Даже если попадёшь в историю о призраках, всё равно придётся идти на работу Том 2 Глава 309

Глава 309.

"Господин Кот" с высоты своего положения взирал на удержанного им за воротник исследователя в белом халате.

Даже испытывая удушье, Квак Дже Ган продолжал сохранять улыбку на лице.

– Неужели это моя вина? Что именно вы подразумеваете под...?!

Господин Кот, не выпуская его, двинулся с места.

Когда Квак Дже Гана тащили по земле, перед ним внезапно раскрылся пожарный гидрант, установленный на платформе.

Внутри обнаружилась голова.

– ...!!

Это была голова «Существа с вывихнутой шеей», которую отделили после сжигания, а затем поместили в этот гидрант.

Лицо, почерневшее от огня, принадлежало главе исследовательского отдела, Чхве Мён Чжину.

– Ух…

Исследовательница Ли Ён Хва прикрыла рот рукой.

– Это твоя вина.

– Господин Кот, это всего лишь предположение…

– Все исследователи мертвы.

Его голос был ровным, словно он просто констатировал общеизвестный факт.

– Только вы трое могли совершить подобное. Одного из вас я нашёл мёртвым в жилом районе, с вывихнутой шеей, всё ещё сжимающим гидрант. Остаются лишь двое…

Взгляд, скрытый за маской кошки, устремился к рукам Квак Дже Гана.

– Твои руки чисты.

– ...!

Исследовательница Ли Ён Хва инстинктивно взглянула на свои руки.

Они были покрыты пылью, пеплом и сажей – следами, оставшимися после начала пожара в жилом районе.

Разумеется.

Если чьи-то руки были чисты, то этот человек…

Он намеренно их вытер.

– Ты вытер их о свой халат.

Взгляд господина Кота опустился, и другой своей рукой он приподнял край развевающегося халата Квак Дже Гана.

Под ним обнаружилась ужасающая грязь: отпечатки ладоней, испачканные кровью и засохшими чёрными корками.

– …..

– …..

– Верно.

Лицо Квак Дже Гана снова озарила улыбка.

– Как и следовало ожидать, вы исключительно проницательны! Вы прекрасно разбираетесь в человеческой психологии! В таком случае…

– Исследователь.

Тихий голос прозвучал снова.

– Ты нарушил своё обещание.

Кошачья маска приблизилась.

Холодный пот стекал по виску Квак Дже Гана, и…

– Постойте!

Раздался спокойный голос.

– Условия обещания были иными.

– Условия?

– Именно! Вам просто нужно вспомнить фразу, которую я пообещал на мизинчике…

Эта фраза одновременно возникла в сознании обоих, за исключением исследовательницы Ли Ён Хва.

– С этого момента я не буду идти против твоей воли.

– И я никогда не шёл против воли господина Кота. Я точно выполнил ваш приказ спрятаться внутри пожарного гидранта!

– .....

– Если бы я действительно ослушался вас, «симптом», вероятно, уже бы проявился... Нет никакой необходимости держать меня за воротник, ха-ха-ха!

Квак Дже Ган продемонстрировал господину Коту свой мизинец, кончик которого теперь отсутствовал.

И хотя по его лицу тек холодный пот, он улыбался.

– Я не нарушил обещание, данное на мизинчиках... Гах.

Квак Дже Ган выскользнул из рук господина Кота и упал на землю.

Господин Кот опустился на колени, присев на корточки, чтобы встретиться взглядом с лежащим на земле Квак Дже Ганом.

Его глаза изогнулись в усмешке, когда он произнёс.

– Ты прав.

– .....

– Ты прав.

Впервые на лице Квак Дже Гана появилось выражение напряжения.

Но в то же время в нём мелькнуло какое-то предвкушение.

Ли Ён Хва это заметила.

Этот безумный ублюдок теперь с нетерпением ожидал реакции существа по имени «Господин Кот».

Блестящие глаза Квак Дже Гана и его крепко сжатые, дрожащие руки – всё выдавало его готовность наблюдать за феноменом.

– Итак, отныне я буду предельно ясен. Моя воля заключается в том…

– …..

– Чтобы ты уволился.

– ...Простите?

– Ушёл из исследовательского отдела «Day Dream».

Раздался мягкий голос.

– Я был бы признателен, если бы ты не приближался к «Тьме», не изучал её и не пытался удовлетворить своё любопытство.

– ...!!

Лицо Квак Дже Гана стало бледным. За маской господина Кота его глаза сузились в тонкие полумесяцы.

– Разве это не прекрасно? Я говорю тебе жить осторожно. Не умирай, я бы хотел, чтобы ты продолжал жить безопасно очень-очень долго.

– .....

В глазах Квак Дже Гана бушевала буря эмоций, но вскоре на его лице снова появилась улыбка.

– Ха-ха, нет, но тогда я ничем не смогу помочь! Вам понадобятся мои исследования и информация…

– А что, если мне это не нужно?

– .....

Улыбка Квак Дже Гана стала натянутой.

– А как насчёт того, чтобы отрубить тебе руку? Или удалить орган, или видеть кошмары каждую ночь, или быть поглощённым «Тьмой» при полной луне…

– Похоже, вы подумали об обычных наказаниях, применяемых в «Тьме». Не так ли?

– .....

– Но что поделать? Мне не нужны подобные вещи. Твоя боль или части твоего тела для меня ничего не значат.

Свет начал угасать в глазах Квак Дже Гана.

На его безрадостном лице отразилось что-то неуловимое, то ли отчаяние, то ли оцепенение. Словно он проводил какие-то сложные вычисления…

«…Этот взгляд».

Это кажется опасным.

Исследовательница Ли Ён Хва почувствовала в своей голове тревожный звонок, предвещающий кризис, настолько сильный, что у неё волосы на затылке встали дыбом.

Как раз в тот момент, когда она собралась открыть рот.

– Ты хочешь остаться исследователем?

– ...!

Квак Дже Ган резко поднял голову.

– Я задал тебе вопрос.

– Да!

Ответ последовал без малейшего колебания.

Но господин Кот лишь молча взирал на исследователя.

Квак Дже Ган, стремительно напрягая извилины, стал говорить взволнованно, демонстрируя куда большую осторожность, чем ранее.

– Подобное больше никогда не повторится. Если вы, господин Кот, потребуете от меня этого, согласно данному обещанию, то такого не случится…

– Ладно.

– ...!

– Давай подождём и посмотрим, как ты будешь вести себя в этом особом городе Секванг, а потом потолкуем?

– Ха-ха, ха... Благодарю!

В глазах Квак Дже Гана вновь затеплилась жизнь, и его лицо озарилось улыбкой. В этот момент облегчения…

– Тогда с этого момента ты будешь выполнять это обещание.

– .....

– Что касается того, что ты совершил сегодня, наиболее подходящим наказанием была бы месть. Верно?

– ...Так это?

– Да.

Господин Кот изрёк.

– Тогда сломай себе оставшийся мизинец?

Мгновение спустя внутри платформы раздался приглушённый вскрик.

* * *

[– Фух! Друг, это было невероятно напряжённо! Несведущего персонажа нужно было проучить как следует.]

Он воспринял это как урок.

Но это не было уроком, это было чистое насилие.

Я выбрал это лишь потому, что других путей не было.

«Ху».

Поставить зарвавшегося учёного на место с помощью жестокой демонстрации превосходства... Я совершаю всякого рода поступки, о которых никогда не думал, что буду совершать.

«Но если я этого не сделаю, он не испугается. Он будет продолжать испытывать меня».

Мысль об исследователе, погибшем от вывиха шеи при попытке открыть пожарный гидрант, была ужасной, но в то же время у меня по спине пробежал холодок. Потому что у меня было ощущение, что Квак Дже Ган проверял меня.

«Он выбрал этого человека специально?»

Мог ли он заметить недовольный взгляд, который я бросил, когда увидел, как тот исследователь оттолкнул в сторону заместителя руководителя, чтобы побежать?

Мне казалось, он делал это, чтобы проверить мои пределы: сколько я буду терпеть, замечу ли я это, пропущу ли я это мимо ушей, чтобы подтвердить «границу».

Конечно, он мог также просто захотеть проверить и зафиксировать, насколько прочным был пожарный гидрант.

«Что ещё более пугает».

Вот почему я намеренно проявил напористость.

...Хотя, честно говоря, это также было и потому, что я был зол.

«Ху».

Я посмотрел вниз на наклейку-татуировку, которую приклеил на руку.

Изящная чёрная татуировка в виде пламени, распространяющегося по разбитой газовой лампе.

– Мне бы хотелось такой дизайн, пожалуйста.

Это была наклейка-татуировка, которую я приобрёл в тату-салоне «Лунный Свет» с целью незаметного поджога.

Я выбирал её очень тщательно, уделяя внимание её форме и символике, и, как и ожидалось, когда я разбивал стекло над ней, вспыхивало пламя.

Но как побочный эффект это, по-видимому, усиливало желание поджигать и затрудняло подавление бушующую злости...

Это, должно быть, повлияло на мою склонность к излишней жёсткости.

«Ха».

Я заставил себя переключить внимание на другую вещь.

Кстати, оплату произвёл синий талисман.

Хороший ребёнок

Я

Купил

Для тебя

...Честно говоря, я был очень благодарен.

Это была не обычная татуировка, а серия под названием «Royal Premium» или что-то в этом духе. Я бы не смог получить её через обзор.

Поскольку у меня больше не было жемчуга или перламутра, в худшем случае я подумывал как-нибудь поторговаться за билет на проживание в отеле.

Синий талисман, расплатившийся чем-то вроде небольших весов, оставил мне вот такие слова.

Мой подарок

Не забывай

Та круглая, загадочная, тёмно-синяя чешуйка, которую я получил от него.

Тот чудесный предмет, обладавший переливающимся блеском.

«...Он у меня с собой».

Это, по-видимому, означало, что я должен вызвать его, когда мне угрожает опасность, когда я в нём нуждаюсь или когда я хочу его увидеть.

«Будет ли это работать в городе Секванг?»

Не то чтобы я собирался это проверять прямо сейчас.

В данный момент существовали более неотложные дела.

*Стук-стук.*

Я поднимался по лестнице на платформу.

Каждый раз, когда я замечал, как Квак Дже Ган хромает позади меня, гнев, усиливавшийся из-за татуировки, вспыхивал, а затем холодно утихал.

«Если бы я продолжал настаивать на «увольнении и запрете на исследования» в качестве условия, он, вероятно, попытался бы так или иначе потянуть меня за собой».

Он бы подумал: раз уж мне всё равно суждено умереть, то почему бы не умереть, увидев интересные результаты исследований?

Мне приходилось помнить, что с ним нужно обходиться, загоняя его в угол, но ни в коем случае не преграждая ему путь к отступлению, иначе он мог бы совершить что-нибудь безумное вместо того, чтобы подчиниться.

«Ху».

Даже Пэк Са Хён, по крайней мере, не был из тех, кто троллит только потому, что это «интересно, весело и полезно».

В общем, я одумался и посмотрел на то, что натворил, с верхней ступеньки лестницы.

– .....

Я увидел жилой район, сгоревший дотла и превратившийся в чёрный пепел.

В том месте, сожжённом дотла и превращённом в руины, больше не было трупов с вывихнутыми шеями.

Им больше не нужно будет спать.

Потому что здесь больше не было домов.

– .....

Но поджог, совершённый так внезапно, имел свою цену.

– Нет! Нет! Наш дом!

– Пожалуйста, не надо! Зачем...

– Моего дома больше нет. Возвращаться некуда. Мама, папа...

Гнев и крики отдавались в моих ушах, словно эхо.

Другие люди не могли их расслышать. Это был своего рода слуховой обман, который был слышен только мне.

– Поджигатель!!!!

– Умри, умри, умри, умри, умри, умри

– Твой дом тоже сгорит.

... Сознание жителей города Секванг, желавших вернуться домой, прошептало мне с оттенком обиды.

Но со мной всё было в порядке.

Ведь я вколол себе «Счастливого Создателя».

А вы знали, что ацетаминофен (парацетамол) оказывает некоторое воздействие на депрессию? Мощное обезболивающее может также снять душевную боль.

«Вероятно, это пройдёт, как только я уйду отсюда».

Я не планирую задерживаться здесь надолго.

– Aaaaa...

Вид жилого района, охваченного пламенем, начал сгущаться, превращаясь в бледную массу.

Те объекты, которые так и не стали жилыми домами, больше не имели права занимать станцию метро, ставшую символом этого жилого района.

Я молча наблюдал за ними.

Мне показалось, что откуда-то доносился печальный вой...

«.....»

В следующий момент.

– ...Ах.

В верхней части лестницы простиралась неосвещённая зона вестибюля.

Я услышал, как исследовательница Ли Ён Хва издала звук удивления.

– Мы с исследователем Кваком пройдём в этот зал ожидания. Но вы можете подождать здесь, если хотите.

– ...! Если позволите, куда именно вы направляетесь...

Я указал на противоположную платформу.

Другая сторона была недоступна без прохождения через вестибюль, поскольку, как показали эксперименты, аварийный выход через раздвижную дверь на платформе не открывался.

– Там находится другая «Тьма».

В этот момент исследовательница Ли Ён Хва сглотнула и поднялась.

– Я пойду.

... В таком случае.

В сопровождении двух исследователей я шагнул в тёмный вестибюль.

... Как и на станции «Ханбан», где была закрыта библиотека Ханбит, вестибюль представлял собой пыльные, заброшенные руины.

Пройдя через него, мы спустились на противоположную платформу, нашли машинное отделение и открыли его.

*Скрип.*

Чувствовался сильный запах гари, и перед нами предстал полностью сгоревший офисный коридор.

– Это место...

– Это место называется «Весёлый исследовательский институт».

Я объяснил медленно.

– Вы когда-нибудь видели машину для производства зелий?

– Что? Да. Я не была ответственной за него, но видела его во время совместной работы.

– На самом деле, это технология, разработанная этим институтом.

– Что??

– Судя по всему, компания «Day Dream» своровала технологию и оборудование «Весёлого исследовательского института» для производства зелий.

– Что...

Лицо Ли Ён Хва побледнело, а щёки одновременно покраснели.

Она поняла, что слышит то, чего не должна слышать, но в то же время, должно быть, её переполняло волнение, свойственное исследователю, услышавшему завуалированную правду.

Подозрение и жажда познания.

– Подождите-ка, но если это «Весёлый исследовательский институт»... то это «Тьма», порождающая «Тьму».

– Верно. Следуйте за мной.

Я вошёл в сгоревший офисный коридор.

Двое исследователей начали следовать за мной.

Я слышал, как дыхание Квак Дже Гана, который до этого тактично молчал, стало прерывистым.

А потом....

– Смотрите.

– ...!!

Открыв несколько дверей, я обнаружил единственный автомат.

Инкубатор снов.

«Он по-прежнему работает».

Он был сломан, по всей видимости, утратил большинство своих функций, и это была версия без кнопки для приготовления зелий.

Но оно определённо там было.

«Всё так, как я и предполагал».

То, что я подтвердил на предыдущей станции, где находился телемагазин «Delusion Home Shopping».

Между ящиками стола застряла записка из письменной переписки между сотрудниками.

– Похоже, внизу произошёл пожар, все взяли огнетушители. Это этаж с наибольшим количеством Инкубаторов снов, что это вообще такое?

И если исследовательские институты на станции метро «особого города Секванг» расположены ярусами, то разве следующая станция «Полдень» не будет находиться на более низком уровне?

Так что, возможно.

«Если инкубаторов было много, я предположил, что хотя бы один из них мог работать».

И эта ставка оправдалась.

Я взглянул на исследователей.

Исследователи дрожащими глазами осматривали Инкубатор снов.

– Тогда я получу плату за то, что вы остались здесь в живых.

– .....

– Проанализируйте эту машину.

– ...!

– В чём заключаются отличия от машины «Day Dream»?

Верно.

«Даже если их основная работа заключается в изучение «Тьмы», погружение и обработки Эссенции снов, в обязанности исследователя так же входит работа с машиной по приготовлению зелий».

Они гораздо лучше меня знакомы с этим устройством.

– Что...

– Какие есть различия? Различия видны невооруженным глазом!

Квак Дже Ган выпалил это.

Затем он торопливо осмотрел и проанализировал каждую деталь Инкубатора снов, быстро и чётко произнося слова.

– Нет, сотрудник, господин Кот. Внутри, внутри этого резервуара с жидкостью, видите эту круглую штуковину?

Я это вижу.

Круглый предмет, похожий на яйцо.

Я видел это в прототипе машины в другой комнате Инкубации снов, которую обнаружил агент Чой...

– В машинах для производства зелий от Day Dream такого нет.

...!

– Не так ли, замглавы Ли?

– ...Верно.

Спокойный голос исследовательницы Ли Ён Хва слегка дрожал.

Слышался тон человека, который, колеблясь, был ли уместен такой ответ, в конце концов решался признать правду.

– Внутри резервуаров Day Dream Inc. ... нет ничего.

– .....

– Вы сказали, что этот аппарат называется Инкубатором снов, верно? Возможно, изначально он был создан для инкубации этого яйца, а компания Day Dream удалила эту функцию для собственных нужд.

Верно.

Инкубатор снов «Весёлого Исследовательского Института» представлял собой машину для выведения некоего существа. И результатом стал...

«Я».

Я был создан, выращен из яйца в одном из тех Инкубаторов снов.

Неудивительно, если предположить, что Day Dream удалила эту функцию и использовала только функцию производства зелий.

– Да. Всё верно.

Это был факт, который я и так уже знал.

Я ответил, несколько оцепеневшим голосом.

– По всей видимости, Инкубатор снов — это устройство для выведения некой формы жизни...

– Форма жизни? Это нельзя описать таким простым выражением!

Что?

– Господин Кот. Вы же знаете, что такое Эссенция снов? Это огромный источник энергии, который манипулирует реальностью и контролирует её. Неужели вы думаете, что они потратили бы столько энергии только на создание одной-единственной формы жизни?

Что...?

О чём он говорит?

– Исследователь никогда бы не придумал столь неэффективную конструкцию. Должно быть, дело в чём-то другом... Что ж, дальше это всего лишь мои предположения.

Квак Дже Ган, встретившись со мной взглядом, улыбнулся, несмотря на бледное лицо.

– Вы когда-нибудь слышали фразу: «Яйцо — это целый мир»?

Ах.

– Это цитата из классического романа. Смысл там немного иной... но я думаю, что в данном конкретном случае можно использовать те же слова!

Минуточку...

– Яйцо в этом инкубаторе — это целый мир.

– ...!!

– Цель этого Инкубатора снов – создание нового мира.

– .....

– ...Это вывод, который я сделал. Ха-ха-ха! Конечно, это гипотеза. Гипотеза.

Это абсурд.

Но в моём ошеломлённом сознании внезапно возник один образ.

«Весёлый Исследовательский Институт» занимается созданием предметов для работы с историями о привидениях.

Детские игрушки.

В конце концов, это...

«Это как попытка принять... истории о привидениях в наименее вредной форме».

И учитывая ключевые слова вроде «рай» и «небеса», которые всплыли во время инцидента в городе Секванг, его слова...

«Это возможно».

Если это так.

Мир, который пытался создать «Весёлый Исследовательский Институт», мог ли он быть чем-то подобным?

Безопасный мир.

Безобидный мир.

«Мир без историй о привидениях».

Тот самый мир, из которого я пришёл.