Цивилизация Мудрецов (Новелла) Том 0 Глава 137 Четвёртый материк

— Подождите... Вы хотите сказать, что торговали с Четвертым материком?!

— Именно так, — коротко ответил Сонун.

То, что игроки называли Четвертым материком, жители самого мира обычно именовали Южным континентом.

— Да, путь неблизкий, — продолжил Сонун. — Но все же короче, чем между Вторым и Третьим материками. К тому же по дороге достаточно островов, расположенных так, что даже с нынешними корабельными технологиями можно поддерживать регулярную торговлю.

— Я не о расстоянии! Там же живут...

— Глубинники.

Крампус растерянно открыл рот, однако никак не мог подобрать нужных слов. Сонун понял его и без объяснений.

— Вы хотите сказать, что игрок Шача — чужой бог?

В интерфейсе имя этого игрока выглядело как бессмысленная смесь символов: «?щ챸?멸컙». Поэтому игроки Третьего материка прозвали его Шача, соединив звук кириллической «щ» со следующим за ней корейским слогом.

В свое время южные берега Третьего материка страдали от пиратских набегов глубинников, действовавших по воле Шачи. Именно ради борьбы с этими налетчиками местные игроки когда-то впервые объединились — с этого союза, по сути, и началась вся нынешняя война.

— Но как вы вообще можете с ним торговать? — спросил Крампус.

— А почему, собственно, не могу? — искренне удивился Сонун.

Его рассуждения были предельно просты. Глубинники умели говорить, обладали разумом и, следовательно, были способны на осмысленное сотрудничество. Да, основу их хозяйства составлял грабеж, но, возможно, дело было лишь в условиях существования. Пиратская шайка Ябуна оказалась вытеснена в открытое море, за пределы нормальных земель, и разбой мог быть для нее единственным доступным способом выжить.

«А вот на большом материке, где есть постоянные источники ресурсов, глубинники вполне могли создать развитую цивилизацию».

Пусть внешностью они и не радовали глаз — осуждать их за это было глупо.

Поэтому Сонун распорядился подготовить торговые отношения с Четвертым материком. Васен Лак Оразен возглавил морскую экспедицию и, пока шла война за Пламенный край, сумел установить контакт с местными жителями.

Конечно, Сонун не забывал: за глубинниками стоит отнюдь не обычный игрок. В таких делах решающим был не народ, а его небесный покровитель.

Участники партии с Третьего материка называли чужими богами тех дополнительных игроков, чьи имена отображались поврежденными символами, — в отличие от двадцати семи участников, вошедших в игру обычным путем. Пока им было известно о троих: один находился на Первом материке, Чолуби появился на Третьем, а владения Шачи находились на Четвертом. Ни их истинной природы, ни целей никто не знал.

«Конечно, если судить по Чолуби, они могут напасть просто из слепой ненависти. Но ведь могут и не напасть».

Сонун не строил надежд на пустом месте. Чолуби при своем появлении действительно устроил на Третьем материке страшный переполох. И все же его успех объяснялся вполне понятными причинами: остальные игроки оказались неподготовлены, а сам он действовал стратегически грамотно. Если бы им дали чуть больше времени, они проверили бы собственные земли, обнаружили внедрившихся вампиров и построили прочную оборону.

«Чолуби просто использовал возможности вампиров и выбрал рациональную стратегию. Мы не знаем, кто такие чужие боги. Даже если их цель — уничтожить нас, это не мешает им вести разумную игру. А если они способны действовать разумно, нет причин отказываться от торговли».

Дальнейшие события подтвердили его расчет. Поначалу глубинники настороженно относились к пришельцам, однако они были совсем не похожи на разгромленную союзной коалицией шайку Ябуна. Торговцы с Четвертого материка оценили миролюбивое поведение купцов Черной Чешуи и согласились заключать сделки.

Но кое-что все-таки удивило даже Сонуна.

[Игрок «?щ챸?멸컙» запрашивает личную связь. Принять вызов?]

Немного поколебавшись, Сонун согласился и сразу перевел разговор в режим видеосвязи.

Первое, что он подумал при виде собеседника:

«Ребенок?»

На лице Шачи была неподвижная белая маска, придававшая фигуре жутковатый вид. Но по пропорциям тела игрок походил на маленького ребенка — человеческого или какой-то близкой к человеку расы.

Вызов исходил от Шачи, но собеседник хранил молчание. Сонуну пришлось начинать первым.

— Меня можешь звать Небулой. А вот как обращаться к тебе, я не знаю.

Ни ответа, ни движения.

— Как вам наша торговля? В следующий раз, думаю, сможем привезти товары получше.

Молчание.

— Это ведь не случайный вызов, верно?

Наконец из-за маски раздалось:

— ...Зачем?

Голос звучал странно и глухо, будто проходил через полую маску. Сонун попытался понять, к чему относился вопрос.

— Спрашиваете, зачем мы начали торговать?

Ни подтверждения, ни возражения не последовало. Сонун решил считать молчание согласием.

— Потому что торговля может принести выгоду обеим сторонам.

— Я... вас...

— Нас?

Сонун терпеливо ждал продолжения. И дождался — хотя услышанное не стоило такого терпения.

— Всех убью.

Под собственной маской Сонун горько усмехнулся. Похоже, в основе своей природа Шачи мало отличалась от природы Чолуби.

— Но ведь не прямо сейчас.

В ответ снова воцарилась тишина.

— Материки слишком далеко друг от друга. Соберёшь большой флот — рискуешь потерять его в шторме. Для масштабной высадки технологии ещё примитивны. Да и уверенности в победе у тебя, наверное, нет?

Ответа по-прежнему не было. Но и Сонун находился в точно таком же положении. Пока он не объединит собственный материк или хотя бы не завершит войну с союзной коалицией, вторжение на Четвёртый ему не по силам.

— Не знаю, кто из нас первым подготовится к войне. До тех пор предлагаю оставаться добрыми торговыми партнёрами. Почему бы нам не помогать друг другу, пока есть возможность?

Белая маска ещё долго оставалась повёрнута к Сонуну. Затем связь оборвалась — без единого слова.

Сонун проверил, не последовало ли нападения на его торговые корабли. Ничего подобного не произошло.

«Значит, молчание всё-таки означало согласие?»

После успешного первого рейса он распорядился заняться торговлей всерьёз. Главным товаром, который требовался Чёрной Чешуе, была селитра — источник нитрата калия.

Поначалу Сонун опасался лишь одного: вдруг и на Четвёртом материке нет её месторождений? К счастью, опасения не подтвердились. Доставка оттуда занимала чуть больше времени, чем из Пещерного края, но глубинники ещё не освоили пороховое оружие, поэтому селитра обходилась даже дешевле.

Новых вызовов от Шачи не поступало. Однако местные жители, по всей видимости, получили какое-то указание: они стали торговать с Чёрной Чешуёй ещё охотнее. Получая чистый нитрат калия, имперские оружейники принялись энергично совершенствовать артиллерию и ручное огнестрельное оружие.

Теперь уже Сонун начал удивляться.

«Почему никто не нападает на торговый путь?»

Разумеется, он постарался спрятать маршрут. Корабли подходили к восточным берегам Чёрной Чешуи, вдали от привычных торговых направлений, да и прочих мер предосторожности было принято немало. Но Сонун полагал, что всё это лишь отсрочит обнаружение тайной линии снабжения. Рано или поздно противник должен был её найти.

«Постой-ка. А если взглянуть с другой стороны?»

Он представил, что Виздом и его союзники не просто не обнаружили торговый путь, а даже не догадались о его существовании.

«В таком случае чего они ждут от меня?»

Ответ напрашивался сам собой. Если порох нельзя изготовить, потому что нет нитрата калия, нужно отобрать его у кого-нибудь другого. А крупнейший на Третьем материке источник селитры, к которому сравнительно удобно подойти морем, находился в Алкуме, принадлежащем Пещерному краю.

«Значит, Виздом уверен, что я нападу на Алкум?»

Предположение выглядело вполне разумным. Если бы Четвёртого материка не существовало, Сонун и в самом деле мог бы выбрать такую цель.

«Хотя тогда после удара по владениям Крампуса я бы не остановил наступление».

Для дальнейшей торговли всё равно требовались новые купеческие суда. Сонун решил одновременно построить боевые корабли и посмотреть, как на это отреагируют противники. Вскоре пришли донесения об укреплении побережья Алкума.

«Похоже, я угадал. Даже лучше, чем рассчитывал».

В то время Лунда и Эльдар занимались небольшими стычками на границах, стараясь не допустить бессмысленной траты ресурсов Чёрной Чешуи перед следующей кампанией. Сонун понял, что точно такую же нагрузку можно навязать противнику.

«Чем больше военных кораблей они построят, тем хуже для них».

В результате он сформировал флот, на суда которого погрузили менее половины положенного количества артиллерии и солдат, и отправил корабли к Алкуму. Виздом с союзниками проглотили наживку: им пришлось тратить средства на никому не нужный морской бой.

Тем временем главные силы Чёрной Чешуи успели получить новые орудия, достаточно мощные для разрушения каменных стен крупнейших крепостей Асбеста, а кавалеристов вооружили ручными пушками, позволявшими дать одиночный залп прямо во время атаки.

Союзники понемногу отставали в снабжении и уже не поспевали за быстрыми действиями имперских войск. Более того, уверенность, будто у Чёрной Чешуи испортился порох, заставила их недооценить противника — и расплатиться за это на поле боя.

Сонун сделал вид, что не слышит ругательств Крампуса.

— Объясни, Небула, — наконец потребовал тот. — Где мы на этот раз просчитались?

— Просчитались? Если считать анализ ходов противника сборкой головоломки, я бы не сказал, что вы плохо складывали кусочки.

— Тогда в чём дело?

— Вы неправильно поняли правила игры.

— Правила?

— Прежде чем собирать головоломку, неплохо бы проверить, все ли детали у тебя на руках, не находишь?

По мнению Сонуна, главной слабостью вражеской коалиции была узость взгляда — или, проще говоря, недостаток воображения. Все знали о Четвёртом материке. Но никому не пришло в голову, что Чёрная Чешуя может начать торговлю с глубинниками.

«Они заранее решили, будто от Шачи, как и от Чолуби, невозможно добиться никакого разумного разговора».

А ведь прежде чем делать выводы, стоило хотя бы проверить собственные предположения.

— Что-то ты слишком самоуверен, Небула, — раздался вдруг другой голос.

Сонун поднял голову. Рядом с Крампусом в окне связи возникло лицо Виздома.

— Битва ещё не завершена, — произнёс он.

В замке Асиен. Стены крепости уже пали, хотя государство Новый Пламенный край ещё толком не успело обрести свою силу. Однако за руинами вознеслась гигантская тень — настолько высокая, что её было видно поверх крепостных стен.

Сонун быстро провёл рукой по нижней части интерфейса и ответил:

— Я знаю.

За спинами войск Чёрной Чешуи снова прогремела молния. При одном лишь грохоте раската грома солдаты взорвались радостными криками. Свет сфокусировался в единую точку, и из электрических всполохов вырвался Лакрак, восседая на своём чудовищном Анаксе.

Метнувшись к передовым порядкам, апостол воззвал громовым голосом:

— Кто осмелится сопротивляться силе Ночного Неба?!

На стенах Асиена солдаты Нового Пламенного края уже бросали своё оружие и устремлялись в бегство. Крампус помрачнел: он прекрасно осознавал, что одна лишь слава Лакрака увеличивает силу апостола.

«В этот раз всё будет по-другому, Небула», — подумал Виздом.