Безграничный волшебник (Новелла) Том 50 Глава 1232 Недостающее Звено (4)

Святилище.

Служанки, идущие по коридору главного корпуса Дельты, побледнели, заметив мужчину.

— А-а-х!

Хавиц, Сатана, чье имя теперь вселяло животный ужас, сидел, прислонившись спиной к стене.

Он отказался от девятого раунда смертельной игры.

«Теперь уже все равно».

То, как в восьмом раунде Широн закрыл собой Визард, вызвало в нем именно такое опустошение. Словно на сказочную детскую площадку внезапно вломились родители и окатили всех ледяной водой.

«Ведь для Визард Широн как отец».

Хавиц пытался услышать мысли Визард с помощью Частоты Бога, но так и не смог.

«Эта девчонка тоже не так-то проста».

Поэтому оставалось неясным, кого Визард любит на самом деле: Широна или его самого.

— Кх-кх-кх!

Бред какой-то.

«Да как тут не понять? Конечно, она любит Широна. По одним только поступкам все ясно. Меня просто используют».

И все же, с другой стороны...

«А вдруг я ошибаюсь?»

Ведь он ни разу не заглядывал ей в душу напрямую.

«Может, она любит меня. Возможно, она специально была так ласкова с Широном, чтобы задеть меня, потому что неравнодушна».

Он знал, что это не так. Но если не цепляться за эту иллюзию, казалось, он убьет Визард прямо сейчас...

«Почему она не может полюбить меня?»

Только теперь Хавиц вынужден был признать, чего на самом деле хотел от Визард.

— Эй.

Услышав голос из коридора, Хавиц повернул голову и увидел знакомое лицо.

— Балкан.

Выглядел тот изможденным, но в глазах по-прежнему горел огонь жизни.

Хавиц снова уставился прямо перед собой.

— Чего тебе?

— Ну и видок у тебя. Отшили?

— ...Наверное.

Балкан с тяжелым вздохом плюхнулся рядом с Хавицем.

— Кажется, я долго не протяну. Сил идти больше нет. Завтра нам придется попрощаться.

— Вот как. Прощай, — безучастно сказал Хавиц.

Он не пытался казаться нарочито холодным — это прозвучало как будничное прощание с другом, с которым видишься каждый день.

— Кхе-кхе, бывай. Кстати, как успехи? Слышал, у тебя появилась позлюбленная.

— ...Все плохо.

Хавиц был не из болтливых, и потому Балкан прекрасно понимал, как сильно тот выгорает изнутри.

— Почему? Сердце разбили?

— То она вроде бы проявляет ко мне интерес, то вдруг становится ледяной.

Балкан пристально посмотрел на Хавица.

— Как знать. Ты парень занятный. Найдутся те, кто тебя ненавидит, но вряд ли кто-то сочтет тебя скучным. А вот если кому-то с тобой стало скучно... — из рта Балкана тонкой струйкой потекла кровь. — Значит, ты и впрямь стал скучным. Потерял хватку, так сказать.

Хавиц моргнул.

— Ты же сам говорил: если не ставить себе рамок, в конце концов получишь желаемое. Предлагал веселиться на полную катушку. Ты ведь решил жить так, как хочется.

В этом и кроется суть хаоса.

— Верно, — Хавиц поднялся на ноги. — Я перебью их всех. Не по одному в час, а каждого, кто попадется мне на глаза.

Он слишком сильно зациклился на Визард, и Широн сумел воспользоваться этой брешью.

Балкан усмехнулся.

— Вижу, ты готов бросить вызов Яхве.

— Хе-хе-хе...

— Постарайся на славу. Мы тоже не будем сидеть сложа руки и попытаемся тебя убить. Так что придется постараться.

— Ха-ха! Да что ты?

Хавиц приставил длинный меч к горлу Балкана. Они молча смотрели друг на друга, и на их лицах играли радостные улыбки.

— Прощай, Балкан.

Убить каждого, кто попадется на глаза.

Меч Хавица быстро описал плавную дугу, и голова Балкана слетела с плеч. Даже пока отрубленная голова катилась по полу, Балкан продолжал высчитывать шансы на успех в этой безумной авантюре.

«Ха-ха, вот так-то веселее».

Теперь Хавиц больше не будет колебаться, он превратится в истинного демона и пронесется по Святилищу кровавым вихрем.

— Хавиц... — из перерубленного горла Балкана вырвался хриплый шепот. — Поиграем...

Оставив этот шепот позади, Хавиц широким шагом удалился вглубь коридора. Он не стал спрашивать, каковы были истинные мотивы Балкана, который, зная о скорой смерти, пришел утешить его после любовной неудачи. Был ли это жест искренней дружбы или очередной тонкий расчет? Хавиц не задал ни единого вопроса. Ведь эта недосказанность оставалась единственной радостью, которую разделяли Хавиц и Четыре Искусства Густава.

— Я убью всех.

Спустя десять минут после того, как он покинул коридор, к телу Балкана бесшумной кошачьей походкой приблизилась фигура. Наташа посмотрела на обмякшее тело, приваленное к стене, и на откатившуюся в сторону голову. Опустившись на колени, она прижала к груди голову Балкана, чье лицо застыло с широкой, растянутой до ушей улыбкой.

— ...Как жестоко, — а когда она вновь подняла взгляд... — Хавиц.

В ее лишенных век глазах разверзлась самая глубокая бездна в мире.

* * *

В Святилище воцарился кромешный ад.

— Уже более двадцати погибших. Похоже, это дело рук Хавица.

Хавиц, убив Балкана, словно сбросил с себя все оковы и принялся неистово вырезать людей. И хотя стража была мобилизована в полном составе, а гвардейцы разных стран выстроили железную оборону...

— А?

Никто не помнил Хавица.

— И ради чего, спрашивается, мы так суетимся? Кого мы все пытаемся остановить?

Гвардеец и не подозревал. Не подозревал, что Хавиц уже приближается к нему, снося головы его товарищам.

— Странно. Да что вообще здесь... — прохрипел стражник, у которого уже лилась кровь из пробитой груди. — ...происходит?

Когда смертность достигла одного человека в минуту, главы пяти ведомств Святилища созвали экстренное совещание.

— Хавиц сошел с ума.

— Что делает Яхве? Разве это не он до сих пор отслеживал местоположение Хавица?

Поскольку в Башне Слоновой Кости уже активировали Эликию, для перезарядки Ультимы требовалось время.

— Прямо сейчас мы осознаем присутствие Хавица, но неизвестно, когда его Исчезновение сработает снова, — сказала Дороти.

— Но с чего бы ему отключать способность? — заговорила Сирано Мито из международного трибунала.

— Отчасти ради насмешки, но, скорее всего, он просто хочет усилить наш страх. Умереть, даже не осознавая момента собственной смерти, — вещь неприятная.

— Не время философствовать, словно нас это не касается. Если мы не придумаем план, голосование сорвется.

Председатель, будучи на стороне Гиса, изо всех сил пытался продавить проведение голосования.

Константин из отдела религии впервые подал голос.

— И долго мы еще будем полагаться на Яхве?

— Ваше Святейшество.

— Корень нынешней катастрофы кроется именно в Яхве. Прикрываясь спасением человечества, он лишь спровоцировал Сатану, а решения так и не предложил, — Папа поднялся со своего места. — Я и Церковь Лами больше не намерены оставаться в стороне.

— У вас есть план?

— Войдите.

Как только прозвучали слова Папы, в зал вновь ворвались святые рыцари Отдела Борьбы с Демонами Церкви Лами.

«Ходят здесь, как у себя дома».

С юридической точки зрения это было вопиющим нарушением, но в условиях, когда Хавиц устроил резню, никто не посмел возразить.

— Яхве, выдавая себя за бога, сбивает людей с пути. Но истинный бог не нуждается в убеждениях. Он всезнающ и всемогущ по своей сути, и сейчас я продемонстрирую вам божественное чудо.

Когда тело Константина окутало ослепительное сияние, Сирано скептически прищурилась.

«Энергия и впрямь святая. Обычные демоны не смогут против этого устоять. Но…»

Она не недооценивала силу Яхве.

«Я не знаю, что это за сила, но даже Яхве способен пробивать Исчезновение Хавица лишь раз в час».

Что вообще задумал Папа?

— Беда!

В зал с побледневшим лицом вбежал высокопоставленный помощник, председатель лишь раздраженно поморщился.

— Что за шум?! Вы хоть понимаете, где находитесь!

— Т-там, снаружи...

— Снаружи? Вы про протестующих?

— Все гораздо хуже, — помощник на секунду замялся, не решаясь произнести это вслух, но в итоге выдавил: — Начался бунт.

Хотя время перевалило за девять вечера, толпа протестующих перед Дельтой только разрасталась. Сторонники и противники, разделенные непреодолимой пропастью, надрывали глотки, выкрикивая лозунги.

— Объявить импичмент Гису! Требуем правды!

— Короля Зейва в представители Святилища! Сделаем Зейв лидером мирового порядка!

В этот момент сквозь обе фракции начал пробиваться совершенно новый поток людей.

— О бог Криа! Смилуйся над нами!

Это возвращались члены Отдела Борьбы с Демонами, отправленные на исследование пирамиды. Они шли, распевая молитвы, лица их были благоговейны, но в глазах не было ни капли жизни — словно из них вытянули души.

«Убить Майю».

Шеренга Бездушных (Ин), движимая лишь этой единственной целью, врезалась прямо в толпу.

— Что вы творите? Пусть вы и из Церкви Лами, но вот так разгонять мирных демонстрантов...

Но его возмущение длилось недолго.

— О Боже...

Взгляды людей, оказавшихся рядом с экзорцистами, разом помутнели, и они тут же развернулись в том же направлении.

— Спаси нас.

Скорость заражения состоянием Ин была настолько чудовищной, что в мгновение ока вся толпа утратила разум. В их пустых головах, объединенных единым Законом, пульсировала лишь одна воля: «Убить Майю».

Воля Бога.

* * *

За полчаса до финального выступления многотысячная толпа начала штурмовать Дельту.

— Проклятье! Что с ними не так?! Будто под гипнозом!

Капитан стражи у главных ворот выкрикнул приказ: — Держать строй! Не подпускать никого ближе, чем на сто метров! Огонь на поражение разрешен!

При виде надвигающейся на них единым живым организмом массы даже мысль о том, что придется убивать гражданских, уже не вызывала угрызений совести.

— В атаку!

Отряд стражи столкнулся с толпой...

— ...О Боже.

И тут же, обратившись в безвольных Ин, стражники развернулись и зашагали обратно к Дельте, которую только что защищали.

Капитан стражи, наконец, осознал весь масштаб катастрофы.

— Доложите наверх.

— Есть!

Вряд ли это могло хоть как-то помочь, но больше ему ничего не оставалось.

— Кх-х!

Капитан начал отводить уцелевшие войска, подстраиваясь под медленный, но неотвратимый шаг надвигающейся толпы.

«С ними нельзя сражаться. Стоит только прикоснуться…»

Смерть. Иначе это было не назвать.

— Таков приказ Бога!

Идущие в авангарде экзорцисты, управлявшие толпой Ин, воздели к небу свои священные мечи и громогласно воззвали: — Вперед!

— У-О-О-О-О-О!

Под этот оглушительный рев люди ринулись в атаку, и капитан стражи, выставив вперед копье, крепко зажмурился.

— Твою мать!

В это мгновение со стороны главного корпуса Дельты мимо стражников пронеслась группа темнокожих воинов. Это был южане из союза племен.

— Оберегайте свой разум! Мы следуем воле Яхве!

Когда южане схлестнулись с экзорцистами, впервые за все время завязалось то, что действительно можно было назвать боем. Глаза капитана стражи расширились от изумления.

«Н-но как?!»

Неужели они способны противостоять этой заразе, которая в мгновение ока поглотила даже его самых стойких и преданных подчиненных?

— Отступайте, — к нему подошел вождь южан Интара в сопровождении личной гвардии.

— Ваше Величество.

Интара отмахнулся.

— Я не из тех, кого стоит так называть. Да и нет у меня такого желания. Уводи своих людей. Здесь мы сами справимся.

— Я не могу! Если эти врата падут, для меня это будет равносильно смерти.

— Боюсь, умереть тебе тут не дадут.

Капитан инстинктивно понял, что вождь имеет в виду.

— Послушай меня. Если они явились сюда, значит, им здесь что-то нужно. Если мы растратим все силы сейчас, то в решающий момент рискуем потерять самое важное.

— Потерять? Но кто вообще на такое способен?

— Бог.

Лицо капитана вытянулось от непонимания.

— Равнодушный Бог и Бог, наделенный сердцем. И две веры, каждая из которых следует за одним из них. Понимаешь? То, что сейчас здесь начнется, — не просто война, твердо произнес Интара. — Это священная война.