Гениальный Чернокнижник (Новелла) Том 1 Глава 719 Война? (6)

Как ни был бы человек свободен от предрассудков, он всё равно остаётся человеком.

А человек неизбежно смотрит на мир только через себя, и потому командиры-сверхлюди сами того не замечая нередко отдавали обычным солдатам непосильные приказы.

Такие приказы обычно оборачивались для армии огромными потерями, и армия с правительством, испытав это на себе, стали резко сокращать число сверхлюдей начиная с генеральских чинов.

Командовать обычными людьми, как они рассудили, должны обычные люди.

Поэтому даже самые выдающиеся военные маги и другие владеющие магией люди обычно дослуживались лишь до полковника, а выше поднимались единицы.

Но если посмотреть на это с другой стороны, получалось, что и среди высшего командования армии всё же были сверхлюди определённого уровня.

В этом штаб не отличался от любого другого места, где собирались командиры и штабные офицеры королевской армии. И сейчас здесь тоже находились сильные сверхлюди, пригодные для войны.

— …

И всё же никто из них не мог пошевелиться.

Посреди бела дня в штаб внезапно вошёл чёрный маг, который штурмовал тюрьму и объявил войну королевской армии, а они лишь застыли в тех позах, в каких стояли.

Шевелились только глаза.

Этими глазами они смотрели друг на друга, пытаясь понять, что вообще происходит.

Как Дейв, который вроде бы должен был сейчас сражаться с армией на окраине A-района, оказался здесь?

За это короткое и в то же время бесконечно долгое мгновение они обменялись взглядами и безмолвно пришли к одному выводу: они не знают.

Всё происходящее выходило за пределы того, что они были способны понять.

За какие-то считаные минуты добраться от окраины A-района до мэрии в самом центре уже было невозможно.

Но ещё невозможнее было то, что по пути сюда не донеслось ни звука боя и не поступило ни одного донесения.

Как бы чудовищно силён он ни был, хоть какой-то шум ведь должен был быть.

Но Оливер всё это попросту перешагнул и просто вошёл внутрь. Словно всего лишь поднялся с нижнего этажа.

Это необъяснимое явление породило страх иного рода, не тот, что бывает на войне, и этот чужеродный страх заставил штабных офицеров ещё сильнее напрячься.

И всё же, в резком контрасте с ними, Оливер самовольно вошёл внутрь, постукивая посохом по полу.

Без малейшего напряжения. Без малейшего страха.

Он даже казался слегка скучающим.

Так, пройдя между старшими офицерами королевской армии, он взял стоявшее рядом с бригадным генералом Билли Кроули радио и уселся на первое попавшееся свободное место.

А радио тем временем продолжало болтать без умолку.

[...В настоящее время из-за призванного Лесорубом Дейвом существа A-район понёс огромный ущерб, число погибших и раненых продолжает расти.]

Треск.

[— Некоторые высказывают мнение, что и армия зомби, напавшая на Ланду, тоже была давно подготовлена Лесорубом Дейвом. То, что он получил под контроль заражённую зону F-района, также связано с большим количеством трупов—]

Треск.

[Да, я считаю именно так. Я убеждён, что всё это готовилось ещё с того момента, как он попытался создать в Башне школу чёрной магии. По словам моих источников, множество чёрных магов уже заключили тайный сговор—]

Треск.

Каждый раз, когда Оливер переключал волну, в эфир лились экстренные новости, и каждая из них изо всех сил старалась выставить его злодеем.

Старшие офицеры в штабе судорожно сглотнули.

Они слушали всё это и раньше, но теперь, когда сам человек, о котором шла речь, сидел здесь, ощущалось это совсем иначе.

— Вы не выйдете?

Оливер, прокрутивший весь круг волн, вдруг задал вопрос.

Поначалу люди в напряжённом штабе не поняли, о чём он, но тут же вспомнили:

едва войдя, Оливер велел всем, кроме командира, бригадного генерала Билли Кроули, выйти.

Каждому из них хотелось только одного — убраться отсюда, но они не могли.

Как ни крути, на них была форма королевской армии. И именно это удерживало их от бегства.

Как бы им ни было страшно, они, солдаты королевской армии, не могли бросить своего командира и сбежать.

Поэтому все продолжали следить за Оливером.

Чтобы в случае чего отреагировать.

Хотя поможет это или нет, никто не знал.

Тогда Оливер снова заговорил:

— Лично мне всё равно, останутся здесь остальные или нет. А Вас это устраивает, бригадный генерал?

Вместо того чтобы угрожать или нападать, Оливер снова посмотрел на Билли Кроули, главного командира здесь, и спокойно переспросил.

Тон у него был настолько ровным, что трудно было понять, угроза это или насмешка.

Но почему-то казалось, что он и правда просто спрашивает, не против ли тот.

Все взгляды тут же обратились на бригадного генерала Билли.

Тот, чувствуя на себе эти взгляды, нехотя ответил:

— Все вон…

— Н-но Вы же—

— Я сказал, все вон!

Билли выкрикнул это, и Оливер добавил:

— Я не причиню вреда, так что не беспокойтесь. Я пришёл всего лишь поговорить.

Поверить в это безумие — в то, что он в одиночку прорвался через армию только ради разговора, — никто не мог.

Но возразить тоже никто не посмел, и все вышли, как им велели.

Потому что сама ситуация уже находилась бесконечно далеко за пределами нормального.

По комнате эхом разнеслись шаги выходящих офицеров, дверь закрылась, и внутри остались только двое: Оливер и бригадный генерал Билли Кроули.

С уменьшением числа людей внутри тишина стала только глубже, но вскоре решимость Билли эту тишину нарушила.

— Если хочешь что-то узнать, спрашивай. Я постараюсь содействовать.

Эта решимость сводилась к одному: немедленно признать разницу в силах между собой и Оливером и найти способ выжить.

Использовать все козыри, что у него есть.

Как ни ломай голову, сейчас это был лучший вариант.

Главное — выжить, а уж потом можно будет—

— Вы меня, похоже, не совсем слушали.

— …?

— Я ведь уже сказал, что не причиню вреда. Так что Вам не нужно выдавливать из себя слова только потому, что Вы боитесь, будто я на Вас нападу. Такие разговоры мне не нравятся.

Бригадный генерал Билли, мысленно уже перебиравший свои козыри ради спасения, застыл.

Пусть на нынешнее место он и поднялся благодаря связям, генерал есть генерал.

Как минимум глаз у него был.

И он понимал: сейчас Оливер говорит искренне.

Тот действительно не собирался причинять ему вред.

И оттого Билли только сильнее растерялся.

Тогда зачем он вообще пришёл сюда?

И зачем захотел говорить именно с ним?

Когда он прямо высказал это сомнение, Дейв заговорил так, словно сам стал богом:

— Вообще-то нам даже не обязательно разговаривать. Я и так могу понять почти всё, просто глядя.

Высокомерие в чистом виде.

Но следующими словами Оливер показал, что это не просто пустая спесь.

— Билли Кроули. Тридцать семь лет. Отец — профессор, мать — домохозяйка. Родились в ничем не примечательной семье среднего класса, поступили в Королевскую военную академию и, хотя по-своему старались, выпустились со вполне заурядным результатом — сто шестьдесят восьмым из трёхсот двадцати четырёх выпускников.

— …

Билли дёрнулся.

— Поэтому вместо того, чтобы чего-то добиваться самому, Вы решили сделать карьеру, ухватившись за нужные связи. И в конце концов приняли руку, протянутую Паппетом.

Информация была до жути точной, и бригадный генерал Билли не смог вымолвить ни слова.

Изначально он собирался с каменным лицом отрицать всё, что бы тот ни сказал.

Но когда в него тыкают настолько точно, вместо отторжения возникает любопытство.

— …Ты меня расследовал?

— Мог бы. Но не стал. Если это и так видно, зачем тратить на это силы?

— Если ты и так всё знаешь, зачем тебе тогда разговор?

Оливер пожал плечами.

— Кто знает? Я и сам не вполне понимаю. Наверное, просто хотел услышать это из Ваших уст.

— Поэтому ты и велел всем выйти? Чтобы мне было легче говорить?

— Можно сказать и так. Судя по Вашим словам, Вы признаёте, что связались с Паппетом. Почему?

— У меня нет причин отвечать.

Билли попытался упереться, но тут же понял, что это бессмысленно.

— Верно. Причина у Вас, должно быть, та же, что и у всех остальных. Тогда и отвечать незачем.

— …

Билли снова вздрогнул.

Похоже, слова «обычный» и «такой же, как все» он ненавидел до глубины души.

Впрочем, неудивительно.

Человек ведь пошёл в армию именно затем, чтобы стать особенным.

— Сначала Вам наверняка дали почувствовать себя особенным. Через кого-то высокопоставленного, связанного с Паппетом, а не через него самого.

Оливер продолжал:

— А когда Вы к этому немного привыкли, Паппет уже показался лично. Так, чтобы не вызвать у Вас отторжения.

Именно так бригадный генерал Билли и встретился с Паппетом через кронпринца.

— К тому моменту Вы уже не могли отказаться от протянутой Паппетом руки. Когда Вы поняли, что та спасительная соломинка, за которую Вы едва успели ухватиться, была протянута именно им, как Вы могли сразу его отвергнуть?

От этого живого, будто увиденного своими глазами объяснения бригадный генерал Билли, как и вначале, не смог ничего возразить.

— Увидев это, Паппет, вероятно, стал медленно Вас соблазнять. Говорить, что признаёт Ваши способности и что Вы ему нужны. А ещё наверняка показывал Вам тех, кто уже с ним связался, убеждая, что и Вам в этом нет ничего дурного.

В конце концов, сейчас здесь были только Дейв и он сам. Всего двое.

— И реальную помощь он Вам тоже наверняка оказывал. Те звёзды, что Вы носите на плечах, — одно из таких доказательств. У Вас ведь появилось ощущение, будто Ваше будущее обеспечено? Будто Вы и правда стали особенным? Наверное. И о награде он Вам тоже говорил. Не прямо, но достаточно прозрачно — так, чтобы естественным образом затронуть именно то, чего Вы хотели.

Но настоящая причина, по которой Билли не мог это отрицать, заключалась в другом:

он чувствовал, что стоит ему открыть рот ради отрицания — и он тут же попадёт в ритм Дейва.

Этот язык.

Он был опасен.

Это был дьявольский язык.

Язык змея, который касается самых слабых мест в человеческом сердце и в конце концов изгоняет человека из рая.

Поэтому Билли решил хранить молчание.

Ему казалось, что, стоит произнести хоть слово, и его сметёт этим языком, словно бедствием.

Но уже сама эта мысль была глупой.

Если бы бедствия можно было избежать просто потому, что ты о нём знаешь, это не было бы бедствием.

— Вам не любопытно, откуда я всё это так хорошо знаю?

— …

— Если хотите, могу сказать.

— …

— А если нет, то ладно.

— …Откуда ты это знаешь? Из-за этих глаз?

Оливер покачал головой.

— Нет. Я просто знаю, что это любимый способ Паппета. Подобным образом обычно можно склонить на свою сторону почти кого угодно. Людей, не уверенных в себе, но переполненных жадностью. Заурядных людей, которых повсюду полно.

Билли Кроули в конце концов не выдержал и, привстав, грохнул кулаком по столу рядом.

Язык Оливера задел его за живое.

— Заурядных?.. Повсюду полно?..!

— Да. Людей, которые по своим способностям и положению не слишком выбиваются из среднего и которых можно встретить где угодно.

— Чушь! Ты хочешь сказать, что военные маги и друиды, заправляющие в Башне, дворяне королевства, политики Центрального совета и даже кронпринц — это заурядные люди?!!

Оскорблённый тем, что величайшее достижение его жизни — его связи — только что унизили, бригадный генерал Билли сорвался на крик.

В обычной ситуации он бы никогда не сделал ничего настолько безумного.

Но Дейв пообещал ему безопасность, они были здесь только вдвоём, и, главное, этот язык Дейва задел самую глубинную, первичную человеческую эмоцию.

Всё это и заставило его сорваться.

К счастью, даже такая внезапная перемена в поведении Билли не вызвала у Оливера заметного раздражения.

Скорее наоборот — он словно и ожидал чего-то подобного и потому оставался невозмутим.

— То есть Вы хотите сказать, что военные маги и друиды из Башни, дворяне королевства, политики Центрального совета и кронпринц действуют заодно с Паппетом?

— И что?!! Вся правящая верхушка этой страны—!! Думаешь, если ты, урод, чудовищно силён, то сможешь победить нас?! Даже если победишь, тебе достанутся одни руины! Потому что мы и есть эта страна…!!!

Доведённый чудовищным стрессом до предела, бригадный генерал Билли вывалил всё, что было у него внутри, и с шумом перевёл дыхание.

А как бывает с любой эмоцией, едва вырвавшись наружу, она тут же остудила ему голову.

И когда голова остыла, Билли почувствовал, что что-то не так, и взгляд его зацепился за одну вещь.

— Радио?..

Он уставился на радио у Оливера на коленях.

С какого-то момента из него перестали доноситься новости.

Сначала ему показалось, будто радио выключили, но питание было включено.

— Вообще-то я не собирался заходить так далеко.

— …?

— У меня была договорённость с Паппетом. Но по дороге я успел пообещать кое-что и разгневанному духу. Я решил отомстить за него тем, кто его самовольно связал. Иначе, мне показалось, он перевернул бы весь A-район.

— …

— Но с тем, кому именно мстить, вышло не совсем понятно. Духа связали друиды, но способ сделать это им подсказал другой человек.

Билли не стал спрашивать, кто именно.

Он и так уже понял.

Именно Паппет завербовал друидов.

— Поэтому, хорошенько всё обдумав, я решил отомстить и ему тоже. Так, чтобы он тоже разозлился. А больше всего сейчас его разозлит то, что ему будут мешать.

Оливер легонько постучал пальцем по радио, которое держал в руках.

— Разговор, который мы только что вели, сейчас разошёлся по всему Объединённому королевству.

— …

— Весь. Включая и то, что Паппет связан с кронпринцем.

— Ты…

— Я только что и сам узнал, что так тоже, оказывается, можно.

— …Сууукааааал!!!