Гениальный Чернокнижник (Новелла) Том 1 Глава 536 Территория принцессы (2)

— Принцесса. Он... проник сюда.

В обширном пространстве, где располагалась лишь одна кровать, проговорила дородная старуха.

Из-за её спины росли крылья, напоминающие крылья феи, и благодаря им она могла парить в воздухе. Словно добрая бабушка-фея из детской сказки.

— Я знаю. Я даже успела с ним поздороваться.

Принцесса, пробудившаяся на кровати, произнесла эти слова, приводя в порядок растрепанные волосы.

Несмотря на прожитые сотни лет, её внешность оставалась обликом юной девушки, что делало её ещё более прекрасной.

Нет, возможно, это было не совсем точное определение. Правильнее было бы сказать, что принцесса не жила, а лишь продолжала своё существование.

Хотя ни того, ни другого она не желала.

— Всё будет хорошо?

Старуха задала этот вопрос, нервно шевеля пальцами. Это было явным признаком её тревоги.

Какая ирония.

Чёрная магесса, сама некогда использовавшая именно такой страх много веков назад, чтобы обрушить целое государство, теперь сама испытывала беспокойство.

Хотя, возможно, это было вполне естественно. Она слишком многое знала.

А знание порождало страх. И отчаяние.

Принцесса понимала это лучше, чем кто-либо другой.

— Но что именно может пойти не так?

— А...?

— Я спросила, что конкретно может пойти не так.

На вопрос принцессы старуха опустила взгляд и плотно сжала губы. Словно преступница, осознающая свою вину.

Ведь она действительно была виновна.

Впрочем, какая теперь разница?

— Судьба всё равно предрешена, а мы лишь её составные части. Имеют ли наши действия такое уж большое значение?

—...Он придёт?

— Кто знает? Я, конечно, бросила ему пару фраз, которые могли бы его заинтересовать, но...

Принцесса не закончила фразу и посмотрела в окно.

Занавески на окне плавно раздвинулись, открывая вид на внешний мир.

Спящий лес, который постоянно менял своё местоположение и границы.

На первый взгляд лес казался безмятежным и спокойным, но принцесса, будучи одновременно его хозяйкой и пленницей, ощущала это.

Ощущала, насколько сильно он бушует прямо сейчас.

Чтобы отразить бесчисленных захватчиков, лес по своей воле приходил в движение: он расширял свои пределы, делал среду обитания всё более суровой и порождал кричеров.

Это было похоже на то, как иммунная система внутри тела начинает действовать самостоятельно.

— Я полагаю, это будет нелегко. В таком состоянии лес не пропустит сюда никого, если только у него нет поистине могучей воли.

Именно так и было.

Спящий лес частично подчинялся принцессе, а частично — нет.

Принцесса была для него одновременно и госпожой, и слугой.

Если лес считал, что принцессе угрожает опасность, он сам отрезал её от внешнего мира. Ведь без принцессы не мог существовать и сам лес.

Именно по этой причине она не могла покинуть этот замок.

Сейчас, когда появилось огромное количество захватчиков, среди которых были и те, кто лично охотился за ней, лес, естественно, должен был защищать её ещё более яростно, чем обычно. Следовательно, чтобы добраться сюда, потребовалось бы гораздо больше усилий, чем раньше.

Настолько великой воли, способной превзойти сам лес.

—...Разве Вы не сказали, что привлекли его словами, которые должны были его заинтересовать? Тогда всё должно быть в порядке, верно?

Старуха спросила это, чувствуя, как тревога поднимается по её позвоночнику.

Принцесса ответила:

— Да. Я зацепила его фразой «Несущий несправедливую судьбу». Однако этого будет недостаточно.

Фр-р. Фр-р.

Крылатая старуха медленно приблизилась к принцессе.

Это было не её собственное желание. Это была воля принцессы.

Каким бы могущественным ни был этот чёрный маг, некогда поднявший целую страну, используя человеческий страх и тревогу, теперь она была лишь одним из кричеров принцессы.

— Сейчас в нём борются весьма противоречивые чувства.

— Принцесса...?

— Он желает узнать правду о себе, но в то же время не желает... Если бы он действительно стремился узнать её, у него были бы способы сделать это быстрее и наверняка.

Принцесса вспомнила образ, мелькнувший во сне.

Вспомнила его — того, кто ушёл, как только появилась возможность сбежать, когда хозяин погибшей земли собирался раскрыть ему их секреты.

И не только тогда. С Поваром-людоедом, с демоном, с Теодором — каждый раз, когда ему выпадал шанс узнать о себе больше, он незаметно отступал и снова начинал вращаться на одном и том же месте.

До абсурдности мучительно.

И всё же принцесса вовсе не собиралась винить его.

Как она сама уже сказала, он был тем, кто несёт самую несправедливую участь во всём мире.

И потому она понимала, почему он отворачивается от своей судьбы.

Лучше, чем кто-либо.

— Но времени у нас осталось катастрофически мало. Я тоже устала. Поэтому помогите мне. Чтобы я смогла по-настоящему поговорить с ним.

Принцесса произнесла это, глядя на старуху.

***

— Пока мы не виделись, Вы стали ещё более восхитительны...

Клод, который обратился за помощью, смотрел на Оливера с явным восхищением.

И это было неудивительно: стоило Оливеру вступить в схватку и взмахнуть своим кинжалом, как кричеры, которые непрерывно восстанавливались и продолжали атаковать, начали падать один за другим.

Их поражали десятки тысяч болезней, заключённых в кроваво-красном кинжале.

Убирая этот кинжал обратно, Оливер ответил:

— Мне просто повезло. Мне и ранее доводилось схлестнуться с подобными кричерами.

В памяти всплыли кричеры Пэна, которых он повидал на Новом континенте.

Кричеры Пэна, созданные из людских душ, плоти и прочих составляющих, были несоизмеримо сильнее и сложнее обычных. И Оливер не стал исключением.

Особо выделялись теневой кричер Пэна и кричер-кишечник, заполнивший собой всё вокруг.

Один практически не получал урона, второй же был настолько огромен, что весь урон по нему сводился к минимуму.

И единственным, что оказало заметный эффект против этих двоих, оказался именно тот кроваво-красный кинжал, который он только что убрал.

Кинжал, презентованный Уиллесом из Кельской армии свободной независимости, в который через кровь Оливера была вплетена черная магия из клана болезней.

Едва увидев кричеров из Спящего леса, Оливер сразу понял, что противник не из простых. Потому рефлекторно выхватил кинжал и нанес удар.

К счастью, кричеры, осыпаясь, исчезали под воздействием болезней, заключенных в лезвии.

— Кстати, Клод. Мне говорили, что это владения Принцессы Спящего леса... Это означает, что тот лес сотворила именно она?

Оливер незамедлительно перешел к истинной причине, по которой спас Клода.

Он и без того собирался помочь, так как они были знакомы, но помог также из-за возникшего любопытства.

— Да... Вы что, не в курсе, кто это?

Клод переспросил. Судя по его реакции, это была достаточно известная черная магесса.

— Да, я не слишком-то осведомлен о ней... Она из Черной Руки?

Клод кивнул.

— Да, верно. Пусть она и не является Пальцем, как мой господин, но это черная магесса, с которой его вполне можно сопоставить. По крайней мере, так говорят.

Черная магесса, сравнимая с Пальцем.

Оливер понял.

От него исходило нечто похожее на ауру врат ада, которую когда-то продемонстрировал Паппет.

— Но зачем она здесь? Разве в этом густом лесу не сокрыто наследие Повара-людоеда?

— Это потому, что ее владения постоянно меняют свое местоположение.

В разговор включился третий голос.

Обернувшись, Оливер увидел худощавого мужчину с огненно-рыжими волосами.

На нем был жилет, сшитый из шкуры обжоры.

Оливер обменялся взглядами с Клодом, и тот представил незнакомца:

— Это... Бэй. А это Торговец чумой. Он присоединился к нам, чтобы заполучить наследие Повара-людоеда.

— Бэй? Тот самый торговец бомбами Бэй?

Оливер ткнул в него пальцем. Потому что именно Бэй, едва они вошли в густой лес, обрушил на них атаку сотни с лишним марионеток-смертников.

Клод и Бэй тоже прекрасно помнили тот инцидент, поэтому невольно вздрогнули, но все же подтвердили.

— Приношу извинения. Вы настолько известны в Ланде, что я сам не заметил, как...

— А, ничего страшного. Все ведь прибыли сюда, рискуя жизнью, ради наследия Повара-людоеда. Я понимаю.

— Правда?

Словно не ожидая такого ответа, спросил Бэй. Оливер кивнул.

— Да. Когда потребуется, я сам поступлю так же.

Услышав такой ответ, Клод, Бэй и Торговец чумой уставились на Оливера.

Он говорил спокойно, но именно это делало его слова еще более искренними. Теперь Бэй и Торговец чумой, казалось, наконец начали осознавать, почему Клод назвал Оливера человеком, которого трудно понять.

Так или иначе, утряся этот незначительный вопрос из прошлого, Клод и Бэй поделились с Оливером всем, что знали о Спящем лесе: что он меняет свое местоположение через определенные интервалы времени, что там обитает множество кричеров, а еда, вода и лекарства быстро портятся.

— И вдобавок рельеф там трансформируется на глазах.

Оливер мысленно упорядочил всю информацию, полученную от Клода, и произнес:

— Это в знак благодарности за вашу помощь. Но, похоже, Принцесса Спящего леса вызывает у вас особый интерес?

Неожиданный вопрос Клода.

Оливер вспомнил девушку, с которой мельком столкнулся перед тем, как войти сюда, но не стал ничего пояснять и лишь уклончиво ответил:

— Это черная магесса, о которой я до этого не слышал, потому мне стало любопытно. Собственно, незадолго до этого я еще...

Оливер оборвал себя и осмотрелся по сторонам.

Вероятно, когда его поглотил туман, Рэдхуд исчез вместе с ним. Во всяком случае, его нигде не было видно.

—...Господин Дэйв?

—...Я просто повстречал одну занимательную особу. И подумал, не окажется ли Принцесса Спящего леса тоже занятной.

Клод промолчал. Сколько вообще найдется людей, которые сочли бы «занятной» женщину, чей вес в мире сопоставим с Пальцем?

Когда обмен приветствиями и информацией почти завершился, Оливер уже собирался постепенно удаляться, но тут Клод предложил:

— Господин Дэйв. Не будете ли Вы так любезны, чтобы взять нас с собой?

— Что?

— Да, мы и правда прибыли за наследием Повара-людоеда, но сейчас наше положение, мягко говоря, оставляет желать лучшего. На нас напали какие-то сектанты, и мы без всякой подготовки угодили в Спящий лес.

— Сектанты?

— Да... Лебединая принцесса. Обычно они вели себя смирно, но внезапно активизировались. Они атаковали и нас, поэтому нам пришлось бежать сюда.

Оливер уже хотел расспросить про Лебединую принцессу, но Клод опередил его на полшага:

— И к тому же Спящий лес оказался куда агрессивнее, чем мы предполагали. Скажу прямо: я бы хотел попросить Вашей помощи, господин Дэйв. Взамен мы окажем всю возможную помощь.

Предложение было внезапным, но искренним.

Учуяв в этой искренности ещё одно скрытое желание, Оливер задал вопрос:

— Похоже, Вы тоже чего-то желаете?

Клод не стал это опровергать.

— Да, желаю. Но я не настолько безрассуден, чтобы настаивать на этом в текущей ситуации.

Сделав такое заявление, он трезво оценил своё положение. Оливер взглянул на него и спросил:

— Это случайно не из-за Паппета?

***

Оливер сказал Клоду:

— Как я уже заявлял, я тружусь здесь совместно с приближёнными Мильё, поэтому не могу принимать решения единолично. Я проконсультируюсь с ними, и тогда будет принято окончательное решение.

— Уже и этого более чем достаточно. Благодарю.

Как только Клод закончил говорить, Оливер извлёк пергамент из одежды, подбросил его вверх и применил заклинание.

Едва чары начали действовать, как над пергаментом возник фиолетовый портал, и Оливер вместе с людьми Клода вошёл внутрь.

— Ах, Вы вернулись?!

Как только Оливер вышел из портала, его встретил никто иной, как Люсьен.

Причём Люсьен был облачён в тяжёлые стальные латы.

Увидев Оливера, он явно обрадовался, а оглядевшись, Оливер мгновенно понял причину.

Со всех сторон Спящего леса появлялись кричеры и устремлялись в атаку. Даже по наполовину разрушенному лагерю было понятно, что силы Мильё оказались в затруднительном положении.

И всё же они продолжали держать оборону — благодаря могущественному защитному барьеру, развёрнутому паладин в железных доспехах, и непрекращающемуся обстрелу из пулемёта.

Он действовал на удивление хладнокровно. Позже стоило бы пообщаться с ним.

— Это кричеры принцессы?

— Именно... Вам уже известно?

— Мне уже было сообщено.

Оливер указал на спутников Клода.

Видимо, поскольку все они были связаны с подпольным миром Галлоса, Люсьен сразу узнал их лица.

Он вполне мог бы начать расспрашивать, как Оливер их встретил и почему они прибыли вместе, но не стал этого делать.

Опыт уже преподал ему урок: в условиях Спящего леса люди временно объединяют усилия, когда на них нападают кричеры.

Свидетельством тому служило множество тёмных магов и решал — как внутри лагеря, так и за его пределами.

Осознав обоюдное положение, Оливер и Люсьен обменялись пониманием без слов, и Оливер принял решение сначала ликвидировать ближайшую угрозу.

У этого внезапного нападения была и положительная сторона: в подобных обстоятельствах люди быстро находили общий язык.

— С чего начнём?

На этот позитивный вопрос Люсьен немедленно указал за пределы барьера, созданного священной магией.

Там оставалось немало людей, которые не успели войти внутрь. Среди них находился и Юэн.

— А-а-а-а! Я упустил шанс сбежать! Умрите!!!

Даже оказавшись в критической ситуации, будучи окружённым кричерами со всех сторон, Юэн не утратил своей фирменной жизнерадостности и начал вести огонь во все стороны из своего жезла с человеческой головой — Жезл-голова — и пистолета-пулемёта, созданного из кошки.

Только его огневая мощь была такова, что даже кричеры опасались приближаться вплотную. Вокруг Юэна постепенно сгруппировались бойцы Мильё, тёмные маги и решалы, медленно отступая.

— Чёрт возьми! Это вы должны меня прикрывать! Я не боец!!

Юэн выглядел на удивление надёжно.

Однако вскоре раздался зловещий звук: бух! бух! — и битва стремительно перешла на новый этап.

Из лесной чащи появился скелетный колосс, возвышающийся более чем на пять метров.

От него исходила аура зловещей силы.

Юэн выругался и сосредоточил весь свой огонь на гиганте, но пятиметровый скелет, полагаясь на свою врождённую прочность, проигнорировал это и продолжил наступление.

Люди задрожали.

И тогда Оливер извлёк свои эмоции и сотворил болото, пропитанное недугами, чтобы сковать ноги скелетного гиганта.

Гигант покачнулся.

Оливер не упустил этот момент: он обвил ноги Блэк Сьютом, выхватил кроваво-красный кинжал и…

[Таргетинг]

Когда он произнёс это заклинание, мишени возникли как на теле Оливера, так и на теле скелетного гиганта. Оливер усилил силу притяжения, одним рывком приблизился к гиганту и тут же вонзил в него кинжал.

Хлюп!

Во все стороны распространилась тёмная магия болезней и ослабления.

И что удивительно: скелетный гигант, который выдерживал любой обстрел, рухнул.

Все вокруг ликовали, но Оливер не остановился. Извлекая эмоции из рассыпающегося скелетного гиганта, он смешал их с топью внизу, а затем распространил вокруг себя тёмную магию недугов и ослабления.

Болезнь, которая не действовала на людей, но поражала исключительно кричеров.

Видимо, поскольку все они были вызваны одним и тем же магом, зараза распространялась среди них с поразительной скоростью.

В этот самый миг тень Оливера задрожала.

Она просила разрешения поглотить бесчисленных кричеров вокруг.

И это было неудивительно: в конце концов, это были кричеры, созданные из эмоций, магической силы и жизненной энергии Повара-людоеда. Их аппетит был поистине безграничен. Дай им волю — и, возможно, они поглотили бы всё.

Но Оливер отказал.

Он не мог предсказать, что произойдёт, если его тень поглотит такое количество кричеров.

Будь это другие кричеры, он, возможно, и позволил бы. Но тень была сформирована из его собственной тени.

В этом вопросе следовало проявлять осторожность.

И поэтому, проигнорировав просьбу тени, Оливер уже готовился применить огненную тёмную магию, как вдруг кто-то ухватил его за полу.

За полу дёрнули дважды.

Ощущение было до боли знакомым.

Оливер невольно обернулся — и увидел дитя, сотканное из тьмы.

Он уже видел нечто подобное ранее.

Сгоревший демонстрировал ему нечто похожее.

Правда, форма у этого существа была куда более грубой, чем у того, что создал Сгоревший.

Оливер, как и в прошлый раз, на мгновение застыл, после чего он попытался отдернуть свою одежду, чтобы стряхнуть с себя эту сущность.

Ведь это была подделка.

Но это оказалось невозможным.

Грубый детский силуэт задрожал, а затем трансформировался в лицо, которое Оливер хорошо знал.

– П-пожалуйста, спаси меня. Кх... Я так боюсь умереть. Пожалуйста. Я ужасно боюсь попасть в ад.

Колин.

Оливер остолбенел.

И в то же самое мгновение существа, чьи ноги еще недавно были скованы болезнью, со всех сторон ринулись на него.

Словно хищники, набрасывающиеся на свою добычу.

Пока все вокруг замерли в ужасе, Оливер тихо произнес:

– Тень. Поглоти их. Всех до единого.