Госслужащий в романтическом фэнтези (Новелла) Том 2 Глава 256 И всё же, год ещё не закончился (1)

Несколько дней назад я отдал секретные приказы заместителю командира.

Поскольку я не ждал мгновенных результатов, то решил терпеливо ждать.

Лишь бог способен за несколько дней исправить извращенную привязанность Начальника Четвертого отдела, которая искажалась годами.

Мне просто нужно постепенно вносить небольшие изменения, словно одежда промокает под мелкой моросью.

И все же я бы предпочел увидеть какой-то прогресс до марта.

Если мы пропустим мартовскую церемонию открытия, я не увижу Начальника отдела до самых летних каникул.

— Так что тебе тоже стоит вести себя тепло с Начальником отдела, когда встретишь его.

— Я всегда была теплой.

Я молча перевел взгляд на Начальника Первого отдела, которая ворчала, словно чувствуя несправедливость.

Это правда, что Начальники Первого и Четвертого отделов близки, но если спросить, была ли Начальник Первого отдела «теплой», я могу лишь в сомнении склонить голову.

Честно говоря, со стороны кажется, будто она просто донимает и раздражает тихую Фенелию.

«Неужели я действительно могу ей доверять?»

Я волнуюсь. Что, если она только ухудшит состояние Фенелии?

— В любом случае, не волнуйся! Если Фенелия сойдется с Директором, я больше не буду самой младшей!

Но эти слова на самом деле придали мне уверенности.

Да, мне следует доверять не ее теплоте, а ее эгоистичным желаниям.

— Понятия «самая младшая» не существует.

Разумеется, мне пришлось исправить это маленькое недопонимание.

Как среди жен могут быть старшие сестры или младшие?

Это всего лишь разница в порядке нашего появления.

С этой мыслью я потянул ее за губы за столь неуместное замечание, и Начальник Первого отдела поспешно закивала.

Теперь, когда я ее предупредил, она не совершит ту же ошибку дважды.

— Кстати, Директор. Мне тут кое-что стало интересно.

— Говори.

Начальник Первого отдела, отступившая на несколько шагов, стоило мне отпустить ее губы, осторожно открыла рот.

— ...Вы действительно пишете сейчас оценку на Министра?

— Да.

Я дал очевидный ответ на очевидный вопрос.

— Кого мне еще оценивать, кроме Министра?

Итоговая оценка персонала за год. Единственное время, когда прямые подчиненные могут оценивать своих прямых начальников.

Эта ежегодная оценка персонала направляется в Департамент персонала Министерства внутренних дел, а после обобщения оценок Департамент персонала окончательно передает их Императору.

Это одна из немногих возможностей для мнений чиновников, пашущих «в поле», достичь ушей Императора.

— Как ни посмотрю, это вовсе не похоже на оценку Министра.

Начальник Первого отдела, бормотавшая ровным голосом, выхватила бумагу, на которой я чиркал.

Боже мой, в наши дни подчиненные обворовывают начальство. Мир действительно катится в бездну.

— Нынешний Министр финансов, Деверри Бриад Блохенский, честен и справедлив, всегда подает пример и прислушивается к подчиненным независимо от их положения для принятия эффективных решений...

Прочитав написанную мной оценку, Начальник Первого отдела снова впилась в меня взглядом.

— Кто это? Если такой министр существует, я бы тоже хотела служить под его началом.

— Он прямо здесь, в кабинете Министра.

Отрезал я, возвращая украденный лист.

Я знаю. Мой отзыв описывает фантастическое существо, которое водится лишь в сказках.

Но что поделать?

Если бы я оценивал Министра по совести, бумага заполнилась бы одними проклятиями.

— А что, если Министра уволят из-за того, что я написал правду?

Тогда к черту всё. Очевидно, что это кресло займу я.

Кронпринц уже ищет повод для моего продвижения, а Министр мечтает сбежать на покой.

Если я подам хотя бы слегка отрицательную оценку, он ухватится за эту возможность без раздумий.

Конечно, для Министра это закончится переводом, а не отставкой, но для него это будет счастьем — избавиться от министерской лямки, которую он не тянет.

— Это нормально — подавать ложную оценку? Тебя в итоге не вышвырнут за подачу таких фальшивых отчетов?

Начальник Первого отдела одарила меня на редкость жалостливым взглядом, но мне было плевать.

Каждый волен мечтать, верно?

......

Хотя в конце года ни одно ведомство не может позволить себе расслабиться, Департамент персонала загружен больше всех.

Ничего не поделаешь.

В это время стекаются отчеты и оценки из всех министерств и от всех чиновников, а вместе с ними — толпы лоббистов. Одни проверяют, не прилетело ли им «письмо счастья» с негативом, другие пытаются впихнуть пару лестных слов в итоговый доклад для Его Величества.

Хотя Департамент персонала не подписывает указы о назначениях, он официально дает советы Императору.

Даже на войне мнение штабных крыс зачастую весит больше, чем слово полевого командира.

«Если ад существует, то он должен выглядеть так».

Но в имперской администрации власть прямо пропорциональна нагрузке.

Иногда мне кажется, что я бы с радостью обменял часть полномочий на свободное время.

Пожалуйста, только избавьте меня от амбиций стать Министром.

Листая отзывы на административных чиновников, я задаюсь вопросом: я среди людей или в вольере со зверьем?

Заметив малейшее пятнышко на репутации начальника, они раздувают его до небес с помощью ядовитых эпитетов.

Ведь чем громче падает вышестоящий, тем быстрее они вскарабкаются на его место.

Конечно, не все такие, но кучки карьеристов хватает, чтобы поднять страшный шум.

Эта должность позволяет увидеть гнилую изнанку человеческой натуры без всяких прикрас. Горько и физически, и морально.

— Глава департамента. Вот документы из Департамента инспекции.

— А, положите здесь.

Пока я растирал виски, пытаясь унять вечную мигрень, Заместитель начальника передал мне тонкую папку.

«Департамент инспекции».

Уголок моего рта дернулся — документы из столь «теплого» места всегда радовали.

К слову, еще пару лет назад этот департамент считался эпицентром адского труда.

Пфф—!

Я не выдержал и хохотнул, увидев характеристику от Директора Департамента инспекции.

Сплошной поток дифирамбов и хвалебных од.

Если верить тексту, перед нами — святой человек и министр, которому нет равных.

Даже фальшивая лесть начинает доставлять удовольствие, если натыкаешься на нее трижды кряду.

«Как всё прозрачно».

Отчаянное нежелание отпускать нынешнего Министра и кривая надежда получить что-то взамен за этот неприкрытый обман.

Забавно. После гор бумаг, пропитанных интригами, встретить такую наивную прямолинейность — все равно что найти оазис в пустыне.

И ведь Директор — не единственный; его подчиненные поют в ту же дуду.

[ Директор Департамента инспекции всегда идет впереди всех, берет на себя вину за ошибки подчиненных и подставляет плечо в трудный миг... ]

[ Он почтителен к старшим и добр к младшим. Отметает абсурдные приказы и руководит с мудростью. ]

[ Он отвечает за свои слова и не твердит одно и то же по два раза. Не «отрубает хвосты», чтобы уйти от ответственности. ]

— Хе-хе...

Даже летописи Эйманкара Великого не были так перегружены пафосом.

От этого водопада комплиментов от Заместителя директора и Начальников отделов покраснел бы даже тот, кого не хвалили.

Я едва снова не сорвался на хохот, уловив тайный умысел за этой патокой.

Ведь именно из-за таких отзывов Директор Департамента инспекции не может уйти в отставку, как бы ни бился.

- Несмотря на опасения из-за его юного возраста при вступлении в должность, Директор ведет дела образцово, что вселяет уверенность.

Его Величество, ознакомившись с отчетом, ограничился этими словами.

Молчаливый приговор: Директор Департамента инспекции останется в своем кресле, что бы он ни вытворял.

- Глава Департамента персонала. Разве вам не было бы спокойнее, если бы работы стало хоть немного меньше? Не беспокойтесь о бумагах из Департамента инспекции.

У Его Высочества Кронпринца тоже были четкие планы на кадровый застой в этом отделе.

Следовательно, их отзывы никак не влияют на перестановки. Жаль, что сам Директор об этом ни сном, ни духом.

«Вот бы и другие отделы были такими».

Безумная мечта промелькнула в голове, но какая разница?

Каждый волен мечтать, верно?

В любом случае, заставить кого-то смеяться одним лишь текстом — это талант.

С нетерпением жду следующего года.

......

Я знала, что Заместитель командира что-то усиленно строчит.

Но поскольку шел период оценок, я решила, что ему просто хочется высказать всё, что он думает о моем руководстве, и не мешала.

Если ему есть что сказать — значит, я не дорабатываю, винить его не в чем.

Заметив, как бойцы шушукаются с Заместителем командира, я на миг засомневалась в своей компетенции, но постаралась не подать виду.

Нельзя злиться на подчиненных, если они недовольны моими огрехами.

...хотя нет. Все же мне следовало разозлиться.

— Заместитель командира.

— Да.

— Что это?

Бумага, которую Заместитель командира протянул мне с чрезвычайно торжественным видом. Стоило мне вчитаться, как я зажмурилась.

— Это коллективная воля всех бойцов Отряда «Чернильный свет».

От такого пафоса у меня закружилась голова.

Коллективная воля? Неужели для этой писанины нужно было выбирать столь громкие слова?

— Это плод искренней преданности каждого из нас.

— Какая же это преданность...

— Если не преданность, считайте это семейной привязанностью.

При слове «семья» я осеклась. Как подло — козырять семейными узами. Разве я могу теперь отказать?

— Всего раз. Просто дочитайте до конца. И на этом всё.

Раз он так просит, что мне остается?

...Ладно, спишем это на совет подчиненного или на родственную заботу. Пусть будет так.

Я уняла дрожь в руках и впилась глазами в листок, который дал мне Заместитель командира Джузеппе Мардина.

[ Заместитель командира Отряда «Чернильный свет» Джузеппе Мардина и все бойцы Отряда «Чернильный свет» официально обращаются к Командиру Отряда «Чернильный свет» Фенелии Юс. Прошло уже несколько лет с тех пор, как мы переродились благодаря милости Директора Департамента инспекции. Мы не сможем вернуть этот долг, даже если проживем десятки жизней, а забыть о нем — значит уподобиться зверью. Но как же нам горько видеть, что Командир видит в Директоре лишь того, за кем нужно слепо следовать, а не объект для искренней благодарности? Теперь, Командир... ]

Я не смогла прочесть больше пары строк и снова закрыла глаза.

— Командир.

Заместитель командира заговорил так настойчиво, словно не давал мне спрятаться даже за сомкнутыми веками.

— Плата за милость не должна быть лишь сухим долгом. Разве вам не больно сводить ваши отношения с Директором лишь к связи господина и слуги?

— ......

— Безусловно, мы будем служить ему до гроба. Но если Директор ждет чего-то большего, молчать из одной лишь вежливости — тоже своего рода неуважение.

Я не нашла слов, пораженная его редкой серьезностью. И все же я обязана возразить. Он прав — я получила океан милости и должна его отработать.

Но при этом лезть к Директору с фамильярностью... Это значило бы забыть свое место. Ведь так?

— Если хотите отблагодарить его, подумайте о том, чего хочет он. Делать только то, что хочется вам, — это чистое самодовольство.

Но я не нашла, что ответить.