Безграничный волшебник (Новелла) Том 48 Глава 1175 Правда и ложь (2)

Когда плач Шейны начал стихать, Куан потерял сознание и рухнул прямо на нее.

— Куан.

Испугавшись, она судорожно проверила его состояние, но, к счастью, сердце все еще билось.

— Учитель, что произошло?

— Фенджан уничтожены. А Куан… кажется, он пожертвовал чем-то очень важным ради меня, — она повернулась к Широну. — В таком состоянии нам нельзя возвращаться. Какое-то время я хочу просто заботиться о Куане. Ты ведь не против?

— …Хорошо, — Широн и сам понимал, что Куану больше не место на поле боя. — Не переживайте так сильно. Господин Куан очень силен. Он обязательно вернется к вам.

Как именно это произойдет, Широн не знал, но Шейна с готовностью кивнула.

— Да. Я ни за что не сдамся. Куан обязательно вернется ко мне.

Демон меча покинул поле боя.

Тем временем площадь перед Дельтой с самого утра гудела от криков протестующих.

— Гис, уходи в отставку!

— Поддержим волю Широна Ариана! Сам Яхве разоблачает бесчинства Гиса!

Благодаря всего одной строчке в газете имя Широна обрел известность.

Голоса почти шести сотен людей эхом разносились над садом, достигая самого здания Дельты.

— Ха-а, — мужчина, наблюдавший за происходящим из окна офиса в нейтральной зоне, тяжело вздохнул.

Его звали Реймонд. Политический соперник Гиса и тот самый человек, что в сговоре с Арахной расставил для него ловушку.

«От криков этих граждан мое сердце разрывается на части. Как же мне изменить эту прогнившую страну?»

При мысли о великой политической миссии, что легла на его плечи, на глаза навернулись слезы.

— Господин Реймонд, — под бдительными взглядами рыцарей гвардии в кабинет вошел премьер-министр Арахны Федра.

— А, это вы. Добро пожаловать.

Реймонд поспешно смахнул слезы, но от цепкого взгляда Федры это не укрылось.

— Вижу, вы опечалены.

— Еще бы. Столько людей тревожатся о будущем Зейва. Я чувствую и свою долю вины, оттого на душе так тяжело.

— Не корите себя. Разве все это не ради создания лучшего мира? Вы все делаете правильно.

— Фу-ух.

Когда Реймонд издал очередной скорбный вздох, Федра ободряюще похлопал его по плечу и указал на дверь.

— Пойдемте со мной. От стресса нет ничего лучше, чем хорошая физическая нагрузка. Пропотеть — самое верное средство.

— Думаете, поможет?

Место, куда Федра привел Реймонда, находилось в самых глубоких недрах сектора Арахны. Там их встретила прекрасная женщина средних лет.

— Добро пожаловать.

Это была лидер «Покоев Разврата» — аналитического центра Арахны, чьим главным оружием были медовые ловушки.

— Подготовь нам место потише.

— Как прикажете.

Оставив рыцарей Реймонда охранять дверь, двое мужчин проскользнули в тайную комнату. Там к пыточным станкам за руки и за ноги были прикованы две женщины.

— Сегодня победа будет за мной.

Федра взял в руки хлыст, Реймонд последовал его примеру, с предвкушением пробуя на ощупь жесткую кожу.

Так называемая «игра в слезы». Правила были донельзя просты. Игроки по очереди бьют прикованную жертву, и тот, чья женщина закричит первой, объявляется победителем.

Федра атаковал первым. Раздался резкий свист рассекаемого воздуха, а следом — тошнотворный звук рвущейся плоти.

— Хм-м-м!

Женщина подавила рвущийся наружу крик. Она знала: стоит ей издать хоть звук, и с ней сделают нечто куда более кошмарное, чем эти удары.

Следом взмахнул своим хлыстом Реймонд.

— Гис! — тело женщины выгнулось дугой. — И такой мерзавец мнит себя королем?! Да ты же ведешь Зейв к краху! Ты хоть понимаешь, как страдает народ?! А?! Граждане сейчас умываются кровавыми слезами!

Очередь Федры прошла, и когда снова настала очередь Реймонда, раздался звонкий, влажный шлепок.

— О-о.

Хавиц, сидевший на корточках в углу и жевавший печенье, широко распахнул глаза.

— А вот это было неплохо.

Наведываясь сюда всякий раз, когда ему становилось скучно, он наблюдал за происходящим с азартом спортивного болельщика.

— Ради мира всеобщего равенства! Слышишь?! Построить мир, где все равны, смогу только я!

Взгляд Хавица потемнел, став похожим на бездонную пропасть.

«Сочтут ли они это лицемерием?»

Люди в этом мире.

«Нет, это и есть истинная человеческая природа».

Монстры, сотканные из самооправданий.

«Они прикрываются любой удобной логикой. В конце концов, вся эта ваша мораль, совесть…»

Для кого-то, возможно, это и есть истина.

«Но на деле — лишь очередной предлог, чтобы скрыть собственную слабость. У сильных совести нет».

Ведь человек...

«Способен пойти на любую мерзость, если у него есть власть и он уверен в своей безнаказанности».

Реймонд вложил в удар всю свою силу.

— За Зейв!

Хлыст впился точно в уже кровоточащую рану, и рот женщины широко открылся.

— А-а-а-а-а!

Федра отбросил хлыст и захлопал в ладоши.

— Браво! Да это же новый рекорд!

— Ха-а! Ха-а!

С улыбкой он положил руку на плечо тяжело дышащего Реймонда.

— Вам стало немного легче?

— Фу-ух! Да. Как только пропотел, сразу полегчало. Спасибо, отлично развлеклись.

— Это моя работа. Обращайтесь в любое время. А что делать с этой женщиной?.. — Федра перерезал веревки закричавшей жертвы, и она рухнула на пол на мертвая. — Она все равно идет в расход, так что забирайте. Девочки из Покоев Разврата сами за собой уберут.

— Какая жалость. Ее нельзя оставить в живых?

— Увы. Если мы начнем делать исключения, игра потеряет смысл. Система должна работать исправно, не так ли?

— Ваша правда.

— Отдохните сегодня как следует. Ловушка захлопнулась, Гису уже не выпутаться. Скоро в Зейве воцарится долгожданный мир. Под мудрым правлением короля Реймонда.

Сердце Реймонда затрепетало от восторга.

— Все это только благодаря вам, господин премьер-министр. Клянусь, взойдя на трон, я никогда не забуду того, что вы для меня сделали.

— Наслаждайтесь своим триумфом.

По сигналу Федры служанки Покоев Разврата подхватили израненную женщину и потащили ее в спальню.

— Тогда я пойду.

Бросив это небрежное прощание, Реймонд торопливо поспешил за ней. Федра презрительно цокнул языком.

«И все же…»

Человеческий мозг подобен ребенку: познав вкус определенного удовольствия, он напрочь забывает о меньших радостях.

«Ему всегда подавай что-то более возбуждающее. Если это возможно и не принесет ущерба…»

Федра не стал развивать эту мысль.

— Впрочем, на таких идиотах мы и наживаемся.

Служанки швырнули женщину с окровавленной спиной на кровать и молча удалились.

— Хык… Хык…

Реймонд провел рукой по ее ранам.

— Больно?

— А-а-а-гх!

— Конечно, больно. Мое сердце тоже обливается кровью. Потерпи еще немного. Скоро я избавлю тебя от мук…

В этот самый миг большой палец женщины с тошнотворным хрустом вонзился в левую сторону шеи Реймонда.

— Гха! Кх-х-х!

В панике он попытался закричать, но ее хватка намертво сдавила его шею.

— Да. Чертовски больно, ублюдок.

Женщина резко приподнялась и, вывернув палец, одним движением повалила его, оказавшись сверху.

— Гх-р-р!..

Придавленный к постели, Реймонд с ужасом уставился на ее неестественно острые когти.

«С-спасите! Охрана! Где моя охрана?!»

— Хо-хо! Даже когда пережала тебе жабры, все еще дергаешься! Обожаю, когда дичь такая свежая.

Облизнув губы, она впилась всеми десятью пальцами ему в шею, в буквальном смысле разрывая ее на части. Раздались влажные, чавкающие звуки, и, наконец разодрав плоть, она с хрустом переломила ему шейные позвонки.

— Фу-ух!

Схватив отрубленную голову за волосы, она слезла с кровати. В этот момент в комнату вошла одна из служанок Покоев Разврата.

— Закончила?

Женщина вздернула окровавленную голову Реймонда и спросила: — А что с рыцарями?

— Мы с Роро уже с ними разобрались.

Служанка широко, до самых ушей растянула губы в улыбке, обнажив сочащиеся ядом острые клыки, между которыми застряли куски плоти.

— Как всегда: одними поцелуями дело не обходится.

— Точно. Пошли.

Бросив голову Реймонда в деревянный ящик и захлопнув крышку, женщина направилась к выходу. Федра уже ждал их.

— Дело сделано.

Стоило откинуть крышку, как на него уставилось искаженное ужасом лицо Реймонда с широко распахнутыми глазами.

— Ба, господин Реймонд, — Федра наклонился к самому ящику. — Что ж у вас такое напуганное лицо? Обидно было помирать? М-м? Так сильно обидно? — он похлопал мертвеца по бледной щеке. — Эй, ну скажите хоть слово. Не понимаете, за что вас убили? Так и быть, объясню. Потому что вы жалкий дилетант, — с ухмылкой Федра отстранился. — Думали, раз вы второй человек в Зейве, то представляете из себя нечто важное? Вы не король и вообще никто. Вам совершенно нечего мне предложить.

А вот если бы Реймонд не побоялся предстать перед своей охраной в таком постыдном виде...

— Именно поэтому вам никогда не одолеть Гиса.

Потому что Гис на такое способен.

Женщина из Покоев Разврата захлопнула ящик и спросила: — Что насчет оплаты?

— Семьдесят процентов мы уже получили авансом. Передадим голову, заберем остаток — и дело с концом.

— Один процент от суммы — наш.

Это был один процент от поистине астрономической суммы, которую Гис обязался выплатить Арахне.

— Да понял я, жадина. Хватит ныть.

С самого начала Арахна и не думала делать Реймонда королем Зейва.

«Если уж доить, то досуха».

Как бы ни было важно голосование, такая могущественная держава, как Зейв, никогда бы не прогнулась под Арахну. Поэтому они сначала загнали Гиса в ловушку, а затем потребовали баснословный выкуп за его спасение.

Федра выразительно потер пальцы обеих рук.

— Огромные деньги. Вот как делаются настоящие дела. Ладно, пора сворачиваться. В Святилище нам ловить больше нечего, так почему бы не расслабиться?

— Вы уверены насчет Гиса? Мы ведь серьезно его прижали. Что, если он решит свалить всю вину на нас? — уточнила лидер Покоев Разврата.

— Все нормально. Без должного нажима шантаж не сработает. Мы преподнесли ему голову Реймонда, а с остальным он уже сам разберется.

— А что с Ранги?

Бровь Федры дернулась.

— Тц! Хитрая тварь. Пока не трогайте ее. Раз уж она отказалась от своей доли и переметнулась к Яхве, значит, шкура ее дороже. Она не станет делать глупостей.

Дослушав до этого момента, Хавиц отвернулся.

«Хм-м, значит, Ранги».

Прошел уже почти час с тех пор, как он прикончил Гандо, а значит, пора было искать новую цель.

«Как-то хлопотно. Напрямую связываться с Яхве слишком муторно. Рядом с Уорин наверняка трется тот гоблин...»

В такие моменты он искренне проклинал Частоту Бога.

«Никакого веселья».

Даже грязные тайны королевства Арахны, которые он раньше слушал бы с упоением, теперь казались смертоносной скукой.

«Высшее наслаждение... Существует ли оно вообще?»

С этими мыслями он брел по коридору, когда вдруг из-за угла донесся знакомый голос.

— Хавиц.

Остановившись, он медленно обернулся и увидел стоящих бок о бок Дзетаро и Смодо.

— Вы… видите меня?

Он ведь использовал Исчезновение.

Заметив, что оба смотрят в пустоту сквозь него, Хавиц перевел взгляд чуть в сторону. Там стояла Визард Вена.

— Хо-о?

Исчезновение рассеялось, и Дзетаро со Смодо наконец-то смогли осознать присутствие Хавица.

— Давненько не виделись, Хавиц.

— Правда? Не припомню. С чего вдруг пришли? Хотите сыграть со мной в игру на выживание?

— Нет. Я хочу предложить тебе свою собственную игру.

— Хм-м.

Тот факт, что он не активировал Частоту Бога моментально, означал, что предложение его хоть немного заинтриговало.

— Ну да, чтобы убить меня, придется сыграть. Но мне и так сейчас вполне весело, — больше всего на свете ему хотелось поиграть с Визард. — Почему бы вам просто не напасть? Я хочу поскорее прикончить вас и заняться кое-чем поинтереснее.

Заметив, как жадно Хавиц пялится на Визард, Дзетаро почувствовал горечь.

«Если не смогу его убедить, второго шанса не будет».

Собравшись с духом, он произнес: — Тебе точно понравится. Я готов поставить на кон свою жизнь.

— Хо-о.

— Правда и ложь. Так называется эта игра.

Услышав название игры, Хавиц с замиранием сердца активировал Частоту Бога. А затем…

— Кэ-хэ-хэ! Ха-ха-ха!

Уголки его губ поползли вверх, искажаясь в нелепой, безумной улыбке.