Друг Детства Сильнейшего Воина (Новелла) Том 1 Глава 698 Боевой фестиваль Божественного Дракона (9)

Это не столько история, сколько древнее сказание, переданное из уст в уста.

В глубокой древности один доккэби, дух, жаждущий возвращения домой, совершил проступок. Одной лишь ошибки оказалось достаточно: мироустройство было нарушено, пространство исказилось, и через образовавшийся разрыв хлынули существа, чьё существование противоречило законам этого мира.

Разрыв законов длился лишь мгновение, но запустил цепную реакцию. Один за другим начали рушиться остальные законы мироздания.

Бесчисленные живые существа погибли. Произошедшее трудно назвать наказанием; скорее, это была катастрофа, порождённая невежеством одного существа. И последствия его ошибки оказались куда страшнее самой ошибки.

Всюду раздавались крики. Люди взывали о помощи, бежали и умирали, а чудовища, пришедшие из разлома, пожирали их заживо. Земля обагрилась кровью.

Доккэби наблюдал за этим и плакал огненными слезами. Чужой мир был искалечен его собственными руками.

Тогда разгневался и сам мир. Не из-за гибели невинных — его гнев был вызван нарушением установленных законов. Правила, на которых держалось само существование, рушились одно за другим.

И мир вынес приговор: повреждённое творение больше не нужно; гораздо проще уничтожить его и начать всё сначала.

Доккэби понял, чем это закончится. Домой он уже не вернётся, а мир, который он погубил, исчезнет на его глазах.

Оставался лишь один путь. Сначала следовало закрыть Врата, из которых продолжали поступать чуждые существа, а затем умолять мир о пощаде. Виноват был он сам — ему и нести ответственность.

Врата доккэби закрыл. Само это оказалось не слишком сложно; куда труднее было удерживать их закрытыми.

После этого он обратился к миру и попросил дать ему шанс исправить содеянное. Он был готов заплатить любую цену.

И мир, к его удивлению, согласился. Немедленного уничтожения не последовало: и миру, и самому доккэби дали шанс. Взамен на него легла особая повинность — расплата за совершённый проступок. Пока он несёт её, мир получает отсрочку.

Другого выбора не было, и доккэби согласился.

Мир сдержал слово и действительно дал обещанный шанс. Лишь позднее выяснилось, насколько жестокой оказалась назначенная цена.

Когда доккэби наконец пожалел о своём решении, было уже поздно. От этой повинности нельзя отказаться по собственной воле.

Никогда.

* * *

Чёрная энергия кружилась впереди, словно сажа, оторвавшаяся от пламени и обретшая собственную жизнь.

Даже в ночном лесу она казалась темнее окружающей тьмы.

Я смотрел на маленькую спину впереди.

Обычная одежда рода Гу. Длинные чёрные волосы, ниспадающие на плечи. Красивый профиль, слишком знакомый по прошлой жизни. Фиолетовые глаза вызывали во мне одновременно отвращение и какую-то болезненную одержимость.

Небесный Демон.

Женщина, которую в прошлой жизни называли бедствием.

Я нахмурился.

Спина у неё была узкая, почти хрупкая.

Когда-то мне казалось, что она заслоняет собой весь мир.

Теперь я впервые увидел, насколько она на самом деле мала.

— Что ты здесь делаешь?

Собственный голос показался мне непривычно хриплым.

Небесный Демон бросила короткий взгляд через плечо и снова повернулась вперёд.

Перед ней стоял человек, назвавшийся моим дедом.

Или, точнее, человеческая фигура, полностью окутанная пламенем.

Само по себе его заявление ещё можно было бы поставить под сомнение, но резонанс Искусства Огненного Колеса Гу почти не оставлял других вариантов.

А после того, как он одним движением забрал у меня родовое пламя, сомнений осталось ещё меньше.

Как он это сделал — это уже другой вопрос.

Но опасность была совершенно реальной.

И тут в траве снова застрекотало.

Я моргнул.

Вернулся звук.

Ветер коснулся щеки. Листья зашуршали. Мир вокруг словно внезапно включился обратно.

Почему?

Дед сам снял воздействие?

Или появление Небесного Демона что-то нарушило?

Я ещё пытался осмыслить, когда старик заговорил:

— Ах да.

Он слегка наклонил голову.

Эта манера была неприятно знакомой.

Чёрт, я сам иногда делал точно так же.

Или это я унаследовал этот жест от него?

— Ты ведь тоже здесь. Я на мгновение забыл.

Он смотрел на Небесного Демона.

— Энергия нечеловека. Давно не встречал. Как поживала?

Небесный Демон молча вытянула левую руку.

Чёрные потоки, висевшие в воздухе, ринулись к её ладони.

Я сразу почувствовал тяжёлое покалывание по коже.

Силы в них было чудовищно много.

Энергия сжималась, уплотнялась и постепенно обретала форму клинка.

Я знал эту технику.

В прошлой жизни она пользовалась ею довольно часто.

Сама она никогда не называла эту силу вслух, зато люди Праведного Пути придумали ей звучное имя — Божественный Меч Небесного Демона.

Пафоса через край, но слово «божественный» появилось не на пустом месте. Одним взмахом этого клинка она могла изменить рельеф местности.

Чёрный меч окончательно сформировался.

Небесный Демон направила остриё на старика.

— Исчезни.

Дед не ответил.

— Тебе нельзя здесь находиться.

Он рассмеялся.

— Вот как...

И в тот же миг моё сердце пронзила резкая боль.

— Кх...

Искусство Огненного Колеса Гу, которое я только что вернул, снова взбунтовалось.

Жар хлынул по меридианам во все стороны.

Кожу будто начало поджаривать изнутри.

— Год, — вновь подтвердил старик. — До истечения этого срока займи свое законное место.

Другими словами, стать молодым главой клана и прибыть в Синьцзян.

Вот чего он желал.

Я поинтересовался:

— А что, если не стану?

Каковы будут последствия?

— Если желаешь — не становись.

Его ответ прозвучал так легко, будто вопрос не имел никакого значения.

— Если сможешь.

Эта фраза была хуже любого прямого запрета.

В ней не было угрозы, лишь абсолютная уверенность, что мне все равно не позволят уйти.

Я стиснул зубы.

— И еще. Береги вот это.

Взгляд старика скользнул за мою спину, к Небесному Демону.

— Для нас это ценный ключ.

— Ключ?

— Да. Ключ, который способен запереть Врата навсегда, чтобы они больше никогда не открылись.

Я нахмурился.

Небесный Демон — ключ?

— Она сказала, что вы сами привели её к Гу Хиби. Зачем?

Дед доставил Небесного Демона и оставил её у моей сестры.

Откуда он её взял? Почему распорядился именно так?

Если он называет её ключом, значит ли это, что Небесный Демон каким-то образом связана с тайным долгом рода Гу?

Старик снова склонил голову — почти таким же жестом, каким пользовался я.

— По необходимости. Драгоценные вещи лучше держать там, где их можно видеть.

По необходимости.

Но вторая часть фразы задела меня больше.

Чтобы видеть — поэтому он оставил её именно у Гу Хиби?

Почему?

— Сегодня я увидел тебя, как и хотел. На этом всё.

Он внезапно посмотрел в пустую часть леса.

Там ничего не было.

— К тому же, кажется, ко мне пожаловал гость.

Не отрывая взгляда от пустоты, дед добавил:

— Запомни, мальчик. Пока в тебе горит родовое пламя, я могу наблюдать за тобой.

Он сделал короткую паузу.

— Ещё увидимся.

Пламя вспыхнуло.

И старик исчез.

На траве осталось лишь черное выжженное пятно.

С его уходом воздух быстро остыл.

Я прикусил губу.

— Ну и дерьмо.

Явился, наговорил загадок, пригрозил и свалил.

Вот так встреча с родственником.

Я вспомнил, как Владыка Поражений когда-то описал моего деда: «спокойный сумасшедший».

Спокойный, блядь.

Он просто сумасшедший.

Если это называется спокойствием, значит, весь мир окончательно сошел с ума.

А еще этот «долг рода».

Я долго откладывал тему наследования, а теперь она одним рывком подступила вплотную.

Год.

Я вспомнил срок и всерьез подумал: а может, просто сбежать?

С моими нынешними силами я уже мог жить отдельно от клана Гу.

Сейчас важнее всего остановить Кровавую Беду. По сравнению с этим должность молодого главы и прочая семейная чепуха выглядели мелочью. Можно уйти и заниматься своим делом.

Но в памяти тут же прозвучало:

«Если желаешь — не становись. Если сможешь».

Уверенность деда, что мне некуда деться, сидела занозой.

Я провел ладонью по лицу и тяжело выдохнул.

Грудь тут же отозвалась болью.

Точно. Ребро.

С учетом моей нынешней регенерации, за три дня должно срастись.

Можно и не трогать, но на всякий случай лучше заглянуть к Божественному Целителю.

Я развернулся.

И столкнулся с фиолетовыми глазами.

Я на несколько секунд совершенно забыл, что Небесный Демон все еще здесь.

Она держалась одной рукой за плечо и смотрела на меня с непонятным выражением.

Почему за плечо?

А. Я ведь там схватил её, когда оттаскивал.

Неужели слишком сильно?

Вроде нет.

Я как раз подумал, не притворяется ли она, когда Небесный Демон заговорила:

— Уходишь?

— Да. Сматываюсь отсюда.

Вообще-то я пришел ради Гу Хиби и ради нее самой, но после встречи с дедом оставаться не хотелось.

Нужно вернуться, выдохнуть и разложить все по полочкам.

Я уже сделал шаг прочь, когда пальцы сомкнулись на моей руке.

Небесный Демон остановила меня.

— Чего?

Я раздраженно посмотрел на неё.

— Еда.

— Что?

— Поешь перед уходом.

— Какого черта?

Зачем мне ужинать с тобой?

Я же подавлюсь.

После всего случившегося и без того нет аппетита.

Я уже хотел высвободить руку, но она добавила:

— Старшая сестра ждет.

Я замер.

— С чего ей меня ждать?

— Я сказала, что пойду за тобой.

То есть, когда уходила, она прямо сказала Гу Хиби, что приведет меня?

— Вот же...

— Сестра приготовила вкусное. Пойдем.

Небесный Демон потянула меня за собой.

Уходить все еще хотелось, но после упоминания Гу Хиби я перестал сопротивляться.

Ладно.

Раз уж пришел, лучше закончить все за один раз.

***

Высоко на скалистом склоне сидел старик.

На нем были лишь штаны. Торс оставался обнаженным.

По белым волосам и морщинистому лицу возраст угадывался сразу, но тело этому возрасту не соответствовало: плотные мышцы, старые шрамы, ни намека на дряхлость.

А из середины лба рос длинный рог.

Одного этого хватало, чтобы понять: обычным человеком он не был.

Через некоторое время старик открыл глаза.

Радужки пылали красным.

Он медленно огляделся, а затем не смог сдержать смешка.

— Кхе-кхе.

Скрыть веселье не получалось.

Слишком давно ему не попадалось ничего настолько интересного.

Он еще посмеивался, когда за спиной раздались шаги.

— Похоже, увидел что-то забавное.

Пришедший обратился к спине старика.

Тот и без того знал, что гость появился. Именно поэтому пришлось так поспешно вернуть пламя.

Улыбка исчезла.

В красных глазах остался лишь холод.

— У меня был редкий приятный момент.

Старик повернул голову.

— А собаке этого мира пришлось его прервать.

Молодой мужчина ничуть не смутился.

— Приношу извинения. Но и мое дело не может ждать.

Он слегка улыбнулся.

— Я рад нашей встрече, Хранитель Врат. Я давно желал повидаться с вами лично.

Старик ответил:

— А я как раз недавно столкнулся с одним из твоих никчемных остатков.

Улыбка на лице молодого человека ничуть не поблекла.

Кровавого Демона это нисколько не задело.

То, что осталось от прежней мощи и прежнего тела, давно перестало иметь для него значение.

— Подобные пустяки я забыл давным-давно.

Кровавый Демон — Токко Джун — поднял взгляд.

В его глазах появился кровавый отблеск.

— Меня интересует кое-что другое.

Теперь улыбка также исчезла с его лица.

— Хранитель Врат.

Он задал вопрос:

— Где же расположены Врата Божественного мира?

В тот же миг рог на лбу старика вспыхнул багровым пламенем.

Зрачки Токко Джуна вытянулись в вертикальные щели и засветились.

Между ними прогремел взрыв.