Дети Святого Императора Том 1 Глава 165 Шторм (6)

╾──╼ ⚔︎ ╾──╼

— Похоже, мы совершили слишком много пространственных скачков.

«Сколько времени прошло?»

Первым пришедший в себя Святой Император помог Сонджину подняться и усадил его на диван. Судя по всему, правителю просто захотелось продемонстрировать сыну опыт погружения в пространственную изнанку, и теперь он был очень доволен собой.

— Посиди здесь и отдохни, пока не придёшь в норму.

Глядя на огорченное выражение лица отца, Сонджин не удержался от тихой ухмылки.

— И всё же благодаря вам там было ужасно весело. Вы ведь тоже видели, отец? Как тот актиниевый гад пылал ярким щ... щас блевану!

В ответ над его головой снова пролился чистый водопад божественной силы. Оставив сына, Святой Император шатко подошёл к Катрине, преклонившей колени у самого входа. Бледная воительница, до этого опиравшаяся на рукоять меча, мгновенно пришла в себя, стоило священной энергии коснуться её. Похоже, эта злейшая тошнота терзала лишь тех, кто напрямую ступал в разлом.

— Ваше Величество! — Катрина тут же поднялась и поддержала правителя.

Следом за ней очнулся Льюис, торопливо приводя в порядок одежду, а за ним поднялись и остальные слуги. Они пребывали в полном замешательстве, не понимая причин своего обморока, но не могли скрыть радости от редкой роскоши получить исцеление из рук самого императора. Ощутив небывалую лёгкость во всём теле, прислужники вернулись к своим обязанностям.

— Ваше Святейшество Отец! Вы целы!

— Ваше Величество, что произошло? А где принц Морес?

Подбежавшие к кабинету Амелия и Масаин тоже попали под окропление божественной силой и застыли от изумления.

— Возвращаемся в банкетный зал.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Катрина приложила руку к груди и почтительно склонила голову. Святой Император уже намеревался шагнуть в коридор, но внезапно замер и обернулся к террасе. В его глазах на мгновение вспыхнул серебристый свет.

— Скажи, Логан приходил сюда?

— А, да. Мы пришли вместе, но он отправился в сад, чтобы выследить наёмника.

От ответа Сонджина правитель слегка нахмурился.

— Не в подходящее время они встретились...

— Что вы сказали?

— Льюис. Приготовь в кабинете сухие покрывала и завари свежий горячий чай.

Опытный глава слуг удивился внезапному приказу, но тут же покорно наклонил голову.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

— Вы двое следуйте за мной. А этим троим дадим спокойно отдохнуть.

Амелия и Масаин, порывавшиеся подбежать к Сонджину, оказались подхвачены правителем и уведены обратно в банкетный зал.

«Хм...»

Сонджин некоторое время смотрел им вслед, после чего прикрыл глаза. Почувствовав, как все улеглось, он ощутил приятный покой. Хотя император выглядел немного лишённым сил, движение его ауры оставалось спокойным, как и всегда. Отцовское недомогание объяснялось простой тошнотой, и его реальное состояние не вызывало опасений. Юноша безмятежно отдыхал на диване, когда в его сознании раздался осторожный шепот Король Демонов:

[Ли Сонджин.]

«Чего тебе?»

[Снаружи второй принц.]

«А?..»

Сонджин в изумлении поднялся. Голову пронзил приступ лёгкого головокружения, но с тошнотой уже вполне можно было сладить.

«Эти рыцари Декарона невероятны. Если не насторожиться всем существом, его присутствие невозможно уловить! Раз уж вернулся, почему не входит сразу, чего он там выжидает? Неужели настолько пал духом из-за упущенного наёмника?»

Бормоча про себя подобное возмущение, Сонджин подошёл к террасе. Из слегка приоткрытого окна внутрь кабинета захлестывали капли ливня.

— Ох...

На самом краю террасы Сонджин увидел Логана, вымокшего до последней нитки. Бывший мастер меча по неизвестной причине даже не пытался зайти в помещение, замерев под проливным дождём и отрешённо глядя в сторону сада. Сонджин опешил от такого зрелища.

— Эй, парень!

Бывший мастер меча, обладатель колоссальной ауры, стоял перед ним в виде вымокшей мыши! Шагнув вперёд, Сонджин схватил Логана за воротник. Тело юноши успело настолько остыть, что пальцы Сонджина ощутили ледяной холод через ткань.

Когда он приволок мокрого принца в кабинет и усадил на диван, вошедший с покрывалами Льюис ахнул и поспешно подбежал к ним. В тот же миг на голову Логана опустилось сухое покрывало, а в руки легла чашка с горячим напитком. В этот момент Сонджин и Льюис одновременно осознали, что неожиданный приказ императора имел весьма четкую причину. Поняв, что ситуация уладилась, сметливый глава слуга бесшумно удалился, давая им возможность поговорить.

— Что произошло? Ты упустил его? Да и какая разница, ну ушёл один убийца и что с того?

Логан сидел, низко опустив голову, и молчал. Побелевшие пальцы крепко сжимали чашку, но его дрожь явно вызывал не пронизывающий холод. Ощутив неладно, Сонджин молча ждал. Спустя некоторое время Логан заговорил едва слышным тихим голосом:

— ...Ли Сонджин.

— Слушаю.

— Я до самого конца оставался трусом. В тот день мне не следовало взваливать всю ношу на друзей и соратников, уходя из жизни с таким облегчением.

— Чего-чего?

— Нельзя было прятаться за оправданиями, что ничего нельзя изменить, и просто жить своей жизнью. Кто бы мог подумать, что этот ребёнок решил ступить на путь убийцы с такими мыслями, пока я...

Логан снова замолчал, но даже этих нескольких слов оказалось достаточно, чтобы Сонджин смог представить всю картину. По всей видимости, наёмник был старым знакомым принца из его прошлой жизни. В таком случае тот питал лютую ненависть к империи, а встретить его пришлось именно в статусе имперского принца. Нельзя было представить ситуацию хуже.

„Нет, какими бы ни были обстоятельства... Даже если я не знаю всех деталей гражданской войны в Ортоне, неужели ты умер настолько легко и беззаботно?“

Потеряв терпение, Сонджин схватил лежавшую рядом подушку и метнул её в Логана. Подушка с глухим стуком ударила принца по голове и упала на пол. Этот болван даже не попытался уклониться! Сонджин почувствовал, как в нём закипает раздражение.

— Эй, парень! Самокопание тоже должно иметь свои границы. Зачем испытывать бесполезное чувство вины перед теми, ради спасения которых ты рисковал жизнью? Что тебе сказал тот наёмник? Черствость тоже должна знать меру!

— ...Это неизбежно. Для них я всего лишь принц вражеского государства.

— Естественно, ты не можешь раскрыть им свою истинную сущность. Но скажи, в чём виноват перед ними Логан из Делькроса? Во время той войны ты ещё даже не родился, придурок! Разве ты виноват в гражданской войне в Ортоне?

— И всё же...

— Кроме того, ты без устали охотился на морских чудовищ ради собственных сограждан! Думаешь, подобное регулярное командование войсками под силу каждому? Это стало возможным только благодаря твоему статусу имперского принца! Ты спас столько жизней своими руками! Осознай это и держи спину ровно!

Когда полетела вторая подушка, Логан слегка качнулся и уклонился от неё.

— Даже если я спас их жизни, их бедственное положение не изменилось.

— Но ты уже отдал свою жизнь! Что ещё ты должен был сделать в тот момент?!

Логан поднял голову и взглянул на тяжело дышащего Сонджина с лёгким изумлением. На его губах появилась подобие уставшей, печальной улыбки.

— Когда мы готовились к последней битве на той равнине, можешь ли ты представить, какую тяжесть взвалили на плечи тех, кого заставили выжить?

Сонджин с недовольным видом подумал, что абсолютно не понимает подобного, ведь сам никогда не берёг сил и не прятался ради будущего.

— Когда искушение сдаться стало непреодолимым, а военные успехи сошли на нет, мы с Бенисио пили вино и долго говорили. Мы пришли к выводу, что для расцвета республики на этом континенте потребуется куда больше времени, чем казалось. Без постепенного изменения сознания людей внутри империи на протяжении поколений у континента нет будущего. Это великое дело могло занять сотню лет... а может, и в несколько раз больше.

Логан замолчал.

— Скажу честно, Ли Сонджин. Когда я погибал от руки командира Сайласа, в глубине души я почувствовал облегчение. Великий труд длиной в столетия... Как думаешь, кто способен нести такую ношу? У меня просто не было сил шагать по этому бесконечно тёмному тоннелю.

Опустив чашку на стол, Логан закрыл лицо обеими ладонями и продолжил:

— Я переложил эту тяжёлую ношу на Бенисио и с лёгкостью умер, утешая себя тем, что сделал всё возможное. Насколько же это был трусливый поступок?

Сбежав в смерть и получив новую жизнь, что он сделал потом? Лишь сбегал дальше, убеждая себя, что возможности имперского принца ограничены и он не может предать новую семью. Однако теперь Логан отчётливо осознал правду. Он понял, почему без отдыха охотился на чудовищ и почему не искал следы Бенисио и его спутников с должным рвением.

— Я уверял себя, что сделаю всё ради родины. Решил помогать из тени, скрывая имя. Но на самом деле... — Логан сделал паузу. — Я просто убегал. В глубине души я боялся холодных взглядов и не решался ступить на кратчайший путь, хотя знал его. Я думал, что готов нести любую дурную славу, но в действительности оказался не готов встретиться ни с кем из прежних соратников.

Брови Сонджина дёрнулись.

„Стоит этому дурню уйти в самоедство, как этому нет ни конца ни края“

— Вот как?

Сделав вид, будто поправляет покрывало, Сонджин приблизился к Логану, набросил ткань ему на голову и с искренней братской любовью захватил его шею в плотный удушающий приём.

— Кх..! Эй! Ли Сонджин!

„Ну как тебе? Это приём охотника Ли Сонджина, перебивавшего лапы жукам Блатта Мантос одним движением!“

Пока Логан барахтался под покрывалом, не смея применить ауру и вырваться, взгляд Сонджина в сторону террасы становился всё более суровым.

„Какой ублюдок посмел тронуть этого беднягу? Только попадись мне, живым не уйдёшь!“

╾──╼ ⟡ ╾──╼

— Апчхи!

В центральном столичном филиале гильдии раздался громкий чих. Глава филиала Грета, наблюдая за непрерывно чихающим Энрике, покачала головой.

— Где тебя носит, что ты возвращаешься мокрым до нитки? Сегодня не день отчёта, зачем ты ходил в императорский дворец?

— Сегодня ведь день рождения. Такое случается раз в год, могли возникнуть непредвиденные обстоятельства. Мне повезло, ведь в Главном дворце произошло нечто примечательное.

— Примечательное?

— Ага. В кабинете проявилось то же явление, что и когда он входил в молитвенную комнату. Головная боль была настолько сильной, что приблизиться не удавалось. Возможно, это и есть ключ к поиску его уязвимости.

Грета протянула ему сухое полотенце и некоторое время наблюдала за упрямым лицом юноши.

— ...Кике.

— Я Двадцать Первый.

— Хорошо, Двадцать Первый, — женщина тихо вздохнула и задала вопрос: — Не пора ли тебе оставить эту злобу?

Энрике посмотрел на неё с недоверием.

— Как вы можете такое говорить? Разве мы не соотечественники, вместе покинувшие Ортону?

— Всё именно так.

В молодости Грета считалась вундеркиндом в академии и вложила всю свою страсть в республиканское движение. Как стратег, она до последнего пыталась изменить безнадёжное положение. В конце концов, по приказу генерала Гаэля, ей было поручено эвакуировать принца Бенисио и его сына Кике в империю. Наёмники из отряда Астрос предоставили им убежище, что в конечном итоге привело её к высокой должности в гильдии. Поэтому она прекрасно понимала чувства Энрике. С раннего детства мальчик с нежностью следовал за Бартом из отряда наёмников, видя в нём защитника даже больше, чем в родном отце. Когда же выяснилось, что этот человек является принцем Делькроса, уничтожившего их родину, предательство оставило глубокую рану.

Ситуацию усугубило и то, что Святой Император, прежде охотно отвечавший на вопросы мальчика, замкнулся в себе и не стал оправдываться или объяснять причины своего восхождения на престол. Пропасть между ними росла, и Кике начал постигать искусство наёмных убийц, регулярно совершая покушения на жизнь правителя.

Однако давние члены гильдии замечали истинное положение дел. Святой Император сквозь пальцы смотрел на юношу, не скрывающего жажды крови, давал ему задания по исследованию континента и заставлял учиться, видя в нём всё того же ребёнка, нуждающегося в заботе.

Потерев уголки глаз, покрытые сеткой морщин, Грета произнесла:

— Кике. В глубинах континента зреет нечто тёмное и опасное.

В юности она сгорала от ненависти к врагам родины, но долгие годы работы открывают глаза на скрытые вещи.

— Опасное?

— Да, — взгляд главы филиала стал предельно серьёзным. — Без сохранения хотя бы этой несовершенной формы империи мы не сможем противостоять грядущим событиям.

В глазах мудрой женщины, десятилетиями развивавшей гильдию, отражалось приближение великого шторма.