Гениальный Чернокнижник (Новелла) Том 1 Глава 522 Концерн (1)
Ранее в Гениальный Чернокнижник (Новелла)...
Чайлд — это Чайлд.
Бигмаус — это Бигмаус.
«Файтер Крю», «Выбирающие», «ресторан «Форест»», «малая школа Гайи» — только так.
Оливер ↔ Ярели: взаимное «Вы». Оба говорят вежливо.
Оливер ↔ надзиратель: взаимное «Вы».
Оливер → Феликс: «Вы». Оливер говорит с почтением и мягко.
Феликс → Оливер: также «Вы». Даже в раздражении и срыве он сохраняет вежливую форму.
В дальнем углу обширной территории Башни магии располагалось здание, напоминавшее сейф.
Это было черное, прямоугольное строение, лишенное окон.
Здание не только выглядело как сейф, но и обладало столь же надежной системой безопасности. Однако, в отличие от настоящего сейфа, здесь основное внимание уделялось не защите от внешнего проникновения, а предотвращению того, что могло произойти внутри.
Ведь это была тюрьма. Тюрьма для магов Башни магии, преступивших закон.
Её возвели на территории Башни магии по единственной причине: чтобы маги Башни не попали в руки городских властей. Поговаривали, что для строительства этой частной тюрьмы Башне пришлось понести значительные расходы перед Городом.
— Я проверил документы. Всё в порядке. Пройдемте.
Надзиратель в форме принял у Оливера бумаги на свидание, ознакомился с ними и тут же пригласил его следовать дальше.
Обычно приходилось подождать, но, увидев лицо Оливера, он без промедления пропустил его.
«Госпожа Ярели. Значит, Вы говорили правду».
Оливер вспомнил слова Ярели сразу после возвращения с задания.
Ярели вызвала его к себе и посоветовала впредь проявлять осторожность.
«Осторожность? Разве я был невежлив?»
«Нет, я не это имела в виду. Вам стоит быть осторожнее в другом аспекте. Вы, господин Зенон, во многом… слишком не похожи на других».
«Не похож? Что Вы имеете в виду?»
«Вы не заметили, что отношение людей в Башне к Вам изменилось?»
«Хм… Заметил. Библиотекари, студенты. Но откуда Вы это знаете?»
«Как я уже сказала, таких, как Вы, господин Зенон, раньше не было. Чтобы обычный сотрудник Башни магии имел за её пределами уже сформированную репутацию, внушительное состояние и весомое положение — такого прежде не случалось».
Сначала Оливер не разобрался в её намерениях, но вскоре всё стало ясно.
Действительно, он уже обладал именем, состоянием в десятки миллиардов ранда и статусом одного из руководителей компании по редевелопменту X-зоны. Ситуация была действительно необычной.
«Раз такого прежде не случалось, значит, это кажется людям странным. А к странному люди относятся с опаской. Им начинает казаться, что у Вас есть какой-то скрытый мотив».
«У меня нет скрытого мотива».
Оливер ответил без колебаний, и Ярели поверила ему без тени сомнения.
«Я знаю… Но другие могут думать иначе».
«Разве недостаточно того, что мне просто необходим свободный доступ в библиотеку Башни магии?»
Оливер вспомнил, зачем он вообще пришёл в Башню магии. Следуя наставлению Мерлина, он должен был учиться самостоятельно.
Если задуматься, это и правда было странно. Он вошёл в Башню лишь ради библиотеки, а потом, сам того не желая, оказался втянут в различные события и по-своему связал себя с этим местом.
«Обычно люди так не думают. Все слишком за… В общем, я хочу сказать вот что: если Ваша цель — тихо пользоваться ресурсами Башни, Вам лучше быть осторожнее. Не стоит добровольно брать на себя задания или вступать в конфликты с другими магами. Иначе Вас могут неправильно истолковать».
Оливер понял, что именно Ярели хотела ему донести.
Она по-своему давала ему этот совет, заботясь о нем. Подсказывала, как ему лучше жить той жизнью, которую он сам желает.
И нельзя было сказать, что она ошибалась. Пусть и непреднамеренно, но взяться за дело Ив почти силой и вступать в трения с другими магами — всё это действительно могло вызвать лишние подозрения.
Если вспомнить, с какой целью он изначально пришёл в Башню, так поступать ему не следовало.
Осознав смысл совета Ярели, Оливер выразил ей благодарность.
«Спасибо за совет».
В ответ Ярели заметно успокоилась, но вместе с тем в её взгляде промелькнуло что-то тоскливое… Хотя она так и не высказала этого.
«Что же это было?»
— Мы пришли.
Оливер, погруженный в размышления, был окликнут надзирателем в форме.
Вернувшись в реальность, Оливер увидел перед собой массивную железную дверь, на которую было наложено множество барьерных заклинаний.
Скри-и-ип.
Тяжелая дверь распахнулась.
— Время свидания ограничено, прошу отнестись с пониманием.
Надзиратель в безупречной форме вежливо обратился к Оливеру. Тот ответил, что понял, и вошел внутрь.
За дверью находилась комната для свиданий — несравнимо более комфортная, чем в обычной тюрьме, — а в её центре восседал Феликс.
Студент Башни магии из малой школы Гайи, один из исследователей Кевина и преступник, замешанный в незаконных сделках, выявленных во время проверки.
Похоже, тюремное заключение давалось ему нелегко: он исхудал ещё сильнее, чем при их прошлой встрече.
— Здравствуйте, Феликс. Как поживаете?
Поздоровавшись, Оливер приступил к передаче принесенного.
Пирог, вино из ресторана «Форест» и немного наличных.
— Деньги нужны даже в тюрьме, поэтому я взял их с собой, — пояснил Кевин.
Феликс, чья голова была опущена, а в глазах читалась неуверенность в правильности своего выбора, слегка приподнял её, но ничего не сказал.
— …
— Как я и обещал в прошлый раз, я снова пришёл. Похоже, скоро мне придётся снова уехать.
— …Куда?
На слово «уехать» Феликс среагировал.
— В Галлос. Точное место пока не определено… Но куда важнее: Вы успели обдумать то, о чём мы говорили в прошлый раз?
Оливер вспомнил их предыдущую встречу — которая состоялась сразу после того, как он завершил задание «убедить Ив».
Это был первый раз, когда он увидел Феликса после своего возвращения с Нового континента, и, хоть и с опозданием, им удалось наконец-то нормально поговорить.
О том, как он оказался втянут в тёмные дела, и действительно ли он пытался похитить материалы Кевина.
Если отвечать прямо, то да — это была чистая правда.
Чтобы получить доступ к исследованиям Кевина, Феликс записался на его занятия, улучшил оценки и даже стал одним из его исследователей.
Причина, как он сам заявил, заключалась в необходимости денег для оплаты дорогостоящего обучения в Башне магии, а также для покрытия расходов на жизнь.
В этом заключалось некое противоречие.
Он стремился добиться успеха в Башне ради денег, но для этого ему самому требовались огромные суммы.
Выходило странно: чтобы заработать деньги, нужно было сначала иметь деньги. Это ощущалось как некое структурное несоответствие.
Поэтому Оливер и сделал ему предложение.
— Я ведь сказал: если Вы искренне раскаиваетесь и больше не собираетесь красть чужие исследовательские материалы, то после полного отбытия наказания можете прийти ко мне, верно?
— Да. Как я уже упоминал, теперь я управляю небольшой компанией. Думаю, маг там тоже не помешает.
— Если речь идёт о компании, которая управляет целым районом, то назвать её «небольшой» никак нельзя.
На это замечание Оливер не смог ничего возразить. Действительно, компания по редевелопменту в X-зоне давно перестала быть маленькой.
Начав с проекта редевелопмента, она расширилась и на арендный бизнес. Кроме того, вокруг Смита, мага-ремесленника тёмной школы, была организована магическая мастерская, которая вела эксклюзивные сделки с Крайм Фирм.
Вдобавок, используя особенности местных общин, коренных жителей X-зоны, компания создала и другие дочерние предприятия.
Например, через связи Динклиджа, владевшего залом в X-зоне, появилась возможность совместно с ворами организовать недорогую охранную фирму. Или же превратить знаменитые нелегальные бои X-зоны в легальный бизнес, занявшись развлечениями, такими как скачки.
К счастью, в целом дела шли успешно, и компания по редевелопменту росла, постепенно усиливая своё влияние в самых разных сферах.
Похоже, Феликс был в курсе этого даже находясь в тюрьме, поэтому он спросил тяжёлым голосом:
— …Какая от меня может быть польза?
— Думаю, Ваши силы могут пригодиться для ухода за лесом.
Оливер ответил без малейших колебаний. Предложение работы Феликсу не было спонтанным.
— Вы имеете в виду лес Дровосека, который появился в X-зоне?
— Именно. Мне кажется, магия школы Гайи, управляющая силами земли, могла бы весьма пригодиться для ухода за лесом.
Вот именно. Одной из причин, по которой Оливер хотел нанять Феликса, чья карьера в Башне была разрушена из-за незаконных сделок, было то, что он мог помочь с лесом, появившимся в X-зоне.
Что любопытно, магия школы Гайи, управляющая силами земли, в некоторой степени перекликалась с друидским колдовством, что делало её весьма подходящей для ухода за лесом.
В доказательство этому маги алхимической школы регулярно консультировались с магами школы Гайи по вопросам, касающимся почвы для выращивания целебных трав.
«К тому же, он, вероятно, сможет обучать людей магии земли».
Такая мысль промелькнула у Оливера.
В настоящее время он обучал тёмной магии Файтер Крю и Выбирающих, но ведь вовсе не обязательно ограничиваться только тёмной магией.
Если уж на то пошло, среди них вполне могли оказаться люди, обладающие большим талантом к обычной магии.
Поэтому Оливер и хотел, чтобы Феликс занялся их обучением.
Сам Оливер, будучи сотрудником Башни, не мог по своему усмотрению обучать магии людей, не связанных с Башней. Но если Феликс перейдёт на их сторону, то обучение можно будет проводить через него.
В этот момент Феликс задал вопрос:
— Почему именно я?
— Что Вы имеете в виду?
— Я спросил, почему Вы делаете мне такое милосердное предложение. Ведь я вор, который крал и продавал чужие исследования… Вы меня жалеете?
Феликс, обычно отличавшийся предельной скромностью и осторожностью, сейчас совершенно не скрывал своего гнева, чувства неполноценности и саморазрушительного отчаяния.
Прежний Оливер не смог бы понять эти чувства. Но нынешний — мог.
Ведь, выкурив фильгарет, созданный из чудесного света Дункана, он косвенно пережил его жизнь.
Конечно, его история не была абсолютно идентична истории Феликса. Но и совершенно иной её назвать было нельзя.
— Потому что я понимаю, почему Вы приняли такое решение, Феликс.
— …Что? Вы сказали, что понимаете?
Феликс переспросил, словно не веря собственным ушам. Оливер кивнул.
— Да. А что в этом странного?
— Э-э-э… Всё очень странно. Как Вы можете меня понимать?
В глазах Феликса ясно читались искреннее недоумение и гнев. Будто над ним издевались.
— Вы Ведь только формально числитесь сотрудником Башни. А за её пределами Вы уже человек, занявший прочное место как решала, не так ли? Оливер не отвечал. — И мало того — у Вас такой магический талант, что даже Архив обратил на Вас внимание. Захоти Вы, так и внутри Башни могли бы взлететь по службе в одно мгновение. И после этого Вы говорите, что понимаете меня? На этот вопрос Феликса, который косвенно пережил жизнь Дункана, Оливер ответил: — Да. Понимаю. — Как такой человек, как Вы, может понять, что я чувствую? Человек со средним, неопределённым талантом, который не позволяет ни бросить всё, ни продолжать по-настоящему, и потому вынужден тайком выносить вещи и красть чужие исследования, лишь бы удержаться в Башне! Вы сейчас издеваетесь надо мной?! Это был крик, в котором смешались обида, жалоба и отчаяние. Покрасневшие, влажные глаза ясно показывали: чувства полностью его захлестнули. Оливер задумался, как бы это объяснить. Как рассказать о человеке по имени Дункан, как объяснить, что он создал фильтрет из его чувств и в итоге сам его выкурил. — …Так уж вышло, что я узнал. Объяснять было слишком долго, да и среди этого было слишком много деликатного, так что Оливер отказался вдаваться в подробности и ответил просто. От такого бесстыдно простого ответа Феликс на миг растерялся. — Так уж вышло? — Да. Я узнал случайно. Хотя и не сказать, что это далось легко. Оливер сказал это искренне. И ведь правда, извлечь прекрасный свет Дункана, а потом заставить его зацвести, было совсем не просто. На каждом шагу всё могло закончиться смертью. — И Вы хотите, чтобы я в это поверил? — Да. Потому что это правда, и больше я Вам объяснить не могу. Феликс хотел что-то сказать, но передумал. Помимо личной зависти и чувства собственной неполноценности перед талантом Оливера, он всё же испытывал к нему и личную благодарность. Как ни посмотри, именно Оливер спас его в Лейк-Виллидж и даже добыл для него кровавый эликсир, помогая восстановиться. И, хотя сам Феликс ещё не до конца это осознавал, в нём уже возникло доверие к характеру Оливера. По крайней мере, он не верил, что тот стал бы лгать или насмехаться над другим человеком. Оливер, приняв его молчание за ответ, продолжил: — Повторю ещё раз: я понимаю, что чувствуете Вы и другие люди в Башне. Понимаю ваши первые мечты и цели, неожиданную реальность, стену таланта, а вместе с ней — разочарование, страх, отчаяние и гнев… Поэтому я особенно ясно понимаю, насколько я сам везучий человек. — …И поэтому Вы хотите мне помочь? — Да. Хотя, думаю, есть и ещё несколько причин, по которым мне хочется Вам помочь. — Это ещё что зна… На вопрос Феликса Оливер почти пробормотал себе под нос: — Просто было уже несколько похожих случаев, и я сам много об этом думал. О том, почему по-разному веду себя с разными объектами. Он вспомнил, как помешал паладину убить ребёнка-тёмного мага, как по-разному относился к Ив, Чайлду и Бигмаусу и как отвернулся от Бартоломью и уехал, хотя тот явно хотел что-то ему сказать. — Чья-то смерть совсем ничего во мне не вызывает, а чья-то — всё-таки вызывает. К кому-то я тянусь, а к кому-то равнодушен… Я не уверен до конца, но, похоже, дело в той близости или дистанции, которую я лично ощущаю. Личная близость и личная дистанция. То, что люди обычно чувствуют инстинктивно и без объяснений, Оливер проговаривал так, будто сделал великое открытие. Для него самого это и правда было чем-то совершенно новым. Странное, чуждое, почти жутковатое зрелище. И всё же именно в этот момент в Феликсе зародилось какое-то смутное ожидание. — То есть я Вам лично ближе? — Среди людей Башни — сравнительно да. Какова бы ни была причина, я видел, насколько добросовестно Вы учились как студент и насколько добросовестно работали как исследователь. — … — Поэтому я хочу Вам помочь. Но только помочь — и не более. Принять это предложение или нет, решать должны только Вы сами, Феликс. Хотя Оливер явился без приглашения и долго уговаривал его, последние слова он произнёс удивительно бесстрастно. Настолько, что становилось ясно: если Феликс откажется, он больше не станет вмешиваться. Но, как ни странно, именно в этой бесстрастности Феликс почувствовал уважение к себе. Почувствовал, что Оливер старается смотреть на него как на равного, как на отдельную личность. Сам не понимая почему, Феликс ощутил от этого глубокое удовлетворение, радость и облегчение. Доказательством тому было то, что в лице и глазах Феликса, ещё недавно похожего на живого мертвеца, снова появилась жизнь. — …Если честно, я и сам не знаю. Теперь мне просто страшно что-то делать. Вместо решения Феликс высказал свои сомнения. Оливер принял это совершенно спокойно, не изменившись в лице. — Тогда подумайте ещё. Пока Вы здесь, времени на раздумья у Вас достаточно, не так ли? — Это шутка? — Что? Нет. Я серьёзно. Услышав ответ Оливера, Феликс коротко усмехнулся и принялся есть принесённую передачу. — Тогда, как Вы и сказали, я как следует всё обдумаю.— Конечно. Как Вам будет удобно… Кстати, почему Вы спросили, не шучу ли я? Я что, сам того не заметив, пошутил?
— Давайте не будем об этом.
На этом Феликс оборвал тему и доел передачу.
Было очень вкусно.