Друг Детства Сильнейшего Воина (Новелла) Том 1 Глава 706 Боевой фестиваль Божественного Дракона (17)

Основная часть фестиваля уже не имела ничего общего с невнятными предварительными испытаниями.

Теперь всё было по-настоящему.

Трибуны окружали арену со всех сторон. В центре возвышались два больших помоста.

На каждом одновременно проводили по одному поединку. Победитель проходил дальше.

Просто и удобно.

— Начали.

Судья едва успел опустить руку, как площадку захлестнул жар боя.

— Ха-а!

— Хуп!

Грохот.

Две волны сгущённой ци столкнулись и разлетелись в стороны тяжёлым ударом.

Трибуны взревели.

Каждый новый обмен только сильнее заводил зрителей.

Такие схватки мастеров Предела не увидишь где попало. Люди следили за скоростью и силой участников, не отрывая глаз.

— С самого начала неплохо.

— Как его зовут? Тот с двумя клинками — Парные Клинки Боевого Ветра?

Огромный мужчина с железной булавой яростно бросился вперёд. Его противник, вооружённый двумя мечами, без суеты ушёл с линии атаки.

Даже человек, ничего не понимающий в боевых искусствах, заметил бы разницу: один рвался изо всех сил, второй двигался свободно и спокойно.

— Парные Клинки Боевого Ветра? Никогда не слышал.

— В Хубэй о нём в последнее время начали говорить.

Внимание зрителей понемногу сместилось к мечнику.

— Силен. С Чёрной Железной Глыбой так играться — это надо уметь.

Воин с булавой был мастером Предела и пользовался некоторой известностью в Сычуань. Говорили, он обычно просто давит противника чудовищной физической силой.

А сейчас не мог даже задеть соперника и выглядел рядом с ним беспомощно.

Для публики ничего лучше и придумать нельзя.

Неизвестный человек выходит на помост — и внезапно показывает силу, которой от него никто не ожидал.

Таких зрители запоминают охотнее всего.

— Парные Клинки Боевого Ветра... Надо не забыть это имя.

— Похоже, далеко пойдёт.

На глазах у толпы рождалась новая известность.

Пройдёт совсем немного времени — и прозвище этого мастера начнут узнавать по всей округе.

Клинки в его руках коротко звякнули.

От лезвий потянуло настоящей угрозой.

— Кх!

Гигант с булавой понял опасность и попытался размахнуться шире.

— Поздно.

Мечник уже оказался внутри его защиты.

Один короткий шаг, разворот кисти — и тяжёлая булава рассекла пустой воздух.

Холодное остриё остановилось у самого горла великана.

— Чёрт!...

Тот ещё секунду стоял, дрожа от злости, а потом бессильно опустил оружие.

Судья поднял руку.

— Поединок окончен. Победа участника номер шестнадцать.

— Благодарю за бой.

— ...Благодарю за урок.

Победа досталась Парным Клинкам Боевого Ветра.

На трибунах раздались разочарованные возгласы. На соседнем помосте схватка ещё продолжалась, но многие всё равно смотрели вслед победителю.

Настолько сильное впечатление он успел произвести.

— Жаль, коротко вышло.

— Он ведь прошёл дальше. Ещё увидим.

— Это точно. У меня племянник — воин первого ранга, я кое-что понимаю. По-моему, этот человек даже не показал всего.

Каким образом наличие племянника первого ранга делало говорившего знатоком, никто уточнять не стал.

— Видно, Союз и правда подготовился. Не ожидал, что уже в первый день будет столько интересного.

— И Парные Клинки, и тот Меч Кунджон... Хороший улов.

— Сколько же сильных людей всё это время оставалось неизвестными.

Появление новых имён всегда будоражило Срединные земли.

Кто знает — возможно, кто-то из сегодняшних участников однажды войдёт в Десять великих мастеров.

Людям нравилось думать, что они присутствуют при самом начале чужой легенды.

— Следующие! Номера семнадцать и восемнадцать!

На освободившийся помост вышли двое.

Один — огромный мужчина, почти не уступавший размерами предыдущему великану.

Второй — заметно ниже и суше.

Кто-то на трибунах увидел первого и сразу вскрикнул:

— К-Кулак Ветрового Обстрела!

— Что?!

— Уже он?

Кулак Ветрового Обстрела Мён Чхонсёк.

Ученик прямой линии рода Мён из Гуандун и один из мастеров, о которых в последние годы говорили всё чаще.

Не достигнув сорока, он миновал обычный Предел и подошёл к вершине этой ступени. Для его возраста — выдающийся результат.

Почти двух с половиной метров ростом, широкоплечий, с тёмной от солнца кожей и мужественными чертами лица. В нём было что-то звериное и притягательное.

Женщины на трибунах заметно оживились.

— Не думал, что Кулак Ветрового Обстрела выйдет так рано.

— Повезло нам.

Мужчины тоже загудели: известное имя было интересно всем.

— А его соперник кто? Молодой какой-то.

— Да не молодой. Почти мальчишка.

— Погодите... А, знаю!

Второго участника тоже кое-кто узнал.

— Малый Владыка Преисподней. Это он.

— Малый Владыка?

Теперь взгляды повернулись ко мне.

Чуть старше двадцати. Узкие злые глаза. Чёрная одежда с головы до ног.

— Разве это не сын Тигриного Героя?

— Тот самый, что был замешан в истории с Обителью Божественного Дракона?

Обо мне слышали, но шум получился куда слабее, чем при появлении Мён Чхонсёка.

Хотя ещё несколько лет назад и этого бы не было.

— Говорят, Малый Владыка недавно сцепился с Ютангомом.

— Да. Даже обменялся с ним ударами.

— С Ютангомом? Этот мальчишка?

Ютангом входил в Сотню великих мастеров.

Слух о нашем коротком столкновении распространился по Хэнани за несколько дней.

Большинство объясняло всё просто.

— Ютангом, вероятно, он его пощадил.

Однако некоторые придерживались иного мнения.

— Пусть даже и щадил. Сам факт, что юнец смог выдержать несколько обменов ударами с таким мастером меча, уже говорит о многом.

— Именно. К тому же, до основной части соревнований он добрался не случайно.

Прозвище Малый Владыка Преисподней давно звучало слишком зловеще для обычного представителя молодого поколения.

Но возраст никуда не девался. Для окружающих я всё ещё оставался юнцом.

— Тем более обидно. Повезло ему, видимо, пройти отборочный тур...

— А теперь сразу — Кулак Ветрового Обстрела.

Мён Чхонсок был опытным мастером Пика, которому уже предрекали скорый переход в Сферу Преображения и место среди Сотни величайших мастеров.

Для человека, которому едва исполнилось двадцать, такой противник казался непреодолимым препятствием.

— Зато получит ценный опыт.

— Безусловно. Поединок со старшим мастером — редкая возможность. Можно сказать, подарок судьбы.

Никто всерьёз не ожидал моей победы.

Так складывалось общественное мнение.

Мы встали лицом к лицу.

— Вы готовы?

— Да.

— Я готов.

Мён Чхонсок занял боевую стойку.

Я лишь кивнул.

Судья на миг нахмурился, заметив мою непринуждённость, но разбираться с этикетом было не в его компетенции.

— Тогда начинаем.

Он вытянул руку между нами.

— Поединок...

Ладонь взметнулась вверх.

— Начать!

В тот же миг помост содрогнулся.

Из тела Мён Чхонсока вырвалась такая волна силы, что воздух будто стал плотнее.

Боевой дух.

Густой, почти ощутимый, грубый. Он мгновенно окутал площадку.

— Кх?!

Даже участники на соседних помостах сбились с ритма.

Расстояние между аренами было значительным, но давление добралось и до них.

Воздух вокруг Мён Чхонсока начал мерцать. На каменном покрытии стали проступать тонкие трещины.

Кто-то из зрителей вскочил.

— С-Сфера Преображения! Кулак Ветрового Обстрела уже находится в Сфере Преображения!

По трибунам прокатилась новая волна пересудов.

— Что? Но ведь говорили, что он только на вершине Пика!

— Значит, он скрывал свою истинную силу...

Обычный зритель мог ошибиться.

Но на трибунах находилось немало воинов. Они немедленно осознали, что перед ними давление уровня Сферы Преображения.

Мён Чхонсок всё это время утаивал свой настоящий уровень.

И решил явить его именно здесь, в первом поединке основной стадии.

— Невероятно... Новый мастер Сферы Преображения.

— И мы стали свидетелями его рождения!

Достичь Сферы Преображения до сорока лет — значит получить реальный шанс однажды войти в Десятку величайших мастеров.

Ценность имени Мён Чхонсока стремительно росла на глазах.

Он продолжал усиливать давление и медленно занял боевую стойку.

Затем посмотрел на меня.

— Приношу свои извинения.

— За что?

Я слегка наклонил голову.

— Мне не хотелось раскрывать свою силу перед тем, кто значительно моложе меня. Но обстоятельства вынудили. Потому и извиняюсь.

Он терпеливо скрывал свою мощь ради этого момента.

Теперь он хотел, чтобы Союз и вся публика увидели его истинным.

И они увидели.

— А-а.

Я усмехнулся.

— Тогда нет причин для извинений. Наоборот, благодарю вас.

Мён Чхонсок тихо рассмеялся в ответ.

Похоже, он решил, что после демонстрации своей мощи я уже мысленно сдался.

От этого ему самому стало немного неловко.

Он вышел сюда ради славы, но вынужден был раскрыть свои карты перед мальчишкой, который был намного младше.

Не самое достойное чувство.

«Прости».

Наверное, он искренне надеялся, что сегодняшнее поражение не станет преградой на моем пути.

Что его собственный свет не затмит дорогу юному воину.

Он сжал кулак.

«Хотя бы покажу ему настоящий удар».

Технику, которую он освоил, преодолев собственный предел.

Пусть зрители увидят её мощь.

А для меня это можно будет считать уроком — утешением от старшего младшему.

Мён Чхонсок начал концентрировать энергию в своей руке.

— Фу-у-ух!

Ци сгущалась всё плотнее.

Над кожей появилось дрожащее марево.

— Какая сила...

— Это же безумие...

Если он продолжит развиваться, то почти наверняка однажды войдёт в Десятку величайших мастеров.

Говорили: если Три Владыки правят небом, то Десять величайших мастеров держат землю.

Для большинства воинов это почти недостижимые вершины.

И сейчас на глазах у публики рождался человек, способный однажды занять место среди них.

— Кх.

Глухой стук.

Люди, уже готовые взорваться от восторга, разом замерли.

— Что?..

— Э?..

Мён Чхонсок опустился на колени.

Просто внезапно осел на них посреди помоста — тот самый человек, который мгновение назад наполнял всю арену чудовищной силой.

А затем его массивное тело начало медленно валится вперёд.

Грохот.

Он рухнул лицом на камень.

Тишина.

Весь шум, ещё секунду назад переполнявший трибуны, испарился.

Остался только один звук.

Тихие шаги.

Кто-то прошёл мимо поверженного Мён Чхонсока.

Я.

Никто даже не успел заметить, когда именно я оказался рядом с ним.

Я неторопливо вернулся на своё место, остановился и сложил руки в приветственном жесте.

— Благодарю за хороший бой.

Я поклонился потерявшему сознание сопернику.

А трибуны молчали.

Абсолютно.