Гениальный Чернокнижник (Новелла) Том 1 Глава 4 Подмастерье I

Оливер не сомкнул глаз всю ночь.

С той самой ночи, как покинул гостиницу, Оливер проводил ночи без сна.

Усталость от долгого пути не могла одолеть его, он не мог заснуть.

Причина заключалась не в физическом или умственном истощении, а скорее в волнении.

В детском приюте и в шахте дни шли однообразно.

Раньше он мог заснуть в любой момент, ведь его единственной заботой было выживание, но последние два дня всё изменилось.

Каждый день был полон волнующих событий.

Он снова и снова – нет, десятки, сотни раз – вспоминал тот момент, когда извлёк эмоции трактирщика и поразил его Пулей Ненависти.

Невероятное, но знакомое чувство заставляло его парить от счастья.

Эти воспоминания одновременно радовали и огорчали Оливера.

Оливер чувствовал, что если бы тогда проявил чуть больше концентрации, то смог бы извлечь гораздо больше эмоций и сделать это намного быстрее.

Он был уверен, что если бы сумел сдержать свою радость, то смог бы выстрелить несколькими пулями одновременно, а не одной.

Оливер размышлял обо всех своих сожалениях.

Чтобы избавиться от разочарования, он мысленно представлял тренировки. Он воображал, как извлекает больше эмоций, выпускает несколько Пуль Ненависти и увеличивает их скорость, точность и силу.

Со временем он даже придал Пуле Ненависти особую форму.

И хотя это была лишь фантазия, у Оливера хватило смелости, чтобы воплотить её в реальность.

Если бы не слова Джозефа – его Господина и наставника – он бы немедленно извлёк собственные эмоции и начал экспериментировать.

— Не практикуй чёрную магию без разрешения.

— Почему… Господин?

— Заклинания чёрной магии, в отличие от форм, созданных эмоциями, которые невидимы, могут быть замечены. Мы скоро будем на месте, и я не хочу, чтобы ты привлекал лишнее внимание. Кроме того, истинный Чернокнижник не станет использовать собственные эмоции для чёрной магии.

— Эмоции — это ограниченный ресурс, и если ты будешь использовать их бездумно, твоя душа опустеет. Поэтому не используй свои эмоции, если только у тебя нет другого выхода.

— Тогда, могу ли я практиковаться, если извлеку чьи-то эмоции?

— Нет. Никогда не используй чёрную магию без моего разрешения. Ты забыл, что я сказал тебе в гостинице? Ты должен повиноваться и следовать за мной, не задавая вопросов. Тогда я буду учить тебя.

Из-за этих слов Оливеру пришлось практиковать чёрную магию лишь в уме.

Это расстраивало, но он ничего не мог поделать.

Джозеф требовал послушания, поэтому ему пришлось подчиняться настолько, насколько это было возможно, чтобы получить знания, даже если обучение было поверхностным.

Он не заметил, как тёмное небо стало серым, а затем постепенно изменилось на голубое.

Солнце снова взошло, и Джозеф тоже поднялся со своего места.

— Хммм…! Спать на улице не так уж и плохо. А? Ты рано проснулся? Нет, ты ведь не спал, так? – произнёс Джозеф, глядя на бледного Оливера с тёмными кругами под глазами.

Как обычно, Джозеф подошёл к ближайшему ручью, чтобы умыться и прополоскать рот очищающим средством.

— Грррррррр – издав такой звук, Джозеф выплюнул густой, похожий на мокроту, очиститель.

— Ты обычно не спишь по ночам? Или ты специально решил не спать? Даже если ты устанешь посреди пути, я не буду нести тебя на спине.

Взглянув на Джозефа, Оливер ответил:

— Простите, Господин… Я не смог уснуть, потому что был слишком взволнован, услышав, что мы почти прибыли к месту назначения.

Он не лгал.

Оливер с нетерпением ждал момента, когда они доберутся до пункта назначения и начнут изучение чёрной магии.

Это было чувство, которое он испытывал впервые в жизни, поэтому он не мог его контролировать.

Джозеф ответил мягким голосом, словно ему не понравилось такое поведение:

— Ну, не то чтобы я не понимал этого. Другие дети вели себя так же.

— Другие дети?

— Что? Думал, ты единственный талантливый ребёнок, которого я встретил? Есть множество одарённых детей, кроме тебя.

Оливер заметил свечение вокруг Джозефа.

Свет едва заметно колебался.

Это означало, что его слова были наполовину правдой, наполовину ложью.

— Кроме тебя есть много других детей. Конечно, не все они талантливы. Ты знаешь, что делать, раз уж ты из приюта, верно?

— Я буду вести себя послушно, Господин.

— Да, ты самый младший и только пришёл. Ты должен вести себя как новичок. Статус очень важен в нашем обществе.

Оливер кивнул.

Это не сильно отличалось от приюта или шахты.

Слабым и новичкам всегда приходилось выполнять самую тяжёлую работу и спать в худшем месте.

Чтобы избавиться от такого отношения, ты должен стать сильнее остальных или сблизиться с кем-то сильным.

До сих пор Оливер избегал внимания, оставаясь тихим, поскольку его ничего не интересовало, но теперь он не знал, что ему делать, потому что появилось что-то действительно значимое для него.

Джозеф предостерёг Оливера:

— Ты меня понял?

— Да, Господин… Я буду подчиняться Мастеру и правилам места, где я буду жить.

— Правильно. Следуй правилам, если хочешь учиться.

Оливер снова кивнул.

Немного перекусив хлебом, Джозеф и Оливер снова отправились в путь.

По мере их приближения к цели, деревья становились всё реже, появился странный, присущий городу запах, и вскоре у подножия холма показался небольшой город.

— Это Уайнхэм.

Слова Джозефа заставили глаза Оливера расшириться, когда он уставился на город.

Причина заключалась в большом количестве людей и тех разнообразных эмоциях, что они излучали.

— Не такой уж и большой, но и не маленький. Как тебе?

— Оживлённо, — ответил Оливер, отмечая вспышки раздражения, злости и недовольства, витающие вокруг людей.

— Ну, возможно. Некоторые крупные фабрики, поддерживавшие город, будут переведены в Ланду. Поэтому все немного не в себе.

Оливер не до конца понял смысл сказанного, но уловил, что уход предприятий является причиной колебаний света.

Произнеся это, Джозеф продолжил свой путь, а Оливер следовал за ним, и вскоре они достигли полуразрушенной фабрики на окраине города.

Здание с покосившейся крышей имело в качестве вывески улыбающуюся свинью, у которой свисала сосиска.

— Это здесь…?

— Официально — маленькая и неприметная колбасная фабрика. Неофициально — наша семейная обитель.

Джозеф вошёл внутрь, и Оливер последовал за ним.

Заглянув внутрь, Оливер увидел завод.

Там было немного испорченного мяса, огромная мясорубка, тележка для перемещения мясного фарша и молодые работники, занятые делом.

Хотя они были молоды, выглядели они старше Оливера; всем им было около двадцати лет.

Как только появился Джозеф, они оставили свои занятия, подошли к нему и склонили головы.

— Приветствуем, Господин.

— Добро пожаловать, Мастер.

— Как прошла ваша дорога, Мастер?

От их тел исходил запах тухлого мяса и пота, но они изо всех сил старались выглядеть достойно перед Джозефом.

Джозеф, казалось, привыкший к такому зрелищу, толкнул Оливера в спину и произнёс:

— Это новенький, которого я привёл. С сегодняшнего дня он будет частью нашей семьи, так что обучите его правилам и всему, что ему нужно знать.

От слов Джозефа их лица озарились улыбками.

Они выглядели счастливыми, словно у них появился новый брат, по крайней мере, внешне.

— Да, мы позаботимся об этом, Господин.

Получив ответ, Джозеф спокойно покинул Оливера.

Оливер не понимал, что происходит, и вскоре оказался один в незнакомом месте.

Нет, он был не один; работники смотрели на него свирепыми взглядами.

Они хмурились, словно разъярённые псы.

— …Что? Ты не понимаешь, что происходит? Иди, готовься к работе!

Так началась новая жизнь Оливера.

***

Дзинь! Дзинь! Дзинь! Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Утром раздался звук ударов по смятой сковороде.

Дети, спавшие на сыром матрасе, просыпались один за другим от резких металлических звуков.

Если кто-то ещё спал, то играющие роль надзирателей кричали на них.

— Что ты делаешь, кусок дерьма?! Не ленись. Быстро вставай!

Услышав крик, дети спешно поднимались, зная, что иначе последует пинок, и первым среди них проснулся Оливер.

Прошла неделя с момента прибытия Оливера, и он быстро адаптировался к здешней жизни.

Это была одна из его особых черт — быстро приспосабливаться к любым условиям.

Утром он вышел из склада, где они жили, и приступил к уборке внутри фабрики.

Закончив уборку, он съел выданный хлеб и суп.

Хлеб был черствым, но такая еда была довольно неплохой по сравнению с водянистой кашей, которую он ел в шахте.

После еды он снова принялся за работу на фабрике.

Для Оливера это было несложно, ведь ему нужно было лишь готовить сосиски из свежего мяса.

Запах протухшего мяса был отвратительным, но это не сильно беспокоило Оливера, отличавшегося слабым обонянием и вкусом; к тому же, это было легче, чем изнурительная работа в шахте, где не было ни лучика света.

Объём работы менялся изо дня в день, но для него это не имело большого значения, и жаловаться было не на что.

Оливер, очевидно, ожидал, что Джозеф начнёт обучать его черной магии сразу по прибытии, но, вопреки его ожиданиям, Джозеф просто ушёл, оставив Оливера здесь.

Оливер хотел спросить, что происходит, но не мог из-за прошлого опыта в приюте и шахте, а также данного обещания подчиняться.

Сама работа не была проблемой, но ему хотелось знать, когда же он сможет приступить к изучению черной магии.

Оливер не был уверен, что сможет справиться с разочарованием, продолжив работать на фабрике без возможности учиться.

И тогда…

ХЛОП!

Жгучая боль пронзила лицо Оливера, и он отшатнулся назад.

Когда затуманенное зрение прояснилось, прямо перед ним предстал мужчина — свирепый молодой человек с мускулистым телом.

Схватив Оливера за грудь, он произнёс:

— Чёртов ублюдок… Я разве не просил тебя перевезти всё это мясо?

Это был надсмотрщик, ответственный за работников-мужчин.

— Я… я вёз…, — ответил Оливер, едва дыша от боли.

Недовольный выражением лица Оливера, надсмотрщик снова тряхнул его.

— Этот мерзавец… Эй, проучите его! Я, конечно, скоро покину эту фабрику, но я не могу смириться с тем, что этот щенок останется в месте, где я раньше работал. Не похоже, что у нас не хватает рабочих.

Услышав слова руководителя, работники поблизости, а также другие руководители, согласно закивали.

Будто оценив обстановку, энергичный начальник, схватив Оливера за воротник, сказал:

— Эй, маленький ублюдок. Я предупреждаю тебя, если хочешь и дальше работать здесь, веди себя прилично. Нет смысла притворяться тупым. Если я замечу что-то странное, я отправлю тебя в мясорубку и превращу в фарш. Ты понял?!

Оливер, основываясь на своем опыте, кивнул. Он всегда подчинялся, когда кто-то начинал злиться на него.

Лицо начальника стало еще более презрительным:

— Ха! Ты, идиот… Убери весь этот беспорядок в качестве наказания за сегодняшний день!

Оливер снова кивнул.

Только тогда надсмотрщик отпустил его воротник.

В этот момент вмешался другой надсмотрщик.

Это была женщина с бледной кожей и короткими фиолетовыми волосами.

— Эй, ты не можешь просто переложить свою работу на других. Уборка цеха сегодня — ваша задача.

Все взгляды обратились к ней.

Начальник, ударивший Оливера, скривил лицо, а женщина-инспектор, скрестив руки, не уступала ему.

Все затаили дыхание и перестали дышать, в то время как у Оливера была только одна мысль: «Когда же я научусь черной магии?».

***

Перевод: @idwiv

Редакт: @tag_shadowfear