Гениальный Чернокнижник (Новелла) Том 1 Глава 441 Полдня (2)

«Вот так неожиданность».

Центральная часть X-зоны. Глядя на недостроенные здания вдали, Оливер подумал:

«Кто мог предположить, что Энджоймент устроил логово именно там».

Но если подумать спокойно, в этом не было ничего странного.

Сто восемнадцать друидов. Если такое количество друидов собирается в одном месте, то, кроме X-зоны, подходящего места и не сыскать.

Тем более если они действительно намеревались укорениться в X-зоне.

«И хорошо. Почти все здесь».

Жуя питательный батончик, Оливер осматривал базу Энджоймента глазами черного мага. Как и предсказывал Форест, там находилось около сотни индивидуумов, похожих на друидов.

А магов и обычных людей — примерно втрое больше.

«Вероятно, это община, которой не по душе ни независимые банды, ни наша реконструкция. Я и не думал, что они действительно превратят целую улицу в крепость».

Оценив живую силу, Оливер перевел взгляд на снаряжение.

Как и анонсировалось в списке закупок, переданном Форестом, магическое оружие присутствовало в изобилии.

Двадцать четыре стационарных пулемета с пространственной магией, пять магических кругов для обстрела небольшими молниями, десять кругов связывания, двадцать комплектов экзоскелетной брони и так далее.

Похоже, слухи о том, что независимые банды ради этого даже использовали черный нал, были правдивыми.

Но еще больше его насторожили ветви, вживленные тут и там в здания и улицы. Ветви, пропитанные густой природной силой.

По плотности этой силы было ясно: это не наспех сделанные объекты, а заготовки, которые готовились продолжительное время.

— М-м...

Пока Оливер осматривал базу Энджоймента, Джо осторожно приблизился.

— Вам... нужна подзорная труба?

Джо протянул ему новейшую подзорную трубу. Он выглядел напряженным и обеспокоенным. Из-за Норы?

—...Благодарю.

Оливер принял подзорную трубу и взглянул.

Прибор был настолько превосходен, что рядовые бандиты, устроившие баррикады у дальнего входа, и стрелки, засевшие с винтовками в окнах по всему зданию, казались стоящими прямо перед глазами.

— Спасибо. Очень пригодилось.

Оливер вернул подзорную трубу. В тот момент, когда Джо принимал ее, Оливер спросил:

— Из-за Норы?

Это был вопрос, выражающий беспокойство о Норе. Джо понял смысл и ответил:

— Я, конечно, волнуюсь за Нору, но сейчас дело не в этом.

Он говорил искренне.

— Тогда что Вас тревожит?

Джо долго смотрел на Оливера, обдумывая ответ.

— Можно... я скажу чуть позже? Когда всё это закончится.

— М-м... Да, хорошо.

В глазах Оливера на миг мелькнуло любопытство, но ответил он сразу же бесстрастно.

Заметив, что сегодня он немного не похож на себя обычного, Джо напряженно спросил:

—...Если Вы не возражаете, могу я осведомиться о стратегии?

Джо покосился назад.

Там находилось около двадцати бойцов из Бойцовской команды, порядком пятидесяти человек из «Выбирающих» и более сотни фиксеров и наемников, нанятых Форестом.

А еще — трупная кукла-Батори Оливера, Дуранс, Шеймус и примерно два десятка других трупных кукол-магов.

Всего — около двухсот персон.

Честно говоря, для лобовой атаки этого было недостаточно. Обычно для нападения требуется как минимум двукратное превосходство.

Джо сказал:

— Согласно данным, предоставленным господином Форестом, если подойти еще ближе, велик шанс, что нас обнаружат. Для начала стоит отобрать тех, кто лучше всего умеет скрываться, и...

— Я первым ворвусь внутрь, а вы присоединяйтесь, когда сочтете момент подходящим.

Оливер произнес это настолько спокойно, будто речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

От изумления Джо потерял дар речи. И только Мари, стоявшая в нескольких шагах позади, почтительно ответила, что поняла.

Джо никак не мог это осознать.

Да, он знал, что Оливер и его трупные куклы сильны. Но всё равно это уже...

Однако Оливер, похоже, говорил серьезно. Заглотив остатки батончика, он тут же достал новый, подошел к трупной кукле-Дуранс и отдал приказ:

— Второй. Прошу.

В ответ пришла в движение прекрасная трупная кукла с женским телом, на вид чуть за тридцать.

Из крошечных отверстий на ее теле повалил голубой магический пар, а вскоре вся магическая энергия ее тела сконцентрировалась в одной руке, и та увеличилась в объеме.

Совершенно невероятно.

На миг могло показаться, что это просто обман зрения, но нет. Рукав с одной стороны лопнул, и наружу показался огромный орудийный ствол, в котором смешались человеческие кости, плоть и некие механические детали.

Да, рука трупной куклы-Дуранс трансформировалась в орудийный ствол.

«Как я и предполагал. Если из костей и плоти можно изготовить кнут, то почему бы не создать и орудийный ствол».

Оливер вспомнил, как когда-то вместе со Вторым приобщал его к трупной кукле-Дуранс и тренировал.

Поначалу Второй не выносил Дуранс. Он твердил, что ему больше нравятся пушки.

«Пушки — это здорово! Бабах-бабах! Пушки! Магия — так себе! Пушки круче!! Пушки!! Пыщ-пыщ!!! БА-БАХ-А-А-А-А!!!»

Второй упорно сопротивлялся. Тогда Оливер, заинтересовавшись, внес в дневник наблюдений за чайлдами несколько заметок о вкусах и предпочтениях, после чего попытался его убедить.

Он объяснил, что Дуранс — это не просто маг, а та, кто может управлять собственным телом и преобразовывать его в инструменты. Например, в кнут.

Его вкусы были весьма специфичны. Впрочем, если вспомнить, как Второй пользовался трупной куклой-снайпером, это было не столь уж и удивительно.

Даже когда у огнестрельного оружия оставалось меньше огневой мощи, он всё равно упорно цеплялся за пушки.

Поэтому Оливер снова и снова перечислял возможности Дуранс, пытаясь убедить Второго.

«Второй. Коль она способна создавать кнуты, значит, ей под силу будет создать и весьма-весьма грохочущие орудия».

«...!»

После этого Второй вселился в трупную куклу-Дуранс, освоился с ней и быстро научился максимально использовать её способности.

Он освоился даже быстрее, чем Первый привык к Батори. Это было непросто, но страстное желание заполучить пушки сыграло свою роль.

«Ба-ба-бах-а-а-а-а!!!!»

Его энтузиазм был настолько заразителен, что им мог бы проникнуться даже Оливер.

Если вспомнить прошлые времена, сейчас он должен был бы ликовать. Наконец-то настал момент, когда пыл дитя-Второго должен был расцвести во всей красе...

Однако нынешний Оливер уже не испытывал этого чувства и мог лишь безучастно наблюдать за действиями дитя.

Со щелчком рукоять-рука трупной куклы-Дуранс издала звук.

Сбоку на преображённой руке появилось отверстие для отвода тепла.

И в тот же миг трупная кукла-Дуранс сконцентрировала всю магическую энергию своего тела в орудийном стволе.

Голубое свечение вырвалось из дула и боковых отверстий.

Ствол начал гудеть.

И, издав оглушительный треск, выстрелил снарядом.

Из дула вырвалось синее пламя, а следом во все стороны разнеслись голубоватая ударная волна и клубы дыма.

В тот же момент, вспоров воздух, в небо взмыла пуля из плоти — настолько стремительно, что её было невозможно разглядеть.

На лицах всех присутствующих застыло немое недоумение, и они молча устремили взоры на Оливера и трупную куклу-Дуранс.

Как же так — столько шума из-за превращённой руки, и в итоге лишь одна пуля. Для внезапной атаки этого было явно недостаточно. Тем более против крепости, где находилось более сотни друидов Энджоймента.

Однако вскоре это недоумение рассеялось.

Когда пуля из плоти достигла крепости Энджоймента, она разделилась.

И не просто разделилась.

Она раскололась с поразительной точностью, выдерживая стабильную дистанцию в соответствии с магической формулой, которую Второй заранее в неё заложил.

Пятиугольник, способный накрыть всю крепость.

Распавшись на пять частей, пуля из плоти сформировала в небе магический узор.

Как только круги активировались, плоть отреагировала на них и преобразилась: каждая часть превратилась в десять отдельных пуль.

Всего пятьдесят пуль из плоти.

[Точное наведение]

[Усиление]

[Утяжеление]

[Ускорение]

Второй наложил на все пятьдесят пуль по четыре таких заклинания, после чего активировал магические круги.

Небо взорвалось залпом.

Пятьдесят ударных волн возникли в воздухе, и пули обрушились на Энджоймент прямо сверху.

И не куда попало, а по ключевым оборонительным сооружениям крепости.

Снизу вверх, словно от взрыва, взметнулись столбы земли и пыли, а стационарные пулемёты, магические круги молний, круги связывания, ангары с экзоскелетной броней и прочее было уничтожено.

Как минимум шестьдесят процентов обороны вышло из строя.

И всё это — одной-единственной атакой.

Впечатляюще.

Впрочем, неудивительно. На это ушло немало магической энергии, да ещё и плоть Дуранс пошла на изготовление пуль.

— Кьяхахахаха! Мне нравится! Эта пуля мне по душе!!

Второй, который после потери трупной куклы-снайпера долго ходил хмурым, впервые за долгое время разразился хохотом.

Похоже, его радовала не столько новая форма, сколько мощная огневая сила. Но какая разница, если он радуется.

Распалённый Второй крикнул:

— Ещё стрелять? Стреляю! Пыщ, стреляю!! Стреляю-у-у!!

Он задал этот вопрос с такой интонацией, что было непонятно, где вопрос, а где уже уведомление.

Слишком уж он увлёкся.

Оливер тоже хотел бы разделить эту радость, но не мог. Поэтому он просто достал ещё один батончик, откусил и ответил:

— Да, стреляйте. Только, пожалуйста, не пулями из плоти, а магическими пулями. Плоть не следует расходовать слишком обильно.

Это была истинная правда. Та плоть принадлежала не кому иной, как Дуранс. Её можно было восполнить ремонтом, но злоупотреблять этим не стоило.

Очарованный пулями из плоти, Второй на мгновение приуныл от такого ответа, но тут же, словно решив испытать возможности нового тела, быстро преобразил руку.

Рука Дуранс, похожая на орудийный ствол, изменилась вместе со встроенными внутрь механизмами и трансформировалась в огромный пулемёт. Второй перехватил его второй рукой и начал безостановочно поливать базу Энджоймента пулями из магической энергии.

— Кьяхахахахахахахахахят!!!

Длинная очередь затрещала.

Вместе с безумным хохотом Второго над окрестностями прокатился грохот стрельбы.

Грохот был громче всего, что Оливеру доводилось слышать, а голубоватые магические пули, описывая очень плавную дугу, изрешетили далёкую крепость.

Огоньки жизни стремительно угасали.

И тут случилось неожиданное.

— Деревья?!

Кто-то ошеломлённо пробормотал — и оказался совершенно прав.

Из разных точек на улице Энджоймента, превращённой в крепость, начали прорастать деревья и укрыли собой всю округу.

Это были те самые ветви, наполненные густой природной силой, которые Оливер заметил ранее. Увидев это, Джо тихо выругался:

— Да чтоб вас...

В конце концов, он-то как раз хорошо знал, на что способны друиды в лесу.

Но Оливера это не смутило.

Потому что свой друид у него тоже был.

— Третий. Прошу.

На зов Оливера Третий, сидевший в трупной кукле-Шеймус, с хрустом размял шею и широким шагом двинулся вперёд.

Поначалу он шёл медленно, но вскоре сорвался в бег, а затем, будто набрав упругость, пустился на четвереньках, используя обе руки как передние ноги.

Почти как четвероногое животное...

Нет, не почти — он и впрямь стал четвероногим зверем.

Потому что его голова уже успела превратиться в козлиную.

— Меееееееееее!!

Шеймус, нёсшийся вперёд под дождём магических пуль, заблеял козлиной головой.

Звук был не столько грозным, сколько жутким и мерзким, но даже в грохоте стрельбы прозвучал отчётливо и притянул к себе все взгляды.

И, будто почувствовав эти взгляды, Третий в трупной кукле-Шеймус вдруг перестал бежать, до предела вздул ставшие козлиными мышцы бёдер и ударил по земле.

С тяжёлым грохотом.

В радиусе десяти метров вокруг точки, куда ступил Шеймус, земля вздыбилась, будто от взрыва, и сам он исчез из виду.

И в ту же секунду здание, служившее внешней стеной крепости, вмялось внутрь и обрушилось.

Шеймус оттолкнулся от земли, одним прыжком долетел до него и разнёс.

Ещё поразительнее было то, что даже среди этого шквала магических пуль ни одна не задела трупную куклу-Шеймус.

Это было не совпадение.

Это была работа Второго.

Так всего двумя трупными куклами в крепости, где держалось больше сотни бойцов Энджоймента, пробили брешь.

Бойцы Бойцовской команды, люди из «Выбирающих», фикcеры и наёмники молча смотрели на эту невозможную сцену в оцепенении.

Все, кроме одного Оливера.

Безучастно дожёвывая калорийный батончик, Оливер сказал трупной кукле-Батори:

— Первый тоже. Прошу.