Госслужащий в романтическом фэнтези (Новелла) Том 2 Глава 238 Показатель успеваемости в Академии 33,33% (2)

Когда чего-то ждешь, разочарование неизбежно. Именно поэтому я разучился надеяться. Чем сильнее вера в лучшее, тем глубже бездна отчаяния, в которую ты падаешь при столкновении с реальностью.

— Мы не можем безвылазно торчать в Империи больше года.

Когда Рютис произнес это так непринужденно, я испытал не радость, а замешательство. Это было похоже на выигрыш второго приза в лотерее, билет на которую ты купил, вообще не рассчитывая на победу.

Конечно, главным призом стало бы их исключение из Академии, но на это я уже давно махнул рукой.

— Вот как?

— Ха-ха, вы, никак, расстроились, что мы уезжаем?

Что за вздор. Я, черт возьми, вне себя от восторга...

Вместо того чтобы озвучить это, я ответил выражением лица, отчего Рютис снова разразился смехом.

— По крайней мере, мы должны встретить новый год на родине. В Армейне это празднуется не с таким имперским размахом, но свои торжества у нас имеются.

Довод был настолько весомым, что мне пришлось его принять.

Безусловно, отсутствие особ королевской крови на праздновании нового года — это проблема. Это лишь породит нежелательные слухи о расколе в правящей семье, усложнив жизнь королю.

Я перевел взгляд на Латера и Таниана; оба согласно кивнули, подтверждая те же намерения.

«Союзный совет и Церемония Вознесения».

В Юбене и в теократическом государстве новый год значит даже больше, чем в Армейне.

Союзный совет, на который съезжаются монархи всех пяти королевств Альянса, и Церемония Вознесения, знаменующая день, когда первый апостол Энена взошел на небеса. Эти события слишком важны, чтобы их пропускать ради пребывания в другой стране.

— Что ж, ничего не поделаешь. Поедут только те, кто может.

Едва эти слова сорвались с моих губ, как я ощутил безмерное облегчение. И хотя в последнее время эти парни вели себя тише воды и их можно было бы взять с собой, лучший вариант — их возвращение домой.

Я едва не прослезился от такого неожиданного подарка к концу года. Неужели это маленькая милость Энена за все мои страдания?

Грустно, что я благодарен за такие вещи, но факт остается фактом.

«Спасибо тебе...»

Пожалуйста, подкидывай мне побольше таких презентов и в будущем.

......

Я присел, наблюдая, как Рютис вовсю вещает куратору, что привезет деликатесы из Армейна в подарок.

По правде говоря, я не горел желанием возвращаться. Разве не я поклялся себе при поступлении в Императорскую академию, что вытерплю три года вдали от дома до самого выпуска?

«Это нужно ради королевской семьи».

Чем дольше я остаюсь на родине, тем больше угрожаю статусу брата как кронпринца. Какая знать поддержит наследника, который провел три года за изучением наук в чужом государстве вместо того, чтобы быть в своем?

Поэтому я планировал терпеть три года...

«Но я не могу вваливаться туда бездумно».

Я мельком взглянул на Луизу. Она счастливо улыбалась, предвкушая поездку с куратором.

Да уж, как я могу вставить слово и заявить, что хочу с ними, видя ее в таком состоянии? Летом я увязался следом, потому что питал чувства к Луизе, но теперь расклад иной. Мы отступились от нее и как верные друзья поддерживаем ее любовь.

Так что — всё правильно. Столичная вылазка должна стать свиданием влюбленных. Летней групповой поездки клуба было более чем достаточно.

«Да мне в любом случае пришлось бы вернуться».

Я откинулся на спинку стула с неким горьким чувством.

Мне не обязательно ехать домой только из-за отказа от поездки в Аузен. Я мог бы провести каникулы и в общежитии. Но веская причина все же нашлась.

- Его Высочество кронпринц будет присутствовать на нынешнем Союзном совете.

Несколько дней назад через связных я узнал, что мой брат посетит заседание Совета.

Пусть это лишь роль помощника при отце, сам факт участия — вот что важно. Пребывание на совете подле государя — это явный шаг по укреплению позиций престолонаследника. Действие, подтверждающее его статус кронпринца не только внутри страны, но и перед всем миром.

И как это будет выглядеть на столь эпохальном событии, если принц немногим моложе наследника даже не покажется? Это только расплодит сплетни, отрицающие власть кронпринца и сеющие раздоры.

«Вы всё это спланировали».

Я осторожно потер загривок. Как ни крути, это коварный ход отца. Схема по возвращению блудного сына, который и не думал возвращаться.

Он создал ситуацию, в которой статус моего брата не пострадает от моего краткого появления. Более того, он обставил всё так, что мое отсутствие будет воспринято как явный признак разлада в королевской семье.

И что мне остается? Придется ехать.

«У Таниана тоже нет причин упираться и оставаться в Империи».

У него свои резоны вернуться домой. Церемония Вознесения — одно из важнейших событий для Церкви Рассвета. Папа и кардиналы лишатся чувств, если будущий святой пропустит такой обряд.

- В Академии также есть аудитории для обучающихся жрецов. Я хотел увидеть соотечественников, которые поведут Орден в будущем, и поделиться знаниями с клириками Империи.

К тому же, причина его поступления, которую я услышал ранее: общение со жрецами страны с самым большим числом верующих на континенте.

Причина важная, но она меркнет перед перспективой пропустить Церемонию Вознесения. Дружбой и обменом опытом можно заняться и во время семестра.

«С другой стороны...»

Я перевел взгляд на Рютиса, который всё так же хохотал и болтал без умолку.

- Моя причина поступления?

Стоило мне вспомнить его тогдашние слова, как лоб непроизвольно пошел морщинами.

- Особых причин нет. Мне просто наскучило в Армейне, так что я поступил в другую — в Императорскую академию!

Я тогда на миг онемел от этого абсолютно безумного ответа. Я ждал чего угодно, но только не желания «повеселиться».

Лорд Виллар, слышавший этот ответ вместе со мной, просто молча прикрыл глаза. И пусть он точно не плакал, мне вовсе не казалось, что на его бесстрастном лице застыла скорбь.

«Сумасшедший ублюдок».

Как ни глянь, он не из тех, кому нужно искать повод для возвращения домой; он из тех, кому пора бы уже найти хоть один повод задержаться в Империи.

Не было бы ничего удивительного, уедь он сейчас в Армейн насовсем.

«Подумать только, я на одном уровне с таким, как он».

Эта мысль отозвалась во мне приступом жалкой досады. Никто ведь не знает наших истинных мотивов — ни моих, ни Рютиса. Со стороны мы оба выглядим как чудаки, бросившие учебные заведения своих стран ради поездки в Империю.

Несправедливо. Быть приравненным к этому безумцу, одержимому скукой. Ведь я сделал этот тяжелый шаг ради короны и своего народа.

«...Да плевать».

Да, всё равно. Прошел уже год, осталось еще два.

Уже слишком поздно злиться на то, что невозможно изменить.

Проклятье.

......

Помимо троицы, возвращающейся на родину, были и другие, заявившие о своем неучастии.

Аинтер, чьим домом был сам Императорский дворец, и Эрих, который сказал, что в этот раз проведет время во владениях семьи Красиус. Эти двое.

— Поеду в поместье. Давно пора повидать Серу.

— Ладно. Передавай ей привет.

— Обязательно.

Сын, который после семестра едет прямиком домой, а не шляется черт знает где. Его мать наверняка будет в восторге.

И имя Сера... Давно я его не слышал.

«Прошло много времени с тех пор, как я видел её в последний раз».

Младшая из двух детей главной горничной. Ее старший брат скончался от болезни, так что она осталась единственным ребенком.

К тому же, здоровьем девочка не отличалась, оставаясь постоянным поводом для беспокойства матери. И всё же я слышал, что благодаря преданной заботе горничной и щедрой поддержке моей матери — ведь Сера была дочерью подруги её детства — она изрядно окрепла.

«Она поправляется».

Было даже как-то отрадно осознавать, что брат сохранил с ней дружбу. Наши матери уже много лет не разлей вода, дети часто видели друг друга, и Эрих с Сера, будучи сверстниками, быстро сблизились.

Разумеется, не я. Даже в прошлом я был лишь старшим братом, который изредка обменивался с ней парой фраз. Что уж говорить о временах после моего «заселения» в это тело.

«Друзья детства».

Пожалуй, это даже занимательно. Связь моей матери и главной горничной передалась их детям. Ситуация, немыслимая в моем прежнем мире.

Если в этом и суть «наличия семьи», то такие отношения распространяются именно так...

— Кто такая Сера? — Таниан, тасовавший карты от безделья, невзначай подал голос.

Этот парень только что пришел с поля, а уже взялся за игры? Будущий святой не слишком ли предан мирским азартам?

— ...Подруга детства Эриха. Дочь главной горничной, мы знаем её очень давно.

— О, это добрая связь. Говорят, что друзья и вино с годами становятся только лучше.

Я кивнул Таниану, который продолжал кротко улыбаться.

— Не знаю, как насчет друзей, у меня их нет, но вино и впрямь с годами только лучше.

На этих словах атмосфера в клубе внезапно стала торжественно-тяжелой. Рютис и Латер, болтавшие о своем, Аинтер, наблюдавший за ними, и Луиза, разливавшая чай — все они разом впились в меня взглядами.

«А».

Только тогда я понял. Слишком уж ляпнул, не подумав.

Мне-то плевать на отсутствие друзей, вот я и выпалил первое, что пришло на ум. Но для остальных это прозвучало как крик души, от которого хочется пустить слезу.

— Ну, ты был занят, брат. Тренировки с малых лет, а теперь вот государственная служба...

— Не только старые друзья важны. Тех связей, что ты заводишь в течение жизни, куда больше, чем тех, что остались с пеленок.

В отличие от меня, Эрих, у которого друзей было завались, и Таниан, ставший невольным зачинщиком этого неловкого момента, поспешно бросились меня утешать.

Нет, не делайте так. От этого мне еще гаже. Будто я и вправду жалкий человек.

— ...Верно, спасибо.

И всё же я постарался ответить спокойно; бурная реакция сделала бы всё еще более неуютным.

«Проклятье...»

У человека порой просто нет друзей. Ничего криминального.

Несмотря на это маленькое происшествие в середине разговора, список участников столичной поездки был утвержден. Я, Луиза, Ирина. И Маргета, которая мгновенно согласилась, стоило мне позвать ее через артефакт связи.

И хотя эта поездка — повод дать ответ на признания, состав участников выглядит... двусмысленно. Любой свидетель подумает, что это вояж хозяина гарема.

«...Ну, в каком-то смысле так и есть».

Поразмыслив еще раз, я понял — взгляд со стороны вовсе не ошибочен. Было бы позорно это отрицать.

Вздохнув, я активировал артефакт связи. Поздно идти на попятную, особенно учитывая то, о чем я собираюсь спросить.

[— Да? Директор?]

— Да, это я.

Спустя мгновение появился лик Начальника Второго отдела. Прискорбно, что я связываюсь с ним лично всего через пару дней после его ментальных издевательств, но он единственный, кто даст внятный ответ.

— Начальник Первого отдела поблизости?

[— Нет. Сейчас только я.]

Я кивнул, довольный ответом. То, что я сейчас скажу — не для лишних ушей, а особенно — не для ушей Эржебет.

[— Что такое? Ищете зал, где поместятся пять невест?]

— Ах ты, сукин сын...

[— Да шучу я.]

Я заставил себя проглотить вертевшееся на языке ругательство. Нужно терпеть; сорвусь здесь — дам лишний повод для насмешек.

Глядя на ухмыляющуюся рожу Лафайета, я прикусил губу и осторожно заговорил.

— Знаешь ли ты место, где делают достойные кольца?

[— Свадебные кольца? Даже не знаю конторы, которая осилит пять штук за один заказ.]

Да будь ты проклят.

Ненавижу свое прошлое «я» и этого ублюдка до глубины души...!