Гениальный Чернокнижник (Новелла) Том 1 Глава 499 Реванш (2)

Бумажный лист полетел в Оливера. Он инстинктивно попытался прикрыть себя плащом эмоций, окутывавшим его, но тут же осознал, что это была ошибка.

Раздался глухой удар, и Оливера отбросило назад.

Лист предназначался не для разрезания, а для удара, и Оливера, готовившегося к режущей атаке, легко отбросило. Кроме того, по его правой руке прокатилась чудовищная боль.

— Второе правило боя. Ваш противник — не болван. Он не будет раз за разом действовать одинаково.

Это было очевидно, но легко забыть. Слова Мерлина были абсолютно верны.

Ведь и сам Оливер не собирался действовать одинаково.

— Миньоны. Окружите и атакуйте.

Пока его отбрасывало назад, Оливер выпустил тридцать своих Миньонов, скрывавшихся под плащом.

Первой его затеей было создание миньонов.

Изначально он создал их для внезапных атак на потерявшего бдительность противника или для неожиданных ударов по врагу, подошедшему слишком близко, но теперь нашёл новое применение.

Подражая малым големам, которых использовал Клод, ученик Паппета, на Новом континенте, Оливер решил построить из Миньонов звено и атаковать Мерлина с окружения.

Он не рассчитывал нанести смертельный удар, но хотя бы отвлечь внимание врага должен был. Однако эти ожидания рассыпались в прах, стоило Мерлину резко взмахнуть ладонью.

Но это было ещё не всё.

Крупные снежинки, подхваченные свирепым ветром, прилипли к Миньонам, разрослись на них, подобно плесени, и полностью покрыли их.

Миньоны один за другим бессильно упали на землю. Оливер, наблюдая это, даже не знал, как реагировать. Он ожидал, что они, если и не нанесут урон, то хотя бы пробьют брешь в обороне, но их нейтрализовали слишком легко.

— Когда вы отдаёте противнику местность, начинаются подобные проблемы. Всё вокруг становится и врагом, и оружием.

— Понятно.

Ответив, Оливер сосредоточил ману, хранившуюся в его теле, в ногах. Собравшаяся там мана растеклась по земле.

Он собирался воспользоваться местностью, как и советовал Мерлин. Но ледяная земля не откликнулась. Причина была проста: Мерлин тоже вложил в неё ману и уже удерживал контроль.

Две воли столкнулись в борьбе за господство, и по ледяной земле побежали трещины.

Сотни нитей маны сцепились в тонкой, но яростной схватке, и вскоре перевес склонился в одну сторону.

— Я тоже кое-что умею в борьбе за контроль.

Словно подтверждая свои слова, Мерлин тут же подавил ману Оливера, перехватил власть над землёй и заставил вокруг Оливера один за другим взметнуться овальные ледяные глыбы.

Ледяные массы высотой от трёх до пяти метров вырывались из земли, словно слепые пули, беспорядочно били по Оливеру и теснили его со всех сторон.

Для Оливера, который обычно предугадывал место атаки по течению маны и эмоциям противника, это было особенно опасно.

Он окутал себя Чёрным доспехом и попытался уклоняться, полагаясь на превосходные физические способности.

С его рефлексами и силой тела, полученными после того, как он съел плоть руки Повара-людоеда, это не должно было быть трудно.

Но не вышло.

Стоило ему попытаться резко двинуться, как из обожжённой правой руки взлетала чудовищная боль.

Поэтому Оливер сменил тактику уклонения: сосредоточился на зрении, до предела считывал течение маны и уходил от взмывающих ледяных глыб самыми минимальными движениями.

Перехватить контроль было бы проще и эффективнее всего, но сейчас это не получалось.

— Третье правило боя. Всё чаще идёт не так, как тебе хочется.

— Спасибо за наставление.

Вплавляя урок Мерлина в свои кости вместе с жгучей болью, Оливер всякий раз выворачивал тело в тот миг, когда под землёй взрывалась мана, и продолжал уходить от ледяных глыб.

По правде говоря, это было непросто. Ледяные массы, твёрдые, как сталь, сами по себе давили, а с каждым новым подъёмом пространства для уклонения становилось всё меньше.

Тем не менее Оливер увернулся от них всех.

В следующий миг из вырвавшейся глыбы внезапно выстрелил ледяной шип и пронзил ему спину.

Оливер обернулся и увидел среди хаотично разлитого по округе широкого заклинания одно очень тонкое, тихо затаившееся.

Проще говоря — снайпер, спрятанный среди артиллерии.

Мерлин спрятал в широкомасштабном заклинании ещё одно — точечное, предназначенное для безошибочного удара по цели, — и активировал его в нужный момент.

К счастью, Оливер тоже подготовил ответ.

Призвав плащ эмоций и Чёрный доспех, он распустил своё тело, словно клубок нитей, и превратил его в сотни тонких щупалец.

Щупальца метнулись во все стороны, ухватили ледяные глыбы, созданные Мерлином, вырвали их из земли и швырнули обратно в Мерлина.

Десятки ледяных громад, описывая дугу, заслонили небо.

Мерлин восхитился, но не растерялся и собрал в левой руке ману — такое количество, какое большинству магов и представить невозможно.

Когда мана сконцентрировалась, по его руке пробежали синие искры, и он, вытянув ладонь к летящему льду, выпустил молнию.

[Цепь молний]

Едва прозвучало заклинание, как из пальцев Мерлина вырвались десятки молниевых нитей.

Наполненные его волей, они без малейшей траты точно били по ледяным глыбам. Лёд вспыхивал, как фейерверк, отзывался глухим и одновременно острым звоном, будто вместе столкнулись камень и стекло, и разлетался на куски.

Ледяная крошка, похожая на стеклянную пыль, разнеслась по воздуху, создавая почти красивое зрелище.

— Что это была за чёрная магия?

— Удильщик. Техника, которой я научился на Новом континенте. Это чёрная магия, способная высвободить огромную силу, если обмануть противника.

Оливер выскочил из тени, которая уже успела подобраться почти вплотную к Мерлину.

Едва выйдя из неё, он объединил Помощника Птаха и плащ эмоций в одну огромную чёрную руку и резко вытянул её к Мерлину.

Оливер решил, что, если сначала схватит его и попробует извлечь его силу, у него появится шанс перехватить преимущество.

Но Мерлин не дрогнул даже перед огромной чёрной рукой и тут же ответил, воздвигнув ледяную стену.

Громадная ледяная преграда поднялась, сотрясая землю. По количеству заключённой в ней маны можно было понять, что по прочности она не уступала тем же ледяным глыбам, однако у чёрной руки Оливера уже был опыт — она мгновенно скрутила огра выше пяти метров ростом.

Оливер не колебался и в лоб пробил стену чёрной рукой.

— А силы у тебя хватает.

Едва ледяная стена рассыпалась в облаке снежной пыли, Мерлин метнул множество листов бумаги и изрезал чёрную руку Оливера в клочья.

Ему было достаточно перестроить разодранную чёрную руку в том же состоянии и превратить её в несколько рук, словно головы гидры.

Оливер подчинил эмоции и ману и спроецировал образ у себя в голове.

Но как раз в тот миг, когда он уже почти поймал Мерлина, Оливер закашлялся. В дыхательных путях возникло одновременно холодное и обжигающее ощущение.

Сначала он не понял, в чём дело, но, осмотревшись, быстро сообразил.

Часть осколков разбитых прежде ледяных глыб попала ему в дыхательные пути и повредила их изнутри.

Оливер в панике зажал рот, и на одно мгновение его движения остановились.

Мерлин не упустил этот миг: свернул пространство, мгновенно отступил назад, разорвал дистанцию, а затем заставил со всех сторон взметнуться громадные ледяные глыбы, сравнимые с зданиями, — они окружили Оливера и одновременно физически отрезали его от самого Мерлина.

Положение было крайне неприятным. Не потому, что его просто теснили. Изначально это вообще был не бой ради победы. Просто он не ожидал, что инициативу отнимут у него настолько сильно.

Ему казалось, что, если в какой-то момент вбросить заклинание огромной мощности, он как-нибудь вернёт себе ход боя и выстроит поток получше, но Мерлин, к удивлению, не оставлял ему ни малейшей лазейки.

Опираясь на базовую, но безупречно крепкую магию, тот методично прижимал Оливера, используя и преимущество местности, и сцепку техник. Мастерство было поистине поразительным. И в магии, и в способах ответа, и в боевых рефлексах.

«И всё же не сказать, что совсем без результата».

Оливер сжал ту кроху маны и жизненной силы Мерлина, которую ему удалось вырвать. Пусть это была всего лишь горсть, а эмоции он и вовсе не смог достать, поскольку их заслоняла стена маны, — всё равно результат вызывал у него искреннее удовлетворение.

Хлоп. Хлоп. Хлоп.

— Впечатляет.

Голос Мерлина эхом донёсся из-за ледяных стен, окружавших Оливера.

— Не думал, что ты сумеешь отнять у меня ману и жизненную силу.

— Спасибо за похвалу. Честно говоря, мне хотелось бы извлечь ещё и эмоции, но с этим не выходит.

— Нельзя же пытаться забрать у старика сокровенные мысли. Неловко ведь.

Мерлин сказал это почти шутливо.

— Как ни крути, впечатляет. Извлекать что-то прямо в бою — совсем не просто. Чуть зазеваешься, откроешься под контратаку и лишишься жизни.

— Кхе... Вы хорошо это знаете.

— Я же Архив.

Мерлин произнёс это так, словно выкладывал непобедимый козырь. И нельзя было сказать, что это звучало неубедительно.

— Кстати, будешь продолжать?

— Что?

— По-моему, исход уже решён. Думаю, я выиграю, даже если просто и дальше буду тянуть время.

Оливер сразу понял, о чём тот говорит.

В его дыхательных путях застряли осколки льда, и они продолжали наносить урон. Пока что это не было смертельно, но если бой затянется, всё изменится.

И проблема была не только в этом. Окружение, находившееся под контролем Мерлина, тоже работало против Оливера.

Непрерывно падающий снег не только мешал обзору, но и лип к телу, наливаясь тяжестью, словно свинцом, а становившийся всё холоднее воздух понемногу замораживал даже Чёрный доспех и плащ эмоций, которыми был окутан Оливер.

Такое было возможно лишь потому, что это был не обычный холод, а холод, пропитанный маной.

К тому же ледяные глыбы, окружавшие его со всех сторон и вздымавшиеся выше зданий, полностью изолировали его, превращая в крысу в ловушке.

Как и сказал Мерлин, если просто ничего не делать, Оливер всё равно проиграет.

Снег, падающий с неба.

Стужа, замораживающая даже эмоции.

Земля, контроль над которой у него отняли.

Со всех сторон всё сдерживало и угрожало Оливеру.

— Простите, но... можно мне ещё немного продолжить?

— Разумеется. Всё равно пострадаешь не я, а ты.

Оливер уже хотел вновь задать вопрос: «Что?», но Мерлин подтвердил свои слова действием раньше, чем ему дали возможность. Быстро воздвигнутые ледяные стены со всех четырёх сторон, будто одушевленные существа, начали медленно сжиматься, заставляя Оливера отступать. Одновременно с этим нарастала и окружающая стужа, настолько сильная, что пальцы едва поддавались движению. К счастью, тело Оливера, закалённое плотью Повар-людоеда, оказалось способно выдержать этот мороз и по-прежнему слушалось своего хозяина. Оливер ударил своим квартерстаффом о землю, затем достал из-за пазухи ветку и пробирку, содержащую силу природы.

Ледяные глыбы, поднимая клубы снежной пыли, уже подступили вплотную. Но Оливер не поддался панике. Одной рукой он извлекал силу природы, а другой одновременно смешивал жизненную силу и ману, которые вытянул у Мерлина, вместе с эмоциями из плаща эмоций, окутывающего его тело. «Жаль, что это не Тёмно-алый прут. Эффект будет не таким сильным, как хотелось бы». Решив, что непременно завладеет Тёмно-алыми прутом после этого столкновения, Оливер тут же вонзил смешанные ингредиенты в ледяную почву. [Чёрная магия созидания: Холодное древо] [Чёрная магия: Паразит] [Друидское колдовство: ускоренный рост]

***

Оливер изменил заклинание, которое использовал в поединке с Фаном, и активировал технику, хоть и похожую, но уже ступенью более развитую. Иными словами, это было заклинание, сочетающее не эмоции и силу природы, а искусственную душу и силу природы. Причин для его применения было две. Во-первых, Оливер не желал просто повторять технику, применённую против Фана, и намеревался продемонстрировать её усовершенствованную версию. Во-вторых, он стремился не просто насильственно соединить дерево и холод – две противоречащие друг другу стихии – а достичь между ними истинной синергии. Поэтому он и применил созидательную чёрную магию, используя в качестве материала искусственную душу. Он полагал, что даже такое сочетание, немыслимое с точки зрения здравого смысла, в рамках созидательной ветви получит достаточно надёжный «клей». И ожидания Оливера оправдались. Дерево и холод. Два элемента, не способных существовать вместе, были связаны воедино благодаря созидательной ветви и породили парадоксальное живое существо. Холодное дерево, моментально разрастающееся, пожирая холод и скрытую в нём ледяную ману. Обретшая жизнь серая ветвь пустила корни в ледяную землю и начала распространять своё влияние во всех направлениях. При помощи прочных корней, способных выживать в твёрдом и ледяном панцире. Эти корни проникали между ледяными глыбами, впитывая заключённую внутри холодную ману как питательное вещество, и разрастались ещё сильнее, тем самым останавливая наступление ледяных масс. Но и это было не всё. Существо, напитанное огромной маной Мерлина, по воле Оливера заставило вокруг беспорядочно прорастать новые деревья. Белые и серые, пятнистые, мёртвые – и при этом живые холодные деревья. Вместо синих листьев на них появились глазные яблоки, и они подсказали Оливеру, где находится Мерлин.

— Вот Вы где. Определив местонахождение Мерлина, Оливер прикрепил к своему квартерстаффу бумагу с портальной магией и метнул его прямо в небо. [Блэк Джавелин] Квартерстафф, частично окутанный плащом эмоций, взмыл высоко вверх, и, достигнув предельной высоты, Оливер добавил новые заклинания. [Таргетинг] [Стренгсен] [Хэвили] [Ускорение] Как только прозвучали слова заклинаний, цель была зафиксирована, квартерстафф незначительно накренился в сторону Мерлина, его вес и прочность увеличились, и он, прочертив дугу, полетел за ледяную стену. Оливер наблюдал за всем косвенно – через холодные деревья. Он видел, как Мерлин попытался воздвигнуть ледяную стену, чтобы остановить квартерстафф. Но впервые за всё сражение земля не подчинилась Мерлину. Пусть контроль над землёй и оставался за ним, однако холодные деревья, уже пустившие в неё корни, физически препятствовали её движению. А квартерстафф тем временем летел с такой скоростью, что его было почти невозможно разглядеть, и уже оказался прямо перед лицом Мерлина. Раздался чудовищный удар, разорвавший воздух мутной волной. Мерлин отразил квартерстафф своей книгой. Поразительно, но квартерстафф, на который были наложены пять заклятий – Блэк Джавелин, Таргетинг, Стренгсен, Хэвили и Ускорение, – в тот же миг лишился всех наложенных чар, закрутился в воздухе и вонзился в землю. Оливеру оставалось только размышлять, из чего изготовлена эта книга, если она обладает такой прочностью. «Но сейчас не время для расспросов». Оливер временно отложил своё любопытство и обратился к холодным деревьям. Те с грохотом рвали и сотрясали землю, расползаясь во все стороны, а Оливер тем временем вынул из-за пазухи вторую бумагу с портальной магией – парную к той, что была прикреплена к квартерстаффу. Когда он бросил её, в воздухе раскрылся фиолетовый портал, и Оливер без малейших колебаний прыгнул в него, сокращая дистанцию с Мерлином по ту сторону ледяной стены.

— За сегодня ты удивляешь меня уже во второй раз. — Спасибо. Но, возможно, и в третий. Сказав это, Оливер посмотрел на серые деревья, которые окружили его самого и Мерлина. По его приказу холодные деревья уже разрослись в огромный серый лес.

Дрова были подготовлены. Оливер, используя всю доступную ману в своём теле и всю силу плаща эмоций, сформировал Пожирающее пламя и провозгласил:

[Ледяной лес, пожирающее пламя]

Сразу же после произнесения заклинания, чёрное пламя поглотило ледяные деревья, породив колоссальный пожар, который был виден даже за горизонтом. Огонь окутал всю ледяную землю, включая Оливера и Мерлина.