Дети Святого Императора Том 1 Глава 183 Кармен Павлова (4)
Ранее в Дети Святого Императора...
╾──╼ ⟡ ╾──╼
— Кармен, если тебе так тяжело, давай закончим. Может, придумаем какой-нибудь другой способ?
Сонджин осведомился, наблюдая за Карменом, который после пятого затрещины снова корчился на земле.
«Я же волнуюсь за тебя, Кармен. Твой ум и так не отличался остротой, а теперь, кажется, твой уровень интеллекта стремительно падает в реальном времени, что меня беспокоит».
— Кх-х-х, нет! Я… я могу вытерпеть!
— Правда?
— Конечно!
Юноша глубоко вздохнул.
«И надо же было ему упрямиться в таком вопросе».
— В любом случае, ты слишком преувеличиваешь. Меня отец бил гораздо сильнее.
— ...
Кармен не имел, что возразить на это.
Объективно говоря, боль была вовсе не настолько невыносимой, чтобы кататься по траве: взбучки от командира Бруно ощущались куда болезненнее. Слова принца о том, что он соизмеряет силу удара, скорее всего, были чистой правдой.
Однако происходило что-то необъяснимое. Каждый раз, когда палец юноши ударял его по лбу, Кармена на мгновение охватывал леденящий смертельный ужас.
Словно громадный валун или топор обрушивался сверху, раскалывая череп пополам. Именно поэтому рыцарь невольно издавал позорные истошные вопли.
Вместе с тем его не покидало странное чувство дежавю: крайне неприятное ощущение, будто он забыл нечто жизненно важное.
— Ваше Высочество прав, сэр Кармен. Истязать своё тело — не единственный выход. Может, всё же подумаете над другим способом?
Направляя божественную силу на наливающийся синевой лоб рыцаря, священник Густав сказал:
— Возможно, вы не можете справиться с гневом из-за того, что внезапно покинули сияние столичной благодати. Когда мы вернёмся, вам непременно станет легче, так что не торопите события.
— ...
В глубине души Кармен и сам жаждал немедленно прекратить это безумие.
Хоть это был всего лишь щелбан, он приносил несусветную боль. Дошло до того, что рыцарь уже всерьёз подумывал, не лучше ли снова выпить горького чая Мельбурн от непутевой служанки.
Беда была в святых рыцарях Волка, которые без зазрения совести глазели на всё происходящее.
— Сколько он ещё выдержит?
— Судя по его воплям, он уже на пределе, разве нет?
— И это рыцарь императорского дворца? Да он же желторотый сопляк, ха-ха-ха!
«Аргх…»
Невзирая на уговоры священника Густава, в глубине души разгневанный Кармен вскочил на ноги и решительно подошёл к Сонджину:
— Прошу вас ещё об одном разе, Ваше Высочество!
— …Эх, ладно. Как скажешь.
Перед вздохнувшим принцем Кармен во всё горло рявкнул:
— Законченный идиот!
И следом…
Щёлк!
Земля ушла из-под ног от чудовищного удара, и в голове Кармена всё мгновенно побелело.
— Э? Кармен!
— Сэр Кармен, вы в порядке?!
— Кар…
Глаза закрылись сами собой, а встревоженные крики вокруг отдалились и затихли где-то на грани восприятия.
И сквозь мутную пелену угасающего сознания, словно во сне, донёсся чей-то голос:
— Ты в порядке?
Кармен в полубессознательном состоянии огрызнулся про себя:
«Сам же ударил, а теперь издеваешься?!»
В ответ раздался тихий смешок, и перед ним протянулась рука. Лица говорившего разглядеть не удавалось, но вокруг словно разлился мягкий, ослепительный свет.
— С твоим скверным характером ты вряд ли умрёшь своей смертью. Сгинешь ведь где-нибудь в глуши, так что отныне держись-ка лучше в Жемчужном дворце.
Да. Когда-то кто-то уже говорил ему эти самые слова. Но кто же это был? Стоило попытаться вспомнить, как сердце сжалось от необъяснимой щемящей тоски.
— Я знала, что однажды это случится! Если с наследным принцем что-то случится, я никогда тебе этого не прощу!
Картина внезапно сменилась, и рядом зазвучал полный яда девичий голос. Знакомые нотки, вечно читавшие ему нотации.
Мчась на коне во весь опор вслед за кем-то, ушедшим далеко вперёд, Кармен отрешённо подумал:
«Опять тот самый кошмар. Я ведь снова о нём забуду, как только проснусь».
— Всё из-за тебя! Ты! Ты во всём виноват! Если бы только сэр Масаин был здесь!..
Вслед за этим, как обычно, обрывки воспоминаний замелькали в беспорядке, и буря неописуемых, противоречивых чувств сотрясла его душу.
— Так это ты? Тот самый паршивец, который провёл прошлую ночь с моей Оливией.
— Глупец! Ты хоть понимаешь, чьё недовольство навлёк на себя?..
А затем, как и всегда, он увидел себя… куда более юного, одиноко стоящего в саду императорского дворца.
— Ты, небось, из тех ублюдков, кому суждено кое-как перебиваться наёмничеством, а потом сдохнуть где-нибудь в глуши.
Да. Уж это он помнил наверняка.
Личность этого человека он не забыл бы ни за что на свете.
— Я как раз оставил отличную зазубрину на нужном месте, так что благодари меня по гроб жизни. Ха-ха-ха!
Разве мог он забыть эти странно мерцающие серебристо-серые глаза, с насмешкой смотрящие прямо на него?
«Проклятье! Чёртов принц Морес!»
Пока Кармен захлёбывался в накатившей волне слепой ярости, в его сознании внезапно зазвучал леденящий душу голос, пробуждающий разум:
[Твоя жизнь слишком зыбка, вот душа и не может найти покоя, блуждая на грани жизни и смерти.]
«…Что?»
Как только эти слова прозвучали, тело, парящее в невесомости, почувствовало неодолимое притяжение, и Кармен начал падать вниз.
Яростно бьющееся сердце постепенно замедлило свой ход, тело окутало тёплое чувство покоя, а мелькавшие перед глазами обрывки видений отдалились и растворились без следа.
Наступила абсолютная, благословенная тишина.
Пока он наслаждался этим умиротворением с закрытыми глазами, чья-то рука коснулась его лба. От места прикосновения по всему телу разлилось живительное тепло, несущее одновременно прохладу и покой.
И тихий, наставляющий голос произнёс:
[На этот раз держись крепче. Времени, когда ты можешь цепляться за жизнь благодаря этой крошечной ране, осталось совсем немного.]
«...Что?»
Прежде чем Кармен успел осознать смысл сказанного, непререкаемый голос приказал:
[Открой глаза.]
— ...!
Подчиняясь приказу, Кармен рефлекторно распахнул веки.
Первым, что предстало перед его глазами, были склонившиеся над ним встревоженные лица.
— Кармен! Ты в порядке?!
— Сэр Кармен!
— Вы пришли в себя, сэр Кармен?
Рыцарь ошарашенно захлопал глазами.
«Что происходит? Разве совсем недавно не было точно такой же сцены?»
Очнувшись, он обнаружил, что лежит прямо на земле посреди лагеря. Вокруг тесной толпой стояли командир Бруно, священник Густав и другие спутники.
А экзорцистка сэр Шарон, приложив ладонь к его лбу, щедро изливала на него божественную силу.
— А... благода...
— ...
— ...Сэр Шарон?
Пытаясь выдавить слова благодарности, Кармен запнулся: в глазах экзорцистки на долю секунды мелькнул призрачный серебристый свет. Однако когда он моргнул, глаза сэр Шарон вновь стали привычно чёрными. Она лишь растянула губы в широкой усмешке:
— Хе-хе. Вам полегчало, сэр Кармен?
— А... да...
Опираясь на её руку, Кармен поднялся на ноги.
Хотя он только что был без сознания, тело чувствовало себя на редкость свежим и отдохнувшим.
«...Что это было?»
Ощущение нереальности происходящего было столь сильным, будто он всё ещё спал. И тут взгляд Кармена наткнулся на принца, который с недовольной миной смотрел на него со стороны.
— Как самочувствие, Кармен?
— Ах, да. Всё в порядке, Ваше Высочество.
Тогда юноша недовольно скривился и проворчал:
— Ещё бы не в порядке! Из-за твоего упрямства мне теперь влетит по первое число!
— ...Что?
— ...Ничего, забудь.
Оставив озадаченного Кармена позади, Сонджин развернулся.
Когда рыцарь неожиданно рухнул без чувств, перепуганный юноша первым делом побежал за сэр Шарон из опасения, не нанёс ли он парню тяжёлую травму, требующую вмешательства самого императора.
Конечно, силу удара он рассчитывал, но ведь однажды уже ненароком проломил череп Кеннету Дигори. Явившийся по его зову в теле сэр Шарон Святой Император некоторое время молча смотрел на сына.
При свидетелях он ничего не сказал вслух, но ледяной взгляд императора выражал предельно ясную мысль:
«И то верно, слишком уж долго ты сидел без происшествий».
Видимо, будучи занятым важными делами, он лишь мельком подлечил Кармена и тут же ушёл, но было очевидно, что позже юноше придётся выслушать порцию нотаций.
«Тьфу! И надо же было этому болвану всё испортить! А ведь в последнее время я уже почти стал образцовым сыном!»
[...Ты сейчас шутишь, да?]
Впрочем, у этой нелепой случайности оказался и неожиданный положительный эффект.
Святые рыцари Волка, прежде смотревшие на Кармена с раздражением, теперь весело гоготали, поглядывая на него как на забавного новобранца-недотёпу.
— Эй, салага! Подумаешь, щелбан получил, а воплей-то развёл, будто убивают!
— Впервые в жизни вижу, чтоб от щелбана в обморок падали! Ха-ха-ха!
Кармен тут же вспыхнул:
— Да чтоб вас! Сами подставьтесь, а потом умничайте!
— «Да чтоб вас»? Ого, парень ещё не образумился! Надо бы добавить ещё разок!
— Погоди, не трогай его, а то ещё расплачется!
— Кто тут расплачется?! Хватит ржать! Думаете, это смешно, да?!
— Ха-ха-ха-ха!
Прежде воины при первой же дерзости с его стороны обнажили бы клинки и устроили потасовку, но теперь любые его возмущения вызывали у них лишь взрывы хохота.
Даже вице-командир святых рыцарей Волка, которого Кармен недавно обложил отборным матом и едва не нажил смертельного врага, теперь по-свойски закинул ручищу толщиной с бревно ему на шею и добродушно смеялся.
Наблюдая за этой картиной, предводительница ордена Ильма с восхищением произнесла:
— Неужели вы предвидели даже такой исход, Ваше Высочество?
— А?
— Наказать его на глазах у всех, но без унижения достоинства, вызвать сочувствие у остальных рыцарей и тем самым сблизить их... Тонкий расчёт!
— ...!
Командир Бруно тут же посмотрел на юношу с нескрываемым благоговением и восторгом.
«Вообще-то я ничего такого не планировал...»
Почесав щёку, Сонджин проводил взглядом уходящего в окружении рыцарей Кармена.
«Ну, впрочем, так ведь даже лучше?»
Пусть всё и пошло не совсем по плану, результат превзошёл ожидания.
╾──╼ ⟡ ╾──╼
Тем временем Даша, снова собиравшая хворост в отдалении от лагеря, насторожилась, уловив бесшумное приближение множества людей.
«...Сегодня они подобрались слишком близко».
Несколько дней подряд разведчица время от времени замечала присутствие нескольких десятков преследователей, которые неотступно следовали за караваном. Они держались на значительном расстоянии, поэтому нанятые Торговой гильдией Мило наёмники ничего не подозревали и беспечно продолжали свой путь. Изначально Даша предполагала, что чужаки могут быть нацелены на отряд принца Мореса, но после нескольких дней наблюдения она пришла к выводу, что их истинной целью являлась именно гильдия Мило. В те редкие дни, когда купеческий караван разбивал лагерь вдали от свиты принца, преследователи неизменно подбирались именно к обозам Мило. Неизвестные, следовавшие по пятам более десяти дней, теперь приближались, даже не пытаясь скрыть своё присутствие. «Они идут через чащу. Готовят нападение прямо сейчас?» На всякий случай Даша нащупала под юбкой рукоять спрятанного кинжала. Все остальные работники, собиравшие хворост, уже вернулись на стоянку. Рядом с ней оставалась только Оливия в своём неизменном белом платке. «А что, если все новички заодно?..» Теперь подозрения главы гильдии казались ей более чем обоснованными. За последние дни она не раз замечала, как некоторые из недавно нанятых слуг по ночам тайно покидали лагерь и возвращались обратно. Судя по тому, как ловко они обходили наёмников охраны, это были весьма опытные наёмные убийцы. Оценив расстояние до приближающихся шагов, Даша сбросила вязанку хвороста и выпрямилась. «Ну конечно. Неспроста тогда аккурат к сроку произошла та драка со старыми работниками. А я-то удивлялась, почему в гильдию удалось внедриться с такой лёгкостью». — Эх, а я-то думала, с чего это нас так легко наняли. — ...? На мгновение Даша подумала, что случайно произнесла свои мысли вслух, но повернув голову, она увидела Оливию. Женщина, также смотревшая в сторону леса, уставилась на Дашу широко распахнутыми глазами. — ...Ой? Потирая свои сбритые брови, Оливия вдруг расплылась в хитрой улыбке: — Я так и подозревала... Неужели вы тоже?