Дети Святого Императора Том 7 Глава 143 Гроб Первого Святого Императора (5)

Причина, по которой Кадмус Кляйн избрал смерть, была весьма прозаична. Когда срок его правления превысил триста лет, он, как обычно, поручил скучное управление государственными делами младшим поколениям, а сам предавался праздности… Пока в тот день его уединение не было нарушено пронзительным, надрывным криком, донесшимся с заднего двора.

— Сколько можно нянчиться с этим стариком и подчищать за ним следы?!

— Но, принц Ремус… Вы же сами всё понимаете. На ваших плечах лежит долг первородного наследника.

— Да пропади оно пропадом, это первородство!

Обитатели дворца свято оберегали покой своего владыки, опасаясь его гнева. Однако в этот момент чужая несдержанность не разозлила Кадмуса, а лишь забавно развеяла его скуку. Он замер, ловя каждое слово.

Как оказалось, говорил Ремус, его преданный потомок, взявший на себя бремя правления империей. В памяти Кадмуса он остался увядающим старцем, но сейчас в его словах бурлил юношеский пыл.

— Если я продолжу гнуть спину ему на потеху, это чудовище соизволит сдохнуть? Он хоть когда-нибудь отдаст мне эту проклятую корону?

— Принц Ремус, да убоитесь Верховного Бога! Такие слова могут случайно быть восприняты как государственная измена!

— Да пускай!

Исповедь преемника несла в себе куда более глубокую рану, чем казалось на первый взгляд. В его надрывном крике сквозила подлинная, беспросветная тоска. Эта буря эмоций, где гнев смешивался со слепой покорностью судьбе, заставила Кадмуса содрогнуться. Каждое слово принца задевало струны его души.

— Вы и сами всё прекрасно понимаете, дядя! Мой прадед, дед, отец... Они сгнили в ожидании! Ушли один за другим, раздавленные титулом престолонаследников. Всю свою жизнь мои предки лишь расчищали трон для того, кто никогда его не отдаст!

— Принц Ремус...

— И всё ради чего? Чтобы теперь этот годовалый ублюдок, выношенный новой сукой, стал законным наследником трона?! Сколько ещё это чудовище будет топтать землю? Неужели моим сыновьям суждено повторить мой круг ада? Сначала прислуживать вечному императору, а на старости лет завистливо смотреть на колыбель своего новоявленного прапрадеда?!

Голос Ремуса сорвался на глухой всхлип.

— Как мне смотреть в глаза советникам, дядя? Кем они меня считают? Будущим правителем или безвольным рабом, которому доверили протирать пыль со скипетра?!

Впервые за три сотни лет Кадмус взглянул на свою семью со стороны и ужаснулся хаосу, который сам же и породил. Его первые дети, рожденные покойной императрицей еще в дни его далекой юности, давно истлели в могилах, оставив после себя лишь череду внуков и правнуков. В то же время дитя от его юной супруги, которую он ввел во дворец всего пару лет назад, едва училось ходить.

Кадмуса почитали как полубога, но от повседневного управления государством он давно отстранился. Из-за этого авторитет Ремуса, фактического правителя империи, рухнул на самое дно лишь по той причине, что в глазах подданных у него не было ни единого шанса взойти на престол.

В подобной ситуации даже император, привыкший к беззаботной жизни, осознал очевидное: долго эта империя не продержится.

— Похоже, мне пора на покой… — пробормотал он, разглядывая собственные ладони.

Божественная сила послушно отозвалась на его безмолвный зов. На предплечье на миг блеснула и растаяла едва заметная золотистая чешуйка.

Он никогда не делился своей божественной силой с детьми. Эта чистая, первородная искра позволяла ему в одиночку выстраивать границы государства. Но смогут ли обычные люди удержать эту силу, обладая лишь крупицей долголетия и фанатичной преданностью?

— Обратись к законам Кремниевого мира, — однажды посоветовал ему старый друг, межпространственный странник и Рассказчик, Сигурд Сигурдссон. — Если сковать твою плоть узами и укротить бушующую божественную силу, ты сумеешь наделить потомков частью своего величия.

— А если оковы падут и я потеряю контроль над собственной мощью?

— Разве нельзя постепенно забрать божественность у потомков до того, как это случится? Возможно, с каждым поколением их божественная сила будет слабеть, но к тому времени империя уже выйдет на стабильную траекторию развития.

— Пожалуй…

Кадмус кивнул, однако тень беспокойства так и не покинула его бледное лицо. Сигурд ободряюще улыбнулся и поспешил успокоить его:

— Оставьте страхи, мой дорогой друг. Даже если вы замешкаетесь и тёмное пламя вырвется из-под контроля, этот гроб изолирует его, словно барьер между мирами. Демоническая скверна не сделает наружу ни единого шага. В этом и заключается суть технологий Кремниевого мира.

Поняв, что защита абсолютна, великий правитель издал тихий смешок.

— Значит, пришло время для долгого сна? Смешно… Ведь я и проснулся-то без особой цели.

Так первый Святой Император отошёл в мир иной, находясь на пике своего могущества, полном сил и энергии. Его наследник Ремус, обладающий частицей божественности, взошёл на трон как второй Святой Император. Чтобы устранить законных соперников, он первым же своим указом приказал убить своего годовалого прадеда, после чего провёл жёсткую чистку в государственном аппарате, физически уничтожив оппозиционных министров и старейшин.

╾──╼ ⟡ ╾──╼

С тех пор минули сотни лет, и тысячелетняя Священная Империя прочно обосновалась в центре континента.

Все это время Кадмус наслаждался необычайно безмятежной жизнью в покое. Десятилетиями он бездельничал в виде бесплотного духа, а когда становилось совсем скучно, он вселялся в тела людей, находящихся на грани смерти, и проживал новую жизнь.

К несчастью, души, соприкасавшиеся с его божественной сущностью, почти всегда бесследно исчезали, однако Кадмуса это нисколько не беспокоило. Согласно [Договору], подписанному Верховным Богом, души умерших в Делькросе в любом случае попадали в руки Повелителей. Кадмус усердно убеждал себя в своей правоте: уж лучше мирно исчезнуть навсегда, чем вечно страдать от дьяволов.

Святая Грация также появилась на свет во время одного из его таких развлечений.

Она была безумной девицей, полностью посвятившей себя служению другим. Кадмусу стало любопытно, как далеко она сможет зайти. Он с интересом наблюдал за ней, раз за разом спасая её своей божественной силой во время испытаний веры, и сам не заметил, как она превратилась в святую, образ которой потомки будут чтить в веках.

Двадцать лет назад Кадмус решил, что настало время окончательно отнять у потомков дарованную божественность, сосредоточив её остатки в одном смертном ребёнке, на которого он нанёс знак Святого. Однако, когда дитя не явилось на ритуал, разгневанный Кадмус столкнулся с перепуганным шестнадцатым Святым Императором, который сбежал, вместо того чтобы разыскивать своего сына.

«Значит, во всем виноват этот мальчишка…»

Золотистые зрачки Кадмуса сузились. Он с презрением смотрел на своего выдающегося потомка. Его поражала мысль о том, откуда у этого человека, в отличие от его никчемного отца, хватило смелости запечатать в подземелье самого полубога, как только знак появился на его дочери. И хотя Кадмус ценил эту дерзкую твёрдость духа, поступок потомка оставался крайне возмутительным.

[Ещё не поздно, дитя. Ты ведь прекрасно знаешь, сколько судеб переплелось из-за искажённой тобой причинно-следственной связи? Должно быть, именно поэтому ты послал эту фальшивую святую, чтобы выманить меня наружу?]

— ...

[Ну же, покорно отдай мне своего ребёнка. Если сделаешь это, я лично явлюсь в этот мир в его теле и покараю всех демонов. С радостью облегчу твоё тяжёлое бремя.]

— …Возвращаю эти слова тебе же.

При упоминании Сисли в серебристо-серых глазах Святого Императора, устремлённых на Кадмуса, на мгновение вспыхнул зловещий блеск.

— Перед кем ты смеешь рассуждать о причинно-следственных связях? Неужели ты думал, что я не знаю, кто ты на самом деле?

[…Что?]

— Если ты хочешь услышать это первородное нечестивое имя лично от меня, так тому и быть.

Гр-р-р.

Из горла Кадмуса вырвался утробный, почти звериный рык, а его аура стала предельно свирепой. Из пасти показались острые клыки, а на коже там и тут начала проступать золотистая чешуя.

[Значит, ты твёрдо решил идти до самого конца…]

Вместе с тем аура Святого Императора тоже вспыхнула с новой силой. Полы его белого одеяния затрепетали от невесть откуда взявшегося ветра. Утварь, разбросанная по всему кабинету, закружилась в потоках воздуха, сталкиваясь друг с другом, и резко взмыла ввысь.

— Так будет лучше для обоих. Я ещё надеялся, что остался шанс для диалога, но это было лишь моим заблуждением.

Бум!

От яростных потоков воздуха, хлынувших от них и столкнувшихся друг с другом, всё здание главного дворца затряслось, словно при землетрясении. По одной из стен кабинета поползла трещина, и на пол с глухим стуком посыпалась каменная крошка.

Именно в этот момент раздался чей-то голос:

— Эй, вы там, хватит шуметь! Может угомонитесь уже? Из-за вас весь сад уничтожен. Устроили, блин, хаос!

— …?!

[Как… ты сюда попал?]

Святой Император и Кадмус одновременно обернулись к дверям кабинета, откуда донёсся звук.

На треснувшем дверном косяке, едва удерживая равновесие, покачивался мальчишка. Ни один из них не почувствовал, когда он здесь оказался.

Кап.

Мальчишка заставил себя собрать остатки ауры, чтобы пробиться сквозь бушующее давление. Его тело уже было превращено в месиво. Рукавом он небрежно стёр струящуюся из носа и рта кровь, а затем ярко, беззаботно улыбнулся.

— Отец, похоже, вы слишком увлеклись беседой. Если не остановитесь, Главный дворец скоро рухнет прямо нам на головы. К тому же близится банкет в честь дня рождения, и во дворце полно почётных гостей. Вы ведь помните об этом, верно?

Словно по негласному уговору, оба правителя подавили свою ярость. Давление в комнате мгновенно спало.

— ...

[Ты же... дьявольское отродье...!]

Не успел Кадмус произнести и слова, как раздался резкий свист. Мощный поток ауры, внезапно обрушившийся вниз, мгновенно смел его с террасы.

— ...?!

С грохотом, увлечённый вместе со столом в сад Главного дворца, поражённый Кадмус с трудом поднялся. Святой Император больше не обращал внимания на предка, застыв рядом с поверженным мальчишкой и укутав его фигуру плотным коконом исцеляющей божественной силы.

— Морес! Кто учил тебя совать свой нос в чужие дела!?

— Ох... — сын виновато моргнул. — Кажется, вы говорили о чём-то важном, а я помешал? Извините...

— Пустяки. С тобой всё в порядке? Где болит?

— Я в порядке, спасибо.

«Что тут происходит?» — Кадмус, подобный огородному пугалу, тупо уставился на них, совершенно сбитый с толку.

— И всё же, как ты сюда попал?

— Да просто проходил мимо. Подумал, зайду, поболтаю с вами. Но у вас как-то тихо, ни одного гвардейца. А потом такой грохот! И аура странная потянулась. Мне стало очень интересно, что за чертовщина здесь происходит, вот и пошёл посмотреть.

— В таком случае нужно было позвать гвардию и держаться подальше, ожидая конца суматохи!

— Хе-хе, отец, вы меня будто первый день знаете... Я же у вас любопытный, эту черту во мне не переделать.

— Даже не смей этим гордиться!

Воздух пронзил звонкий щелчок по лбу. Мальчишка вскрикнул и покатился по полу, отчаянно прижимая руки к голове.

Ошеломлённый Кадмус вновь взлетел на террасу второго этажа. Ребёнок всё ещё корчился на полу, а Святой Император лишь молча наблюдал за его страданиями, недовольно цыкая языком. Великий основатель империи, казалось, совершенно не существовал для них.

Кадмус до боли стиснул челюсти, чувствуя, как обжигающая волна ярости поднимается к горлу.

[Вы что... ублюдки, совсем страх потеряли, раз смеете отвлекаться прямо передо мной?]

С явным раздражением Святой Император обернулся на его голос и произнёс:

— Смотри внимательно, сынок.

— А?..

Мальчик прекратил тереть лоб и уставился на отца. Тот медленно протянул руку в сторону Кадмуса и продолжил:

— Законы этого мира весьма особенные. Время от времени здесь происходят события, которые невозможно объяснить одной лишь силой. И самый важный из этих законов – это «условие».

— Условие?

— Верно. Пока условие не выполнено, существует некая абсолютная зона или барьер, который невозможно преодолеть, какой бы мощной силой ты ни обладал.

Услышав это, сын недоуменно склонил голову.

— То есть, это нельзя пробить даже силой?

— Именно. В качестве примера можно представить дверь, которая ни за что не откроется, если не соблюдено определённое условие.

— А-а, понятно!

Чем дольше Святой Император продолжал объяснения, тем светлее становилось лицо мальчика. Кадмуса же в это время охватывало всё более мрачное предчувствие. И тут...

— Вот почему душа из Кремниевого мира не рассеивается, а остаётся целой даже рядом с такой колоссальной божественной силой. И вот почему тело из Кремниевого мира способно полностью её принять.

Вслед за этими словами раздался сухой звук.

Щёлк.

Разум Кадмуса словно пронзила вспышка. Последний кусочек головоломки встал на место, и картина происходящего обрела окончательный вид. Всё, что древнему духу казалось нелепой случайностью, оказалось тщательно просчитанным планом его выдающегося потомка.