Что принесёт конец? Найдётся время? Спасёшь ли ты меня? (Новелла) Том 1 Глава 2 Этот мир заката [сломанный хронограф]
Ранее в Что принесёт конец? Найдётся время? Спасёшь ли ты меня? (Новелла)...
2.1 Чёрная кошка и серая девочка.
Чёрная кошка неслась. Не просто неслась — она мчалась изо всех сил, с поразительной скоростью. Стрелой пронеслась по тесному переулку, перемахнула через высокую стену и юрко запрыгала по крышам торговых палаток.
Этот район, известный как Пёстрый рынок, был изначально возведён для проведения крупной ежемесячной ярмарки. Однако со временем хаотичные постройки и пристройки превратили его в огромный лабиринт, вселяющий страх и смятение в любого, кто осмеливался сюда забрести.
И сквозь эту гигантскую мешанину закоулков со всей скоростью мчалась чёрная кошка. Спрашиваете, почему она бежит? Она пытается скрыться. От чего? Конечно же, от преследующей её девочки.
— Сто-о-о-о-ой! — пронзительно кричала та, отчаянно пытаясь не отставать от чёрного демона. С трудом протиснулась сквозь узкий переулок, неуклюже перевалилась через высокую стену и, под возмущённые крики торговца, с грохотом рухнула с крыши торговой палатки. Но, невзирая на все помехи, не отводила своих голубых глаз от цели, твёрдо намереваясь догнать чёрную кошку.
Девочка была одета в довольно невзрачный наряд: серая шляпа, надвинутая на самые глаза, и плащ того же цвета. Вероятно, она выбрала такую одежду, чтобы меньше привлекать внимание, но крики и бешеная скорость сводили на нет эффект её наряда.
— Да стой... же... ты... — полы её плаща хлопали, развеваясь на бегу. Девочка продолжала преследование, поднимая столбы пыли и отбрасывая с дороги пустые банки из-под краски. Её стремительный бег привлекал взгляды самых разных наблюдателей: орка, продающего всякую мелочь, чешуйчатого рептилоида — хозяина магазина ковров, группы волкоподобных ликантропов, проходивших мимо.
Кошка вдруг замерла на месте.
— Попалась! — девочка прыгнула вперёд, не желая упускать внезапный шанс. Кошка, заметив её рывок, обернулась, в её пасти что-то серебристо блеснуло. Девочка, выбросила вперёд руки и схватила желанную добычу.
Но, не успев даже обрадоваться, внезапно почувствовала, что летит. И лишь тогда заметила: под ногами ничего нет.
— Э?
Улицы, переулки, подъёмы и спуски Пёстрого Рынка сплетаются в замысловатую сеть. И случаи, когда, идя как ни в чём не бывало по улице, вдруг оказываешься на крыше здания, не так уж и редки.
— А...
Её поле зрения заполнило широкое голубое небо с белыми точками облаков. Всё ещё обнимая кошку, девочка полетела вниз. Прямо под собой она увидела Седьмой западный квартал жестянщиков, лавки которого специализировались в основном на металлических кастрюлях и кухонных ножах. По высоте окружающих зданий она поняла: до земли четыре этажа.
Девочка собралась с силами и окуталась лёгким сиянием. Наблюдатель, способный видеть Магические Жилы, заметил бы, как Яд в её теле отчаянно пытается вспыхнуть. Но было уже слишком поздно.
Яд — это нечто вроде огня. Небольшая искра мало на что способна, но может обрести пугающую силу, разгоревшись в могучее пламя — однако для этого нужны время и усилия. Другими словами, от Яда мало толку в тех случаях, когда требуется быстрая реакция на внезапное событие — именно такое, какое произошло с девочкой.
Два тела, человека и кошки, продолжали падение. Слабый свет, исходящий от девочки, бессильно затанцевал на ветру и угас. Она не успевала даже закричать. Каменная мостовая, ещё секунду назад такая далёкая, приближалась с пугающей скоростью. Инстинктивно она сжала руки, и кошка сдавленно мяукнула. Беспомощная перед гравитацией, девочка закрыла глаза и приготовилась к удару.
***
С неба падает девочка — кажется, совсем юная — и падает довольно быстро. Вскоре её ожидает жёсткая встреча с уличной брусчаткой, и в результате отвратительная сцена нарушит умиротворённое спокойствие раннего вечера.
Вот что первым делом заметил Виллем, случайно подняв взгляд. Его мозг ещё не успел толком осмыслить увиденное, а ноги уже двигались сами по себе. Он бросился туда, куда падала девочка, и вытянул руки, чтобы поймать её, но вскоре обнаружил, что сильно недооценил инерцию падения девочки. Его руки оказались слишком слабы и не выдержали удара, и он, придавленный телом девочки, рухнул со сдавленным вскриком — будто квакнула придушенная лягушка.
— А-а-а-а... — простонал он, выдохнув остатки воздуха, что удалось впустить в лёгкие.
— П-простите! — девочка наконец осознала произошедшее, вскочила и запаниковала. — Вы целы?! Вы живы?! Вы не ранены?! А...
В своём волнении она умудрилась совершенно забыть о кошке, которую всё ещё держала в руках, и та воспользовалась этим шансом, чтобы убежать. Девочка инстинктивно выбросила руку ей вслед, но схватила лишь воздух; секундного промедления кошке хватило, чтобы исчезнуть в окружившей их толпе зевак.
Девочка вскрикнула — в её голосе звучало бессилие из-за того, что начавшая всю эту суматоху кошка сбежала, и удивление от перемены в собственном облике. В какой-то момент — то ли в погоне, то ли при падении — надвинутая на глаза шляпа слетела с её головы, и скрытые под ней небесно-голубые волосы рассыпались по плечам девочки.
«Эй, взгляните на неё», — пронёсся шёпот со всех сторон. И прохожие, и торговцы с Седьмого западного квартала жестянщиков — все, как один, отвлеклись от своих дел и устремили взоры на лицо и волосы девочки.
На этом архипелаге парящих островов, Регул Айр, обитают самые разнообразные расы, находящиеся в отдалённом родстве с Гостями. И, естественно, такое разнообразие рас подразумевает и разнообразие внешности. У одних головы украшены рогами, у других изо ртов торчат клыки, третьи покрыты чешуёй, а у четвёртых лица выглядят как случайный набор черт диких зверей.
Среди всего этого многообразия встретить расы, лишённые рогов, клыков, чешуи или иных звериных признаков, — редкость. Но они существуют. Такие расы, у которых отсутствует какая-либо отличительная черта, или «отметка», по которой их легко узнать, называют «неотмеченными».
«Что ей здесь нужно?»
«Проклятье, дурная примета».
Обычно представители других рас сторонятся неотмеченных. Согласно древнему преданию, раса, известная как «люди» или Эмнетуайт, некогда опустошила обширные земли внизу, загнанные в небо всеми остальными расами. А поскольку неотмеченные имеют поразительное сходство с Эмнетуайт, и здравый смысл подсказывает, что схожая внешность предполагает и схожий нрав, то неотмеченных клеймят как нечистых, предвестников бедствий. Гонения на неотмеченных случаются нечасто, но, разумеется, девочка, оказавшись под пристальным вниманием стольких глаз, ощутила глубокий стыд.
Существовало и ещё одно обстоятельство, совершенно не зависящее от девочки, но, к несчастью, усугублявшее её положение. Предыдущий мэр этого города был воплощением коррумпированного политика: он брал взятки, нанимал убийц для устранения оппонентов и всячески злоупотреблял властью, поставив под строгий контроль каждую сферу жизни города. В конце концов, Центральный Конгресс изгнал его с острова, и все вздохнули с облегчением... Но так совпало, что прежний градоначальник принадлежал к расе бесов. Бесы, подвид огров, ранее скрывались среди Эмнетуайт, склоняя их к пороку, и в итоге приобрели облик, весьма схожий с людьми и представителями прочих неотмеченных рас. И теперь, видя перед собой неотмеченного, горожане неизбежно вспоминали ту злобу и ненависть, что вызывал у них бывший мэр.
Хотя никто не напал на неё ни физически, ни словесно, девочка чувствовала, как осуждающие взгляды горожан впиваются в неё, словно острые шипы.
— Х-хорошо, я сейчас уйду, не волнуйтесь...
Девочка встала и попыталась рвануться прочь от этих взглядов, но не смогла сдвинуться ни на сантиметр: Виллем, всё ещё лежавший на земле, крепко сжал её запястье.
— Ты кое-что забыла, — он протянул другую руку и вложил в ладонь девочки небольшую брошь.
— А...
— Её обронила та чёрная кошка. Ты же за ней бежала, верно?
Девочка медленно кивнула.
— С-спасибо... — всё ещё немного ошеломлённая произошедшим, она осторожно, обеими руками взяла брошь и спрятала её под одежду.
— Ты здесь впервые?
Девочка снова кивнула.
— Понятно... Ну, полагаю, выбора нет, — Виллем вздохнул. Он быстро поднялся, снял свой плащ и, опередив любые возражения девочки, накинул его ей на голову. Теперь, оказавшись без головного убора, Виллем открыл собравшимся вид на своё лицо. По толпе снова прокатился шёпот, но на этот раз взгляды горожан были прикованы к нему.
— Э?.. — изумлённо вскрикнула девочка.
Виллем не видел своего лица, но, разумеется, прекрасно знал, как оно выглядит. И понимал, почему и толпа, и девочка перед ним так поражены увиденным. Растрёпанные чёрные волосы. Ни рогов. Ни клыков. Ни чешуи.
— Пойдём, — он схватил девочку за руку и широким шагом двинулся прочь. Девочка в недоумении последовала за ним, едва поспевая и временами срываясь на бег. Они быстро покинули оживлённую улицу.
— Эта, пожалуй, подойдёт.
Виллем завёл девочку в ближайший магазин шляп, чтобы подобрать ей что-нибудь для прикрытия головы. Шляпа, хоть и была велика на несколько размеров, на удивление хорошо смотрелась. Виллем удовлетворённо кивнул и забрал свой плащ.
— Эмм... почему?.. — смущённо спросила девочка, которая наконец начала приходить в себя после всего случившегося.
— Чтобы никто не видел, что ты неотмеченная, конечно.
Неотмеченных, таких как Виллем и девочка, обычно избегали, но особой ненависти к ним не испытывали. Если ты не совершаешь ничего подозрительного, тебя, как правило, оставляют в покое. Но всё же лучше не привлекать к себе лишнего внимания.
— Не знаю, с какого из Летающих Островов ты прибыла, но здесь неотмеченных не слишком жалуют. Сделай то, зачем пришла, и побыстрее убирайся отсюда. Гавань вон там... — сказал Виллем, указывая через дорогу, — если боишься заблудиться, я провожу.
— А... нет... я не... — пробормотала девочка.
Виллем не мог разобрать выражение её лица — этому мешали существенная разница в росте и шляпа, скрывавшая лицо девочки.
— Ты... неотмеченный?
— Верно. Ты же видела моё лицо всего пару минут назад, — подтвердил Виллем, успевший снова натянуть капюшон, лёгким кивком.
— Тогда почему ты здесь? Жители этого острова относятся к неотмеченным враждебнее всех на юго-западе Регул Айра, разве нет?
— Ну, думаю, к любым условиям можно приспособиться. Да, неприятности случаются частенько, но, если к ним привыкнуть, тут довольно удобно, — ответил он. — А ты-то зачем явилась сюда, раз знаешь об этом? - Ну... потому что... Девочка явно не хотела отвечать. Виллем почти устыдился своего вопроса. Он вздохнул и зашагал, жестом велев ей идти следом. Девочка не сдвинулась с места. — Ну что теперь? Ты же не хочешь остаться тут одна, а? — Эм-м-м-м... Спасибо большое... За всё... — сбивчиво заговорила девочка, пряча лицо под гигантской шляпой. — И за все проблемы, что я доставила... Прости... А ещё.. Эм-м... Это, наверное, нагло с моей стороны, но... а... Виллем поскрёб затылок. — Хочешь куда-то сходить? Так? На этих словах девочка внезапно просияла — наверное. Он видел лишь нижнюю половину её лица, так что наверняка сказать не мог. Девочка уже поняла, что улицы вокруг Пестрого рынка были довольно запутаны. Даже видя пункт назначения, очень легко заплутать после нескольких неожиданных поворотов. Двое стояли на вершине башни Галакта, высочайшей точки города, куда попали после длинного и богатого на события путешествия по лабиринту улиц. Виллему, хотя он и жил здесь, пришлось спросить дорогу у одного из общественных големов — автоматических стражей, установленных властями города. Развилки, которые в памяти Виллема расходились на три пути, на деле разветвлялись на пять. Они случайно наступили на фроггера, когда он принимал ванну, спаслись от разъярённой коровы, а едва сбежав от неё — упали в курятник и под страхом смерти, многословно извиняясь на ходу, убегали от его владельца, разъярённого боллмэна. Короче говоря, попасть куда угодно в этом городе — настоящее испытание. Но с другой стороны, Виллем заметил, что за время их приключений на улицах девочка немного расслабилась. Она смеялась и весело комментировала каждую их неудачу или побег от очередной опасности. Виллем не знал, раскрывается ли таким образом её характер, или это влияние их разнообразных и довольно забавных злоключений, но всё равно это было лучше, чем прежнее напряжённое молчание. Девочка перегнулась через хлипкий поручень на краю башни и восхищённо выдохнула. С этой высоты бурлящий город внизу выглядит как прекрасный, полный мелких деталей рисунок. Извилистые улицы простираются во все стороны, словно расползлись от башни по собственной воле, а не были проложены строителями годы назад. Она подняла взгляд — и в поле её зрения попала гавань на краю острова: его ворота, площадка для взлёта и посадки воздушных кораблей. А за блестящим металлом гавани насколько хватает взгляда распахивается бесконечное голубое небо. Это небо, на ветрах которого дрейфует более сотни гигантских каменных плит, называемых "Летающие Острова", — единственное убежище для жизни. Земли далеко внизу, где эта жизнь зародилась изначально, больше для неё недоступны. — Что-то не так? — спросила девочка, оборачиваясь к Виллему. — О, ничего, просто любуюсь видом, — он потряс головой, ответив ей своей обычной улыбкой. Девочка легко усмехнулась и, убедившись, что поблизости никого нет, сняла шляпу. Её волосы, того же цвета, что и небо вокруг, освободившись, словно заструились на ветру. — Ты поэтому хотела прийти сюда? Ради этого вида? — Да. Я уже видела острова с большей высоты и с большего расстояния, но ни разу не удавалось увидеть сверху большой город, находясь прямо над ним. У Виллема мелькнула мысль, что она, должно быть, с одного из островов на границе. — Я думала, будет здорово попробовать однажды, — девочка на мгновение замолчала, глядя в бесконечное голубое небо, и продолжила: — Хм-м... Моя мечта исполнена, и я весело провела время. Думаю, мне не о чем больше сожалеть. Её слова прозвучали довольно зловеще... — Спасибо за сегодня. Правда, — говорила девочка. — Мне удалось повидать множество удивительного — и всё благодаря тебе. — Ну, ты немного преувеличиваешь, — Виллем поскрёб в затылке. С его точки зрения, события этого дня выглядели так, словно он нашёл на обочине странного котёнка и вывёл его на прогулку. Просто случилось так, что у него нашлось свободное время, поэтому для разнообразия он потратил его на что-то необычное. Было немного странно получать за это благодарность. — Так... это твой сопровождающий? — А? Виллем кивком указал за спину девочке. Обернувшись, она вскрикнула, на лице отразилась смесь удивления и смущения. Там стоял крупный, угрожающего вида рептилоид, до сих пор остававшийся незамеченным ею. В отличие от других рас, покрытые чешуёй рептилоиды бывают самых разных размеров. Средний рептилоид не слишком сильно отличается ростом от представителей большинства прочих рас, но временами они вырастают лишь до размеров ребёнка, а в другой крайности находятся те, чей гигантский рост смотрится почти комично. Этот рептилоид, очевидно, относится к последней категории. Даже просто стоя здесь, в военной униформе, он излучал явную угрозу.— ...Похоже на то. Я отлично провела время... Это было словно сон. Но сейчас пора пробуждаться, — с горечью произнесла девочка. Она обернулась и, прежде чем подойти к рептилоиду, обратилась к Виллему: — И последняя моя просьба к тебе... Пожалуйста, забудь обо мне. Что? Виллем застыл, не в силах подобрать слова для ответа. Он понимал, что девочка явно находится в каких-то необычных обстоятельствах. Однако, судя по тому, что он видел, эти обстоятельства не причиняли ей страданий. А раз так, ему не было нужды вмешиваться, да и дальше сопровождать котенка, раз появился его владелец. Девочка обернулась в последний раз, поклоном вновь поблагодарила Виллема и ушла бок о бок с рептилоидом. — Когда они идут вот так рядом... разница в росте очень бросается в глаза, — пробормотал Виллем, провожая их взглядом. Издалека, со стороны гавани, раздался мелодичный перезвон колоколов карильона, отмечающий наступление вечерних часов. — Хмф... уже так поздно? Скоро настанет время назначенной кое с кем встречи. Виллем, напоследок ещё раз окинув взглядом живописный вид внизу и голубое небо над ним, вновь спустился в шумный город. *** С тех пор, как вымерли Эмнетуайт, прошло пятьсот двадцать шесть лет. Надёжных исторических источников, которые могли бы поведать о тех временах, не осталось. Книги содержали множество теорий, каждая из которых утверждала, что правдива именно она, но никто не знал наверняка, содержится ли хоть в какой-нибудь хотя бы крупица истины. Всё это могло быть просто размышлениями историков, даже не заставших описываемые события. Однако, кое в чём сходились все теории. Например, в том, что Эмнетуайт, или же люди, вели тяжёлое существование. Много лет они процветали, их число неуклонно росло, и они широко расселились по земле. Но это в конце концов навлекло на них беду, так как, расселившись повсюду, они подверглись нападениям множества разных рас. Им приходилось постоянно сдерживать натиск Монстров — самых разных зверей, диких и опасных. Демоны во главе с Тёмным Властелином пытались совратить людей на путь порока. Территориальные споры с орками и эльфами часто выливались в стычки. Внутри человеческого общества также возникали угрозы: часть их, подвергшись проклятию, превратилась в огров, которые выступили против своих прежних сородичей. И ещё, хоть и очень редко, на людей нападали сильнейшие враги — Гости. Вдобавок ко всему перечисленному, Эмнетуайт были одной из слабейших рас. У них не было ни чешуи, ни клыков, ни когтей, ни крыльев, и они не могли овладеть могучей магией. Даже способность к быстрому размножению, одно из их сильных качеств, уступало скорости, с которой плодились орки. И всё же как-то людям удавалось править большими территориями. Как утверждала одна из теорий, большая часть их военной мощи заключалась в сословии добровольных солдат, называемых Искателями Приключений, и Союзе — организации, которая координировала и поддерживала Искателей Приключений. Чтобы увеличить совместную боевую эффективность своих отрядов, эти воины делились на различные Классы и выделяли особые Таланты, что позволяло лучше организовывать тренировку. Им даже удалось запечатать магические способности, которые очень редко встречались среди людей, в особые амулеты — Талисманы, и создавать их в больших количествах. Со всеми этими усовершенствованиями Искатели Приключений становились могучей военной силой, которая намного превосходила обычных людей. Другая теория предполагала существование иной разновидности солдат, отличных от Искателей Приключений, — Героев. Согласно этой теории, Герои обладали способностью черпать силы в превратностях своих судеб и тяготеющем над их душами роке, что превращало их в почти непобедимых воинов. Единственный недостаток заключался в том, что лишь немногие избранные могли стать Героями. Ещё одна теория утверждала, что Эмнетуайт полагались на особое оружие: святые мечи Карильоны, которые содержали в себе дюжины Талисманов, разнообразные силы которых создавали сложный эффект взаимного усиления, что придавало оружию невероятные разрушительные способности. Разумеется, все эти теории звучали как совершеннейшая бессмыслица, и сложно было бы найти кого-то, кто на самом деле верил в них. Однако факт оставался фактом: слабые и бесталанные Эмнетуайт ухитрялись как-то побеждать своих могущественных врагов. А значит, во всём многообразии теорий присутствовала и доля правды. Пятьсот двадцать семь лет назад, в столице Святой империи, во дворце, в самом центре человеческих земель, появились они. Насчёт того, что они из себя представляли — точнее, представляют — исторические трактаты вновь выдавали самые разнообразные теории. Например, что они — воплощение зла, зародившееся среди людей. Или что они — оружие массового уничтожения, разработанное людьми, но вышедшее из-под контроля. Или что почему-то открылись врата ада, выпустив в мир его обитателей. Или что внезапно активировался механизм самоочищения, который дремал на дне бездны со дня сотворения мира.Когда они появились, многие выдвигали самые смелые догадки, которые во многом состояли из мрачных насмешек над собой, однако лишь немногие пытались на деле выяснить, насколько та или иная теория соответствовала истине. В их понимании мир стоял на грани гибели, и никакая теория не могла этого изменить. Даже если бы гипотеза «одинокий помидор на поле картофеля, не вынеся одиночества, подвергся сверхэволюции» оказалась правдивой, это никак бы не повлияло на то, что их дни были сочтены.
Имело значение лишь то, что они — агрессоры. Они — убийцы. Являя собой воплощение абсурда, они приняли облик семнадцати различных зверей и с пугающей скоростью принялись пожирать мир. Эмнетуайт не смогли ничего противопоставить этой новой угрозе. За два дня с карты исчезли два государства. К следующей неделе не стало пяти стран, четырех островов и двух океанов. Еще через семь дней карты потеряли всякий смысл. Говорили, что между появлением Зверей и гибелью человечества не прошло и года.
Уничтожив Эмнетуайт, Звери не остановились. Защищая свои обширные леса, погибли эльфы. Защищая свои священные горы, погибли молийцы. Защищая свой титул сильнейших живых существ на земле, погибли драконы.
Всё на поверхности земли просто исчезало, словно в какой-то жестокой шутке. Вскоре те, кто ещё оставался в живых, осознали: здесь для них нет будущего. Если они хотят выжить, то должны сбежать, и сбежать далеко. Туда, где до них никогда не дотянутся когти кровожадных Зверей. В небеса.
2.2 Неотмеченный
Что я такое? Виллем часто задавался этим вопросом, но ответ был прост: человек, оказавшийся там, где людям не место. Существо, которое попросту не может существовать. Может, ещё осталось где-то место, куда он должен вернуться, но, утратив всякую возможность попасть туда, он обречён теперь на судьбу скитальца.
***
После захода солнца улицы озарились сиянием кристаллов, развешанных на стенах домов, стали выглядеть ярче и оживленней. Фиолетовая дымка клубилась вокруг снующих повсюду пешеходов. Боргл громким голосом зазывал покупателей. Похожая на кошку женщина-айрантробос затягивалась сигаретой, стоя у своего заведения. Компания молодых орков шагала по улице, временами разражаясь взрывами хохота.
В переулке, где сидел Виллем, было сравнительно тихо. Две параллельные улицы разделяло всего одно здание, но звуки городской суеты сюда почти не доносились.
Он отсчитал тридцать две тысячи брадалов — значит, за ним остался долг примерно в сто пятьдесят тысяч.
— Дай мне ещё полгода, Грик, — Виллем, глядя в лицо своего лучшего друга, изобразил самую сияющую улыбку, на которую был способен, — и я соберу остаток.
Они сидели в дешёвой закусочной. Виллем откинул капюшон своего старого, потрёпанного плаща, открыто демонстрируя лицо неотмеченного.
— ...
Мужчина по имени Грик — среднего роста боргл — недовольно пересчитывал деньги. В конверте, что передал ему Виллем, лежала большая пачка брадалов низкого достоинства, и это делало процесс подсчёта неприятно долгим.
Повисла неуютная тишина.
— Э-э... А! Точно, как дела у Анаалы и остальных?
— У Анаалы? Не слишком хорошо. Сожрана Третьим в прошлом месяце, — коротко ответил Грик, не отводя взгляда от денег. — Кстати, Гулгура тоже мёртв. Слышал, летом упал Сорок Седьмой Остров? Да, ему не повезло оказаться там... Теперь от него осталось лишь мокрое место где-то внизу.
— А... Прости... Не стоило спрашивать, — услышав скорбные новости, Виллем поник.
Грик лишь рассмеялся — похоже, его ни капли не задел этот разговор.
— Не парься. Мы — копатели. С того момента, как мы ступаем на землю там, внизу, мы готовы умереть, а если придётся — позволить погибнуть другим. Кроме того, те двое прожили довольно долго. Большинство копателей гибнет в первый же день внизу.
Он наконец закончил считать.
— Да, тридцать две тысячи, без обмана, — Грик аккуратно сложил купюры и засунул их обратно в конверт. — Но, Виллем, тебя это правда устраивает?
— Устраивает что?
— Тебе понадобилось полгода, чтобы собрать эти тридцать две тысячи... осталось ещё сто пятьдесят. Даже если дела пойдут так же удачно, это всё равно займёт ещё два с половиной года.
— А, это. Прости, я правда не мог зарабатывать быстрее.
— Ну, я не тороплю тебя, но... — Грик прервался, запихивая конверт в свою видавшую виды кожаную сумку, — сам знаешь, местные зверолюди терпеть не могут неотмеченных. Здесь тебе ни за что не найти хорошей работы. Ты же перебиваешься сейчас случайными заработками, так?
— А... Ну... — Виллем отвёл взгляд.
Грик сузил глаза.
— Так эти деньги — весь твой заработок за полгода?
— Ну, за вычетом трат на еду... В последнее время не удавалось подкормиться у нанимателей.
— Дело даже не в этом, — Грик вздохнул. Он в очевидном раздражении забарабанил по столешнице своими мускулистыми пальцами боргл. — Ты вообще занимаешься чем-нибудь, кроме поиска денег для выплаты долга? Я к чему — уже полгода прошло, как ты проснулся. Ты нашёл себе какое-нибудь дело? Что-нибудь, что тебе нравится?
— Ну, знаешь ведь, как говорят — жизнь приятна сама по себе...
— Избавь меня от этих жалких оправданий своей скучной жизни, — Грик резко оборвал Виллема. — Я живу ради того, чем наслаждаюсь. Там, внизу, ждёт целое море сокровищ. Устройства и технологии, неведомые нам тут, наверху, просто валяются там и ждут тех, кто их обнаружит. Искать их и поднимать сюда — вот что я люблю. Вернуться ни с чем и оказаться на мели... Ну, это в своём роде придаёт жизни перца. Случайно вломиться в логово Шестого? В такие моменты я чувствую себя по-настоящему живым.
На мгновение в глазах Грика застыло отсутствующее выражение; он погрузился в воспоминания о своих прошлых приключениях.
— Вот чем живут копатели. А ты, Виллем? Нет, если ты из тех серьёзных парней, которым просто нравится пахать без устали, то ладно. Но ты думал, чем займёшься после того, как расплатишься с долгом?
— Слушай, этот кофе не горьковат? — слишком прозрачная попытка сменить тему. Грик окинул Виллема насмешливым взглядом, но тот, по-прежнему не зная, что ответить, деланно рассмеялся. Повисла ещё одна неуютная пауза.
Борглы в целом очень простодушная раса; они просто следуют собственным инстинктам. Конечно, некоторые из них могут выделяться из общей массы, но Грик мыслил так чётко и логично, что Виллем временами сомневался в его расовой принадлежности. А ещё Грик проявлял удивительную заботливость, и эта черта его характера часто доставляла Виллему неудобства.
— Слушай, Виллем... У меня может найтись дело для тебя. Не хочешь попробовать? — нарушил молчание Грик. — Я знаю кое-кого, кому нужен работник. Работа хорошая, но придётся долго общаться с неотмеченными, так что желающих немного. Но, думаю, у тебя с этим проблем не будет.
— А почему сам не займёшься? Ну, тебя ведь не коробит моё общество.
— Я копатель. Моё место внизу, на земле. Я с ума сойду, если постоянно придется торчать здесь, наверху, — со смешком отозвался Грик. — А насчёт того, чем придётся заниматься... Если вкратце — ты будешь отвечать за секретное оружие Крылатой Стражи.
— Армия? Секретное оружие? — слова несли не слишком-то мирный смысл.
Здесь, на Регул Айр, словом "армия" как правило обозначали официальную организацию, созданную, чтобы отражать вторжения Семнадцати Зверей. Пусть и глядя на Зверей в буквальном смысле свысока, Крылатая Стража, разумеется, противостояла им с огромным трудом. Ведь это всё-таки враги, уничтожившие всё живое на поверхности. Армия готова пойти на что угодно ради обретения дополнительных средств борьбы — по крайней мере, такие слухи ходили среди всех остальных.
— Я больше не могу сражаться. Ты же знаешь.
— Знаю, знаю. "Служба в армии" ещё не значит, что тебе придётся лично отправляться в бой и надирать чей-то зад. В армии, знаешь ли, хватает и не связанных непосредственно со сражениями занятий.
— Например? — описание Грика не слишком-то впечатлило Виллема. — Это дело, которым может заняться на полставки любой старик?
— Не думаю, что всё окажется настолько просто. Но если беспокоишься о формальностях, то это я улажу, — Грик снова усмехнулся. — Ладно, слушай сюда. Как я слышал, фактически обслуживанием и содержанием этого оружия занимается Торговая Компания Орландри. Как ты, наверное, знаешь, гражданским запрещено владеть оружием, сила которого превышает определённый уровень. Однако Орландри — крупный спонсор, и вояки не хотят с ними ссориться. Сверх того, даже если Крылатая Стража конфискует это оружие, сейчас у них просто нет ни денег, ни умения его обслуживать.
— То есть, формально оружие армейское, но на самом деле его контролирует торговая компания?
— Точно. Армия направляет символического смотрителя — и всё. Но настоящих военных эта должность не привлекает. Власти, считай, никакой, и славы не дождёшься, дело ведь касается секретного оружия. И выслужиться не получится. Вот почему они ищут кого-то извне.
Грик смерил Виллема своими янтарными глазами боргла.
— Как я и сказал, у меня есть возможность организовать тебе официальное армейское звание. Смотрителю ничего не нужно делать, так что каких-то особых навыков от тебя не потребуется. Просто немного терпения и умение держать рот на замке. И при всём при том платят весьма неплохо. Отдашь долг и ещё останется. Используй эти деньги и найди собственное место в жизни. Знаю, твой случай особый, но не трать подаренную тебе жизнь впустую. Вот чего хотели бы... — Грик потряс головой. — А, прости... Похоже, чутка размяк, потеряв столько друзей, — лицо боргла исказилось в горькой улыбке.
Отвергнуть его предложение становилось всё труднее.
— Ладно, расскажи побольше, в деталях.
— Ты согласен?
— Я решу, когда узнаю больше. Так что не говори ничего такого, после чего я не смогу отказаться.
— Понял. Ну, во-первых... — на лице Грика промелькнуло озорное выражение, и он опустил взгляд к своей чашке. — Горьковат кофеёк-то, — он весело рассмеялся.
Грик — очень здравомыслящий и на удивление добродушный боргл. Отличный парень. Но иногда эти черты его характера слегка беспокоят Виллема.
***
Каждый из более чем сотни парящих островов, составляющих Регул Айр, носит свой номер. Первый Парящий Остров, занимающий центральное положение, служит отправной точкой, а остальные нумеруются по спирали, расширяющейся от центра к периферии. Чем дальше от центра, тем больше порядковый номер.
Однако необходимо учесть определённую специфику. Центральные острова, их около сорока, расположены относительно близко друг к другу. В редких случаях некоторые пары островов даже соединены мостами. Это способствует процветанию торговли и культурному обмену, а также развитию городов.
Напротив, периферийные острова, начиная примерно с семидесятого, находятся на значительном удалении друг от друга и сами по себе невелики. Следовательно, городов на них гораздо меньше, население невелико, и, разумеется, они не так богаты. Некоторые настолько изолированы, что общественные воздушные корабли даже не останавливаются возле них.
Место назначения Виллема, где его ожидает новая работа, находится на Шестьдесят Восьмом Острове. Это как раз из тех мест, куда не курсирует регулярный транспорт, поэтому Виллему пришлось проявить смекалку. Покупка или аренда частного корабля ему не по карману, поэтому он решил добраться на общественном воздушном корабле до Пятьдесят Третьего Острова, где располагалась ближайшая к его цели остановка. Там он и нанял перевозчика.
Он всё рассчитал безупречно — за исключением одной мелочи, которую осознал, едва ступив на Шестьдесят Восьмой Остров. Когда Виллем прибыл туда, солнце уже давно скрылось за горизонтом.
Ду́л сильный, пронизывающий до костей ветер.
— Ха-ха… Похоже, вышло не слишком удачно, — усмехнулся сам себе Виллем, стоя в одиночестве в пустынной гавани. Полы его плаща, накинутого поверх новенькой армейской униформы, громко хлопали на порывах ветра.
Перевозчик, высадив Виллема, тут же поспешил обратно на Пятьдесят Третий Остров, так что пути назад не было. Поблизости обнаружился указатель, затёртый и выцветший под воздействием солнца, ветра и дождей. На нём было написано, что ближайший город находится в двух тысячах марумеров направо, а Четвёртый склад торговой компании Орландри — в пятистах марумерах налево. Под указателем были две выкрашенные в красный цвет деревянные стрелки, указывающие в противоположные стороны.
— Должно быть, туда, — пробормотал Виллем, узнав название Орландри. Стрелка указывала на узкую тропинку, уходящую в гущу густого леса — и, конечно, там не мерцал ни один огонёк. Прогулка по ночному лесу без источника света не привлекала, но и сидеть в ожидании утра Виллем тоже не мог. Он подумал, не пойти ли в другую сторону и переночевать в городе на постоялом дворе, но путь туда был неблизким, а дорога освещалась не лучше. В последний раз взглянув на ночное небо, Виллем вздохнул и шагнул в темноту.
Иногда между ветвями проглядывали звёзды, предоставляя достаточно света, чтобы Виллем мог различить тропу. Но этого было недостаточно для уверенного передвижения, поэтому ему пришлось идти медленно и осторожно.
Вокруг царила тьма, но Виллем, разумеется, понимал, что в лесу так и должно быть, хотя даже не видел, куда ступает. Это он тоже предвидел, но всё же не мог не посетовать на себя.
Пробираясь в темноте, Виллем внезапно вспомнил сказку, которую читал в детстве. Один мальчик вошёл в лес летней ночью — и больше не вернулся домой. В лесу его похитили феи и увезли в свою страну в Мире Фей — или что-то вроде того. Тогда Виллем решил, что нечто подобное может случиться и с ним, поэтому поклялся никогда не приближаться к лесу ночью. Его учитель и Дочь без конца подшучивали над ним из-за этого. Сейчас, когда он уже не маленький мальчик, это кажется смешным, но…
— Здесь ведь не водятся опасные звери… Правда?
В его нынешнем положении быть съеденным дикими зверями казалось более опасным, чем быть похищенным феями. Этот лес, да и весь Шестьдесят Восьмой Остров по меркам Регул Айра были довольно велики. Природа на островах довольно точно копировала ту, что когда-то была на земле, так что нельзя было полностью исключать возможность того, что из темноты вдруг выскочит волк или медведь.
“Смогу ли я защититься от медведя?” — спросил себя Виллем. Прежний он без труда справился бы и с двумя. Но в нынешнем состоянии, лишённый всех своих сил, он не был так уж уверен в себе.
Под ногами раздался хлюпающий звук. Похоже, задумавшись, он сошёл с тропы. По слабому запаху воды, звуку собственных шагов и ощущению почвы под ногами он понял, что зашёл в болото.
Запахи воды, грязи и ветра, смешиваясь, создавали особый аромат, который почему-то будоражил память. Действительно ли он находится высоко в небе? Бре́дя в темноте через болото, Виллем горько улыбнулся воспоминаниям о доме.
Периферийным зрением он заметил проблеск света — сияющий шар, энергично раскачивавшийся из стороны в сторону и постепенно увеличивавшийся. Кто-то приближался.
— Кто-то пришёл встретить меня?
Возможно, сотрудники склада каким-то образом получили уведомление, когда перевозчик посадил свой воздушный корабль в гавани. В таком случае неудивительно, что какой-нибудь техник или исследователь, увидев сигнал, отправился на встречу.
— О, благодарю, не стоило так стараться ради меня, — прокручивая в голове эту фразу, Виллем направился к свету.
— Получай!!
Световой шар взмыл вверх. Боевой клич — слишком уж милый для этого — разорвал влажный воздух. Перед Виллемом возник деревянный меч, вылетевший из темноты и с неожиданной скоростью устремившийся вниз.
За что?! Он лихорадочно пытался осмыслить причину внезапной атаки. Но, как бы там ни было, ситуация складывалась не лучшим образом. Просто увернуться не составило бы труда, однако тогда нападавший, находящийся в середине прыжка, полетел бы по идеальной параболе, продиктованной законами физики, и рухнул бы прямо в болото позади Виллема.
Что делать... Что же делать. Прежде чем мозг успел сформировать подходящий план действий, тело начало действовать само по себе. Виллем шагнул вперёд, проскользнул под деревянным мечом, раскинул руки и принял на себя весь вес нападавшего. «Ай. Тяжелее, чем я думал... Кажется, ноги не выдержат».
Рефлексы солдата сработали мгновенно, приводя мышцы в боевую готовность и пытаясь активировать Ци. Раньше этот процесс значительно усилил бы его физические способности и скорость реакции, но теперь он лишь ощутил острую боль по всему телу. Силы покинули его, и он спиной вниз, с громким всплеском, упал в болото.
Волны постепенно улеглись. Виллем чувствовал, как тепло стремительно покидает его через спину, промокшую от холодной воды. В правой руке нападавшего вспыхнул небольшой огонек, вероятно, созданный Ци, и свет словно очертил границу крошечного мирка, отделённого от окружающей темноты.
Нападавший — нападавшая — уселась на Виллема и одарила его самодовольным взглядом. Он наконец смог разглядеть её. Светло-фиолетовые волосы. Большие глаза — того же оттенка, но темнее.
— Панибаль! Что ты там делаешь?!
Словно танцуя между деревьями, к ним приблизился второй магический огонёк. Вскоре из мрака появилась вторая девочка. Виллем сразу узнал её небесно-голубые волосы.
— Подозрительный тип нейтрализован! — с гордостью заявила фиолетововолосая девочка, которая всё ещё сидела на нём, обернувшись к только что подошедшей.
— Здесь нельзя так бегать, земля вся мокрая, это опа... э? — знакомая девочка удивлённо уставилась на Виллема. — Подозрительный тип — это ты? Почему?
— Привет... — он поднял руку, пытаясь изобразить приветствие, и улыбнулся ей.
***
Разумеется, Виллем не мог вечно оставаться мокрым. Приняв ванну и переодевшись, он встал перед зеркалом. Оттуда на него смотрел черноволосый парень с взглядом, казалось, полностью лишённым каких-либо стремлений. Слабая улыбка появилась сама собой, будто это и было естественное выражение его спокойного лица.
Виллем однажды пробовал замаскировать свою неприметность, надев искусственные рога и когти. Однако результат оказался крайне отталкивающим, и он чуть было не впал в уныние, а после решил, что эти атрибуты должны олицетворять дикость своего владельца и просто не подходят таким спокойным и мирным людям, как он.
Изучая своё тело, выискивая, не пропустил ли он где-нибудь пятнышко грязи и не затаилась ли где-то остаточная боль, Виллем задумался, насколько же слабым он стал. Попытка активировать немного Ци превратила его в такую развалину. В прошлом он мог бы создать боевое пламя даже во сне.
Ну, наверное, нет смысла сожалеть о том, что уже потеряно. Виллем вышел в коридор военного объекта, который совсем не походил на него. Старый, потёртый деревянный пол, оштукатуренные стены, в которых через равные промежутки виднелись двери. На стене возле Виллема висели три листа бумаги: один — с расписанием дежурств, второй содержал предупреждение о сломанном туалете на втором этаже, а третий запрещал бегать по коридорам.
В последнюю очередь он заметил маленьких девочек, выглядывающих из разных укрытий и пытающихся разглядеть странного незнакомого мужчину.
— Сюда.
Его сопровождала девушка с голубыми волосами. Получив ещё один шанс рассмотреть её вблизи, Виллем заново оценил её возраст — около пятнадцати лет по человеческим меркам. Неотмеченная, она телом и лицом напоминала людей. Но прекрасные голубые волосы цвета чистого весеннего неба явно указывали, что она не человек. Никто из Эмнетуайт не смог бы придать своим волосам столь естественно живой цвет, никакая краска не способна на такое.
Сейчас она выглядела спокойно и отстранённо — не то что в их прошлую встречу в Квартале Жестянщиков. Но Виллем видел, что это напускное спокойствие. Ресницы, прикрывая глаза цвета морской волны, вздрагивали каждый раз, когда она испытывала замешательство или смущение.
Говорят, в путешествии можно вести себя как угодно, потому что больше никогда не встретишь своих попутчиков. Та бойкая девочка, которую Виллем встретил два дня назад, должно быть, была рождена похожим рассуждением. Она напомнила ему кое-кого из его давних товарищей — тому тоже с трудом удавалось выражать свои искренние чувства. Он улыбнулся, вспоминая старого друга.
— Ч-что?
— А, ничего. Пойдём.
Время от времени девушка беспокойно оборачивалась к Виллему, будто желая что-то сказать, но тут же отворачивалась, ускоряя шаг. Виллем, не в силах начать беседу, молча следовал в паре шагов позади. Фиолетововолосая девочка, Панибаль, которой на вид было около десяти лет, с любопытством наблюдала за этой странной парой. Вскоре они прибыли в небольшую, уютную комнату, где находились маленький стол, стул, книжный шкаф, кровать и разбросанная повсюду утварь. — Это ведь должен быть склад, верно? — вырвался вопрос Виллема, который он держал в себе с момента, как вошел в здание. — Типичная реакция. В комнате сидела девушка. Еще одна, не отмеченная. На вид ей было около восемнадцати, столько же, сколько и Виллему, или чуть больше. Рыжие волосы примерно до плеч. Она носила зеленую блузу и белый передник. Ее изящные, женственные движения излучали элегантность. Глаза цвета луговой травы внимательно смотрели на Виллема. — Добро пожаловать на склад секретного оружия, — сказала она с улыбкой. — Давно не виделись, Виллем. Ты подрос? — ...Ты что тут делаешь, Найглато? — простонал Виллем. Из коридора донесся тихий шорох, но Виллем сделал вид, что не услышал. — Что делаю? Ну, работаю, конечно. Я так удивилась, когда Грик связался со мной. Не ожидала, что тебя сюда пришлют. О, поздравляю с повышением, Виллем Кмеч, техник зачарованного оружия второго класса. Получить такое звание сразу по вступлении в армию... Стремительная карьера, да? — Хватит издеваться... Я прекрасно знаю, что это пустое звание. Кстати... Грик говорил о ком-то, кому нужен "работник на непыльную должность"... — А, это, наверное, про меня. — Вот же негодник, — Виллем мысленно решил врезать Грику при следующей встрече. Тот наверняка был готов к этому, раз сознательно завел Виллема в эту ловушку. — И все же, в лесу в такое время жутковато, а? Мог бы связаться с нами, мы бы забрали тебя с ближайшего острова или придумали бы что-нибудь еще. Найглато жестом пригласила Виллема сесть. Стол был накрыт для чая — видимо, его приготовили, пока Виллем мылся. — Я еще не привык к таким длительным перелетам... Путь от Двадцать Восьмого Острова оказался гораздо длиннее, чем я думал. В следующий раз сообщу заранее. — Будь добр... Кстати, эта форма тебе очень идет. — Вот только она жмет и в ней трудно дышать... — Ну же, Виллем, не унывай так... по сравнению с тем, как ты выглядел, когда пробудился, сейчас ты выглядишь на двадцать процентов аппетитнее. — Значит, и мой риск погибнуть увеличился на двадцать процентов. — Ай-ай, ну не будь таким злюкой... Мне можно верить. Я ведь тебе говорила, разве нет? Пусть я тролль, а ты — настоящий деликатес, я не собираюсь тебя есть, — Найглато сложила ладони вместе, слегка наклонила голову и продолжила: — Ну, то есть, было бы очень глупо потратить последнего в мире человека на утоление сиюминутного аппетита. Виллем был вынужден признать, что ее жест был весьма мил, но от сказанного его пробрал озноб. — Нет, конечно, если ты скажешь, что согласен стать моим угощением, я подумаю... — Нет. Ни за что. — Хм-м? Уверен, что не передумаешь? Может, только одну руку? Один пальчик? Виллем вздохнул. Чем дальше продолжался разговор, тем большую опасность он ощущал. Тролли, классический пример монстров, были частыми персонажами страшилок, о которых рассказывали путешественники во времена Виллема. Красивый юноша или прекрасная женщина, живущие уединенно в доме посреди леса. Они дают приют путникам, кормят их, заботятся о них, укладывают спать, а ночью съедают. До недавнего времени Виллем считал такие рассказы простыми выдумками, предназначенными для того, чтобы научить молодых путешественников быть начеку в незнакомых землях. Узнав, что тролли, подвид огров, действительно существовали и продолжают существовать, Виллем стоял, пораженно разинув рот, добрых пять минут. После чего та, кто поведал ему это — а этой персоной оказалась Найглато — со смехом заметила что-то вроде: "Даже не знаю, как реагировать на то, что я — мифическое существо". Виллем снова услышал снаружи шум. Он чувствовал там присутствие и движение нескольких живых существ, но решил снова проигнорировать их. — Поговорим о делах... Мне сказали, что от меня почти ничего не требуется, но никаких деталей я так и не узнал. Чем я должен заниматься с завтрашнего дня? Или, точнее, уже с сегодняшнего? — Хмм... Посмотрим. Ты намерен остаться здесь? — Конечно. Меня послали заведовать оружием, так что я должен хотя бы жить там, где оно хранится. — Ты знал, что два твоих предшественника появились здесь в свой первый день, а потом ушли и больше не возвращались? — Правда?! — звучало так, будто работа еще более пустяковая, чем ожидал Виллем. — Так что если ты заявишь, что ни за что не поселишься здесь, и отправишься жить куда-нибудь еще на острове, особых проблем не будет... — Это не одна из тех уловок, когда я говорю "отлично", поворачиваюсь, а ты вонзаешь кинжал мне в спину, или что-то в таком роде? — За кого ты меня принимаешь... За огра-людоеда, разумеется. Виллем тяжело вздохнул.— Что ж, я не из тех, кто бросает работу, даже если она кажется бессмысленной. Я здесь, чтобы остаться.
— Правда? Это же замечательно! — Найглато воскликнула, прикрыв рот ладонями. — Тогда мне нужно поспешить и подготовить тебе комнату. Ох, ты, должно быть, голоден. В столовой наверняка что-нибудь найдётся... Завтра я устрою тебе настоящий пир, можешь на это рассчитывать!
Ещё один вздох. Виллему всегда было непросто находить общий язык с Найглато. Даже если забыть о её желании его съесть — что само по себе непросто забыть — что-то в её поведении казалось ему, как мужчине, странным.
— Хехе... Заботиться о Виллеме... прошёл уже год, да? Ах, я с нетерпением жду...
Виллем — мужчина, юный мужчина. Его молодое сердце переполнено множеством сложных, неуправляемых чувств. Другими словами, забота дружелюбной девушки, да к тому же из той же расы, приятно согревала его сердце.
Однако он прекрасно понимал, что доброта Найглато вряд ли продиктована романтическими чувствами. Её привязанность напоминала ту, что фермеры испытывают к своим курам и коровам. Её доброта к Виллему основывалась на простой логике: [взращивать с любовью] → [съесть].
Успокойся, инстинкт. Возьми себя в руки, разум. Это существо передо мной — хищник. Сердце колотится, потому что моя жизнь в опасности. Виллем повторял это себе снова и снова, пока его сердцебиение не вернулось в норму.
— О чём ты так задумался? — его внутренние терзания остались совершенно незамеченными.
— Просто хочу убедиться ещё раз... Ты ведь не собираешься меня съесть, верно?
— Нет, нет, я просто хочу о тебе позаботиться, правда. У нас, троллей, по природе своей принято оказывать гостям самый тёплый приём. Обещаю, я не съем тебя (...пока).
— Хорошо-о... А почему бы тебе не повторить то, что ты сказала шёпотом, но теперь громко и чётко?
— Хм? Я ничего не говорила, — беспечно ответила Найглато, после чего тихо встала и отворила дверь.
На ковёр обрушилась лавина оранжевого, зелёного, фиолетового и розового. Четыре маленькие девочки, каждая не старше десяти лет на вид, посыпались друг на друга.
— Эй! Не толкайтесь! — взвизгнула одна, зажатая к полу своими соратницами.
— П-п-простите! Простите! — твердила другая, непрерывно кланяясь.
— Привет, Найглато. Мы не помешали? — безмятежно спросила вторая — недавняя знакомая Виллема, Панибаль.
— И-извините! — небрежно бросила последняя девочка с широкой ухмылкой.
Все девочки заговорили одновременно. Найглато, не слушая их, заложила руки за спину, выпрямилась и коротко приказала:
— А теперь по своим комнатам.
Одна из девочек опасливо подняла руку.
— Эм... Сначала мы хотели бы представиться новому смотрителю...
Остальные согласно закивали.
— Вы слышали, что я сказала? — Найглато слегка наклонила голову и окинула их строгим взглядом. Затем она улыбнулась. — Или, если не будете слушаться... Я вас съем! — Даже угрожая девочкам, она говорила мягким, нежным голосом, словно мать, утешающая ребёнка.
Девочки, не колеблясь ни секунды, исчезли. Впечатляюще исполненное отступление.
— Итак, идём, — Найглато повернулась к Виллему.
— А... — всё ещё немного ошеломлённый произошедшим, он едва выдавил ответ.
Пока он ел, Найглато, пребывая в прекрасном настроении, улыбалась и тихонько мурлыкала себе под нос, разглядывая его. Из-за этого на протяжении всей трапезы Виллем чувствовал себя несколько неловко.
***
Комната смотрителя, хоть и не тесная, не могла похвастаться богатым убранством: Виллем увидел лишь кровать, пустой шкаф и светильник на стене. Ни ковра на деревянном полу, ни занавесок на окне, за которым клубилась непроглядная тьма, будто стекло было залито чернилами. Виллему казалось, что ночная мгла затягивает, сокрушает его.
Не так уж плохая комната, подумал он. До сих пор он жил в общежитии для рабочих-борглов. Помимо вездесущей грязи, Виллем также не мог спать на кровати, рассчитанной на жильца габаритов боргла. Каждую ночь он проводил на полу, укрывшись одеялом. По сравнению с теми условиями любая другая комната казалась настоящим раем.
Виллем бросил свои вещи на пол и опробовал кровать. Мягкий матрас и лёгкий аромат чистых простыней окутали его, постепенно исцеляя усталость и приглашая погрузиться в глубокий сон.
— Но сначала...
Он нашёл в себе силы встать с кровати до того, как по-настоящему провалился в сон. Сначала нужно избавиться от этой удушающей униформы. Затем Виллем повесил в шкаф несколько гражданских костюмов, которые привёз с собой. Остальные его вещи, похоже, положить было некуда, но их и так было не слишком много, так что остальное он не стал вынимать из сумки.
Тишина. Успокаивающая тишина после непрерывного гула Двадцать Восьмого Острова... Или нет.
— Думаете, он уснул?
— Не знаю... Я никогда раньше не видела мальчиков.
— Тссс! Он нас услышит.
Шёпот, донёсшийся из-за двери, нарушил умиротворяющую тишину. Наверное, те дети, которых прогнала Найглато... Вот же неугомонные.
Виллем, затаив дыхание, бесшумно подкрался к двери. Он положил руку на ручку, досчитал до трёх и резко распахнул её. В комнату второй раз за сегодня лавиной ввалились девочки.
— Ч-чего?!
— П-простите! Простите!
— Здравствуйте, господин смотритель! Прекрасный вечерок, не так ли?
Виллем присел, чтобы не казаться слишком высоким по сравнению с ними, и приложил палец к губам. Девочки на мгновение удивлённо моргнули, а затем, поняв его намёк, повторили жест.
Найглато вас съест. И Виллем, и девочки молча передали эту мысль друг другу взглядом. Всегда и везде, чтобы заставить детей что-то сделать, сначала нужно напугать их злым демоном.
Виллем подозвал их жестом войти. Усадить всех негде, но стоять в дверях — значит привлекать внимание. Как только они вошли в комнату, девочки сгрудились вокруг Виллема, прижав его к стене.
— Откуда ты родом?! Какой ты расы?!
— Что у вас с Найглато? Вы так серьёзно разговаривали!
— У тебя есть девушка? Какие девушки тебе нравятся?
— Что ты любишь есть? А что терпеть не можешь?
— И кстати, мы задали столько вопросов, на какой ты ответишь первым?
Вопросы сыпались бесконечным потоком, пока Виллем не поднял руку, призывая к тишине.
— Сначала я отвечу тебе. Девушки у меня нет, но мне нравятся заботливые и надёжные женщины, чуть старше меня. Моя любимая еда — мясо с обилием специй, и я считал себя не слишком привередливым, но пару дней назад, увидев обед рептилоида, я чуть не вырвал. Мои отношения с Найглато похожи на отношения фермера и его коровы. Раньше я жил на Двадцать Восьмом Острове. А насчёт расы... Похоже, во мне течёт много разной крови, так что я не знаю, — Виллем отвечал, поочерёдно указывая на тех, кто задавал вопросы.
Девочки восторженно ахали. Виллем самодовольно ухмыльнулся. Он вырос в детском приюте, так что знал, как развлекать маленьких детей. Впрочем, Дочь наверняка назвала бы его мерзким, если бы увидела эту ухмылку.
Ах... дети — это чудесно. Девочки, в отличие от женщин — особенно одной злобной троллихи — не смущают Виллема двусмысленными намеками. Ему не нужно подозревать, что за их добротой скрываются какие-то тайные мотивы. Ах... прелестные создания.
— Меня зовут Виллем. Я буду помогать здесь некоторое время.
— Ты собираешься здесь жить?
— Ну да, это же моя работа.
Ещё один восхищённый вздох. По перешёптываниям девочек Виллем заключил, что прибытие чужака — беспрецедентное событие для этого места. Впрочем, это неудивительно, учитывая, как трудно добраться до острова. Так что само появление нового лица — уже большое событие для этих девочек.
— Эй! Что вы делаете? — раздался строгий возглас от двери.
Девочки замерли. За дверью оказалась не Найглато, как сначала подумал Виллем, а девушка с голубыми волосами.
— Он прибыл издалека и, вероятно, устал, позвольте ему отдохнуть. Разве Найглато вам не говорила?
— Эм... А-а... — пробормотала девочка с оранжевыми волосами.
— Но ведь это интересно, — заявила Панибаль.
— Точно! Это называется непреодолимое любопытство! — воскликнула розоволосая.
— Найглато же вам сказала, а?! — строгим окриком девушка с голубыми волосами оборвала поток оправданий.
— Да!!
Девочки бросились прочь, в очередной раз идеально исполнив отступление. Виллем услышал удаляющиеся по коридору голоса, желающие ему спокойной ночи.
— Хмф, они вечно не слушаются, — девушка повернулась к Виллему. — Простите за это... Малыши всегда такие назойливые.
— Да нет, всё в порядке... Я привык иметь дело с детьми.
— Что ж, это хорошо, но не позволяй им слишком распускаться. Чуть побалуешь — и справиться будет невозможно.
— Приму к сведению, — с усмешкой сказал Виллем, и девушка отчего-то громко сглотнула, словно испугалась.
На мгновение повисла тишина. Виллем ожидал, что девушка, прогнав детей, уйдёт, но она не сдвинулась с места.
Она словно что-то вспомнила.
— Ах... Прости, Панибаль, насчёт той встречи в лесу. Она просто немного перевозбудилась... Она не хотела тебе навредить.
— Всё в порядке, я не сержусь. Я принял ванну, так что простуда мне не грозит.
— О... понятно... эм... — она снова замолчала, — ...Ктолли.
— Хм?
— Моё имя. Как бы это сказать... Немного странно после того, как я просила тебя забыть обо мне... Конечно, тебе не обязательно запоминать... но я подумала, раз уж ты здесь и всё такое... я должна хотя бы представиться.
— А... — Виллем на секунду задумался. Ах, точно. Мы же не назвали друг другу имён.
— Я Виллем. Рад знакомству, Ктолли.
Она перевела дух.
— А ещё... эм... — так и не подобрав слов, она наконец произнесла:
— Нет, ничего. Простите, что потревожила... Доброй ночи.
Когда Ктолли повернулась, чтобы уйти, Виллем внезапно вспомнил. Неожиданная встреча с Найглато совершенно сбил его с толку, но он наконец вспомнил тот вопрос, что засел у него в голове с момента прибытия.
— Подождите... Я хочу кое о чём спросить.
— А?
Только что закрывшаяся дверь медленно приоткрылась снова.
— Я прибыл сюда как смотритель за оружием торговой компании.
Девушка кивнула.
— А это — склад того самого оружия.
Она снова кивнула.
— Но как ни посмотри, это здание совершенно не похоже на склад. Где всё оружие? — Виллем осмотрел комнату. Посмотрел в окно. Но видел лишь это общежитие и ничего похожего на склад.
Возможно, Виллем, услышав о некоем оружии против Семнадцати Зверей, решил, что это что-то громоздкое, вроде боевых големов. Однако, на самом деле, это оружие весьма компактно и хранится в одной из комнат. Но всё же одна тайна оставалась неразгаданной.
— И... Я не знаю, уместно ли это спрашивать так прямо, но кто вы такие? И почему вы обитаете на военном объекте?
Ктолли смотрела на Виллема с недоумением около секунды.
— Ты прибыл сюда, не зная даже этого? — прищурилась она. — А ещё и играл с этими детьми, ничего о них не зная? Ты из тех, кто сначала делает, а потом думает?
— Эм... — Виллем не нашёл, что ответить. Он прекрасно осознавал, что порой действует необдуманно.
— Ну, неважно. Это не такая уж большая тайна, так что я расскажу. Ответ на твой первый вопрос — это второй. А ответ на второй вопрос — это первый.
— Что? — Вместо ответа — загадка. — Что это значит?
— Не пытайся найти какой-то скрытый смысл. Всё именно так, как я сказала. Мы и есть то самое оружие, о котором ты спрашиваешь.
...А.
Он не сразу понял смысл сказанного.
— Что ж, приятно познакомиться, господин смотритель, — Ктолли помахала ему рукой и покинула комнату, закрыв за собой дверь.