Бессмыслица Том 7 Глава 4 Акт четвёртый. Тринадцать ступеней
Ранее в Бессмыслица...
Честно говоря, я бы с радостью переложил все заботы, связанные с Сайто Такаши — этим человеком в лисьей маске, — на плечи того самого Подрядчика. И, конечно, втайне надеялся, что Сильнейшая из человечества в порошок сотрет Худшего из человечества, пока ситуация не вышла из-под контроля.
Однако.
Я не мог позволить себе просто сидеть и ждать.
В конце концов, у меня ведь была возможность всё рассказать, но я сам решил утаить от Айкавы-сан тот факт, что встретил человека в лисьей маске. Сейчас я горько жалел об этом решении... но тогда мне было слишком страшно связываться с ним.
Мне и сейчас страшно.
Я сыт этим страхом по горло.
Поэтому я и приехал сюда, в Фукуоку.
Я, ленивый Повелитель бессмыслиц, не вылезающий из дома.
Приехал сам, по собственной воле, хотя меня никто об этом не просил.
— Интересно, можно ли назвать это взрослением?..
Или же деградацией.
Впрочем, какая разница.
К слову, родина Шисей Юмы, «наставницы» Химэ-тян — тоже здесь, в Фукуоке. Мысль о том, что я мог бы приехать в эти края вместе с Химэ-тян, вызывала в душе определенный отклик. Ещё бы не вызвала.
Выйдя из автобуса недалеко от места назначения, я пошел пешком. По привычке жителя Киото я попытался ориентироваться по названиям улиц, но местная планировка отнюдь не напоминала шахматную доску, так что этот киотский трюк здесь не сработал.
Дела плохи: если я и дальше буду терять тут время, то не успею вернуться в квартиру до конца дня... А если не повезёт, Хикари-сан и Хоуко-тян могут меня настигнуть. Хоть мне и не верилось, что они потащатся за мной аж на Кюсю... но, зная этих двоих, доля сомнения всё же оставалась.
— Ну дела...
Пробормотал я.
Немного поплутав, я всё-таки сумел добраться до нужного места еще до захода солнца. Я стоял ровно по тому адресу, что был записан на клочке бумаги.
Старинные апартаменты.
Вернее, не столько старинные, сколько грязные.
Здание не обветшало — оно заросло грязью.
Казалось, полы здесь не просто скрипят, а вот-вот провалятся под ногами.
Коридор был до отказа завален старыми журналами и мусорными пакетами, а если присмотреться, то можно было заметить немало мух и других насекомых.
Как бы сказать — грязь была слишком живой.
Не ветхость, а гниение.
И здание отпугивало даже не столько своим внешним видом, сколько запахом.
Я, конечно, и сам живу не в роскошных апартаментах, но это переходило все границы. Ничего забавного в этом не было. Похоже, здесь уже очень давно никто не убирался. Именно в этот момент я искренне порадовался, что не взял с собой Хикари-сан.
Хм.
Разве в таком месте могут жить люди?..
Это больше похоже на руины, чем на жилой дом.
И всё же, сколько бы раз я ни перепроверял адрес, результат оставался неизменным. Ну... да, пожалуй, глупо топтаться на месте и сомневаться, когда проделал такой долгий путь...
Ничего не поделаешь.
Соберись.
Нужная мне квартира находилась на втором этаже, так что я начал подниматься по наружной металлической лестнице. Некоторые ступени насквозь проржавели и под весом моего тела зловеще прогибались и лязгали, нагоняя жути. Интересно, жильцы этого дома всегда живут под этим подобием дамоклова меча?..[5] Хотя для такой метафоры этому дому далеко до процветания...
Обходя пластиковые вёдра и сомнительного вида стиральные машины, которые вряд ли вообще работали, я пробирался к нужной двери. Квартира номер пять... так, это четвёртая, значит, мне в следующую... Сюда.
У соседней, четвертой квартиры петли на двери были сорваны — там явно никто не жил. А вот дверь пятой квартиры выглядела... ну, по местным меркам, вполне добротной. Да и пространство перед входом, на фоне остальной разрухи, содержалось в относительном порядке.
По крайней мере, похоже, что здесь кто-то живёт.
Таблички с именем не было.
...Звонка тоже нет.
Я снова заставил себя собраться с духом.
Если так подумать, у меня ведь был номер телефона, и я мог бы договориться о встрече заранее — эта мысль озарила меня только сейчас. Впрочем, сожалеть было поздно, да и вряд ли бы это что-то изменило.
Если никого нет дома — тем лучше.
Так даже спокойнее.
Пожалуйста, пусть его не будет дома.
Если...
Если я встречу «его» прямо здесь и сейчас, это станет неопровержимым доказательством, что История слишком стремительно развивается.
Это практически подтвердило бы истинность Истории.
Для простого совпадения... всё складывается слишком уж идеально.
А может, человек в лисьей маске именно этого и добивается?..
Не похоже, чтобы он был из тех,
Кто станет давать подсказку «врагу».
Кто станет давать фору «своему врагу».
В этом вся суть Худшего.
Потому он и Худший.
— ...
И всё же.
Даже если всё это происходит по сценарию того человека в лисьей маске, я обязан встретиться с «ним».
Будь то «Бэк Ноззл»...
Или «Джейл Альтернатив».
Плевать.
Я постучал, и мой стук...
— ...Чего это ты у чужой двери подозрительно ошиваешься, а?
...пришёлся в пустоту.
Дверь резко открылась изнутри.
Поскольку я собирался постучать изо всех сил, то по инерции подался вперед и едва не столкнулся лоб в лоб с человеком, вышедшим из квартиры.
Едва.
Чудом удалось избежать столкновения.
Ударься я в него — и тогда моя жизнь подошла бы к концу.
— А? Ты же...
— ...Привет.
В обтягивающих кожаных штанах… и с обнаженным торсом.
Бледная, почти прозрачная кожа обтягивала выступающие ребра.
Но, несмотря на кажущуюся худобу, в его теле не ощущалось ни намека на слабость — лишь изящество.
Он был босиком.
Из-за своего небольшого роста он казался похожим на школьника.
И руки у него были неестественно длинными для такого маленького тела.
С момента нашей последней встречи он изменил свою прическу. Его дерзкие волосы, ниспадавшие до самой поясницы, были коротко подстрижены — теперь он носил ровное каре до плеч, совсем как у Хоуко-тян. А свои очки он использовал вместо ободка, чтобы челка не сползала.
— Хм-м-м…
«Он»…
Заметив меня, он неспешно, словно собираясь перейти дорогу, посмотрел направо, налево, а затем снова направо, изучая окружение.
А потом на его губах появилась расслабленная и откровенно зловещая ухмылка.
— Если ты пришел меня убить… то тебе не хватает примерно шести миллиардов помощников, не находишь, братец?
— …Возможно.
— Заходи. Ладно уж, угощу тебя чаем.
С этими словами…
Ниоуномия Изуму подозвал меня жестом войти.
2
Не только коридор — сама комната внутри оказалась на удивление опрятной. Похоже, Изуму, пусть и не мог сравниться по чистоплотности с Хикари-сан, всё же был довольно педантичным человеком. Мусор был собран в одном углу, а старые газеты и вовсе аккуратно перевязаны бечевкой, всё как положено.
Шесть татами, плюс мини-кухня… душ, туалет… хм. Если судить только по самой комнате, то условия здесь были даже немного лучше, чем в моей квартире.
CD-магнитола, четырнадцатидюймовый телевизор со встроенным видеомагнитофоном, кровать на металлическом каркасе (с ящиком для хранения внизу), белье на карнизе для штор, маленький стол, на нем — канцелярские принадлежности и настольная лампа… а книги — те просто свалены стопками прямо на татами. Всё это как-то… знаете… напоминало комнату студента, который снимает жилье уже год. По крайней мере, точно не жилище профессионального убийцы. И тем более не жилище Великого детектива.
...
Хотя.
Точнее было бы сказать — бывшего профессионального убийцы и бывшего Великого детектива.
Близнецы Ниоуномия.
Мастера кровавых убийств, близнецы Ниоуномия.
Один — как двое, двое — как один.
Один стал двумя, двое стали одним.
Мастера кровавых убийств… брат и сестра Ниоуномия.
Брат и сестра.
Впрочем, по правде говоря, эта формулировка не совсем точна.
«Он» и «она» делят одно тело на двоих.
Раздвоение личности — вот как это принято называть.
«Сестра» — Ниоуномия Ризуму.
«Брат» — Ниоуномия Изуму.
Они проживают время, заключенное в круг.
Проживают пространство, запертое на замок.
У этой плоти нет единого имени.
Зато их душам дарованы два.
Ризуму «Карнавал» и Изуму «Каннибал».
Но при этом роль — только одна.
Профессиональный убийца…
«Мастера кровавых убийств, близнецы Ниоуномия».
Ниоуномия Ризуму отвечает за «слабость», за расследование…
Ниоуномия Изуму приводит убийство в исполнение, воплощая «силу».
Две крайности.
По своей природе «слабость» и «сила» должны быть двумя сторонами одной медали, единым целым — но здесь их поляризовали, словно в какой-то до смешного примитивной дуалистической схеме, да ещё и умудрились воплотить по отдельности. Это настоящее безумие.
Две личности.
Старший брат и младшая сестра.
Брат и сестра.
Их можно было бы назвать чудовищами.
Этих «профессиональных убийц» — близнецов Ниоуномия…
Обезглавили и вырвали сердце,
И после всего этого — они выжили.
Сохранили тело.
Сохранили личность.
Это не метафора, а реальный факт.
Пусть и были обезглавлены.
Пусть и было вырвано сердце.
Всё равно в итоге они оставались живы.
И это ещё не всё. Если бы этим всё и ограничивалось — было бы полбеды. Но вдобавок ко всему Ниоуномия Изуму столкнулся лицом к лицу с сильнейшим подрядчиком человечества, «Смертельно Багровой», Айкавой Джун…
До сих пор, вот прямо сейчас, жив.
Всё ещё жив.
Просто жив.
Сколько ни убивай — не умрёт.
Сколько ни убивай, ни убивай, ни убивай — не умрёт.
Сколько ни пытайся убить — не умирает.
Сколько ни пытайся убить, ни пытайся убить, ни пытайся убить — не умирает.
Вот что называется… бессмертием.
Пусть это и весьма далеко от «исследований бессмертия», о которых говорили человек в лисьей маске и доцент Кигаминэ, — полученное в итоге бессмертие скорее напоминает нежить, но оттого, что это именно оно, никуда не деться.
От одной мысли, что подобное существо находится прямо передо мной,
Что оно вообще существует…
Меня пробирает дрожь.
— О-о. Чай закончился, так что сварил кофе. Братец, ты, судя по всему, из тех, кто пьёт черный — но как насчёт хотя бы сливок добавить?
— Нет, чёрный подойдет.
— Оу-у. Кру-у-уто.
С этими словами Изуму, держа в руках две чашки, обошел меня и встал напротив. Ту, что была в левой руке, он протянул мне со словами «на, держи», а сам уселся на кровать, поверх одеяла. Взял подушку и бросил её в мою сторону — очевидно, вместо дзабутона[6].
— …Изуму-кун. Слушай… мне немного неловко смотреть, ты бы надел рубашку или что-нибудь такое, а?
Ситуация, когда полуголая девушка в самом расцвете лет предстала передо мной, в иных обстоятельствах могла бы показаться весьма приятной, однако, учитывая развитие событий, она была попросту неловкой. К тому же, «девушкой в самом расцвете лет» было только тело, а личность, проявленная в нём, принадлежала восемнадцатилетнему парню, к тому же — свирепому убийце, что ещё больше усложняло положение.
— Ну ты и извращенец. Куда уставился?
— В такой ситуации не смотреть просто невозможно.
— Я сегодня всё бельё перестирал. Ещё не высохло.
— Стирку нужно планировать, вообще-то.
— Раньше этим всем Ризуму занималась... — Изуму с крайним недовольством почесал затылок. — Ладно, братец. Одолжи мне свою рубашку.
— Тогда уж я останусь полуголым.
— Братец, ты же и телом, и душой парень, тебе-то что.
— Ну да, но всё же...
Идея была не из приятных.
Однако, похоже, других вариантов не предвиделось, поэтому я снял рубашку и протянул её Изуму. Тот, бормоча что-то вроде *«фу-у, ещё тёплая, мерзость»*, всё же натянул её на себя.
— Братец, ты из Киото, тебе не понять, но на Кюсю реально жарко, знаешь? Позволь мне хотя бы дома ходить голым.
— Мне страшно от мысли, что ты и на улицу в таком виде выйдешь... вон только что дверь без всякого стеснения открыл.
— Штаны-то на мне были. Отстань уже, я без одежды спать не могу.
— Ты спал? Среди бела дня?
— В чужую жизнь вмешиваться невежливо, знаешь ли.
— Ну да, справедливо. К тому же... в общем... я ведь пришёл не для этого разговора.
— Хм-м... а как ты меня вообще нашёл? У Господина Лиса спросил, что ли?
— Не совсем... этот адрес я знаю уже довольно давно. Ризуму-тян как-то дала мне визитку.
Ещё при нашей первой встрече.
Тогда Касугай-сан подобрала Ризуму-тян и, чтобы установить личность, вытащила из её кошелька визитку — на ней, рядом с должностью *«Великий детектив»*, значились адрес и номер телефона. Если быть точным, та самая визитка потом потерялась, но памятливая Касугай-сан всё запомнила наизусть...
Это и есть тот адрес, что записан на бумажке.
Этот адрес — ни индекс, ни улицу — я совершенно не знал, но вчера, когда человек в лисьей маске упомянул «Фукуоку», я, сопоставив всю имеющуюся информацию, мгновенно вспомнил именно про этот адрес.
Вернулся в свою квартиру, проверил — бинго.
По крайней мере... других зацепок у меня не было.
Хотя, сказать, что тревоги не было вовсе, я не могу. Судя по развитию событий, по логике самой истории, встретить здесь Изуму-куна было практически предрешено — но месяц назад человек в лисьей маске уже говорил мне нечто вроде *«этот адрес фальшивый», «даже если ты туда придёшь, там никого не окажется, и ты ничего не найдёшь»*.
Впрочем, этому есть объяснение.
На тот момент Изуму-кун уже решил уйти на покой.
Решил залечь на дно.
Человеку в лисьей маске не хотелось этому мешать.
Не хотел, чтобы этому помешал я.
Поэтому, когда я пытался наведаться по этому адресу, человек в лисьей маске меня останавливал.
Не ради Изуму-куна — нет.
В данном случае, скорее, ради Ризуму-тян.
В любом случае, человек в лисьей маске тогда, видимо...
Уважал волю близнецов Ниоуномия.
Уважал — и предпочёл молчать.
Хотя это касалось только того момента, разумеется.
Сейчас же...
Он сам, по собственной инициативе, свёл меня с Изуму.
Ничуть не считаясь с волей близнецов Ниоуномия.
Двигал Историю вперёд ради собственного удобства.
Ускорял Историю.
Спроси я его об этом — он бы наверняка ответил что-то вроде *«Всё едино»*.
Списать это на простую прихоть тоже не получается.
Это ведь тоже — *«Бэк Ноззл»*. Не иначе.
— И всё же это как-то странно... После той схватки с Айкавой-сан ты вроде как пропал без вести — а на деле спокойно живёшь по адресу, указанному на визитке. Такого я и представить не мог.
— Хм-м. Хочешь сказать, тебе не верится, что я живу именно в Фукуоке, ага? Ну тогда сам скажи, братец: ты визитку эту получил напрямую от Ризуму?
— А, нет...
И правда.
Кажется, Касугай-сан сама, воспользовавшись тем, что Ризуму потеряла сознание, вытащила её.
— Этот адрес нигде не светился. А эта визитка просто носилась при себе... Ризуму бы ни за что не сделала бы ничего, что могло бы мне навредить.
— ...Точно.
Ниоуномия Ризуму — кукла.
Звучит красиво, когда говорят про «раздвоение личности»,
Но по сути своей она — не более чем *альтернатива*, замена Изуму.
— Да и вообще, сам подумай: как, по-твоему, Айкава Джун вообще меня вызвала?
— Ну... я решил, что через какой-то секретный источник, известный только подрядчикам...
Честно говоря, я думал, что она обратилась к *«Чии-куну»*.
Хотя, впрочем, это было бы вполне логично.
— Но если ты и правда собираешься прятаться, если и правда решил уйти на покой — по-моему, стоило бы всё же съехать отсюда... Ризуму-тян ведь тоже больше нет.
Именно...
Ниоуномии Ризуму больше нет.
Личность Ниоуномия Ризуму исчезла.
Ниоуномия Ризуму умерла.
Сейчас,
В теле девушки передо мной осталась только одна личность.
Ниоуномия Изуму, и никто больше.
— Я тоже так думал, если честно...
Изуму прищурился и посмотрел на меня.
— Просто было ощущение, что рано или поздно ты сам заявишься.
— Шучу, не волнуйся.
— Да и не волновался я.
Если здраво рассудить, то всем этим сговором и тайными манипуляциями до сих пор занималась исключительно «слабая» сторона, то есть Ризуму-тян. «Скрытность», видимо, просто не входила в сильные стороны Изуму-куна.
Вот и всё.
Сейчас не время для перепалок.
Не принимай близко к сердцу.
Не раздражайся.
Хватит пустых разговоров, пора серьёзно поговорить.
— Айкава-сан...
Спросил я.
— Что с ней случилось в итоге? В криминальном мире говорят, будто вы с ней друг друга уничтожили.
— Уничтожили друг друга? Ха... вот как они говорят.
Изуму самодовольно усмехнулся.
— Сам видишь… почти все волосы потерял. Считаю, что это была отличная битва… но, раз уж не удалось добиться ясного исхода, то, вероятно… это была ничья…
— Звучит как-то неуверенно для тебя.
— Неуверенно или нет, но битва действительно ощущалась незавершённой.
— Незавершённой?
— Если честно, я сам виноват – случайно проговорился кое о чём.
— У тебя и вправду язык без тормозов, Изуму-кун, — кивнул я. — И о чём же ты проболтался?
— О Господине Лисе.
— И?..
— Как и ожидалось… она сразу всё поняла. Что речь идёт о её собственном отце…
— …И что произошло дальше?
— Вот именно поэтому всё и осталось незавершённым. Обе стороны сражались не на жизнь, а на смерть. Я очнулся уже когда сцена в Киёмидзу была полностью разрушена, буквально камня на камне не осталось – хотя, большая часть, наверное, пришлась на мой «Пожирающий», — а сам я лежал на земле, весь в щепках от хиноки[7], глядя в небо… а Айкава Джун исчезла.
— Исчезла…
— Её нигде не было. Ни следа, ни намёка, ни даже тела.
Что ж… по крайней мере, тот факт, что Айкава-сан была убита Изуму-куном, теперь исключён.
Хорошая новость.
Нужно будет сообщить Коуте-сан.
Хотя вопрос о том, почему местонахождение Айкавы-сан оставалось неизвестным после этого, всё ещё открыт. Но по этому конкретному пункту есть прогресс, и весьма значительный. Ради этого одного стоило проделать путь аж до самого Кюсю.
К тому же…
Даже без моего вмешательства
Айкава-сан теперь осведомлена о существовании человека в лисьей маске.
Она знает о существовании своего отца.
….
Тогда, возможно, её исчезновение как-то связано с этим?
Было бы, пожалуй, странно предполагать обратное.
— М-м? Что-то не так?
— Нет… ничего. Рад, что тебе удалось благополучно проиграть, Изуму-кун.
— Не проиграть. Я же говорю, ничья, — Изуму недовольно поджал губы. — Хотя, надо же… значит, она пропала без вести после этого. Интересно, где она сейчас и чем занимается, наша сильнейшая.
— Собираешься мстить?
— Нет, забудь. Я умею вовремя остановиться.
— Это я… знаю.
— Хотя, конечно, любопытно, чем она там занимается. Возможно, у меня тоже есть доля ответственности в этом.
— Господин Лис… она ведь узнала о существовании отца, верно? Айкава-сан. Если так, то можно догадаться, чем она занята.
— Отец… Гя-ха-ха! Я не разбираюсь во всей этой ерунде.
— Кстати, а у тебя есть родители, Изуму-кун?
— Нет.
Изуму усмехнулся с некоторой долей цинизма.
— У меня была только «сестра». Хотя и её теперь нет. Похоже, такова цена схватки с сильнейшей.
— Раздвоение личности…
— Она была мне как дорогая сестрёнка… а у тебя как? Ты понимаешь чувства этой Сильнейшей? Родители или кто-то ещё есть?
— Есть. И сестра… тоже была.
— Была? Значит, в прошедшем времени. Как у меня.
— Да. Хотя, если уж на то пошло, слово «была» тоже не совсем подходит. Мы с Ризуму-тян почти не проводили времени вместе, в отличие от тебя.
— Ха-а?
— Её похитили ещё тогда, когда я был совсем маленьким и едва мог говорить. И я рос, ничего об этом не зная.
— Похитили… — Изуму, кажется, немного удивился. — Слушай, а старшую сестру Господина Лиса, кажется, тоже похищали… кстати. И что дальше? Нашлась потом?
— Нашлась – это слабо сказано… она, как ни странно, жила совсем рядом. Уже когда мне было чуть больше десяти, я наконец понял, что это моя сестра.
— Как-то сложновато.
— Сложно. Хотя, кажется, все, кроме меня, знали об этом.
Жизнь в стороне от всего… не изменилась с тех пор.
С тех самых пор, когда я возомнил о себе невесть что.
— Вскоре она погибла в авиакатастрофе – так что времени, прожитого нами как брат и сестра, было крайне-крайне мало.
— Хм-м. Крутое у тебя прошлое, — ответил Изуму, словно потеряв интерес. — Кстати, а виновника похищения твоей сестры установили?
— Синдикат Кунагиса.
Я ответил без особых эмоций.
«Хм-м», — Изуму кивнул.
Наверное, он подумал, что это совершенно обычная история.
Ну… в общем-то, так и есть.
Ничего странного в ней нет, ничего необычного.
Обычная история.
Даже не тянет на полноценную историю.
Это не была история из тех, что одновременно жалкие и по-своему прекрасны.
Обычная история…
История давно минувших дней.
Сейчас я об этом особо не думаю.
Шесть лет назад…
Мне было немного не всё равно, вот и всё.
— …И что? Ты же не для того сюда притащился, чтобы узнать о судьбе Айкавы Джун? Из Киото в Фукуоку — даже я потратил бы на это три дня бегом.
— Да нет... я же пользуюсь благами цивилизации...
Интересно, а как насчёт моря между нами?
Он поплывёт, что ли?
— Ну да. В общем, про Айкаву-сан тоже хотел спросить, конечно... но, если честно, у меня к тебе, Изуму-кун, есть один вопрос — точнее, просьба кое-что объяснить.
— Объяснить? Что именно?
— Всё.
Я достал конверт.
Тот самый, что мне лично передал человек в лисьей маске.
Уже вскрытый.
Содержимое я уже проверил.
Изуму, глядя на конверт, лежащий на татами, даже не притронулся к нему — лишь с крайне недовольным видом пробормотал: «Ясненько...»
— Вот оно, значит, как обернулось.
— ...
— Значит, ты стал врагом Господина Лиса.
— ...Ну да, вроде того.
— Ты... надо же. О чём он там думает, этот лис... братец и Хитошики Зерозаки — это ж вообще разные люди.
Изуму и правда выглядел крайне недовольным.
...Хм?
Что-то в его словах прозвучало так, будто он в курсе о Зерозаки... хотя нет, раньше, когда мы разговаривали, что-то похожее уже было.
А, нет, стоп.
Ведь именно Ниоуномия Изуму и рассказал человеку в лисьей маске о существовании Хитошики Зерозаки. Тогда, конечно, ничего удивительного, что он про него знает...
Но всё же, что-то сейчас...
Совсем разные?
Совсем не похожи?
— ...Ну и в чём тогда дело?
— Дело не то чтобы такое уж серьёзное... просто все члены «Тринадцати Ступеней» наконец собрались в полном составе — вот и решили устроить вечеринку по этому случаю, только и всего...
— Хе-е. Значит, собрались все «Тринадцать Ступеней». А я думал, это в принципе невозможно... Ха-а. Видать, сперва нашёлся «враг», а Господин Лис уже засуетившись начал собирать всех. Хм-м... интересно, кого набрали без меня и Ризуму. Любопытно немного.
— ...
— Так вот что за «всё» ты хотел узнать... но всё-таки, братец.
На мгновение.
Рука Ниоуномия Изуму вытянулась.
Нет, не то чтобы вытянулась, но именно так я это воспринял.
Правая рука, только что державшая чашку кофе,
Сжимала моё лицо.
Растопырив пальцы во всю ширину, будто обхватывая.
Большой палец — на правой щеке,
Мизинец — на левой,
Остальные три — на лбу.
Крепко... стиснув.
Зафиксировав намертво.
— ...И тебе даже в голову не пришло, что за такие расспросы я могу тебя грохнуть — вот прямо здесь?
— .........
— Я, знаешь ли, хоть и завязал, но всё же — из «Тринадцати Ступеней».
— ...Знаю.
— Тогда с какой такой наглостью ты заявился сюда, аж на Кюсю — в этот, как раньше говорили, самый край чистилища, чтобы со мной встретиться? Выкладывай основание. Нет, скорее причину — если, конечно, этот мегаломанский бред вообще существует.
— ...Раз Ризуму-тян больше нет — я решил, что у тебя нет причин подчиняться Господину Лису.
— Маловато... Я пусть и завязал, но всё же «профессиональный убийца». Кажется, я уже основательно вбил в это твоё тело, насколько тяжело оставаться в живых, находясь рядом со мной. Или ты уже успел забыть?
— .........
— Ты что, думал: умру — и ладно?
— Я не хочу... умирать.
— Тогда зачем.
— Если бы меня здесь убили — это означало бы отрицание Истории как таковой. Ведь именно человек в лисьей маске сам велел мне идти сюда. А значит, моя смерть означала бы отрицание и его философии, «Бэк Ноззла» и «Джейл Альтернатива». А раз так, тем лучше, ведь тогда я смог бы опровергнуть его так называемую Историю. Нанёс бы ему удар. В любом случае не так уж и плохо.
— ...Неплохой ответ.
Сказал он это, но...
Хватки правой руки не ослабил.
Даже, наоборот, чуть сильнее сжал пальцы.
Так, погоди...
Серьёзно, что ли, плохо дело?
Может, я неправильно прочитал ситуацию...
— Е-есть ещё одна причина.
— Ну. Валяй.
— Потому что я люблю тебя, Изуму-кун.
— ........................
Хрусть!
Раздался звук, будто хрустнул череп.
Но нет, на самом деле это раздавилась кофейная чашка, которую он, оказывается, незаметно успел перехватить в левую руку.
И тогда...
Изуму убрал правую руку с моего лица.
— ...Где сегодня ночуешь? Забронировал?
— Нет... я хотел вернуться до конца дня.
— Тогда у меня переночуешь... разговор будет чертовски долгим, так что готовься провести здесь целую ночь. Даже не думай, что сможешь по пути отлучиться в туалет.
— ...Спасибо.
— Не за что благодарить. Просто мне...
Изуму...
Взял в руки лежащий на татами конверт.
— Захотелось тебя как следует припугнуть.
— .........
— Если после всего услышанного ты и дальше будешь строить из себя невозмутимого героя, не моргнув глазом даже тогда, когда тебя чуть не прикончили, тогда, так и быть, чмокну тебя в щёчку, братец.
3
Каджоу Акира.
Ичиризука Кономи.
Эмото Соноки.
Утагэ Кудан.
Фуруяри Зукин.
Токиномия Джикоку.
Мигишита Руреро.
Ямигучи Нурегину.
Миоцукуши Мисора.
Миоцукуши Таками.
Нойз.
Кино Раичи.
— Хм-м?..
Изуму...
Взглянув на извлеченный из конверта список, склонил голову набок.
— ...Так их тут всего двенадцать.
— Ага.
— Господин Лис ведь говорил, что все в сборе?
— Ага.
— И как это понимать?
— Ну... Я тоже об этом думал и, наверное... «Тринадцать Ступеней» — это не обязательно организация равно из тринадцати человек. Он хоть и сказал, что «все в сборе», но ни разу не произнес фразу вроде «собрались все тринадцать».
— Ну да, точно… Кстати, я ведь никогда толком и не слышал, сколько именно людей он планирует собрать — хотя само собой разумеющееся, что тринадцать… Но двенадцать человек для «Тринадцати Ступеней» — как-то не звучит.
— Думаешь? А мне кажется, человек в лисьей маске вполне мог бы сказать что-то вроде: «Тринадцать их или двенадцать — всё едино».
— Это да.
— Может, изначально он и хотел собрать тринадцать, но потом решил, что двенадцати вполне достаточно. А может, тринадцатый — это сам Господин Лис.
— Логично. Вполне в его стиле.
Удовлетворившись подобным объяснением, Изуму вновь уставился на бумагу.
Он время от времени кивал, тихонько хмыкая себе под нос.
Всё-таки некоторый интерес у него имелся.
Как-никак… это организация, в которой он сам состоял.
Причём не один, а вместе с сестрой…
— Дата… Тридцатое сентября, вечер… Место… Чего? Руины Академии Самиюри?
— Ага.
Кивнул я.
— Место, с которым многое связано.
— …И ты собираешься туда пойти?
— Пока что да, — я снова кивнул. — Если не пойду — конца этому, кажется, не будет.
— Конца, значит…
— Хотя, если уж идти, хотелось бы иметь хоть минимум информации. Суицидальных наклонностей у меня, знаешь ли, нет.
— Хм… И всё же, — Изуму, будто чем-то недовольный, снова и снова перечитывал бумагу. Имена были любезно подписаны фуриганой[8], так что проблема точно крылась не в незнании иероглифов. — …Ну, кое-кого я всё-таки знаю, пару человек.
— Пару человек?
— Когда мы с Ризуму были там, насчитывалось лишь шесть человек. Минус мы двое — остаётся четверо. С одним из них я так ни разу и не встретился, поэтому знаю только троих.
— Троих, значит…
Всего троих.
Слегка разочаровывающий факт.
И всё же… это не повод бежать за помощью к Кунагисе. У меня пока нет права впутывать её в это.
Однако…
— Да не переживай ты. Лично я знаю троих, но и среди остальных девяти сплошь известные личности. Как и ожидалось от Господина Лиса, его глаза бдительно наблюдали за всем «миром»… Правда, есть тут несколько имён, которых я терпеть не могу.
— Терпеть не можешь?..
— Ага. В этом списке есть парочка имён, которые даже у такого «Людоеда», как я, вызывают отторжение… Ну да ладно. Итак, братец, о ком хочешь услышать в первую очередь?
— Ну, раз уж я всё равно никого не знаю, был бы признателен, если бы ты рассказал обо всех по порядку.
— По порядку так по порядку. Тогда начнём…
Изуму-кун расстелил письмо на татами, чтобы нам обоим было видно.
— …С этого. Каджоу Акира.
— Угу.
— Хоть ты вообще никого не знаешь, этого-то должен знать, а? Он — соратник Господина Лиса ещё со времён его жизни в Америке.
Соратник человека в лисьей маске.
Айкава Джунья.
Каджоу Акира.
— По идее… он должен быть мёртв.
Десять лет назад…
Как и те двое, и их дочь…
— Похоже, жив. Так сказал Господин Лис. Ну а если говорить о мертвецах, то и Господин Лис, и та же Сильнейшая тоже по идее мертвы, не? Впрочем, я с ним лично не встречался. Он — один из тех четверых. Первая ступень «Тринадцати Ступеней».
— …
— Впрочем, насчет него тебе, братец, париться не стоит. Этот тип вроде как до сих пор не вернулся в Японию из Америки.
— …Вот как.
— Он что-то вроде особого посла, — продолжил Изуму-кун. — Его еще называют «Вторым». Господин Лис был «Первым», а ещё один их соратник — «Третьим». Видимо, старые прозвища ещё с тех времён.
— «Второй», значит…
Каджоу Акира…
Когда я расследовал Сайто Такаши, я пытался раскопать что-нибудь и на этого человека, надеясь найти хоть какую-то зацепку, но… ничего не вышло.
Абсолютно ничего.
— По слухам, он единственный во всех «Тринадцати Ступенях», кто стоит на равных с Господином Лисом… хотя, если честно, сомнительно. Неизвестно даже, существует ли он на самом деле. То, что он жив — исключительно слова Господина Лиса. И в этом плане он отличается и от Лиса, и от Сильнейшей.
— Понятно…
— Короче говоря, этот тип может внушать страх, но опасаться его не стоит… Он как призрак. Каким бы жутким ни был, реального вреда причинить не сможет. Так, идём дальше. Номер два — Ичиризука Кономи.
— Судя по имени — девушка.
— В точку. Вторая ступень «Тринадцати Ступеней» — «Создательница Пространства». Боевых способностей у неё ноль, но она эспер редкого типа — способна создавать «места». Лично я её недолюбливал… впрочем, она, кажись, тоже меня недолюбливала.
— Создавать «места»…
— Знаешь такое понятие, как «географическое преимущество»? Сражаясь на знакомой территории, любой получит фору — и наоборот. Это весьма удобная способность, когда нужно рассредоточить или изолировать так называемых «врагов».
— Вы были знакомы?
— Мы с Ризуму были третьей и четвертой ступенями. На момент нашего ухода, конечно. Когда мы только вступили в «Тринадцать Ступеней», то были седьмой и восьмой, но у них там система со сдвигом: кто-то уходит — остальные поднимаются. Ротация была довольно активной.
— Хм… Но если эта Ичиризука Кономи — вторая ступень…
— Ага. Она одна из тех троих, с кем я знаком лично. С виду такая серьёзная, интеллигентная девица, будто целыми днями читает сборники стихов в библиотеке, но вот характер у неё — та ещё жесть. К тому же она всей душой боготворит Господина Лиса.
— Боготворит?
— По уши влюблена, если по-простому.
— Хм...
В таком случае, то, что она девушка, доставит проблем.
Человек в лисьей маске... похоже, популярен у девушек.
— Третья ступень, Эмото Соноки. Его повысили, когда я ушел; пока я там был, этот тип числился пятой ступенью.
— Получается, старый знакомый.
«Судя по имени, похоже, мужчина», — подумал я вслух. Изуму-кун кивнул: «Ага».
— Он врач.
— Врач?
— Что-то вроде штатного медика внутри «Тринадцати Ступеней»... Как и у Кономи, особых способностей вредить другим у него нет. Хотя, пока я там был, моей силы и так с лихвой хватало... Впрочем, он мне немало помогал. Господин Лис звал его то «Врач», то «Доктор».
— Доктор, значит...
— Ходит в халате чуть ли не как в домашней одежде, так что выглядит типичным докторишкой — не перепутаешь. Что до него... ну, тут сложно сказать... В отличие от Кономи, он не боготворит Лиса.
— Вот как?
— Мог бы и догадаться, что они там не единый монолит. С таким-то лидером, как Господин Лис, который сам словно воплощение переменчивости.
— Это да, но...
— У Доктора смысл жизни — лечить раненых... хотя нет, скорее не смысл жизни, а дело всей жизни. Немного похож на меня. Только вектор у нас противоположный
— Другими словами, если держаться рядом с Господином Лисом — недостатка в раненых не будет, так?
— Именно.
— ...С ума сойти. Всего третий человек, а меня уже подташнивает.
К тому же... Эмото.
Пусть это и не случай, как с Айкава-сан и Айкавой Джуньей, но эта фамилия звучит так же, как у одной моей знакомой, что слегка напрягает[9]. Впрочем, не стоит зацикливаться на таких мелочах. Мало ли у кого какие фамилии.
— Дальше — четвертая ступень, некий Утагэ. По имени не поймешь, мужчина это или женщина, но это, видимо, и есть последний из той троицы, с которой ты знаком?
— Ну да.
Но Изуму-кун почему-то замялся.
Ответил он крайне уклончиво.
— Понимаешь, этот Утагэ Кудан... мы с ним давно знакомы, и болтали не раз, но... он какой-то скользкий тип. На моей памяти он дважды уходил от Господина Лиса — и при этом никакими особыми способностями не обладает. Вообще хрен поймешь, что у него на уме... Его звали «Фиктивным оружием»[10].
— Эффективным... А?
— «Фиктивным». Игра слов от Господина Лиса. Вроде бы означает «хрен поймешь, существует он или нет». Лис вообще, кажется, именно таких и хотел собирать
— Таких?
— «Странных». Господину Лису было абсолютно плевать, какими способностями обладает человек. «Профессиональный убийца» это или «Доктор» — всё едино. Странные люди — те, кто способен стать частью Истории. То есть Утагэ изначально был кандидатом на роль будущего врага. В этом смысле... Утагэ Кудан, возможно, одного поля ягода с тобой. А внешне... ну, ничем особо не выделяется.
— ............
Вот уж действительно, куча всего вперемешку.
Такого же поля ягода, как и я, значит...
Конечно, мы вряд ли абсолютно одинаковы.
Подобных мне не существует.
А если и существует, то от силы один человек на весь мир.
— Ну а с пятой ступени, как я уже говорил, идут те восемь человек, которых Господин Лис набрал уже после моего ухода, и я с ними не пересекался. Но тут уже, судя по всему, состав подбирался специально под противостояние с тобой. Команда, собранная исключительно ради «врага» и потому, что этот «враг» существует. Имена всех остальных мне прекрасно известны, кроме одного.
— Хм...
— Поскольку деталей я не знаю, пробегусь быстро. Пятая ступень — Фуруяри Зукин, Кузнец. Шестая ступень — Токиномия Джикоку, Манипулятор Сознанием. Седьмая ступень — Мигишита Руреро, Кукловод.
Кузнец, манипулятор сознанием, кукловод.
Хм... Уже начинает походить на настоящую организацию.
— «Кузнец» и «Кукловод» — это еще ладно, но вот «Манипулятор Сознанием» — звучит непривычно.
— Ну, что-то вроде гипнотизёра. Полная противоположность «Ниоуномии» — нашей «Труппы Ниоуномия», мастеров резни, — противоположность противоположности... противоположность «Токиномии». Гя-ха-ха, при мне таких бы точно не взяли.
— Почему?
— Меня так учили: видишь кого-то из Токиномии — руби на куски без исключений. Гя-ха-ха, стоило мне уйти, как он тут же берёт себе такое! Господин Лис — тот ещё прагматик.
— Так это и есть те, кого ты терпеть не можешь?
— Ну да. Хотя не, ещё больше я терпеть не могу... вот этих троих.
Изуму усмехался.
Но его глаза совсем не смеялись.
Что это... злится, что ли?
На то, кого выбрали, чтобы заткнуть дыру, образовавшуюся после его ухода?
...Ну, если так подумать, это и впрямь слишком самоуверенно с их стороны.
— Скорее всего, эта троица была подготовлена как замена нам с Ризуму... нет, только мне, как моя альтернатива. Дёшево же меня, оказывается, ценят — раз считают, что этой троицы достаточно, чтобы заменить...
— ...
— Ямигучи Нурегину, «Ассасин». И Миоцукуши Мисора с Миоцукуши Таками — «Профессиональные убийцы».
— Профессиональные убийцы? Постой-ка...
Эти двое… «Миоцукуши» — зависимая от «Труппы Ниоуномия». С самого начала они представляли собой что-то вроде сброда… Но выбрать именно «Миоцукуши» — это уж слишком. Хоть бы «Савараби» выставили… А, нет, их же уничтожил Хироики Зерозаки. Забыл. Тем не менее, Миоцукуши Мисора и Миоцукуши Таками… Вдвоем они едва ли тянут на одного полноценного бойца. Поставить их на один уровень с такими самодостаточными близнецами Ниоуномия, как мы, — это просто насмешка. Им бы дали одну ступень на двоих… Эх. Мне даже как-то обидно стало.
— Хочешь, чтобы я тебя утешил?
— Своей жизнью?
— Нет, своим пылающим сердцем.
— Пожалуй, обойдусь.
— Жаль, очень жаль.
Что это вообще было?
Сам себя мысленно остановил.
— Ну, если попытаться объяснить нормально… Двое из «Миоцукуши» — близнецы. Они сообща устраняют свою цель, используя особую близнецовую тактику. По меркам «Труппы Ниоуномия» — это самые что ни на есть обычные, классические профессиональные убийцы.
— …Я, хоть и слышал об этом от разных людей, но… в «Труппе Ниоуномия» действительно все работают в парах брат-сестра?
— Ага.
Он кивнул.
Какие же они странные…
— Хотя меня признали исключением из этого правила.
— В том смысле, что раздвоение личности технически не делает вас братом и сестрой?
— Именно.
Побочный продукт… кажется, так это называлось.
Очень точное описание.
— Ладно, с «Миоцукуши» всё понятно… Меня больше интересует имя перед ними. Ямигучи Нурегину. Изуму-кун, что это вообще за тип? Ты назвал его «Ассасином», верно?
— М-м… Ну, «Ассасин» — тоже не самое удачное определение… Слушай, а насколько хорошо ты разбираешься в этих «Убивающих Именах»? Про мою «Ниоуномию», думаю, объяснять уже не нужно…
— Честно говоря, я далёк от этого мира.
Пусть это и не сказки, но…
Для меня это всё равно на грани сна наяву.
— Хм… А для меня это была повседневность. Хотя благодаря Ризуму мне жилось немного легче, чем остальным. «Ямигучи» идут вторыми после «Ниоуномии». К слову, «Зерозаки» — третьи. Но из-за своей жестокости больше всего страха и ненависти вызывают именно «Зерозаки», а «Ямигучи» в этом плане занимают почётное второе место. А, ну и на всякий случай, если говорить о степени ненавистности — «Ниоуномия», если считать снизу, тоже недалеко ушли.
— ? А почему так получилось? Э-э… «Профессиональные убийцы», «Ассасины» и «Маньяки-убийцы»[11], так? Если с «Маньяками-убийцами» всё ясно, то между «Профессиональными убийцами» и «Ассасинами» я особой разницы в значимости не вижу, но, может, это лишь мнение дилетанта?
— Нет, ты совершенно прав… на уровне слов. Но тут такая штука, братец: изначально все эти псевдонимы вроде «профессиональных убийц», связанные с «Убивающими Именами», давались совершенно произвольно.
— …Произвольно?
— Просто нужен был какой-то отличительный знак. Если копнуть глубже, сами они себя этими прозвищами не называли… есть кто-то другой, кто им это придумал.
Кто-то другой…
Интересно, кто?
— Но если произвольно, то…
— По моему субъективному мнению, эти прозвища более-менее подходят разве что «Профессиональным убийцам» Ниоуномии, «Маньякам-убийцам» Зерозаки, ну и… с большой натяжкой, «Богам смерти» Ишинаги. Но вот называть «Ямигучи» «Ассасинами» — это, по-моему, совершенно мимо.
Ямигучи… И Ишинаги.
Хм…
Как бы я ни пытался отнестись к этому рационально, когда у твоих знакомых такие же фамилии, как у этих ужасных семейств, становится как-то не по себе. Даже иероглифы совпадают. Я уж точно не смогу сказать им самим, что они носят ту же фамилию, что и «Убивающие Имена».
— Мимо? И почему же?
— Ужас «Зерозаки» кроется в их аномальном чувстве товарищества: ради «семьи» они готовы совершить любое злодеяние. Знаешь об этом?
— Хм-м…
— Если не знаешь — так и скажи.
— Нет, дело не в том, что не знаю…
Хитошики Зерозаки.
…Он мне таким точно не показался.
— А у «Ямигучи» всё примерно так же, но с нюансом… Они готовы пойти на что угодно ради господина, которого сами избрали — и всё из-за их аномальной преданности. Формальные, хладнокровные убийства, основанные на договоре хозяина и слуги. Вот их суть.
— …
— В их преданности нет ни расчётов, ни планов, ни границ, ни пределов. Раз уж они носят «Убивающее Имя», то занимаются тем же самым — «осуществляют порученные убийства», так что «Ассасины» им тоже вроде подходят, но, по-моему, они скорее солдаты. Этакие «Убийцы-солдаты». Или, может, ниндзя.
— Ниндзя, значит…
Вот оно что.
Если взглянуть на это под таким углом… всё становится гораздо понятнее.
— Пф-ф… Надо же было додуматься заменить «Ниоуномию» на «Ямигучи» — это настоящее оскорбление, Господин Лис… Даже я, такой добряк, начинаю… самую ч-ч-ч-ч-ч-чуточку злиться…
— …
— Бесит… Когда Ризуму была рядом, она принимала всю эту злость на себя… а теперь какая-то вязкая дрянь внутри так и бурлит.
— …Так какие… особенности у этого Ямигучи Нурегину?
Чтобы отвлечь Изуму и получить нужные сведения, я задал встречный вопрос. Похоже, моя беспечность была чрезмерной... Без Ризуму он теряет равновесие. Даже просто разговаривая с ним, невозможно предсказать, когда его прорвёт. А темы, связанные с «Тринадцатью Ступенями» и человеком в лисьей маске, казались находящимися на грани фола.
— «Нурегину Незримый»... «Нурегину Скрывающийся»[12]. Слухи о нём ходят давно, но вот проблема — никто никогда его не видел. Он не показывается никому. Нет ни единого свидетеля... Иными словами, каждый, кто когда-либо видел его, был до единого убит.
— ...Удивительный парень, выходит.
Не похоже, что находиться в одном ряду с таким человеком — повод для унижения. И если с точки зрения обывателя это так, то среди тех, для кого убийство — это ремесло, подобное, наверное, не такое уж и оскорбление. По крайней мере, я не думаю, что Господин Лис выбрал на место Изуму кого-то недостойного.
Но Изуму лишь фыркнул с усмешкой.
— В убийствах «Ямигучи» нет ни грамма эстетики.
— ...
— И речь не только об этом ублюдке Нурегину. У всех «Ямигучи» полностью отсутствует чувство прекрасного, и это меня бесит. Они всё прячутся, всё таятся, им достаточно лишь выполнить работу — от этой их унылости аж тошно. У них нет понятий «дуэли» или «поединка» — для них это реально лишь «работа». У них нет ни «тактики», ни «стратегии» — короче говоря, их методы убоги. Мелочные, унылые и подозрительные. По мне, так даже семейка Зерозаки лучше. Ладно, братец, с этими хоть поосторожнее будь. Убивают они на раз-два.
— ...И как же Господин Лис умудрился завербовать такого человека?.. Выходит, тот, кому Ямигучи Нурегину поклялся в верности — это сам Господин Лис?
— Этого я не знаю... Может и так, но Господин Лис не особо умеет завоёвывать доверие мужчин... харизма-то у него есть, но в основном на женщин действует.
Хм... Раз его никто в лицо не видел... Судя по имени Нурегину, вряд ли это женщина. Тогда... может, он поклялся в верности кому-то другому, а этот «кто-то» приказал ему подчиняться Лису?
— Да как бы там ни было, это же Господин Лис. Завербовать человека, которого даже в глаза никто не видел — для него пустяк.
— ...Похоже на то.
Изгнанник из причинности...
Именно поэтому ему и нужны руки и ноги, которые будут действовать вместо него... Но раз так, использовать «Тринадцать Ступеней» просто как марионеток казалось как-то мелко для их уровня.
Слишком уж они неуправляемые и непредсказуемые.
Конечно, самого человека в лисьей маске такие мелочи вряд ли заботят. Он бы наверняка опять сказал: «Всё едино».
Но... двое «Профессиональных убийц» и один «Ассасин».
Тогда, наверное, логично предположить, что настоящим убийцей Маки-сан был кто-то из этих троих. Если так посмотреть — с этими тремя у меня, выходит, тоже есть некая связь.
— Ну-с.
Изуму-кун сделал паузу.
— Дальше идёт одиннадцатая ступень. Кто это — понятия не имею. Впервые слышу.
— А, это тот, про кого ты сказал «Кроме одного».
Нойз.
И больше ничего.
Неизвестно, имя это, фамилия или прозвище.
Само собой, никакой фуриганы тоже нет.
Просто слово из четырёх букв.
— Вообще без понятия... Даже от Господина Лиса никогда не слышал этого имени. Зачем брать кого попало, если кандидатов и без него хватало — Лис реально непредсказуем. Одного странного типа по имени Утагэ уже более чем достаточно, сейчас явно не время коллекционировать «странных людей».
— Не можешь понять его мотивов...
— Нойз, хэ... Не думаю, что его взяли чисто для количества... Замена Ризуму, что ли? Похоже, у них нет ни разведчика, ни сборщика информации... Ну, если натягивать сову на глобус, то этим мог бы заняться Ямигучи Нурегину... но это явно не его профиль. А может, всё это им больше и не нужно...
— А, кстати, есть у меня одна догадка.
— Догадка?
— Когда я получал это письмо от Господина Лиса, с ним был кое-кто крайне подозрительный. Одет в юкату, на лице — очень уж вычурная лисья маска. Мы столкнулись лишь на секунду, так что я мало что успел рассмотреть.
— Юката и лисья маска?.. Что за дешёвая подделка?
— И ростом он был примерно с ребёнка.
— Хм... Такого я точно не знаю, так что, может, это он и есть... Но если такой тип ошивался рядом, странно, что я о нём впервые слышу. Я-то ладно, но вот то, что Ризуму о нём ничего не знала, это напрягает...
— У тебя такое... серьёзное лицо, когда ты задумываешься.
— А? Придурок, а как иначе? В нашем мире самое страшное — это неизвестность и неизвестный противник. Я не строю из себя специалиста по разведке, но только полный идиот бросится на врага, о котором ничего не знает. Я, по крайней мере, не из таких. И вообще, раньше за эту часть работы отвечала Ризуму...
— Я не об этом, — прервал я его. — Просто... сейчас ведь всё это тебя уже не касается, а ты всё равно так искренне и серьёзно пытаешься мне помочь.
— .........
Изуму-кун недоуменно вытаращил глаза.
Через некоторое время его лицо покраснело.
Он взглянул на меня страшным взглядом.
Плохо, кажется, я снова его разозлил.
Но Изуму промолчал. С вновь обретенным спокойным выражением лица, он с некоторой натянутостью, словно стремясь поскорее закончить разговор, произнес: «Итак, последний человек».
Я ощутил облегчение.
Последний...
— Кино Раичи. Вот он...
— А, можешь не рассказывать о нем, — перебил я Изуму-куна. — Я уже разобрался с ним.
— ...А?
— Примерно десять дней назад он явился ко мне в больницу. Ну, не то чтобы напал — просто пришел передать письмо, но его успешно отогнал один человек, который как раз зашел меня проведать. Если уж говорить о тех, кого взяли «чисто для количества», то это определенно про него.
— ...Кино...
Изуму...
Его глаза широко раскрылись.
Но не так, как минуту назад... Он побледнел.
Ниоуномия Изуму побледнел.
— Ты столкнулся... с Кино?
— Э-э... Ну, в общем-то, да.
— ...Знаешь, что я собирался тебе сейчас сказать? Я собирался сказать: «Насколько мне известно, этот Кино — самый опасный из всех двенадцати», «Держись от него подальше любой ценой», «Если уж встретишь Ямигучи Нурегину, главное — не пересекайся с Кино», — вот так собирался тебя напугать. А ты мне тут заявляешь, что уже разобрался?
— Н-ну да...
От его напора я растерялся.
Да что... что вообще происходит?
— Он оказался слабаком, поджал хвост и сбежал... в чём дело? Почему у тебя такое лицо, будто я совершил какую-то непоправимую ошибку?
— «Кино» — это... — процедил Изуму сквозь стиснутые зубы. — Наряду с «Токиномией», о которой я говорил раньше, они входят в число «Проклинающих Имён». И, на мой взгляд, они куда опаснее «Токиномии».
— ...«Проклинающих Имён»?
— Это те, с кем я меньше всего хотел бы иметь дело. Они куда хуже и «Ямигучи», и «Зерозаки». А знаешь почему? Потому что мы — боевая группировка, а они — небоевая. Если мы — чудовища, одержимые убийством, то они — чудовища, одержимые тем, чтобы не убивать!
— ...И что в этом такого страшного?
Та слабость, что была у Кино-сана...
Значит, это оказалось следствием его имени?
И всё же... ну и что с того?
— Не дошло, да?.. Они отвергают любые сражения! То есть: «побеждать, не сражаясь». А «не убивать» означает лишь то, что они не пачкают руки лично. На деле же они убивают куда больше нас — ведь мы убиваем только врагов, а они убивают и своих тоже, так что, если считать по-простому, число убитых у них в два раза больше. И ты, братец, связался с таким «Проклинающим Именем», неужели думаешь, что мог выйти из этого без последствий? Да ещё и умудрился нарваться именно на «Кино»... Твою ж... Затащить в «Тринадцать Ступеней» сразу два «Проклинающих Имени»... Господин Лис, похоже, вконец умом тронулся... Иначе как безумцем его не назовёшь...
Имена, которые он терпеть не может...
Но если это так.
Тот визит Кино-сана... в больницу.
Тогда...
Я думал, что мы смогли дать ему отпор.
Думал, что Кино-сан сбежал.
— Готов поспорить на что угодно.
Изуму, с лицом, искаженным натянутой усмешкой, уставился на меня в упор.
— Что с тобой... или с тем, кто пришел тебя проведать... а может, с вами двумя... он точно что-то сделал.
— Что-то...
— Проклял, вот что.
Мрачно ответил Изуму.
—Похоже, поцелуй придётся отложить.
4Следующее утро.
Утро, которое я встретил в кровати Изуму.
На мобильный позвонила Хоуко-тян.
— Братик...
Ее голос...
Она явно силилась сохранять спокойствие.
— Сестрица Мии...
8. Фуригана — это небольшие фонетические символы (кана), которые добавляются к иероглифам в японском языке, чтобы подсказать их правильное произношение. В случае с именами убийц и некоторыми особыми терминами, фуригана имеет огромное значение, поскольку кандзи, составляющие эти имена и термины, часто имеют нестандартные, авторские чтения.
9. Фамилия Эмото Соноки (絵本) произносится идентично фамилии Эмото Томоэ (江本), однако записывается она иначе. Это похоже на случай с фамилией Айкава: она может быть написана по-разному у Айкавы Джун (哀川) и Айкавы Джуньи (藍川).
10. В оригинале прозвище «Какуу хэйки» (架空兵器 — вымышленное или фиктивное оружие) по звучанию чрезвычайно напоминает «Каку хэйки» (核兵器 — ядерное оружие).
11. В иероглифическом написании слова «殺人鬼» («сацудзинки») символ «鬼» («ки») в буквальном переводе означает «демон» или «чудовище». Таким образом, слово можно интерпретировать как «демоны убийств» или «демонические убийцы». Однако в современном японском языке это устоявшееся обозначение маньяка-убийцы, а иероглиф «鬼» лишь подчеркивает его чудовищную природу.
12. Скрывающий / Незримый — этот титул, которым обладает Ямигучи Нурегину, намекает на традиционные ниндзя-техники: онгё (隠形), искусство маскировки и незаметности, а также оншин (隠身), что в буквальном переводе означает «скрытие тела» — искусство становиться невидимым для противника.
