Госслужащий в романтическом фэнтези (Новелла) Том 2 Глава 259 И всё же, год ещё не закончился (4)

Сегодня я точно сплю. Нет, пожалуй, я сплю еще со вчерашнего дня.

— Господин.

Может ли вся моя жизнь быть лишь сном? Неужели то, что я считал переселением, на самом деле — лишь масштабная иллюзия?

Может, какой-то безумный бог стимулирует мой мозг своей маной. Энен, ты злобный ублюдок.

— Г-господин?

«А».

Дрожащий голос Начальника Четвертого отдела заставил меня призвать обратно сознание, уже собравшееся в дальний путь. Если я схожу с ума, просто глядя на это, то каково сейчас Начальнику отдела? Если я не проявлю реакции, она может сбежать...

...С поводком на шее.

«Черт».

Я внезапно представил это. Начальник отдела вылетает из кабинета с поводком на шее. Удирает в панике, с пылающим красным лицом.

Это стало бы концом моей жизни. Не карьеры чиновника, а именно жизни в обществе. Такого нельзя допустить ни в коем случае.

Поэтому дрожащими руками я перехватил рукоять, которую протягивала мне Фенелия... Я схватил её, всё ещё сомневаясь в правильности происходящего, но всё же схватил.

— Благодарю вас, Господин.

Тревожное, дрожащее лицо Начальника отдела мгновенно прояснилось. Если подумать, в какой-то момент её обращение сменилось с «Директора департамента» на «Господина».

У меня кружится голова. Что, черт возьми, произошло за эти последние несколько дней?

— ...Ты вверишь мне всё?

— Да, Господин.

Когда я осторожно приоткрыл рот, она решительно кивнула с той самой пугающей искренностью. В отличие от прошлого раза, когда она провела черту и отвернулась, сейчас это была непоколебимая решимость действительно следовать моей воле.

Да, хорошо. Это правильное решение. Наконец-то она смотрит проблеме в лицо, а не убегает, разве это может быть плохо?

Но зачем нужен был перформанс с поводком, когда хватило бы простых слов?

— Впечатляющее обязательство.

С этой мыслью я осторожно задал вопрос. О чем она вообще думала, идя на такое? Если бы хоть один человек увидел это, моей социальной жизни пришел бы конец.

— Э-Эржебет сказала, что если я сделаю это, то вы позаботитесь обо всем остальном, Господин.

Смущенно ответила Начальник отдела.

Я чувствую себя опустошенным. Никогда не ожидал, что внутри окажется шпион. Если она хотела дать совет, могла бы дать что-то нормальное, но почему именно таким образом?

Это какая-то извращенная дружба, где она не может вынести мысли о том, что она — единственная обладательница позорных воспоминаний? Раз уж она выплакала все глаза на улицах столицы, значит ли это, что её подруга должна хотя бы поносить поводок для равновесия?

Начальник Первого отдела, вы пугающий человек.

— И что же ты хочешь, чтобы я для тебя сделал?

Я ощутил легкую мстительность по отношению к Начальнику отдела, которая последовала такому странному совету.

Мне жаль человека, набравшегося смелости прийти в ошейнике, но я хотел бы, чтобы она подумала и о моем положении — ведь свидетелем этого стал именно я.

— Э-Это...

Я видел, как Фенелия растерялась. Вопреки совету Начальника Первого отдела о том, что «я позабочусь об остальном», она пришла в замешательство, когда я спросил о её желаниях.

Мне хотелось подразнить её еще немного, но я сдержался. Если я спровоцирую её и она сбежит, проиграю только я. Конечно, раз рукоять в моей руке, у неё ничего не выйдет, но управление кем-то с помощью поводка не слишком мне импонирует.

— Я шучу. Я и так всё знаю без твоих слов.

— Б-благодарю...

Когда я погладил Начальника отдела по голове, она пробормотала что-то едва слышным голосом.

Будем мыслить позитивно. Хотя она показала довольно необычное представление, Начальник отдела стерла черту, которую провела сама, и подошла ко мне. И пусть добавился пункт о том, что она вверяет мне абсолютно всё, это можно списать на особенности её характера.

В конце концов, это просто своего рода интенсивное признание, верно? Где-то в мире наверняка существуют признания в стиле эквивалентного обмена: «Я отдам тебе половину себя, если ты отдашь мне половину себя».

— Давай сначала снимем это. Я боюсь, что нас кто-нибудь увидит.

Я потянулся к шее Начальника отдела, чтобы найти застежку поводка. Признание закончилось эффектно, так что теперь пора поскорее убрать это непотребство...

— Хнг-х!

— Ой.

Так как я никогда не имел дела с поводками, я случайно затянул его сильнее. Не то чтобы кто-то вообще должен уметь с ними обращаться.

— Гос... Господин, если вы желаете...

Даже с покрасневшим от внезапного удушья лицом Начальник отдела продолжала говорить, заикаясь.

Но слова, которые она выдавила сквозь боль, слишком ужасны. Я не такой человек. Не надо внезапно превращать Директора департамента инспекции в извращенца.

Если подумать, у этих понятий даже инициалы совпадают. Черт побери.

— ...У меня нет подобных вкусов, так что не пойми превратно.

Я поспешно отстегнул поводок и зашвырнул его подальше. Сама мысль о связи с этим предметом вызывала отвращение, я больше никогда не хочу его видеть.

— Есть вещи и получше, зачем носить такое.

Затем я достал Кольцо №6 из кармана.

Доказательство того, что ты вверяешь мне всё. Если хочешь явить это доказательство, кольца будет достаточно. Если носишь свидетельство на шее — ты безумный извращенец, но если на пальце — вы просто обычная пара, так ведь?

Я категорически не мутант, желающий первого варианта.

— Считай это моей второй половинкой. А я буду считать это половинкой Фенелии.

— В-второй половинкой...

Я надел парное полукольцо на палец Начальника отдела, а вторую часть — на свой.

К счастью, слова о «второй половинке», кажется, впечатлили Фенелию, и она продолжала кивать. Честно говоря, я не хотел отдавать кольцо в такой спешке и в такой атмосфере, но вид поводка лишил меня самообладания.

Но разве не плевать на процесс, пока мы счастливы? Именно так я и решил думать.

......

Как только Начальник отдела ушла, я вызвал Начальника Первого отдела.

Должно быть, она чувствовала за собой вину, так как вошла с большой осторожностью. Вид её заставил меня разозлиться ещё сильнее. Разве это не значит, что она знала о грядущих проблемах, но всё равно дала такой совет Начальнику Четвертого отдела?

— Всё прошло удачно?

Едва войдя в кабинет и заприметив брошенный в углу поводок, Начальник Первого отдела спросила с неловкой улыбкой.

— Удачно.

Ответил я, демонстрируя кольца на обеих руках. Теперь у меня было по три кольца на каждой руке, итого шесть штук на пальцах.

Смотрелось это несколько жалко, но я терпел, вспоминая Золотого герцога с его легендарной дюжиной. По крайней мере, мне пока хватает десяти пальцев...

— Правда? Я же говорила — я дала о-очень хороший совет! Если бы я не вмешалась, вы бы до сих пор мялись, верно?

Стоило ей увидеть кольца, как она мигом преобразилась и начала злорадствовать, что жутко раздражало.

«Хороший совет», как же. Неужели она не могла посоветовать что-то более нормальное?

— Да. Ты отлично постаралась, так что иди сюда, присядь.

Пока что я сдержал гнев и похлопал себя по колену. Время наказания еще не пришло, поспешность всё испортит.

Когда я велел ей сесть мне на колени, глаза Начальника Первого отдела округлились, и она мигом подскочила ко мне. Если она сейчас и похожа на добычу, заманенную на наживку, то это лишь моё воображение.

— Хе-хе, а я и не ждала награды~

Стоило ухмыляющейся Начальнику Первого отдела устроиться у меня на коленях, как я крепко обнял её. Не до боли, но достаточно надежно, чтобы она не сбежала.

— Это не награда.

— А?

Уши Начальника Первого отдела покраснели, едва я прижал её к себе, и она склонила голову, словно спрашивая, что я имею в виду.

К несчастью для неё — это и правда не награда. Говорят, дорога в ад вымощена благими намерениями, не так ли?

— Прости меня за то, что я была такой легкомысленной всё это время, прости за то, что всегда вытворяла странные вещи.

Когда я нежно прошептал эти слова ей на ухо, тело Начальника Первого отдела буквально окоченело.

Разумеется. Слова, которые я шепчу — это то, что Начальник Первого отдела не забудет до самой смерти.

— Мне о-очень за-алко... Я буду холосой девоцкой...

Когда я нарочно заговорил сюсюкающим голосом, имитируя её позор, замершая Эржебет начала вибрировать почти жалостно. Эффект определенный. Как и ожидалось, атака постыдными воспоминаниями — лучший метод.

Как бы то ни было, Начальник Первого отдела отчаянно забилась, но побег был невозможен. Честно говоря, я уверен, что одолел бы и десяток Начальников Первого отдела, вцепившихся в меня, не говоря уже об одной, пойманной врасплох.

— Пожалуйста, всего один разок...

— А-а-а-а! П-прекрати-и-и!!

— Всего один шанс на...

— П-прости! Я была неправа-а-а-а!

Она выглядела так, будто сейчас расплачется, если я продолжу её дразнить, поэтому я отпустил её спустя пару минут пыток.

Результат налицо.

......

Костюм — проверен.

Аксессуары — в порядке.

Торт — на месте.

«Отлично».

Я несколько раз проверил всё у двери на всякий случай. Будет неловко, если я забуду приготовленные подарки.

Особенно торт. Это важнее всего. Я приготовил его, потому что как раз в это время у Серы день рождения. Праздник без торта — это пустота.

К тому же, как член Кондитерского клуба, я испек его сам. Моё сердце было бы разбито, забудь я его здесь после стольких усилий.

— Сера будет в восторге. Большое спасибо, молодой господин.

Даже глаза няни наполнились слезами радости, когда она узнала, что я делаю всё сам. Если бы я сказал: «Прости, я забыл торт», она была бы разочарована не меньше Серы, несмотря на то, что она моя няня.

В общем, убедившись, что подарки при мне, я осторожно постучал в дверь. Осторожно, чтобы не напугать — Сера вздрагивает от громких звуков.

— Да. Войдите.

Услышав мягкий голос из-за двери, я вошел.

Там я увидел Серу, сидящую на кровати с лучезарной улыбкой. Сера с длинными золотистыми волосами, как у няни, хлопала своими похожими на сапфиры глазами.

К счастью, цвет лица у неё был здоровым, значит, она не перенапрягалась. Говорили, что ей стало намного лучше, и она действительно выглядит гораздо бодрее, чем раньше.

— Привет, Сера. Как ты поживаешь?

— Хорошо. А как поживает рыцарь?

Я лишь неловко улыбнулся на её смешливые слова. Как же стыдно, что она до сих пор помнит то, что было восемь лет назад.

— Какой еще рыцарь? Я всего лишь студент, которому еще учиться и учиться.

— Правда? Странно. Мама говорила иначе.

Я снова выдавил неловкую улыбку. Похоже, няня наговорила Сере всякой чепухи.

Вернувшись в поместье, я провел несколько тренировочных боев с семейными рыцарями. Я одержал серию побед, но с точки зрения рыцарей — могли ли они действительно сражаться в полную силу против молодого господина? Очевидно, это были лишь бои из вежливости.

Но няня, видимо, так не считала и так расхвалила меня, что мне оставалось только краснеть.

...И, похоже, она разболтала об этом Сере.

— Няня видит меня в слишком хорошем свете. Она, должно быть, немного преувеличила.

— Раз рыцарь так говорит, мне стоит поверить.

— Уж пожалуйста...

— Хе-хе, ладно.

Я улыбнулся Сере в ответ, когда она залилась веселым смехом.

Это немного, совсем чуть-чуть смущает, но если Сера счастлива — этого достаточно. В конце концов, она заперта в поместье, точнее в своей комнате, и ведет одинокую жизнь. Пусть хотя бы так смеется.

— Но зачем ты принес столько вещей? Мог бы прийти и с пустыми руками.

Сера склонила голову, её взгляд приковало к коробкам в моих руках.

Слова, в которые она сама не верит. Приди я и правда с пустыми руками, она бы точно расстроилась.

— У тебя скоро день рождения. Я приготовил кое-что.

Когда я начал открывать коробки одну за другой, глаза Серы засияли. Хоть она и не может выходить наружу, она находит утешение в коллекционировании такой одежды и украшений.

Наконец, когда я показал ей торт, она снова хихикнула.

— Я не очень люблю сладкое.

— Я знаю. Поэтому я сделал его не слишком приторным.

При этих словах её пальцы, постукивавшие по коробке, замерли.

— Ты сам его сделал?

— Да. В Кондитерском клубе это единственный навык, который я отточил.

После минутного молчания Сера ткнула пальцем в крем на верхушке торта.

— ...Да. Так и есть. Очень вкусно.

Попробовав крем, Сера лучезарно улыбнулась.

К счастью, кажется, оно пришлось ей по вкусу.