Хёка (Новелла) Том 1 Глава 3 Деятельность престижного Клуба Классики

Я удивлённо приподнял брови. Я прекрасно понимал, что она имела в виду, но всё звучало как тавтология.

В любом случае, антология — это скучное занятие. Не могу сказать, что всё, что требует от меня сочинительства, вроде антологий, скучно, но лучше бы мне не приходилось этим заниматься. Будь то причина или цель, мне всё равно пришлось бы что-то делать. Чрезмерная активность требует усилий, которые влекут за собой потерю энергии.

− Давай не будем делать антологию. Это слишком трудоёмко. Тем более… Три автора — это слишком много.

Читанда была непреклонна:

− Нет, это должна быть антология.

− Если ты так хочешь что-то выставить на продажу, мы можем открыть лавку или что-нибудь в этом роде.

− На культурном фестивале школы Ками лавки традиционно запрещены. Так что нет, это должна быть антология.

− Почему?

− Бюджет нашему клубу выделен именно на выпуск антологии, так что у нас потом возникнут проблемы, если мы её не выпустим.

Читанда вытащила из нагрудного кармана аккуратно сложенный листок и показала его мне. Действительно, те скромные средства, что были выделены Клубу Классики на этот год, были обозначены как «средства на выпуск антологии».

− Тем более, что Ооиде-сенсей сам попросил нас её сделать, потому что она выпускается уже тридцать лет, и он не намерен смотреть, как прерывается эта традиция.

− …

Как показывает практика, здравомыслящие люди обычно умны. Это не значит, что нездравомыслящие глупы. Читанда не была глупой, но явно отличалась нездравым умом. Во-первых, она чаще руководствовалась чувствами, нежели разумом, что побудило её строить деятельность клуба на традициях. Я понял, что идти против традиций не стоит, поэтому, мучительно улыбнувшись, уступил:

− Ладно, ладно. Мы выпустим антологию.

Так закончились мои беззаботные, бесцельные дни. Ну, по крайней мере, со здоровьем всё в порядке, как мне кажется.

Снаружи всё ещё шёл дождь. Поскольку я не собирался домой, то решил спросить:

− Ну и как ты собираешься выпустить эту антологию?

− Как? В каком смысле?

− Какие статьи обычно пишут?

Я уже приготовился писать академические эссе с заголовками вроде «Обзор «Хаккенден»[1]», «Луна в тумане»[2]: исследование роли Императора в рассказе «Круча Сираминэ»[3] или «Окагами, или Великое зерцало»[4] — обзор влияния этого рассказа на изменения в обществе и контраргумент к прошлогодней статье». И, конечно, приложение. Я даже был готов к тому, что мои работы не достигнут уровня прошлогодних статей. Ведь я даже не знал, какой должна быть так называемая традиционная структура у этих статей.

Однако ответ оказался отрицательным.

− Хм, я не уверена. Мне самой интересно, что мы должны написать.

Это был вполне ожидаемый ответ, учитывая, что президент клуба состоит в нём всего месяц.

− Думаю, мы сможем выяснить это, если найдём прошлые выпуски.

− Они должны быть где-то здесь. Ты не знаешь, где они?

− В клубной комнате?

Вот оно как.

Я внезапно почувствовал к ней жалость. Я прямо указал пальцем на пол под её ногами.

− О! Это клубная комната.

Именно так.

− Хотя по ней и не скажешь…

В этом она была права.

В аудитории клуба Геологии не было ничего, кроме стандартного оборудования для учебного процесса – доски, столов, ступьев и нескольких предметов для уборки помещения. В общем, обычная классная комната. Хранить книги было негде.

− Похоже, прошлые выпуски не здесь.

− Да, похоже на то.

− Тогда… Пойдём в библиотеку?

Это звучало разумно, потому я кивнул. Читанда взяла свою сумочку и встала.

− Пошли.

Не дожидаясь моего ответа, она открыла дверь и вышла. Она была слишком активна для изящной леди. Ну ладно, библиотека всё равно находилась по пути к выходу из школы, а до него было недалеко.

Нет, подождите. Сегодня пятница, а значит, дежурить в библиотеке будет…

− Неужто Ореки? Давно не виделись, хотя не могу сказать, что скучала.

На входе меня встретила словесная атака. Как я и предполагал, за библиотекарским столом сидела ни кто иная, как Ибара Маяка.

Все девять предыдущих лет мы учились вместе. К старшей школе её детские черты лица изменились совсем незначительно. Не позволяйте её милому личику и фигуре вас обмануть — она всегда готова к бою. Прояви слабость, и на вас обрушится калейдоскоп её саркастичных шуток. Мне даже советовали держаться от неё подальше после слухов о парнях, которые, купившись на её привлекательную внешность, были ею унижены. Не говоря уже о том, что она никогда не признаёт своих ошибок, её можно назвать черствой.

Хотя это не моя оценка, и я в неё не верю.

Я изобразил самую неприветливую гримасу, на которую был способен, и ответил:

− Эй, я пришёл сюда только ради тебя.

− Это святая земля для развития ума, таким, как ты, сюда вход заказан.

Ибара, сидя за конторкой, скрестила ноги. Учитывая, что библиотекари занимаются лишь выдачей и приёмкой книг, ей здесь, в общем-то, делать было нечего. Несмотря на то, что одна из главных её задач — расстановка возвращённых книг по местам, Корзина Возврата была заполнена доверху. Ибара не была ленивой; очевидно, она предпочла разом вернуть все книги на полки. В её руках покоилась объёмная книга, которую она, вероятно, читала просто от скуки.

В библиотеке находилось немало учеников, каждый из которых сидел либо в одиночку, либо парами за десятими столами, рассчитанными на четверых. Полагаю, они просто проводили здесь свободное время, хотя могли быть и те, кто ждал окончания дождя. Вскоре я заметил среди них парня, который смотрел в нашу сторону. Я сразу его узнал — это был Фукубе Сатоши.

Заметив мой взгляд, Сатоши, как всегда с улыбкой, встал:

− Привет, Хотаро, не ожидал тебя здесь увидеть.

Ибара мрачно взглянула на нас и произнесла:

− Вы всё ещё дружите, да? Как и следовало ожидать от лучшей парочки Средней школы Кабурая.

Зная, что спорить с ней бесполезно, я всё же выдавил: «Заткнулась бы ты». Ибара же, прямо и уныло, ответила:

− Такой мрачный, и вдруг плакса, Боже мой.

Плакса?

Затем она успокаивающе повернулась к Сатоши:

− Фуку-чан, ты же знаешь о моих чувствах, так что должен был понять, что я шучу, верно?

− Да ладно, Маяка, мы не обиделись.

− Что? Ты хочешь, чтобы одна шутка давала ей карт-бланш?

Сатоши посмотрел на меня и быстро отвёл взгляд. Я насмешливо усмехнулся, ведь Ибара какое-то время его преследовала. Точно не помню, когда это началось, но Сатоши умудрялся избегать её внимания.

Сатоши издал фальшивый кашель, пытаясь сменить тему.

− Ну хорошо, какие дела привели Клуб Классики в библиотеку?

Ах да, я ведь пришёл не к Ибаре. Я подтолкнул Читанду начать разговор. Та, нервничая, словно перед выходом на сцену, обратилась к Ибаре:

− Эм, э-э-э, привет. Можно вас кое о чём спросить?

− Конечно, чем могу помочь?

− Я хочу узнать, есть ли в библиотеке антологии?

− Ну да, вон на тех полках.

− А антологии Клуба Классики там есть?

Ибара склонила голову, размышляя:

− Клуба Классики?.. Хм… Простите, я точно не знаю. Поискать?

Как только Читанда собиралась выразить ей свою благодарность, Сатоши остановил её:

− Не найдёшь. Я на те полки иногда смотрю, так что точно знаю. Маяка, могут ли они быть где-то ещё?

− Ну, если их нет на открытых полках, то они должны быть в архиве.

− В архивах, говоришь? – Сатоши задумался на мгновение и спросил: − Читанда-сан, а зачем вам антологии?

− Мы хотим выпустить антологию к культурному фестивалю, так что хотели взглянуть на прошлые выпуски для образца.

− А, так они для фестиваля Канья? Не знал, что тебя это так интересует, Хотаро.

Интересуюсь? Да меня заставили. Читанде мой интерес, возможно, вообще не нужен.

Погоди, какой-какой фестиваль?

− Сатоши, как ты только что назвал культурный фестиваль?

− Фестиваль Канья. Что, впервые слышишь? Это прозвище культурного фестиваля Старшей школы Ками.

Прозвище, значит? Подобно Фестивалю Софии в Софийском университете или Фестивалю Мита в университете Кэйо? Мне в это слабо верится, как и в «десятикратные кланы».

− Звучит подозрительно. Это правда?

− Конечно, просто официально его так никто не называет. Мои семпаи из Клуба Рукоделия называют его фестивалем Канья. И в Клубе Манги тоже, Маяка?

Значит, Ибара в Клубе Манги? Это подходит к её образу, но к ней самой — нет.

− Да, все называют его фестиваль Канья. Даже оргкомитет фестиваля.

− Канья? Как это пишется?

Сатоши погладил подбородок и произнёс:

− Да кто его знает. На бумаге ведь никто не пишет, только говорят.

Похоже, это действительно прозвище. Только вот я не могу вспомнить ни одного слова, с которым «Канья» читалось бы аналогично. Ну и ладно, копаться в этимологии такого глупого названия — прерогатива учёных. Пока я размышлял об этом, Сатоши добавил:

− Может, слово «Камияма» сначала сократили до «Каньяма», а затем до «Канья»?

Как и ожидалось от знатока мелочей.

Видя, что мы отклонились от темы, Ибара решительно вернула нас к ней:

− Так, ладно, антологии, да? Возможно, мы сможем найти их в архивах, но библиотекарь ушла на собрание, а без её разрешения туда нельзя. Она вернётся примерно через полчаса, будете ждать?

Полчаса? Даже Читанде это не было нужно срочно, поэтому она посмотрела на меня и прошептала: «Что будем делать?» Мне было, в общем-то, всё равно, но снаружи продолжал лить дождь. Прогноз обещал ясную ночь после второй половины дня, но пока дождь не закончится, придётся ждать.

− Думаю, подождём.

− Даже если можем вернуться?

Я решил вернуться к своей книге. Сатоши тем временем потянул Ибару за рукав и спросил:

− Маяка, почему бы тебе не рассказать Хотаро ту историю, которую ты мне поведала?

Ибара вскинула брови и, после непродолжительного раздумья, кивнула:

− Хорошо. Ореки, тебе нравится иногда размять мозги?

Мне — нет.

А вот Ибаре — нравилось.

− Что за история?

Сатоши ответил на вопрос Читанды с неизменной улыбкой:

− История о популярности книги, которую никто не читает.

— Как вам известно, моя смена в пятницу — после уроков, и я заметила, что одну и ту же книгу возвращают сюда каждую неделю в это время. Это уже пятая неделя подряд. Вам не кажется это весьма странным?

Пока Ибара излагала свои наблюдения, я искал место, где можно было бы спокойно устроиться для продолжения чтения моей книги. К сожалению, в этом оживлённом месте не оказалось свободных столиков, поэтому мне пришлось присесть за стол, который занимал Сатоши.

Наш столик находился недалеко от стойки библиотекаря, поэтому мы прекрасно слышали беседу Читанды и Ибары.

— Эта книга пользуется большой популярностью?

— А на вид так не скажешь, правда?

Ибара продемонстрировала нам довольно объёмную книгу.

— Какая красивая…

Читанды восхищённо вздохнула и повернулась ко мне. На лице нашей леди застыло такое восторженное выражение, словно я только что подарил ей книгу в изысканном переплёте. Книга была в кожаном переплёте, украшенном искусно выполненным узором. Тёмно-синий цвет обложки излучал некую торжественность. Название книги гласило: «Старшая школа Камияма: 50 лет вместе». Не только её толщина, но и формат были больше обычных книг.

— Можно мне её открыть?

— Разумеется.

Достав свою книгу из рюкзака, я начал искать страницу, на которой остановился. Однако мой небольшой романчик был быстро заслонён искусно напечатанными страницами. Это Читанды, открыв упомянутую книгу «Старшая школа Камияма: 50 лет вместе», положила её поверх моей, чтобы показать мне. Несмотря на полное отсутствие интереса с моей стороны, я всё же мельком пробежался по тексту. Внутри не было ничего, кроме описания истории школы, представленного в следующем виде:

1972

События в Японии и мире:

● 15 мая: Окинава восстанавливает свою независимость. Образование префектуры Окинава.

● 29 сентября: Подписание договора о дружбе между Японией и Китаем. Нормализация дипломатических отношений между странами.

● Неожиданный скачок цен на землю и потребительские товары.

События в Старшей школе Камияма:

● 7 июня: Клуб стрельбы из лука одерживает первую победу на соревнованиях префектуры среди новичков.

● 1 июля: Отмена экскурсии для первоклассников из-за тайфуна.

● 10-14 октября: Фестиваль культуры.

● 30 октября: Спортивный фестиваль.

● 16-19 ноября: Экскурсия для второклассников — Сасебо, Нагасаки.

● 23-24 января: Лыжная поездка первоклассников.

● 2 февраля: Отпевание первоклассника Ооиды Наото, погибшего в дорожно-транспортном происшествии.

В общем, в книге содержалось множество подобных записей. Редко какой ученик дочитал бы эту книгу даже до середины. Я бы точно не стал брать такую книгу на неделю, чтобы прочесть её целиком, но меня бы не удивило, если бы кто-то смог это сделать из чистого любопытства.

— Хотаро, ты ведь наверняка думаешь: «Не удивлюсь, если кто-то действительно брал её раз в неделю», верно?

Хватит уже читать мои мысли, проклятый телепат.

Заметив, что я не собираюсь её ругать, Ибара гордо выпятила свою миниатюрную грудь и продолжила:

— Всё не так просто. Ты редко заходишь сюда за книгами, поэтому можешь не знать. Запомни, книги выдаются максимум на две недели. Так что вряд ли кто-то стал бы возвращать её всего через неделю.

— Но книгу ведь возвращали именно раз в неделю.

Ясно… Действительно, весьма необычная закономерность.

— Есть ли возможность узнать, кто именно брал эту книгу?

— Конечно. На внутренней стороне обложки есть лист учёта выдачи. Посмотри.

Читанды быстро перевернула обложку и, увидев список, воскликнула:

— А?

— Что такое?

На листе были отмечены имена тех, кто брал книгу, а также даты её выдачи. Да, они брали книгу раз в неделю. Но Читанду удивило не это — она указывала мне на имена.

На этой неделе книгу взяла Мачида Кёко из 2-D класса. На прошлой — Савакигучи Мисаки из 2-F. Двумя неделями ранее — Ямагучи Рёко из 2-E. Три недели назад — Шима Саори из 2-E. И четыре недели назад — Сузуки Йоши из 2-D.

— То есть, каждый раз книгу брал кто-то новый?

— И это ещё не всё.

Читанды указала на даты. Последняя запись была сегодняшней. Предыдущая — ровно семь дней назад.

— Книгу брали по пятницам.

— Именно. Возврат книги производится в тот же день, что и выдача. Мачида Кёко взяла книгу раньше, чтобы вернуть её сегодня же чуть позже. И так продолжалось все пять недель. Время выдачи также известно — пятница, обеденный перерыв. Как они успевают её прочитать за такое короткое время, если возвращают после уроков?

— …

— Ну? Занимательно, не так ли?

Вернув книгу Ибаре, Читанды тихонько кивнула.

— Да… Эта загадка не идёт у меня из головы, — сказала она с большей настойчивостью, чем обычно. Как и в прошлый раз, её зрачки расширились, отражая бушующий в них интерес.

— Почему же так происходит?

Благодаря интригующей загадке Ибары, в глазах нашей милой леди разгорелось пламя любопытства. Сатоши в роли «пожарного» был бы бесполезен, так как он, скорее всего, просто изобразил бы невинность и сказал: «Я ничего не знаю». Я решил вернуться к своей книге.

Наивный. Я и не подозревал, что копье будет направлено прямо на меня. Читанды снова положила толстую книгу «Старшая школа Камияма: 50 лет вместе» поверх моего романа и спросила:

— Итак, что думаете, Ореки-сан?

— Я?

В этот момент Сатоши посмотрел на меня не своей обычной мягкой улыбкой, а с каким-то дразнящим выражением. Я мгновенно осознал, что произошло: он успешно загнал меня в свою ловушку, черт бы его побрал.

— Давайте подумаем вместе.

— …

— Давайте, Ореки-сан?

Почему? Почему именно я? Пока особых проблем с чрезмерным любопытством Читанды не возникало, да и у Сатоши, в конце концов, нашлись свои положительные стороны, но почему я должен участвовать в его играх и терпеть её, даже если он считает это просто шуткой?

Однако ситуация достигла точки, когда дальнейшее уклонение от ответа звучало бы нелепо. Поэтому иного выбора, кроме как ответить, у меня не осталось:

— Да, думаю, это интересно. Я подумаю над этим.

Ибара встала около Сатоши и задала вопрос:

— Фуку-чан, Орэки действительно умён?

— Да нет. Обычно он бесполезен, но иногда ему можно поручить какое-нибудь задание.

«Да какой же ты бесстыдник!»

В общем, я начал размышлять.

В принципе, книга, которую пять недель подряд брали и возвращали в тот же день совершенно разные люди, могла быть совпадением, но лично я в это не верил. Тем более что Читанда такой ответ не примет, а это куда важнее, чем выяснение истины.

Значит, теорию о совпадении можно отбросить. Было также совершенно ясно, что книгу брали не для чтения. Ведь за время с обеда, когда её брали, до конца уроков, когда возвращали, прочитать её было невозможно. Гораздо логичнее было бы взять её домой или почитать в библиотеке после занятий. Более того, во втором случае её вовсе не обязательно было забирать из библиотеки. Это означает, что книгу брали не по обычной причине.

— Если книгу брали не для чтения, тогда зачем?

— Она тяжёлая, может, для маринования овощей? — предположила Читанда.

— Возможно, использовали как щит? — выдвинул версию Сатоши.

— Она толстая, может, подкладывали под голову вместо подушки? — добавила Ибара.

«Лучше бы я не спрашивал».

Я решил сосредоточиться на другом.

Почему книгу неделю за неделей брали разные люди? Отбросив версию о совпадении, оставалось всего два варианта. Первый: девушки действуют независимо друг от друга, но очевидно, что они используют книгу для какого-то ритуала и берут её по очереди.

Но что это за ритуал? Может, гадание? Например: «В этом месяце вам будет сопутствовать удача, если вы будете брать книгу по истории школы каждую пятницу после обеда и возвращать в тот же день. Так вы встретите своего принца»?

«Да ну, звучит слишком глупо».

Оставался только второй вариант: девушки действуют сообща.

Ещё раз взглянув на имена, я убедился, что все они женские. Однако одного этого недостаточно, чтобы найти общую черту. Если в школе Ками случайно выбрать пятерых учеников, то все они могут оказаться девушками, но в совместных школах ученики обоих полов обычно объединяются в группы по половому признаку.

Вторая общая черта – все они учатся на втором курсе, но в разных классах.

«Хм?..»

«А теперь, когда я об этом подумал…»

— Что такое? Ты что-то понял?

«Может, и начал, но из-за вмешательства Сатоши сбил себя с мысли. На чём я остановился?..»

«Да какая разница, начну объяснять с того момента, где всё начало складываться в единую картину».

— Это может быть какой-то сигнал. Типа… Возможно, они тайно общаются друг с другом, и если положить книгу названием вверх, это будет означать «да», а если обложкой вниз — «нет».

— А зачем им это?

— Это всего лишь пример. Для чего угодно.

Читанда склонила голову и задумалась. Да, именно в этом всё и дело, просто ты долго перерабатываешь информацию.

Однако теорию опровергла не Читанда, а Ибара:

— Дело явно не в этом, посмотри.

Ибара указала на ящик для возврата книг. В нём лежало множество книг. Очевидно, невозможно точно определить, была ли книга возвращена названием вниз или вверх. Единственным человеком, который мог бы это узнать, был бы тот, кто откроет ящик, то есть дежурный по библиотеке.

«Чёрт. Все мои простые идеи Ибара истребляет, как дичь».

Я не мог придумать ничего нового. У них мог быть дубликат ключа, чтобы открыть ящик, но я не мог этого узнать. Если бы только была какая-нибудь подсказка… Я посмотрел на край переплёта книги, которую держала Ибара, размышляя, смогу ли я найти внутри объявление о сдаче.

Именно тогда в поле моего зрения внезапно попала Читанда. Она перегнулась через стойку и просто уставилась на книгу, которую Ибара крепко держала на уровне груди.

— А? Э? — Ибара замерла от такого движения. Я её прекрасно понимал.

— Что такое, Читанда? Нашла на обложке скрытые символы?

Читанда, не шелохнувшись, пробормотала:

— У этой книги… какой-то запах, — произнесла она.

— Правда? Ибара, можно взять?.. Я ничего не чувствую.

— Нет, я уверена.

— Книга вообще не должна ничем пахнуть. Может, это чернила или запах библиотеки?

Читанда покачала головой, отвергая предположения Сатоши.

И Ибара, и Сатоши тоже понюхали книгу, но никакого запаха не уловили, затем оба приподняли брови и в недоумении склонили головы.

— Я не знаю точно, что это за запах, но он был резким, словно разбавитель для краски.

— Хватит говорить такие опасные вещи.

— Он точно был?.. Ну, я не могу сказать уверенно.

Я тоже не мог, но чувствовал, что Читанда права. В конце концов, наша леди была непоколебима в своей уверенности. И я не думал, что она станет утверждать, будто это разбавитель для краски.

Если принять её слова, то… Хм.

Тогда всё сходится.

Но объяснять это будет скучно.

Пока мои мысли блуждали, пытаясь понять, что делать дальше, Сатоши, казалось, прочел их и произнес:

− Хотаро, на твоем лице явно написано, что ты что-то понял.

− Что? Серьезно?

Заметив скептический взгляд Ибары, я утвердительно кивнул и ответил:

− Кажется, да. Не могу быть абсолютно уверен... Читанда, не хочешь немного размяться? Мне нужно, чтобы ты кое-куда отправилась.

Читанда, вероятно, из тех, кто послушно исполняет любые поручения, но Сатоши, с легкой улыбкой, остановил ее:

− Не позволяй ему себя обмануть, Читанда-сан. Ты же не хочешь оказаться у него в услужении? Или все закончится так, как он того желает. Итак, что пришло тебе в голову?

Какое несправедливое обвинение! Когда Ибара рядом, Сатоши становится неудержимым. Хоть он и не перегибает палку, но изрядно раздражает. Однако, я действительно не смогу довести дело до конца, если кто-то не приложит для этого усилий.

− Ладно, пойду сам. К счастью, из-за дождя отменили физкультуру, так что у меня еще осталось немного сил.

Читанда вздрогнула, когда я это сказал. А затем…

− Хм, я, пожалуй, пойду с вами. Ореки меня очень удивит, если он действительно сможет разобраться в этом... Фуку-чан, подменишь меня? – спросила Ибара, покидая место за стойкой. Сатоши, словно остолбенев, лишь ответил: «Ну, да», и, направляясь за стойку, молчал. Давно я не видел его таким унылым.

Удовлетворившись достигнутым результатом, мы вернулись в библиотеку.

− Как все прошло?

− Фуку-чан, Ореки какой-то странный.

− Конечно, странный. Ты только сейчас это заметила?

− Как он мог до такого додуматься?

Обеспокоенно повторяя «Как же так…», она, казалось, представляла меня победителем, окруженным сияющим ореолом, хотя без доли удачи сиять мне никогда не приходилось.

− Ореки-сан меня очень удивил. Я хочу заглянуть в его голову.

В моем воображении возникла пугающая картина: темной грозовой ночью, в подвале старинного готического особняка, Читанда вскрывает мне череп и препарирует мозг… Одна только эта мысль бросила меня в жар. Хотя я и не произнес этого вслух, меня самого больше поразила способность Читанды улавливать едва заметные запахи, недоступные другим.

− Думаю, Ореки-сан сможет…

Смогу что? Только не говори, что послужу начинкой для какого-нибудь киборга.

Сменив Ибару за стойкой, Сатоши поинтересовался:

− Ну, давайте послушаем ваше объяснение. Хотаро, куда вы все направились?

Оперевшись локтями на стойку, я ответил:

− В мастерскую Художественного Клуба.

− Художественного Клуба? На другом конце школы?

− Именно поэтому я и не хотел туда идти.

− И что же вы там обнаружили?

− Потерпи и узнаешь, − произнес я, после чего изложил ему все, что ранее объяснил Читанде и Ибаре: − Книгу использовали между пятым и шестым уроками каждую пятницу, а возможно, и на обоих этих уроках. Во-первых, во время обеда девушки вряд ли стали бы пользоваться книгой, да и чтение в это время исключено. Следовательно, книгу использовали на совместных занятиях.

Мне это и раньше приходило в голову, но Сатоши вмешался и сбил меня с мысли. Все здесь было похоже на ситуацию с Читандой, которая запомнила мое имя, увидев меня лишь однажды. И где же она меня видела?

− Это либо физкультура, либо ИЗО. На физкультуру такую книгу никто бы не понес. А теперь взгляни на обложку. В ней что-то есть; замечаешь этот красивый оттенок? Эти пятеро девушек пользовались ею каждую неделю, и договорились брать по очереди.

Сатоши прервал меня:

− Но я все равно не понимаю, зачем им было брать книгу каждую неделю, если ее можно было взять на две?..

− Ты прямо как Ибара. Вы, должно быть, очень много общаетесь, раз у вас возникают одинаковые мысли. Сатоши, разве ты стал бы брать домой книгу, которую не собираешься читать? Конечно, нет, гораздо проще вернуть ее в библиотеку, чем тащить с собой.

− Понятно. И что же ты им там показал?

− Ты должен был бы уже догадаться. Рисунки, созданные учениками 2-D, 2-E и 2-F классов, у которых совместные уроки ИЗО.

Там были представлены работы, изображающие одни и те же объекты, но выполненные в разных стилях. Среди них встречались и портреты их одноклассников, сидящих за столом, на котором красовалась ваза с цветами. В руках у всех девушек была ни что иное, как книга в элегантно переплетенной обложке – «Старшая школа Камияма: 50 лет вместе». Она была настолько детализирована, что просто завораживала, если использовать красивые слова.

− Невероятно, Хотаро. А что за запах уловила Читанда-сан?

− Само собой, запах краски. Она совершенно точно его определила, ведь в мастерской Художественного Клуба ее полно.

Сатоши ничего не оставалось, кроме как захлопать в ладоши:

− Потрясающе. Благодаря тебе я смог приятно скоротать время.

Читанда мягко улыбнулась, подтверждая:

− Да, было очень интересно. Время пролетело совершенно незаметно.

− Не знаю, сколько времени прошло... но я не могу поверить, что Ореки смог это разгадать!

Пока их лица выражали восхищение, мое оставалось невозмутимым. Ибара, с которой все началось, просто посчитала это странным, Читанда хотела решить эту загадку из чистого любопытства, а Сатоши просто желал скоротать время; но мои мотивы были иными. Пока они пребывали в состоянии катарсиса, я начал размышлять, смогу ли я так же отреагировать на фестиваль Канья.

Быть может, поэтому... Ай, ладно.

Дождь, казалось, стихал. Похоже, пора было идти домой.

Едва я собрался взять свою сумку, как меня остановила Читанда:

− Мы еще не можем идти, нужно немного подождать.

− Что? Неужели осталось что-то еще?

И Ибара, и Сатоши смотрели на меня с холодом. Неужели я сделал что-то не так?

– Ореки, ты вообще помнишь, зачем ты здесь?

Чтобы раскрыть тайну популярной книги, которую никто не читает… Нет, подождите. Точно! Антология. Сатоши рассмеялся:

– Да уж, эти ребята. Иногда Хотаро тоже становится человеком.

– Иногда? Фуку-тян, ты так добр, но…

Черт, как я мог так оплошать прямо у вас на глазах.

Ибара только собралась продолжить, как из-за стойки раздался голос:

– Ибара-сан, хорошая работа. Можешь идти домой.

– А, да, конечно. Вы тоже уходите, Итоикава-сенсей?

Это была учительница, и хотя раньше я её не видел, я знал, что она заведующая библиотекой. Несмотря на свой предпенсионный возраст, она была очень низкого роста. Взгляд на бейджик на её груди раскрыл её полное имя – Итоикава Йоко.

Когда заведующая появилась, Сатоши немедленно приступил к делу:

– Сенсей, я Фукубе Сатоши из Клуба Классики. Мы собираемся выпустить антологию и хотели бы взглянуть на прошлые выпуски для справки, но мы не можем найти их на открытых полках. Поэтому мы просим вас разрешить нам поискать их в архивах.

– Клуб Классики?.. Антология?

Раз Итоикава повысила голос, значит, она удивлена. Наверное, она считала, что Клуб Классики уже закрыт.

– Вы из Клуба Классики? Понятно… Простите, но в библиотеке нет ни одной антологии.

– А в архивах?

– Тоже.

– Может, они есть, но вы не знаете…

– Не думаю, что такое возможно.

Она отвечала на удивление уверенно. Значит, у библиотекаря нет причин что-то скрывать. Может, в архиве недавно был ремонт?

Получив отрицательный ответ, Сатоши лишь мог смириться.

– Да? Понятно… Что будем делать, Читанда-сан?

– Это проблема.

Читанда уныло посмотрела на меня. Даже если ты так на меня посмотришь, я все равно ничего не смогу, кроме как пожать плечами.

– Думаю, они найдутся со временем. Пойдем домой, – сказал я, и как только я взял свою сумку, Ибара холодно произнесла:

– А ты, значит, уже расслабился, якобы решив проблему.

Я не могу расслабиться только потому, что проблема решена. Ибара, твои обвинения далеки от истины. Это вертелось у меня на языке, но говорить это вслух было бы бессмысленно, поэтому я лишь пожал плечами.

– Да, ты права. Пойдем домой… Мы кое-чего добились, – сказала Читанда. Непостижимо.

В любом случае, здесь нам больше делать нечего. Я повесил сумку на плечо и вышел на улицу. Дождь уже закончился, и сквозь облака пробивались солнечные лучи. Глядя на все это, я услышал, как Читанда снова прошептала:

– Да, Ореки-сан сможет…

***

Также известен как «Легенда о восьми псах семьи Сатоми» - самый длинный (106 томов) роман японской классической литературы.

Написанный в середине XVIII века сборник из девяти мистических историй.

Один из рассказов, входящих в сборник «Луна в тумане»

Первая из историй, объединенных в «Четыре зеркала». Написана в конце первого тысячелетия н.э. неизвестным автором.