Гениальный Чернокнижник (Новелла) Том 1 Глава 623 Звук флейты (2)
Ранее в Гениальный Чернокнижник (Новелла)...
Бу-у-у-у-у~
Неизвестное пространство, погруженное во мрак.
Откуда-то донеслась неуклюжая мелодия губной гармошки.
Оливер не мог вспомнить, где он находится или как сюда попал, но инстинктивно направился туда, откуда исходил звук.
Шаг. Шаг. Шаг.
Из-за кромешной тьмы его собственные шаги звучали почти как раскаты грома.
Он шел, шел и шел, пока наконец не вышел к свету.
Перед ним открылся обветшалый задний переулок. Вокруг валялся всякий мусор, сновали крысы, стоял старый навес, на костре варилась похлебка из неведомых ингредиентов. И там же сидели нищие.
— Вахахаха! Гармоника, ты стал играть намного лучше! Невероятно!
Пузатый толстяк с примечательно красным носом шумно тряс бутылкой и рассыпался в комплиментах. Это был Красный Нос, один из нищих Кента, и вслед за ним Гармонику принялись нахваливать и остальные.
Белокурый мальчуган Гармоника, услышав похвалу, расплылся в своей обычной дурашливой улыбке, в которой одновременно светились и смущение, и радость.
«А, вспомнил».
Это было воспоминание Оливера.
Один из дней, что он провел, присоединившись к банде нищих Кента после их первой встречи.
Вон там, в углу, сидел и сам Оливер — лучшее тому подтверждение.
— ……
Странное чувство, если честно — видеть себя со стороны, как будто это чужой человек.
Однако, вместо того чтобы рационально анализировать это необычное явление, Оливер решил просто насладиться моментом.
Ведь это было одно из по-настоящему приятных воспоминаний.
И это не шутка.
Пусть здесь и пахло не лучшим образом, спать было неудобно, а из еды имелась лишь похлебка, где вместе варились овощные обрезки, консервированная ветчина и черствый хлеб, — для Оливера это всё равно осталось теплым воспоминанием.
Ведь именно сюда он попал впервые после того, как по совету Иоанны вышел в мир, не зная, куда ему идти дальше, и встретил Кента.
Другими словами, это было место, где Оливер впервые начал свой путь.
Да и вообще тогда жизнь его была спокойнее всего. Он мог просто следовать своему любопытству и удовлетворять его, ни о чем не беспокоясь. Не то что сейчас.
Поэтому картина, представшая его глазам, была для него одной из самых счастливых.
«Если память меня не подводит, сейчас…»
Подумал Оливер, наблюдая, как Гармоника возвращается на место после своего выступления.
И действительно. Как он и ожидал, душа компании, Красный Нос, вскочил на ноги и погладил свой пухлый живот.
— Кент! Похлебка уже готова? У меня живот к спине прилипает!
— Ей нужно еще немного покипеть. Тогда бульон как следует настоится и станет вкуснее.
Так ответил Кент, сидевший у костра и пробовавший похлебку, после чего вновь размешал ее половником.
Красный Нос с разочарованием спросил:
— Ух… И сколько еще ждать?
— Совсем чуть-чуть.
— Вот как… Эй, новичок! А у тебя нет какого-нибудь своего номера?
Красный Нос внезапно обратился к Оливеру, сидевшему в углу. И тут взгляды всей банды нищих разом устремились на него.
Ошарашенный неожиданным вопросом, Оливер, как и подобает новичку, немного подумал и покачал головой.
Когда его главной целью в приюте и на шахте было лишь выживание, откуда взяться такому таланту, как у Гармоники?
Тогда Красный Нос, будто именно этого и ждал, весело заявил:
— Ну тогда спой хоть песню!
— Песню?
— Ну да, песню! Петь-то любой может, разве нет? Неважно, хорошо или плохо! Мы теперь одна семья, надо же узнать друг друга получше!
— М-м… Я не знаю песен.
— Не знаешь песен? Ну ты и зря жизнь прожил! Тогда я первым затяну куплет, а ты попробуй подхватить. Так хорошо, как я, у тебя всё равно не выйдет, конечно!
Уверенно тараторя, Красный Нос принялся размахивать бутылкой из стороны в сторону и в конце концов действительно затянул весьма недурную песню.
Недаром говорят, что у каждого есть хоть какой-то талант. Банда нищих слушала его так, будто давно к этому привыкла, и Оливер тоже слушал.
Тогда он не понимал, зачем Красный Нос всё это затеял, но теперь ему казалось, что он начинает понимать.
Это была своего рода забота — попытка помочь Оливеру, который не мог влиться в банду нищих, по крайней мере так это выглядело со стороны, и дать ему повод сблизиться с остальными.
Вот почему Кент тоже не вмешивался.
Оливер смотрел на это почти забытое воспоминание и погружался в размышления.
Треск!
Когда Красный Нос допел, Оливер встал у костра и повторил песню за ним.
Стоило Оливеру запеть, как крысы и насекомые, шуршавшие вокруг, вмиг стихли, а все нищие без исключения вытаращили глаза.
Они были поражены его пением.
Когда песня закончилась, раздались аплодисменты, и Кент тоже похвалил Оливера.
Оливер, не зная, как реагировать на такой неожиданный отклик, лишь смущённо почесал затылок, и тут Кент протянул ему горячую похлёбку.
Когда Оливер уже собирался взять её, Кент сказал:
— Хорошо поёшь. Может, останешься здесь и будешь петь…
Вспышка!
Оливер открыл глаза.
Это был действительно спокойный и приятный сон. Но последние слова — слишком уж непохожие на Кента — вызвали у него чувство чуждости, и именно из-за этого он проснулся.
С трудом придя в себя, Оливер ещё не понимал, что происходит, будто только что очнулся после обморока, однако память быстро начала возвращаться.
Заговор с целью свержения принца. Чтобы этому помешать, Оливер прошёл сквозь портал и подавил новый класс, что имел целью расправиться с принцем.
И как раз тогда, когда, казалось, всё шло к своему завершению, до него донёсся звук свирели Принцессы Спящего леса.
Звук свирели был печален, но одновременно ободрял; беспорядочен, однако всё же гармоничен.
В тот момент, как он услышал этот звук, Оливер погрузился в тот же сон.
Это было разновидностью тёмной магии, относящейся к школе контроля. Осмотревшись, Оливер понял, что он не единственный, кто пострадал.
Предприниматели и капиталисты, теснившиеся по углам зала, стремясь избежать попадания под удар в этой внезапной суматохе, лежали с закатившимися глазами, погружённые в иллюзии.
Это действительно поражало.
И не было ничего удивительного. Самым сложным в школе контроля было подчинение живых существ, а среди них труднее всего поддавались люди.
В отличие от трупов и теней, которые не оказывали сопротивления, живые существа инстинктивно противились тёмной магии, а люди, обладая развитым разумом, сопротивлялись ещё сильнее.
Маг, лишённый таланта, мог тренироваться всю свою жизнь и так и не смог бы подчинить одного человека; даже талантливому требовались всевозможные посредники и пытки.
Поэтому среди тёмных магов школы контроля тех, кто управлял живыми людьми, почти не существовало.
Пусть это и было полезно, шансы на успех были слишком малы, а затраты слишком велики.
Тот факт, что за всё время после прибытия в Ланду и всех пережитых там происшествий Оливер ни разу не сталкивался с тёмным магом, напрямую управляющим людьми, служил наглядным тому подтверждением.
И всё же Крысолов, одним лишь звуком своей свирели, сумел погрузить в галлюцинации такое множество людей.
Предприниматели, финансисты, сверхлюди — учитывая, что все они были людьми с сильным самосознанием, это выглядело ещё более поразительно. Такой талант явно отличал его от Гензеля и Фана.
Осознав происходящее и даже успев восхититься, Оливер наконец окончательно пришёл в себя и повернул голову к принцу.
К счастью, принц не впал в галлюцинации, однако прямо перед ним уже стоял подошедший мужчина.
Он был обычного роста, обычного телосложения, одет в старый, но тщательно ухоженный плащ, дорожную одежду и сапоги.
Оливер инстинктивно понял, что это и есть Крысолов.
Крысолов протянул руку к принцу, и Оливер, не теряя ни мгновения, даже не поднимая с пола упавшего боевого посоха, схватил его за руку и остановил.
— Жаль. Лучше бы тебе и дальше снился хороший сон.
Произнёс Крысолов, когда Оливер вцепился в его руку.
У него были аккуратно уложенные волосы, глаза, острые, как у змеи, и пустое лицо, на котором когда-то, казалось, могла играть лукавая улыбка.
Оливер не ошибся.
Спокойствие, за которым таилась бездонная ярость.
Некая необъяснимая, чуждая энергия.
И аура, словно не принадлежащая этому миру, — подобная той, что исходила от Сгоревшего.
Ни в чём нельзя было быть полностью уверенным, но одно Оливер знал точно: этот человек опасен.
Приняв решение, Оливер без колебаний усилил хватку на руке, которой держал Крысолова.
Хрясь!
С тех пор как он получил чудовищную силу, съев плоть Людоеда-повара, так сильно он сжимал что-либо буквально считанные разы.
Хватка Оливера, сравнимая с драконьей, впивалась в руку Крысолова. Ещё немного — и Оливер бы смог оторвать ему руку!
— Так это ты? Ты убил Гензеля… того мальчишку.
Совершенно спокойным голосом Крысолов высказал факт, который Оливер скрывал.
Оливер от неожиданности сжал ещё сильнее, но Крысолов одним движением руки легко стряхнул его хватку. Слишком легко.
А затем этой же освободившейся рукой потянулся к лицу Оливера, и тот рефлекторно вскинул левую руку, перехватывая его ладонь.
Руки, сцепившиеся в замок. Оливер и Крысолов одновременно надавили друг на друга.
Хр-р-рясь…!!
Медленно.
Гр-р-р-р…!
Медленно.
Гр-р-р-р-р-р-р…!
Медленно.
От чудовищной силы, недоступной человеческому телу, воздух вокруг тяжело сдавило, и от этого весь отель содрогнулся.
По мере того как силовое противостояние продолжалось, тело Оливера всё ниже опускалось, а по полу под его ногами медленно поползли трещины. Теперь всё стало ясно.
Оливер уступал в силе. Уступала сила Людоеда-повара, уступала драконья сила.
Тр-р-р-рах…!
Пол, по которому уже шли трещины, с глухим звуком, напоминающим треск ломающейся кости, раскололся ещё сильнее. Предел прочности был достигнут.
Оливер, глядя снизу вверх на Крысолова, который одной рукой вдавливал его вниз, крикнул перепуганному принцу:
— Ваше Высочество.
— …А? Д-да?!
— Держитесь за меня.
От спокойного, но напряжённого голоса Оливера принц Альберт рефлекторно прижался к нему.
И в тот же миг пол под ногами Оливера — а следом и целая сторона отеля — начал рушиться.
Ква-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ах━━!!
С грохотом и клубами пыли.
Чисто от физической силы.
***
— Совсем рехнулись, ублюдки!!
— Вы хоть понимаете, кто здесь находится, что творите?!
— Подкрепления ещё не прибыли?
— Говорят, снова движутся сюда!
— Держитесь любой ценой! Прорвать оборону нельзя!!
— Сдохните, сукины дети!!
— Кх-а-а-а-а-а!!!
Перед отелем «Грэм».
Сейчас там в один клубок смешались бесчисленные голоса.
И не только голоса. Перед отелем непрекращающиеся очереди — та-та-та-тан! — и взрывы — квагван!! — создавали настоящий оркестр смерти, от которого волосы вставали дыбом. И это не было преувеличением: чем дольше звучал этот оркестр, тем больше становилось трупов. Причиной этому был не кто иной, как принц Альберт, находившийся в отеле. Точнее, безумцы, решившие напасть на принца в самом центре города. Силы обороны, охранявшие отель, и часть нового класса решительно не могли этого понять. Откуда у этих психов вообще взялась такая дерзость? — Там базука!! Крикнул один из бойцов Сил обороны, державших линию у баррикады, обращаясь к Джо — одному из директоров Коалиции редевелопмента и одному из представителей нового класса. В указанном направлении показался толстяк в противогазе с огромной базукой на плече. С виду оружие явно было радикально переделано из обычной базуки технологиями чёрного рынка, и это подтверждало то, что внутри неё ощущалось огромное количество маны. Такой выстрел мог бы в один миг разнести баррикаду и обрушить линию обороны, которую едва удавалось удерживать. Оценив угрозу, Джо несколькими слоями окутал себя Чёрным доспехом, которому его научил Дейв, а затем спрессовал ставшую излишне толстой броню. Ш-ш-ш-ш-шух! Окутывавшая его броня с шипением выпустила пар и сжалась, а её плотность возросла до предела. После этого Джо изменил форму Чёрного доспеха на ногах, уподобив её конечностям травоядного зверя, и ударил в землю. Бах! Забетонированная мостовая взорвалась, разбрасывая обломки во все стороны, а Джо рванул вперёд с такой скоростью, что обычный человек не успел бы даже заметить, и в один миг врезался в строй нападавших. — …?! От этой подавляющей скорости налётчики не успели ничего предпринять. Собственно, именно поэтому Джо и вышел из отеля. Подавляющая скорость, защита и ударная мощь. Сила простая, но оттого ещё более наглядная и разрушительная, позволяла ему поддерживать оборону тактикой быстрых наскоков. Проламывая лоб в лоб модифицированные машины, которыми нападавшие прикрывали себя как щитом, Джо помчался к толстяку, управлявшему базукой. Свист! Когда расстояние между ними почти исчезло, толстяк развернул ствол и навёл его прямо на Джо. Он оказался не просто здоровенным стрелком, а, похоже, ещё и опытным пользователем маны. С поразительной реакцией толстяк изменил направление атаки, нажал на спуск и выпустил в Джо снаряд, до предела наполненный маной. А Джо, доверяя собственной броне, не стал останавливаться и выбросил вперёд кулак. В тот миг, как он ударил, наложившиеся друг на друга ударные волны взорвались и буквально вспахали землю под ним. Бомба в форме кулака. Эта бомба рассекла надвое взрыв базучного снаряда, выпущенного толстяком, и разнесла ему голову. Хрясь! Раздался влажный, тяжёлый звук, будто лопнул арбуз, и все окрестные нападавшие, увидев этот удар, застыли на месте. В этом и заключалось преимущество подавляющей силы. Джо тут же, не сбавляя темпа, сосредоточил часть своей брони на обеих руках, сформировал из неё шары и метнул их по сторонам. Атака была до предела простой — просто скомканный и брошенный Чёрный доспех, — но её мощь намного превосходила любые ожидания. Шары, брошенные Джо, словно превратились в гигантские металлические глыбы и сметали всё на траектории полёта. Вооружённых бойцов, сверхлюдей, автомобили, деревья, здания — без разбору. Благодаря этому в строю нападавших образовались огромные бреши, и Джо, ворвавшись внутрь, старался нанести как можно больше урона. Силы обороны Ланды, наблюдавшие за этим, решительно выскочили из-за баррикад и ударили по дезорганизованному врагу, отбрасывая его назад. Им удалось прорвать одно из колец окружения, которое стягивалось со всех сторон. Казалось, дело начинает налаживаться: стоило линии обороны, где сражался Джо, потеснить врага, как вслед за этим начали прибывать полицейский спецназ, Силы обороны Ланды и Бюро безопасности. Они, в свою очередь, взяли в кольцо нападавших, осадивших отель «Грэм», и принялись методично уничтожать их подавляющей огневой мощью. Изнутри и снаружи. Зажатые между двумя кольцами окружения, налётчики уже не могли оказать даже подобия сопротивления, и в тот самый миг, когда безумный мятеж, казалось, вот-вот захлебнётся— Ква-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ах━━!! Прогремел такой грохот, что, казалось, дрожат не только уши, но и кости с плотью. Сначала все решили, что проблемы возникли на другой линии обороны, но нет. Потому что источник звука был в самом отеле. Почуяв недоброе, и Силы обороны, и нападавшие, и прибывшее подкрепление разом прекратили бой и повернули головы к отелю. Невероятно, но одна сторона высотного здания обрушилась, вздымая громадное облако пыли. Будто кто-то срезал вилкой бок у торта. Можно было подумать, что там взорвалась бомба, но нет. Разрушение выглядело совсем не так. Скорее создавалось впечатление, будто здание не выдержало веса и сложилось под ним.Полнейшая чушь. Самый современный отель, возведённый по передовым технологиям Ланды, никак не мог обрушиться из-за собственного веса. Тем не менее, из-за этого необъяснимого события сотни бойцов, окруживших гостиницу, будто оцепенев, взирали на здание, окутанное клубами пыли. Спустя несколько мгновений, когда пыль начала оседать, среди неё обнаружилась группа людей. И это были ни кто иные, как Оливер, который к себе принца прижимал и собственное тело магией болезней подкрепил, и незнакомец, что одной лишь силой Оливера на колени поставил. Незнакомец сказал Оливеру: «Ты всё-таки крепче, чем выглядишь.»