Госслужащий в романтическом фэнтези (Новелла) Том 2 Глава 237 Показатель успеваемости в Академии 33,33% (1)

Цена помутнения рассудка оказалась ужасающей. Начальник Второго отдела хохотал всякий раз, когда видел мое лицо, а Начальник Третьего отдела упорно выделывал кульбиты в коммуникационном туннеле, пытаясь «взбодрить» меня.

[— Шеф, не стоит так сильно смущаться. Со всеми бывает.]

— Э-э... спасибо...

[— Хе-хе, пустяки!]

А Начальник Первого отдела хлопала меня по плечу (картонную версию), твердя, чтобы я не брал это в голову.

Честно говоря, больше всего меня пугала именно она, Эржебет, когда утешала меня с таким кротким лицом. Неужели люди могут так меняться? Интересно, не вытравила ли она безумие из своей души вместе с моим, когда рыдала на улице?

Так или иначе, выдержав психологические атаки трио начальников и сухие приветствия более вменяемых чиновников, я получил самый мощный удар.

«Проклятье».

Я закрыл глаза, едва увидев послание от Министра.

Его письмо пришло так, словно он только и ждал этого момента. Оно было предельно кратким. На удивление, в нем не было ни насмешек, ни пассивно-агрессивных шпилек.

[ Психиатрическая клиника Аузена — двухэтажное здание по правой стороне улицы Триффиле. За подробностями обратись к начальнику медицинского отдела Министерства призрения. ]

Он просто прислал мне адрес сумасшедшего дома.

«Дерьмо...»

Это послание ранило больнее любого прямого выпада.

......

Наступила зима.

Даже когда люди сходят с ума, время продолжает течь. Пока я был не в себе и пока отчаянно пытался игнорировать свою позорную страницу после возвращения рассудка — стрелки часов не замирали ни на миг.

Напротив, казалось, время летело еще быстрее, ведь церемония закрытия была уже на носу.

— Я рада, что к концу семестра Карл снова стал собой.

— Мне так стыдно...

Я не мог поднять головы от слов Маргеты, пока та улыбалась и легонько тыкала пальцем мне в предплечье.

Я представлял, как сильно она беспокоилась. Должно быть, гадала — что будет, если мое помешательство затянется.

— По-моему, совместная свадебная церемония была бы весьма недурственным вариантом.

Я поспешно замотал головой на ее игривое замечание. Ужасная мысль.

— Такого точно не случится. У свадьбы должен быть лишь один главный герой, не так ли?

— Правда? Ну, раз Карл так говорит, у меня нет выбора.

Я неловко улыбнулся ей в ответ. Она хихикнула, явно получив желаемый ответ.

Этот инцидент наверняка ранил и Маргету. Она едва не была вынуждена делить внимание на собственной свадьбе, которая случается раз в жизни.

Вероятно, поэтому она и испытывает меня теперь, зная, что я пришел в себя. Словно выплескивает накопившиеся чувства в форме шутливых жалоб.

— Прости меня, Мар.

Когда я осторожно обнял Маргету, она охотно прильнула ко мне.

— Я устрою великолепную свадьбу. Этот день будет принадлежать только тебе.

— Правда?

— Конечно. И если захочешь, мы проведем одну церемонию в столице, вторую — в поместье герцога Улькена, а третью — в Тейлглехене...

После этих слов Маргета несильно ударила меня по спине.

— Это перебор. Сколько же свадеб ты планируешь для меня устроить?

Я невольно рассмеялся, поймав ее суровый, прищуренный взгляд. Спустя миг Маргета тоже расхохоталась.

Три свадьбы — это и правда слишком. Лучше устроим одну, но такую, чтобы стоила трех. Когда еще я пущу в дело все накопленные средства? Моих финансов хватит на тридцать церемоний, а не только на три.

— Но сперва нам нужно обручиться.

Слегка странно переходить от обсуждения торжества к помолвке, но, увы, таков порядок. Было бы неуместно жениться, пока Маргета всё еще остается студенткой.

...Вообще-то, прежде чем звать ее под венец, мне стоит поваляться в ногах у Железнокровного герцога.

— Не беспокойся. Отец уже давно считает тебя своим зятем.

— Ха-ха, какое облегчение.

Уверенность Маргеты немного успокоила меня.

Верно, если я просижу на коленях перед замком три-четыре дня, он наверняка сменит гнев на милость. Если он не хочет, чтобы Маргета навеки осталась в старых девах, ему в конце концов придется дать согласие.

«Даже если всё пойдет наперекосяк, я отделаюсь парой сломанных ребер».

В это я и решил верить.

......

Старший окончательно пришел в чувства.

— Старший, ты действительно в порядке?

— Чем больше ты спрашиваешь, тем сильнее щемит сердце...

Луиза уже кружила вокруг него с сияющим лицом. Ее улыбка не угасала — казалось, она требовала компенсации за всё перенесенное беспокойство.

Естественно, я чувствовала то же самое.

«Слава Энену».

На моем лице играла улыбка от облегчения и радости.

Я уже была готова к худшему сценарию. К ситуации, когда состояние старшего затянется до самого конца семестра и его не удастся исправить даже к Новогодней церемонии приветствия. Случись такое, я планировала безвылазно сидеть в нашем столичном особняке, даже если бы это потребовало от меня невозможного.

Но всё завершилось лучшим, а не худшим исходом. Старший оправился еще до завершения учебы.

«Спасибо тебе, Эрих».

Я подумала об Эрихе, который сейчас наверняка носился по полю с остальными членами клуба.

Семья действительно важнее всего. Нет лучшей опоры в трудные времена. Пусть отношения между братьями не казались особо тесными, именно Эрих дал ему силы в критический момент.

В этом и кроется мощь рода. Связь, которую мне пока не под силу одолеть.

«Когда-нибудь...»

Я невольно сглотнула. Пусть сейчас я проигрываю, однажды я тоже стану для старшего семьей...

— Кхм, кхм!

— Ирина?

— Что с тобой?

— П-просто что-то в горле застряло.

Я поспешно откашлялась, устыдившись своих мыслей. Слишком тороплю события. Нелепо воображать такое, когда даже Княжна еще не вышла за него.

«...Я ведь так и не получила ответа».

На душе стало немного грустно, когда мысли забрели в эту неприятную сторону.

К несчастью, я так и не услышала «да» от старшего. Разумеется, я сказала, что он может не торопиться, но — чего уж греха таить — я хотела бы услышать согласие поскорее.

Впрочем, надежда была.

«Он сказал, что невест будет пять, так что нужен просторный зал».

Вот что я услышала от Княжны, когда она рассказывала о «ране в его сердце».

Пять. Она определенно сказала — пять. Княжна и Герцог Сокрушитель Демонов — это уже две. Мы с Луизой — четыре. И приплюсуем ту подчиненную из Инспекции, что призналась ему вслед за нами. Итого — пять.

- Сейчас у Карла нет и тени желания отталкивать леди Луизу и леди Ирину.

Пусть стыдно признавать, но я была по-настоящему счастлива. Даже в миг, когда старшему было плохо, я эгоистично порадовалась этим словам.

Сразу после этого меня захлестнуло самобичевание, но сказанное не шло из головы.

«Пять».

Старший говорил о пяти невестах. Если это были не просто слова больного человека — если он думал о пятерых еще до своего помешательства...

«Мне нужно просто подождать».

Просто ждать, пока он сам не скажет. Пока он не разберется в чувствах и не даст ответ тогда, когда ему будет комфортно.

Пусть в очереди передо мной немало людей, высокая вероятность положительного исхода дает мне мужество ждать.

— Держи.

Пока я витала в облаках, старший внезапно протянул мне чашку чая.

— О-о?

— Когда на улице мороз, нужно чаще пить теплое.

Я завороженно кивнула, глядя на его легкую улыбку.

Должно быть, он дал это из-за того, что я недавно якобы «поперхнулась». Это была лишь отмазка, но он не оставил ее без внимания...

— Спасибо тебе.

Я улыбнулась в ответ, принимая чай. Как и ожидалось, в своем нормальном состоянии он просто чудесен.

Ужасная «ментальная простуда». Как она только посмела тревожить нашего старшего?

— Это ведь тот чай, что ты принесла? Мне стоит тебя благодарить.

Моя улыбка стала еще шире.

......

Я мельком взглянул в сторону. Луиза, не переставая улыбаться, подливала мне чай.

Затем перевел взор на Ирину. Та неспешно прихлебывала из своей чашки.

«Затягивать дальше нельзя».

Видя, какое умиротворение царит в их душах, я почувствовал беспокойство. Год подходит к концу. К тому же, в реалиях Академии церемония закрытия — это фактически последний день года.

Едва она закончится, как все разъедутся кто куда. Мы не увидимся до самой церемонии открытия в марте следующего года.

«Это значит, что ответ прозвучит только весной».

Чудовищно. С их стороны это означало бы ждать ответа на признание почти полгода. Будь я на их месте, я бы в голос зарыдал от обиды.

Но дать ответ прямо сейчас?

«Слишком поспешно».

Как бы внезапно я ни получил эти признания, их чувства вовсе не легковесны. Поэтому мой ответ обязан быть искренним.

...Особенно после того, как я нес бред про совместные свадьбы и всё прочее.

«Но если я возьму паузу, наступит март».

Голова идет кругом. Как ни крути — кругом одни проблемы.

«О, если бы это был отказ».

Внезапно мелькнула мысль. Тогда бы мне не пришлось так терзаться.

Я в досаде зарылся пальцами в волосы. Будь моим решением отказ, следовало бы дать ответ немедленно, даже если это выглядит суетливо.

Ведь тщательно продуманный отказ — это уже форменное глумление. Следовало просто подставить лицо под пощечину и достойно ее принять.

Но сердце не желало говорить им «нет».

«Неужели истина крылась в моем безумии?»

Мысль была горькой, но, к моему удивлению, только потеряв рассудок, я смог отчетливо осознать свои чувства.

Я подсознательно уже видел всех пятерых своими невестами. Я без тени сомнения включил в этот список Беатрис, Луизу, Ирину и Эржебент.

Был ли причиной тому страх ранить их отказом? Нет.

«Я был счастлив».

Я радовался тому, что люди любят меня — любят не «предыдущего владельца» этого тела, а того меня, которого я выстроил сам после переселения.

Я был счастлив быть любимым. Счастлив слышать, что они хотят стать моей семьей. Вот почему я не хотел их отвергать.

Но это не значит, что я готов жениться на каждой просто потому, что мне признались. Могу за это поручиться. С каждой из них меня связывали глубокие отношения еще до всяких слов о любви.

И хотя с Луизой и Ириной мы знакомы меньше года, по моим меркам это уже серьезный срок. Я редко с кем-то сближаюсь на личном уровне, всё больше по службе. Особенно с женщинами.

«Легкодоступный мужик».

Вдруг кольнуло сознание. Какими бы ни были мои стандарты и резоны, со стороны это выглядит как «мужик, который не может сказать "нет" ни на одно признание»?

Это... это нормально?

«...Полагаю, да».

Раздумья были краткими. Какая разница, что подумают другие? Я буду делать то, что хочу.

Легкодоступный самец, охотно множащий жен. Возможно, это гиперкомпенсация за то время, что я подавлял чувства, прикрываясь Гекатой. Наверное, я бы завел гарем, даже будь я женат на Гекате.

— Кстати, каникулы уже совсем скоро.

Впрочем, пустые предположения лишены смысла. Важен мой нынешний выбор.

— Если вы не против, может, проведем их вместе, как прошлым летом?

Луиза и Ирина уставились на меня, вытаращив глаза.

Это был идеальный выход, позволяющий избежать и поспешного решения, и мартовской паузы. Если мы проведем каникулы вместе, у меня будет море времени, чтобы дать взвешенный ответ.

— Я-я только за, но вот насчет остальных... — Луиза заговорила не сразу, в замешательстве приоткрыв рот.

Честно говоря, остальные мне были без надобности, но я сам упомянул: «как прошлым летом».

— Думаю, всем понравится. Прошлый раз ведь удался.

К тому же, судя по их поведению в последнее время, повторная вылазка не кажется мне чем-то утомительным.

В конце концов, куда лучше снова отправиться в столицу, чем торчать в Академии всю зиму.

Я спросил пятерку, вернувшуюся после волейбола, об их планах на каникулы. Если они не заняты, предложил им не шататься где попало и присоединиться к нашей клубной поездке.

За всех ответил Рютис.

— А, в этот раз мы планируем вернуться в свои родные страны.

— Хм?

Что это? У меня со слухом проблемы?

«Вернуться в свои страны?»

Неужели у этих оболтусов есть подобные слова в словаре...?