аманэ намеревался навсегда забрать к себе Махиру, которая стала для Коюки словно родная дочь. Лишить её фамилии Шиина без предварительной встречи с опекуншей казалось просто неправильным.

К тому же, ему самому очень хотелось лично встретиться с ней и выразить свою благодарность.

— Я уже давно подумывал съездить и познакомиться. Но как-то не удавалось найти подходящий момент, не так ли?

Коюки проживала в другой префектуре и, по слухам, страдала от болей в пояснице. Это означало, что поездка в любом случае потребовала бы усилий от Аманэ и Махиру. Учитывая их собственный график, занятость Коюки и планы её семьи, осуществить задуманное было весьма непросто.

— Всё-таки она живёт далеко. Я и сама с ней давненько не виделась… Но, знаешь, мне всё равно как-то неловко.

— Махиру.

— Д-да.

— Мне кажется, тебе стоит почаще напоминать себе о том, что тебя любят. А то твоя самооценка порой падает слишком низко.

Махиру уже начала осознавать глубину любви Аманэ к ней. Однако в отношениях с Коюки она всё ещё периодически замыкалась и испытывала робость.

Она прекрасно понимала, что Коюки любит её и дорожит ею. Но из-за своей природной тревожности и скромности Махиру неизменно делала шаг назад. Чтобы подбодрить девушку, Аманэ ласково сжал её ладонь.

— Начнём с того, что если бы Коюки-сан было безразлично твоё состояние, она бы не просила присылать фотографии. Ты же знаешь, как она радовалась им?

— Э-это да, но…

— Конечно, у неё много своих дел. Если мы нагрянем без предупреждения, ей будет не до нас. Но если заранее узнать, когда ей удобно, я уверен: Кудзикава-сан будет только рада нашему приезду.

Аманэ не стал вдаваться в подробности с Махиру. Однако он знал, что в то время, когда девочка была предоставлена сама себе, Коюки отправила Саё письмо с претензиями. Выступать против действий работодателя — значит рисковать своим местом. Но Коюки взвесила все «за» и «против» и всё равно заступилась за неё.

Было просто невозможно, чтобы женщина, готовая пойти на такие жертвы, не дорожила Махиру.

— Конечно, если мы будем выкраивать время в ущерб всему остальному, она наверняка отговорит нас. Но если всё грамотно спланировать и выделить пару дней исключительно для отдыха, я не думаю, что она станет возражать.

Разумеется, это при условии, что всё остальное время они будут усердно учиться. И Коюки, вероятно, сама это понимала.

— Да и вообще, Кудзикава-сан сама звала нас в гости на твой день рождения. Она не из тех, кто бросает слова на ветер. Ты думаешь, это было просто проявление вежливости?

— …Нет. К тому же она просила приехать, как только у нас появится свободное время.

— Вот видишь? Так что не переживай. Будь в себе уверена, ясно?

— …Если так, то я рада.

«Похоже, она не привыкла быть любимой… точнее, не привыкла осознавать, что её любят», — подумал Аманэ с кривой усмешкой.

Он успокаивающе погладил ладонь Махиру большим пальцем. Их переплетённые руки оставались тёплыми. Они не остывали, сохраняя лишь спокойное, убаюкивающее тепло, которое прочно связывало Махиру с Аманэ.

— Впрочем, я тут распинаюсь, а ведь мы с Кудзикавой-сан ещё ничего не обсуждали.

— Убеждал меня, что всё будет хорошо, а сам-то… Боже мой.

Аманэ намеренно произнёс это весёлым тоном. В ответ Махиру забавно рассмеялась.

— В конце концов, я лишь ответил на вопрос Ицуки о том, куда бы мне хотелось съездить. Но даже если мы предложим этот вариант Кудзикаве-сан, планировать поездку прямо на Золотую неделю будет слишком поспешно. Так что, если она откажет — ничего не поделаешь.

На дворе стояла уже вторая половина апреля. Вполне вероятно, что у Коюки уже были свои планы на предстоящие праздничные выходные. Аманэ и сам прекрасно понимал: пытаться договориться о встрече в такой спешке — это было слишком.

— Думаю, будет лучше всего сначала узнать расписание Коюки-сан и отталкиваться уже от него. Кроме того, нужно учитывать планы её родных, так что без предварительного разговора не обойтись.

Заявляться без предупреждения позволительно разве что в родительский дом. Да и то родные не всегда одобряют подобные сюрпризы. А значит, врываться в чужой дом было бы верхом невоспитанности. Пусть даже там живёт человек, заботившийся о Махиру как о родной дочери. К тому же они понятия не имели, как к ним относятся родные дети Коюки. Аманэ не хотел рисковать.

Аманэ решил связаться с Коюки чуть позже. Он начал мысленно прикидывать, как бы потактичнее завести разговор. Вдруг Махиру тихо рассмеялась.

Смешок оказался настолько тихим, словно сорвался с её губ совершенно случайно. Аманэ посмотрел на сидевшую рядом девушку. Махиру прищурилась с таким видом, будто ей было от чего-то неловко.

— Махиру?

— Да нет, просто… Мне как-то радостно и в то же время щемяще тепло… Странное чувство.

— Из-за того, что мы сами поедем к ней в гости?

— Да.

Она кивнула и уверенно согласилась, без малейшей тени вины в голосе.

— Понимаешь, сейчас я уже так не считаю, но раньше… Я думала, что не имею права тянуться к Коюки-сан.

— Махиру?

— Сейчас я уже всё понимаю. Это просто подсознательная реакция, веришь?

— Верю. Но, похоже, эта привычка сидит в тебе слишком глубоко. В любом случае, пока не спросишь, не узнаешь наверняка. Чем додумывать за другого человека, лучше поговорить с ним напрямую.

— …Да.

— У её семьи могут быть свои планы. Так что неизвестно, смогут ли нас вообще принять. Если что, будем решать проблемы по мере поступления. Мне тоже хочется приехать и лично познакомиться. Было бы здорово, совпади наше расписание.

— Тебе настолько этого хочется?

Махиру, конечно, понимала, почему к Коюки тянет её саму. Но она, видимо, никак не могла взять в толк, зачем это сдалось Аманэ.

А вот для самого Аманэ это было в порядке вещей.

Этот человек сыграл огромную роль в формировании характера Махиру. Эта добрая и выдающаяся женщина воспитала её с любовью, как родную дочь. Разве он мог не хотеть с ней встретиться?

И кроме того…

Аманэ мельком взглянул на девушку. Махиру в недоумении захлопала глазами.

«В таких делах важен порядок».

Раз уж он собрался забрать Махиру себе, то его святая обязанность — приехать, выразить почтение и попросить благословения у той, кто всегда её оберегал.

— Ну, она же тебе как мать. А мне хочется послушать истории про маленькую Махиру.

Озвучивать истинные мотивы было слишком смущающе, поэтому Аманэ намеренно перевёл всё в шутку. В ответ Махиру с силой сжала его ладонь и затрясла её.

— Э-это запрещено!

— Это ещё почему? Ты ведь сама выпытывала у моей мамы истории о моём детстве! И кучу фотографий пересмотрела, и даже домашнее видео видела!

Каким-то непостижимым образом в памяти Махиру надёжно отложились все детские промахи и неловкие ситуации Аманэ. Он понятия не имел, как и когда это вообще произошло.

А ведь Аманэ строжайше запрещал Шихоко показывать ей всякие глупости. Уму непостижимо.

— Угх, у-у-у…

Похоже, Махиру прекрасно понимала, о чём идёт речь. Она забормотала одно и то же, словно сломанный механизм. Аманэ с широкой улыбкой заглянул ей в лицо. Девушка тут же отвела взгляд.

— Разве у меня нет аналогичного права?

— …П-пожалуй, есть, но…

— Значит, нельзя?

— Я-я не говорю, что нельзя… но…

— Значит, можно?

Махиру было легко продавить.

Точнее говоря, Аманэ по опыту знал: если она чувствует за собой вину, то из-за угрызений совести становится на удивление покорной. Стоило лишь надавить на неё с обворожительной улыбкой, как девушка тут же сдавалась.

Ласково обхватив её ладонь, он вопросительно склонил голову набок. Махиру упрямо поджала губы.

— …Если Коюки-сан разрешит.

— Договорились. Ловлю на слове, поняла?

— Да. Но учти: там нет ничего весёлого. Я была скучной, до тошноты послушной девочкой.

— Это с твоей точки зрения. А вот Коюки-сан может считать иначе, разве нет? Я хочу узнать о тебе всё. И я буду любить любую Махиру.

Махиру была склонна недооценивать себя прошлую и относиться к себе с долей самоуничижения. Однако Аманэ считал, что именно прошлое сделало её такой, какая она есть сейчас. Он мог с уверенностью заявить, что никогда бы не отверг ту Махиру, которой пришлось надеть маску ради собственной защиты.

Послушная Махиру, холодная Махиру, одинокая Махиру — все они были одинаково им любимы. Он жаждал узнать каждую из них.

Он хотел любить саму сущность по имени Махиру — целиком и полностью.

До Махиру не сразу дошёл смысл слов Аманэ, произнесённых с абсолютной серьёзностью. Но постепенно осознав их, она залилась краской, куда более яркой, чем обычный здоровый румянец. Девушка жалобно опустила брови.

— …П-пожалуйста, не перегибай палку, ладно?

— Ну, это уж как Коюки-сан решит.

— Боже-е-е.

Она вцепилась в руку Аманэ и принялась её трясти. Тот прекрасно понимал: эта атака вызвана смущением. Звонко рассмеявшись, он перехватил инициативу и заключил очаг «вибрации» в объятия.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

— Итак.

Встречу с Коюки решили отложить на потом, чтобы сначала всё хорошенько обсудить с Махиру. Зато Аманэ вспомнил о другой своей задаче. Она требовала разговора совершенно с другим человеком.

Когда Махиру вернулась домой, Аманэ уже развалился на кровати, уставившись в смартфон.

Связаться с этим человеком было немного утомительно. Если быть честным, Аманэ совершенно не хотелось этого делать. Сделав пару глубоких вдохов, он нажал кнопку вызова.

— Мама.

После нескольких коротких гудков вызов был принят.

— Ох, Аманэ, это ты? — раздался в трубке удивлённый голос Шихоко.

Он позвонил, полагая, что живой разговор лучше передаст серьёзность его намерений, чем простое текстовое сообщение. Однако теперь он немного жалел, что не предупредил о звонке заранее.

— Что-то случилось? Ты так редко звонишь сам. Обычно, если тебе нужны родители, ты обращаешься к Шууто-сану.

По голосу Аманэ понял: ничего серьёзного не произошло. Поэтому её тон был бодрым и слегка насмешливым. Аманэ лишь раздражённо выдохнул, прищурился и поджал губы.

— Это потому, что ты вечно всё сводишь к Махиру. С тобой просто невозможно нормально поговорить.

— Ну она же моя милая дочурка-а-а.

— Ага-ага.

«Милой дочурки» сейчас рядом не было, но Шихоко всё равно пребывала в прекрасном настроении. Как парень, Аманэ радовался, что его мать искренне любит Махиру как родную. Но как сын, он немного обижался, что ей уделяется больше внимания. Впрочем, развивать эту тему он не стал, иначе разговор затянулся бы надолго.

К тому же, сейчас нужно было обсудить кое-что поважнее.

— В общем… э-э… Мам, у тебя есть знакомый дизайнер ювелирных изделий?

Задавая матери такой вопрос, Аманэ словно расписывался в собственных намерениях. Он заранее знал: Шихоко тут же придёт в неописуемый восторг. Именно поэтому он и медлил с звонком. И, как и ожидалось, на том конце провода раздался радостный, взволнованный возглас:

— Ой-ой-ой, неужели!

Поскольку они говорили по телефону, Аманэ не видел лица матери. Но даже так он легко мог представить её сияющую улыбку — нет, скорее даже широкую ухмылку.

— …Именно из-за такой реакции мне и не хотелось звонить.

— Как гру-у-убо.

— Ты ведь прекрасно понимаешь, что любого нормального подростка это выбесит, и всё равно продолжаешь.

Аманэ знал, что она сдерживается, чтобы окончательно не испортить ему настроение. Но даже так ему совершенно не хотелось становиться объектом для насмешек.

Он попытался её успокоить, однако с того конца провода не чувствовалось ни капли раскаяния. Только атмосфера лучезарной улыбки.

— За это, конечно, прости. Но я правда сейчас на эмоциях, такое «ой-ой-ой». Я так рада, что ты наконец-то прямо попросил меня о помощи.

— В этом вопросе кроме тебя положиться не на кого. Практическая польза важнее стеснения.

В одежде, а уж тем более в ювелирных украшениях, Аманэ был полным профаном. Обратиться к знающему человеку казалось вполне логичным. Он был благодарен, что его мать — дизайнер. В то же время он понимал: раз уж это её сфера, то и интерес она проявит особый.

— Хи-хи, это да. Не попроси ты о помощи, мне было бы немного грустно… Впрочем, это всё-таки не моя специализация, так что я свяжу тебя со своей подругой.

— Буду очень признателен.

— Да не за что, моя подруга тоже полна энтузиазма.

— Меня пугает этот её энтузиазм.

Пугало то, что Шихоко, судя по всему, уже заранее обрисовала ей ситуацию. Но ещё страшнее был риск превысить бюджет из-за чрезмерного рвения мастера. Аманэ, конечно, заранее приценился к готовым изделиям. Он изучил рыночные цены на металл и драгоценные камни на случай индивидуального заказа, прикинул нужную сумму и накопил с запасом. Но вдруг в погоне за идеалом ему просто не хватит отложенных денег?

— Ой, ну что ты. Она ведь не станет делать ничего против воли клиента.

— Было бы странно, если бы иначе. Это была бы проблема.

— Так что не переживай. Я потом пришлю тебе на почту ссылку на её работы.

— Спасибо.

— Не за что.

Получив контакт, Аманэ планировал сам оформить заказ и вести переговоры. Сваливать всё на Шихоко он совершенно не собирался. К счастью, она и сама не лезла с советами, ограничившись лишь ролью посредника.

— А как насчёт отчётов о продвижении дела?

— Если будет настроение.

— Э-э-э!

Она недовольно протянула, словно возмущаясь: «Это ещё почему?». Но докладывать матери о каждом шаге было слишком смущающе. Да и вообще, первым кольцо должна увидеть Махиру, так что показывать его Шихоко он не планировал. Мать тоже это понимала, поэтому не стала настаивать и легко отступила. Аманэ лишь порадовался, что она умеет соблюдать личные границы.

— Доверься мне. Ещё неизвестно, сделаю ли я вообще заказ — всё зависит от переговоров. Но если решусь, буду обсуждать всё напрямую с твоей подругой.

— Ну ладно, буду с нетерпением ждать результата. Ты ведь мне его покажешь?

— Только после Махиру.

— Хи-хи, само собой. Мне хватит и отчёта о результате. А-ах, жду не дождусь.

Её голос слегка дрогнул от искренней радости. Даже через телефон чувствовалось, что она в невероятно приподнятом настроении. Аманэ смутился, ведь это он просил об одолжении.

— Тебе настолько не терпится?

— Мне не терпится не столько увидеть кольцо, сколько дождаться дня, когда Махиру-чан станет моей дочерью.

Под словом «дочь» она подразумевала не просто родственное отношение. Махиру, по её словам, становилась ей дочерью в самом истинном смысле. Аманэ, начиная разговор о кольце на безымянный палец, предвидел подобные мысли. Но он совершенно не ожидал, что родители воспримут это с гораздо большим энтузиазмом, чем он сам. На мгновение юноша потерял дар речи.

— …Ты слишком торопишь события.

— Ой, и это говорит мне парень с такими «тяжёлыми»[3] чувствами?

— У Махиру чувства ничуть не менее сильные.

Аманэ в самом деле был парнем с невероятно «тяжёлыми» чувствами. Среди нынешних старшеклассников днём с огнём не сыщешь тех, кто в этом возрасте уже строит планы на свадьбу. В наше время молодёжь скорее воспринимает отношения как некий опыт: быстро вспыхивает и так же быстро остывает. Это стало почти нормой. Таких, как Аманэ, кто с самого начала видит перед собой лишь Махиру и желает быть только с ней, существует совсем немного.

Однако для него она стала единственной и неповторимой. Он гордился своей уверенностью в том, что для Махиру он тоже является единственным. Пусть это называют «тяжёлым» чувством, менять он ничего не собирался. Аманэ был готов с гордостью заявить: да, он парень с тяжёлыми чувствами.

— Ох, какие слова. Только вот Махиру-чан их лучше не слышать.

— Она прекрасно осознаёт всю глубину моих чувств и относится к этому с пониманием.

Аманэ не знал, чьи чувства были более сильными. Но в одном он был абсолютно уверен: они видят только друг друга, и никто другой им не нужен. Он был настолько без памяти влюблён в Махиру, что воспринимал слова о своей «тяжеловесности» как комплимент. Это лишь доказывало, что именно он занял место рядом с ней. Юноша легко признал свою готовность быть «тяжёлым». Шихоко на том конце провода на короткое время замолчала.

— …Аманэ, ты и правда…

— Что такое?

В её словах читалось некоторое недоумение, но в голосе сквозило скорее восхищение.

— Как бы это сказать… Ты так похож на Шууто-сана и в то же время совершенно не похож.

— Так похож или всё-таки нет?

Аманэ считал, что ему никогда не скопировать ту мягкость и надёжность, которыми обладал Шууто. Поэтому он склонялся ко второму варианту. Ему было интересно, в чём же мать нашла сходство?

— Ты куда более расчётлив, чем Шууто-сан.

— Чего?

— В молодости Шууто-сан жил эмоциями и страстью гораздо больше, чем ты думаешь.

— Чего-чего?

«Быть такого не может», — с сомнением скривился Аманэ, услышав столь невероятное заявление. Шихоко, не видя его лица, лишь горько усмехнулась: «Ошибки молодости, что поделать», — после чего перевела тему.

— Ну, история нашего знакомства сейчас не имеет значения. Главное — береги Махиру-чан. Не заставляй её чувствовать себя одинокой.

— Я буду доказывать это и словами, и делом.

— Вот и славно.

Об этом Аманэ слышал от многих. Он и сам был твёрдо уверен: одних слов или одних действий недостаточно. Если не совмещать и то, и другое, чаша весов склонится к тревоге, а не к спокойствию. Аманэ понимал, что не очень силён в выражении чувств словами. Но пренебрегать этим из-за собственной неумелости было бы неуважением к Махиру — ведь она относилась к нему со всей искренностью. Ему совсем не хотелось расстраивать её своей небрежностью.

Его огромные чувства должны дойти до Махиру хотя бы частично. Если для этого нужны слова и поступки, значит, он просто обязан действовать. Махиру щедро одаривала его любовью на словах и на деле. У Аманэ не было ни единой причины не отвечать ей тем же.

— Хи-хи.

Шихоко радостно рассмеялась в ответ на заявление Аманэ, прозвучавшее как прописная истина.

— Ну что ещё?

— Да так. Просто подумала, каким взрослым ты стал.

— Такие вещи обычно говорят о детях.

— Ты навсегда останешься моим милым ребёнком. Хоть ты уже и не такой милый.

— Отстань.

Быть любимым ребёнком — это, конечно, здорово. Однако его запас очарования давно иссяк. Аманэ предпочёл бы, чтобы от него больше не требовали миловидности.

«Если хочешь кого-то милого, переключись на дочь», — мысленно пробурчал он, тяжело вздохнув. Шихоко лишь продолжала смеяться.

— Кстати, нам нужно сделать для тебя что-то ещё?

И правда, были и другие дела, о которых он хотел попросить родителей.

— …Заявка на курсы в подготовительную школу? А ещё пробные экзамены.

Серьёзно поразмыслив, Аманэ вспомнил о том, что забыл упомянуть раньше. Почувствовав лёгкое чувство вины, он озвучил свои будущие потребности.

— Возвращаемся в суровую реальность.

— Вы позволите мне туда ходить?

— К чему такая скромность?

— Из-за стоимости обучения.

Аманэ прекрасно понимал, что родители всегда его баловали. Они не скупали всё подряд по первому требованию, но почти всегда шли навстречу, если он хотел попробовать что-то новое. Родители позволяли ему набираться разнообразного опыта в надежде, что это пригодится в дальнейшей жизни.

Только начав подрабатывать и копить собственные деньги, он в полной мере осознал масштаб их любви.

Практически любое начинание требует финансовых вложений. В родительском доме он мог заниматься в кружках по интересам. Стоило лишь внятно объяснить причину и пообещать не бросать начатое на полпути.

Сколько же денег требовалось на это?! Одна мысль об этом заставляла его трепетать от страха. Познав истинную ценность денег, Аманэ ощущал дрожь при виде цен на подготовительные курсы или онлайн-обучение. Однако Шихоко одним легким смешком развеяла все его опасения.

— Можешь не волноваться о деньгах. Мы уже накопили необходимую сумму, в том числе и на университет. Ведь для этого мы и старались.

— Я благодарен вам за всё.

— Ты вдруг стал таким покладистым, что это даже немного пугает.

— Я искренне признателен! В очередной раз убедился, как же мне с вами повезло.

Аманэ уже достаточно повзрослел, чтобы осознать: родители вкладывали время, деньги и душу исключительно из любви к нему. Они изо всех сил помогали ему встать на ноги, и он был безмерно благодарен им за это.

Аманэ понимал мудрость своих родителей. Они умели держать нужную дистанцию, но при этом заботились о сыне, наблюдая за ним с идеального расстояния.

— Ну так ты же наше драгоценное дитя. Мы просто обязаны сделать всё, чтобы ты был настолько счастлив, насколько это вообще возможно.

Умение ценить родителей, произносящих такие слова как нечто само собой разумеющееся, — это тоже признак зрелости.

— Впрочем, сможешь ли ты разумно распорядиться этим и проложить себе дорогу — это уже зависит только от тебя. Но, похоже, нам не о чем беспокоиться. Остается лишь наблюдать, какой путь ты изберешь.

— …Спасибо.

— Не стоит благодарности. И помни, когда у тебя появятся дети, поступай с ними точно так же, договорились?

— Ты слишком сильно забегаешь вперёд.

Едва Аманэ проникся родительской любовью, как это слишком поспешное заявление мгновенно развеяло всю теплоту его чувств.

— К таким вещам лучше готовиться заранее. Ох, как же я жду внуков.

— Прекрати вмешиваться не в своё дело. Могу я уже повесить трубку?

Похоже, сегодня Шихоко оставила всю свою тактичность у Шууто. Впрочем, Шууто всегда был более сдержанным, так что это, пожалуй, можно считать нормой.

Аманэ и Махиру еще даже не были помолвлены, не говоря уже о свадьбе, а Шихоко уже заглядывала в такое далекое будущее. Аманэ понимал, что это шутка. Однако из-за смущения и легкого раздражения его голос стал резким.

— Ох, какой же ты нелюдимый.

— Не будете ли вы так любезны не совать свой нос в чужое семейное планирование?

— Согласна. Но, кстати, раз уж ты заговорил о «планировании», значит, вы всё-таки…

— Спасибо, что уделили мне время, несмотря на вашу занятость. Спокойной ночи.

— Эй, подожд…

Слово «планирование» сорвалось с её языка случайно. Перспектива того, что мать решит, будто он вовсю строит планы на будущее, была невыносима. Поэтому Аманэ проигнорировал возмущение Шихоко и решил завершить звонок.

Стоило ему нажать на красную кнопку завершения вызова, как голос на том конце немедленно оборвался. Слушая короткие гудки, Аманэ уставился на экран смартфона. В отражении мелькнуло его слегка покрасневшее лицо. Он едва сдержался, чтобы недовольно не цокнуть языком.

— Это уже переходит все границы.

Он искренне обрадовался, что Махиру сейчас нет рядом. Будь она здесь, он бы вообще не затеял подобный разговор. Аманэ понимал восторг матери от появления долгожданной дочери. Но торопить события явно не стоило. Одно дело, если бы они с Махиру сами всё обсудили. Шихоко точно не следовало так вмешиваться. Впрочем, он просто принял к сведению, что у матери есть такие надежды.

То ли из-за выходок Шихоко, то ли просто от пережитого напряжения, после разговора на Аманэ навалилась жуткая усталость. Глубоко вздохнув, он рухнул на кровать.

«…Смогу ли я когда-нибудь стать таким же родителем, как мама с папой?»

Пусть в поведении Шихоко и хватало поводов для критики, он всей душой понимал масштаб их родительской любви. Они воспитывали его, проявляя уважение и заботу. Аманэ хотел стать таким же родителем. Он мечтал создать такую же тёплую семью, в которой вырос сам.

Представив, как рядом с ним радостно улыбается Махиру, как счастливо смеётся он сам, а вокруг резвится беззаботный ребёнок… Аманэ заворочался, перекатываясь по кровати из стороны в сторону.

«Я и сам слишком тороплю события».

Представлять подобное, когда их отношения ещё даже не достигли этой стадии, было не просто неловко, а донельзя смущающе.

«Нужно выбросить это из головы», — приказал себе Аманэ. Он сделал глубокий вдох, чтобы хоть как-то остудить разгорячённый мозг, выключил свет и закрыл глаза.

Поддержать переводчика:

• Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d• Бусти https://boosty.to/godnessteam

В моём ТГК вся информация по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN

Удобный Телеграм-Бот с навигацией по всем моим тайтлам: https://t.me/GodnessTeamNavigation_bot