Госслужащий в романтическом фэнтези (Новелла) Том 2 Глава 422 Два титула (4)

~6 мин. чтения · 1,549 слов
Ранее в Госслужащий в романтическом фэнтези (Новелла)...
Эрих получил свой титул, и теперь герой ожидает церемонии инвеституры. Тем временем Луиза, вдохновленная необычным поцелуем, начала делать печенье в форме соломинок. Отец устраивает для героя и Эриха церемонии наследования титулов, после чего герою предстоит визит во дворец, чтобы подтвердить верность Императору. Мать героя, Лаура, готовится к церемонии, радуясь наметившемуся прогрессу в отношениях Эриха и Серы.
Церемония передачи владений была назначена в Главном Зале. Это было центральное помещение замка, отличавшееся огромными размерами и роскошью, что делало его идеальным местом для проведения инвеституры. Более того, его просторы позволяли без труда разместить столы. Это означало, что праздничный пир можно устроить сразу после завершения официальной части. В конце концов, банкет — дело не менее важное. — Теперь мне следует обращаться к вам «барон», а не «молодой господин». — Не стоит такой официальности. Титул барона не изменит меня как личность. Отпивая шампанское, поданное горничной, я осмотрел зал и заметил Эриха, мило беседовавшего с няней. До нашего прибытия домой он излучал тоску, но теперь, похоже, смирился с необратимостью ситуации и выглядел умиротворенным. Возможно, встреча с няней пошла ему на пользу. — В моих глазах вы уже другой человек. Кажется, только вчера вы носились с ветками, докучая рыцарям, а сегодня уже становитесь титулованным дворянином. — Нет нужды вспоминать столь давние дела. Эрих неловко рассмеялся, в то время как няня, растроганная, утирала глаза платком. Я и сам не понимаю, когда это было. Раз я этого не помню, значит, в тот период это тело еще было слишком юным. Крайне неэтично вытаскивать на свет подробности столь далекого прошлого. Однако это означало, что няня заботилась об Эрихе и обо мне долгие годы. Пусть она и вытаскивала из забвения «постыдные страницы» нашей истории, о которых мы даже не подозревали, это не вызывало неприятных ощущений. — Подумать только, вы станете бароном Хардинером. Я и представить не могла, что вы станете соседом юной госпожи. — Ах. Я молча отвел взгляд, когда няня широко улыбнулась. Хотя она не высказалась прямо, я инстинктивно всё понял. Няня ошиблась — допустила крохотную, но роковую неточность в суждениях о том, почему Эрих выбрал именно баронство Хардинер. Она ошибочно полагала, что Эрих выбрал эти земли из-за прогресса в его отношениях с Серой. Я с сожалением закрыл глаза. Разумеется, Сера могла быть среди причин, по которым Эрих выбрал Хардинер, но вовсе не в том смысле, в каком думала няня. «Я сохраню это в тайне». Я просто не мог раскрыть правду. Сера хрупка здоровьем, и из близких у неё есть только мы с братом. А Эрих — объект её многолетней привязанности. Няня, вероятно, думает, что чувства её драгоценной дочери наконец-то нашли отклик. Я не мог обрушить на неё суровую правду в столь радостный день. Няня могла бы просто упасть в обморок от шока. Прости, няня. Оцени мое благородное молчание. — Я постараюсь что-нибудь предпринять за оставшийся год... До выпуска Эриха оставался примерно год. За это время я приложу все усилия, чтобы свести их. На самом деле, я уже подумывал самоустраниться, сделав всё, что в моих силах, но, видя искреннюю улыбку няни, не смог отступить. Пришло время отплатить ей за всё добро. «Я доведу это дело до конца». Либо я умру от невыносимой тоски, либо Эрих всё-таки возьмется за ум — третьего не дано. ...... Когда все вассалы и слуги графства собрались в Главном Зале, я присоединился к семье на возвышении. Те, кто до этого разговаривал или утолял жажду, один за другим умолкли. Это было знаком уважения к единственному хозяину графства; подчиненным не подобает шуметь на церемонии, где этот самый хозяин сменяется. — Давно мы так не собирались. Заговорил отец, мельком окинув взглядом толпу. — Слишком частые встречи означали бы пренебрежение долгом, поэтому этот случай — весьма отраден. По тишине прокатился легкий смех. Это была шутка в стиле отца, но одновременно и похвала вассалам и слугам, посвятившим себя владению. Когда господин признает и поощряет усердный труд подчиненных, для тех, кто трудится изо дня в день, это служит величайшим утешением. — Ваш граф смог править как владыка Тейлглехена лишь благодаря вашему усердию. Ваша верность поистине стала опорой, на которой зиждется род Красиус, позволив нашей семье служить императорской фамилии без тени забот. Похвалы и напутствия отца продолжались. Он говорил, что Красиусы остаются Красиусами благодаря тем, кто поддерживает их снизу; что величие рода было достигнуто трудами вассалов и слуг. Глава семьи и сам граф лично признавал этот вклад. Можно было считать это лишь формальными словами, но учитывая, что есть люди, скупые даже на такие речи, отец был выше среднего как руководитель. — Именно так. Именно благодаря вам этот граф мог вести за собой земли до нынешнего дня. Отец на мгновение замолчал и положил руки на плечи мне и Эриху. — Посему этот граф, веря в вашу вечную преданность, желает отойти от дел. С этими словами отец достал из нагрудного кармана печать. — Эрих Красиус, законный член семьи Красиус, слушай меня. — Эрих Красиус внимает воле главы семьи. Повинуясь приказу, Эрих преклонил колено и склонил голову. Тот, кто принимает милость наследования от главы рода, не может стоять прямо.

— Баронство Хардинер — один из столпов, поддерживающих графство Тейлглехен, и ты, как член семьи Красиус, посвятивший себя роду, достоин наследовать этот титул.

Затем он лично вложил печать в руку Эриха.

— Эрих Красиус. Исполнишь ли ты свой долг как барон Хардинер?

— Клянусь перед Эненом и Великим Императором, что буду исполнять свой долг до конца своих дней.

— Хорошо. Отныне ты — барон Эрих Красиус Хардинерский. Будь верен своему брату и императорской семье наверху и заботься о своем народе внизу.

Провозглашение отца возвестило о рождении нового титулованного дворянина. В ответ вассалы и слуги разразились аплодисментами. И чем громче становились овации, тем отчетливее на лице Эриха проступало выражение долгожданного освобождения.

«Держись там».

Я внутренне подбодрил его, прекрасно понимая, что он чувствует. Эрих больше не был просто «молодым господином», а стал полноценным аристократом. Отныне ему придется вкалывать не только на благо семьи или дома, но и решать дела на имперском уровне. Так что крепись, Эрих. К счастью, на долю мелкого лорда, находящегося под крылом великого феодала, вряд ли выпадет много бед.

— Карл Красиус Виридийский, законный наследник семьи Красиус, слушай меня.

...К тому же, как бы ты ни страдал, вряд ли тебе достанется столько же, сколько мне.

— Карл Красиус Виридийский внимает воле главы семьи.

В воцарившейся тишине я преклонил колено перед отцом.

— Граф Тейлглехена входит в число тридцати имперских графов, оберегающих императорскую семью, и является мечом и щитом Его Величества Императора. Ты, как наследник рода Красиусов, посвятивший себя Империи, достоин наследовать Тейлглехен.

Я склонил голову еще ниже, ожидая продолжения. Сейчас отец должен спросить, исполню ли я долг, я поклянусь перед Эненом и Великим Императором, как сделал Эрих, и на этом всё закончится—

— Более того, ты исполнял свой долг дворянина еще до того, как стал графом, что ведомо и Энену на небесах, и Великому Императору.

Внезапно прозвучала фраза, которой не было в сценарии.

«Что это еще такое?»

Я был в замешательстве. Со стороны отца, который прекрасно знает, в какую панику впадают чиновники, когда ситуация идет не по мануалу, это было довольно подло.

Но я не подал виду. К этому моменту отец уже положил передо мной печать графа и похлопал меня по плечу.

— Как глава семьи Красиус, я передаю тебе всё. Примешь ли ты это, мой наследник?

— ...Я приложу все силы, дабы передать славу ушедшего поколения грядущему.

Отец удовлетворенно кивнул. Я мельком глянул в сторону: матушка аплодировала с нежной улыбкой. Следом Эрих, главный дворецкий, старшая горничная, вассалы и слуги — все приветствовали рождение нового имперского графа громом оваций.

«По крайней мере, я не побил рекорд самого молодого графа».

В такой день мне почему-то внезапно вспомнился граф Хорпельт.

......

Церемония инвеституры завершилась безупречно, и праздничный банкет прошел столь же мирно. Прежде всего, на банкете присутствовали лишь вассалы из разных частей графства, а я, хоть и не отличаюсь общительностью, неплохо знаю их в лицо. Было бы странно, если бы преемник лорда не узнавал своих подчиненных.

Напротив, вассалы больше вились вокруг Эриха, только что получившего титул, чем вокруг меня, чье назначение считалось делом «само собой разумеющимся». Они явно хотели произвести впечатление на человека, который как брат лорда станет вторым или третьим лицом в графстве. Благодаря этому банкет закончился спокойно — Эриха принесли в жертву общению.

«Вот бы он и главой семьи стал, вместо того чтобы переться со мной во дворец».

Глядя на Императорский дворец, я невольно поймал себя на этой мысли. Конечно, услышь это Эрих, он бы меня прокляsл, но я серьезно. Может, Эриху бы и понравилось поглазеть на дворец?

Но поскольку имперским графом был я, а не он, в Императорский дворец явился именно я. Не прошло и вечности с тех пор, как я покинул Столицу, а мне снова пора на ковер к монарху.

— Ваше Превосходительство, можете входить.

— А, да. Благодарю.

Я прошел через главные ворота после осмотра новым командующим Имперской гвардией. Утешало лишь то, что этим командиром оказался гибкий в суждениях Гара, но перед лицом встречи с Императором это слабо помогало.

Уж лучше бы на воротах стоял сухарь-служака, зато Император был бы расслаблен. Какой прок от покладистого привратника, если внутри дворца ждет ТАКОЙ босс...?

— Какого?...

Мои ноги сами собой остановились. По пути к Солнечному дворцу, где обычно пребывает монарх, я стал свидетелем причудливой картины.

Ку-ка-ре-ку—!

Какая-то мелкая живность неслась со всех ног, издавая нелепое кукареканье.

— Оно бежит туда!

— Смотрите, чтобы не поранилось! Гните его к поляне!

За ней, преследуя в ярости, неслись рыцари. Разум едва не отказывал. Невероятное зрелище — некое существо прорывало оцепление лучших из лучших, Имперских рыцарей. И никогда не думал, что увижу нечто подобное. Более того — даже представить не мог, что в Императорском дворце может существовать ТАКОЕ. Слабые взмахи крыльев, болтающийся из стороны в сторону гребень, крошечные глаза, мечущиеся по сторонам в панике.

— Это курица.

Зачем... курица во дворце? Сегодня какой-то особенный день, посвящённый поеданию курятины? Нет, подобных обычаев в этом мире не существует.

— Ах, Ваше Превосходительство!

Тем временем один из рыцарей, преследовавших курицу, узнал меня. Это был бывший командир Имперской гвардии.

— Прошу прощения. Но что, черт возьми, здесь происходит?

Серьезно — что, собственно, творится?

Глава 424