К Анне (Новелла) Том 1 Глава 116

Воскресенье, 2 апреля

Открыв глаза, первым делом я взглянула на Киоко. Она мирно посапывала, лежа на спине, словно прошедший день был пустяком. Затем мой взгляд переместился на соседнюю кровать. Николь спала, расположившись поперек матраса, раскинув конечности так, будто боролась с кем-то ночью. Одеяло валялось на полу.

Ночь выдалась неспокойной. Сначала я пыталась уложить Киоко. Затем привели Николь, которая вела себя как неугомонный ребенок. Она постоянно стремилась выбраться из комнаты, требуя показать ей «что-нибудь захватывающее». В итоге, когда я наконец их уложила, сил хватило лишь на то, чтобы рухнуть рядом с Киоко и уснуть.

Я нащупала свой телефон. Мой магазин уже более двенадцати часов оставался без моего присмотра. Это слишком долго. Привычно открыла браузер. Вместо главной страницы появился бесконечно вращающийся индикатор загрузки, а следом сообщение: «Отсутствует сетевое соединение».

Я машинально посмотрела на индикатор сети. Интернета действительно не было. Тогда я открыла локальную социальную сеть. Она даже не пыталась загрузиться. Сеть меня в целом мало волновала, я давно перестала ею пользоваться, но вот интернет…

— Если говорить начистоту, то, судя по твоему возрасту, ты самая настоящая зумерша, однако тревожишься не из-за упущенных мемов, а из-за невозможности работать! — внезапно появившись рядом со мной на кровати, воскликнула Анна. — Ты готова вкалывать, несмотря на выгорание, словно твоя прабабка, выполняющая пятилетку за два года! Где слезы и усталость? Смотри, из-за тебя вся вселенная может схлопнуться.

Я невольно улыбнулась.

В самом деле, это странно. Работа за эти пару месяцев успела мне наскучить. Позитивных моментов в ней немного. Порой от нее буквально становится дурно, но стоит появиться свободной минуте, как рука сама тянется проверить магазин. С утра первым делом туда, и перед сном все нужно проконтролировать. Дело тут даже не в деньгах.

— Опасаюсь за будущее Фуджихару с ее луппопами и психолагами, — пробормотала я.

Ведь Карины в моем окружении больше нет, а подобные высказывания все еще можно услышать.

— Только проснулась, а уже напряжена. И все из-за отсутствия проклятого интернета. Расслабься, — мое солнце многозначительно повело бровями. — Рядом такая девочка лежит. Самое время насладиться моментом.

Я села на край кровати и перевела взгляд на спящую Киоко.

Удивительно, что она даже не проснулась. Вероятно, тот газ оказывает расслабляющее действие. Или она вымоталась, пытаясь сбежать, больше, чем я, пытаясь ее остановить.

— Эй! — возмутилась Анна. — Я вообще-то про себя говорила! — она широко раскрыла объятия, протянув руки ко мне, и запела:

Положи голову на мое плечо,

Прошепчи мне на ушко, малышка,

Слова, которые я хочу услышать,

Скажи мне, что ты тоже меня любишь.

— Может быть, как-нибудь в другой раз, «очаровашка», — ответила я, усмехнувшись, и поднялась с кровати.

Думаю, стоит уйти до того, как все проснутся, чтобы никого не смущать.

— Люди говорят, что любовь — это игра,

Игра, в которую невозможно выиграть.

Если и существует способ,

Я найду его когда-нибудь,

И тогда ты, глупышка, ко мне примчишься — с легкой ноткой обиды закончила песню моя дорогая.

— Почти поверила, — с улыбкой сглаживала я обидные нотки ее игры. — Пойдем.

Встречи с Лисарой не так часто случаются, чтобы их откладывать. В конечном итоге я прекрасно понимаю, что произойдет. Кого-то накажут, кого-то уволят, сад со временем восстановят, а произошедшее еще несколько недель будет главной темой обсуждений всей академии.

— Элиза? — едва я сделала шаг, как Киоко открыла глаза и сонно уставилась на меня. — Ты что здесь делаешь?

— Прости, что разбудила, — извинилась я. Вспоминая вчерашний вечер и ее поведение, я слегка улыбнулась. — А ты совсем ничего не помнишь?

— Можно сочинить абсолютно любую историю, — Анна тут же оживилась, вскочив на кровать. — Воздействуем на нужные эмоции, и сосочка поверит во что угодно, оказавшись у нас в долгу. Есть идеи?

Будь моя дорогая отдельной личностью, я бы, наверное, никогда не доверила ей ни единого слова. Хотя и сейчас не могу сказать, что прямо доверяю.

— Был какой-то праздник, — она потерла висок. — Потом я выиграла конкурс на самого умного, получив в награду пару дней выходных с другом. Хотела обсудить с тобой планы насчет них.

— С тобой, понимаешь? — Анна спрыгнула с кровати и «ткнула» меня пальцем в грудь. — Не со Скарлет.

— Обсудить со мной планы касательно Скарлет, — мысленно закончила я.

— Жаль, если приз аннулируют, — фыркнула мое солнце.

Вот же противная!

Победа есть победа. Что случилось потом — это уже другая история. Если только цветочный газ теперь официально не признают допингом на интеллектуальных конкурсах.

— Потом началась какая-то суматоха, — продолжала Киоко, еще сильнее хмуря лоб. — Было очень весело. А дальше — пустота. Воспоминаний нет совсем. Так…

Она взглянула на меня, явно ожидая, что я продолжу рассказ.

— Я могла бы пересказать все, разыграв сценки по ролям, — сказала я с невинной улыбкой. — Но, полагаю, тебе будет куда интереснее самой сложить картину произошедшего. Глядишь, еще что-нибудь вспомнишь.

— Благодарю за отличную психологическую помощь! Совершенно не считаю провалы в памяти чем-то интересным, — выдохнула моя подруга с усмешкой. — Скорее уж жутким.

— Ох, писатели фэнтези сейчас бы с тобой поспорили, — тут же вмешалась Анна. — Амнезия главного героя — это ведь наилучший старт для книги о приключениях.

Я полагаю, это просто удобное упрощение. Не знаешь, чем в итоге обернется твой мир, и исследуешь его вместе с героем. Очень удобно. И нет необходимости ломать голову над предысторией.

— Послушай, я, конечно, не уверена, но если судить обо всех по тебе, то ты, вероятно, не будешь одинока в этом, — продолжала я шутливо. — Возможно, я одна из немногих среди студентов, кто все помнит, хоть и не была частью событий. Именно поэтому, наверное, и без провалов.

— Ты так таинственно улыбаешься, словно случилось что-то ужасное, — хмыкнула девушка, прищурив глаза. — Но, вероятно, это просто чья-то особенность.

— Я думаю, — протянула Анна, — престиж академии только возрастет после такого коллективного употребления. «У нас настолько весело, что потом никто ничего не помнит». Представляешь, какая заманчивая история для молодежи. Особенно если никого не накажут.

Сомнительно.

— Можно и так сказать, — кратко отозвалась я.

— Погоди. Если ты здесь, хотя собиралась провести ночь с Анной и дверь сама открыть не можешь, — она медленно начала выстраивать логическую цепочку. — Значит, я совершила что-то плохое?

— Первое, о чем думает человек, забывший вчерашнее, — что он сделал что-то плохое, а не хорошее или постыдное, — рассмеялась моя дорогая. — Это о многом говорит.

— Если человек постоянно пытается подколоть или что-то припомнить, это тоже о многом говорит, — парировала я.

— Мне приятно, когда меня считают человеком!

— Если признание в безграничной любви Джейд, которую ты то ли придумала, то ли так называла Анну, считать чем-то плохим, — я пожала плечами. — Хотя мне понравился момент, когда ты угрожала выломать дверь, если мы не откроем.

— Я испортила ваш вечер? — словно извиняясь, поинтересовалась Киоко.

— Это как посмотреть, — усмехнулась я. — В некотором смысле, ты сделала его намного веселее.

— Думаю, Лизочка хотела увидеться с альтушкой больше, чем посидеть со мной, так что скорее нормализовала планы, — выдохнув, произнесла моя дорогая.

Эти слова неожиданно задели. Слышать такое было неприятно, ведь я искренне старалась. При этом мне казалось, что все совсем наоборот. Что ей не особенно хотелось разговаривать, а я как раз пыталась провести время вместе. И не просто посмотреть фильмы. Поговорить. Побыть рядом.

— Это неправда, — мысленно произнесла я с обидой, взглянув на Анну. — Зачем ты это говоришь?

— Прости, — сказала она, явно не желая озвучивать свои истинные мысли. Чтобы я не расспрашивала дальше, она растворилась.

— Сказала лишнее и просто исчезла?! — мысленно крикнула я ей вслед.

Тяжело.

— Надеюсь, я вас ничем не обидела? — тихо поинтересовалась Киоко.

Видимо, она заметила, как мгновенно изменилось выражение моего лица после невидимого для нее диалога с Анной.

— Да нет, — я улыбнулась, тронутая этой милой заботой. — Разве я стала бы в таком случае проводить ночь здесь?

— У меня ужасно болит голова, — донесся с соседней кровати глухой страдальческий стон.

Николь выглядела действительно паршиво. Лицо бледное, волосы растрепаны, глаза едва открываются. Даже странно видеть ее настолько разбитой. В этом есть даже некая забавность.

— Принести таблетку? — предложила я, искренне сочувствуя ее похмельному или, точнее, «газовому» синдрому.

— И воды, если можно, — едва слышно попросила Николь, нормализуя позу для лежания.

— Сейчас вернусь.

— Погоди! — я уже развернулась к выходу и сделала шаг по направлению к двери, когда меня окликнула Киоко. — Ничего не планируй на следующие выходные. Помнишь, мы как-то хотели съездить в казино? Я подумала, раз уж я выиграла этот конкурс, то субботы, воскресенья и пары призовых дней нам вполне хватит. Отдохнем как следует перед экзаменами?

Значит, планы все же на меня.

Казино, значит? Я не думала, что эта поездка состоится в этом году, да и вообще не подозревала, как сильно Киоко этого хочет. С другой стороны, это ведь еще и небольшое путешествие. Главное, чтобы Киоко туда вообще пустили по возрасту, но, должно быть, она уже выяснила все заранее.

— Давай не будем забегать вперед, — я оглянулась на подругу. — Не хочу тебя раньше времени расстраивать, но, в общем, скоро сама все узнаешь.

В конце концов, никто не знает, какое решение руководство примет относительно праздника, разрушений и всего прочего. Да и вообще, нашла время для этого разговора. Неделя впереди, но нет, ей нужно поговорить в момент, когда я проснулась и ничего не понимаю.

— Ты меня задолбала своими намеками! Заставляешь меня звонить Скарлет? — Киоко забавно поджала губы, демонстрируя крайнюю степень недовольства.

— Давай-давай, звони, — рассмеялась я, прикрывая рот ладонью и думая о том, что наш доблестный «пожарный» сейчас, наверняка, пребывает в точно такой же амнезии. — Ладно, скоро вернусь.

******

Я быстро направилась к посту Прии. Забрав таблетки, заодно попыталась прощупать почву. Комендант лишь тяжко вздохнула, предрекая крайне неутешительное: «День будет непростым». По всей видимости, преподаватели и администрация пострадают больше всех, хотя наша Прия была совершенно ни при чем.

— Интернет и связь отсутствуют, — заявила Киоко, как только я вошла в комнату, указывая пальцем на экран смартфона. — Ни с кем не дозвониться.

Новости были неутешительными.

— Держи, — я подошла к кровати Николь, протянув ей таблетки и стакан с прохладной водой.

— Спасибо, — прохрипела та, с трудом приподнимаясь на локте и жадно прикладываясь к стакану.

— Скажу прямо: вчера вы показали себя во всей красе, так что разрушения в академии, возможно, куда серьезнее, чем мне показалось на первый взгляд. Отчасти поэтому, вероятно, и связь отсутствует, — предположила я с легкой ноткой иронии.

Хочется верить, что все быстро восстановят. Если я надолго пропаду из сети, у меня точно возникнут серьезные проблемы с текущими заказами, которые никто за меня не решит. Даже думать об этом не хочется!

— Поведай нам! — Киоко, не в силах больше ждать, с силой ударила ладонями по матрасу, требовательно уставившись на меня.

— Вернусь вечером и все расскажу, — я, улыбаясь, отступила к двери. — А пока…

— Толку от тебя, ПОДРУГА! — язвительно бросила мне вслед Киоко, скрестив руки на груди. — Ничего из первых уст не узнать, одни насмешки.

— И я тебя люблю! — послала я ей воздушный поцелуй. — До вечера!

С этими словами я выскользнула в коридор, оставив девушек наедине с их утренней головной болью и туманными последствиями вчерашнего хаоса.

******

К контрольно-пропускному пункту я шла, подгоняемая нетерпением. Мне хотелось как можно скорее встретиться с Лисарой, поболтать и во всех деталях рассказать о случившемся накануне, а также о библиотеке и картине. Однако моим планам, как и самой встрече, не суждено было сбыться. На КПП меня огорошили известием о том, что сегодня из академии не выпускают совершенно никого.

Полное разочарование.

Ситуация, видимо, была гораздо серьезнее, чем я предполагала изначально. А ведь я наивно надеялась, что пока остальных будут держать здесь, я смогу весело провести время снаружи и заняться своими делами в интернете. А теперь… Никакого побега, и даже Лисаре не позвонить, чтобы предупредить ее, что ждать меня не нужно.

— Вот так дела, — протянула Анна, расплываясь в довольной улыбке. — Пришлось сжечь целый зимний сад, чтобы избежать свидания и последующего подробного описания вашего дня с Лисарочкой.

— Очень смешно, — ответила я, покачав головой.

— А что? Ты всегда так неохотно пишешь о ней. Скупая, будто отчеты сдаешь. Встретила бандита. ДЕСЯТЬ СТРАНИЦ. Пропала картина. ВОСЕМЬ СТРАНИЦ. Киоко была под кайфом. ПЯТНАДЦАТЬ СТРАНИЦ. Лисара. Посидели. Погуляли. Встреча состоялась. Контакт установлен. Поцелуев — ноль. Всего пара слов в пересказе. Никакого развития отношений, никакой романтики, только сухие факты, — продолжала поддразнивать моя дорогая.

— Я не хочу, чтобы подробности моих отношений читали посторонние, — оправдывалась я. — Еще и осуждать будут.

— Ты имеешь в виду подводных жителей или Трисс? — язвительно уточнила Анна.

— Кто знает…

Шутки шутками, но проблема не решалась. Нужно было как-то передать сообщение Лисаре, чтобы она не волновалась. На ум приходила только… София! Идти к преподавательскому общежитию я не решилась, надеясь застать ее в кабинете. И что же? О, как в книжных сюжетах! Она действительно была там.

Женщина выслушала меня и успокаивающе кивнула, пообещав, что свяжется с Лисарой сама. Мы немного поговорили о происходящем. София была в неведении относительно дальнейших действий руководства и предпочитала держаться в стороне. В конце концов, ее самой не было на празднике. До нее доходили слухи о драках, погромах и травмах. Но, по ее мнению, ничего настолько серьезного, чтобы требовало уголовного преследования или радикальных мер, не произошло. Все дело в обычной халатности и факторе непредвиденных обстоятельств. Последнее отчасти могло считаться смягчающим обстоятельством.

От нее же я узнала главную причину отсутствия связи. Это была не поломка. Связь намеренно заглушали. Руководство не желало, чтобы какая-либо информация просочилась за пределы закрытой территории, пока они разбираются с последствиями и решают вопрос с «Пионом».

— Добро пожаловать в Северный Догард! — пошутила Анна, проводя параллель со строгой закрытой страной с диктатурой.

******

По пути к общежитию я наткнулась на плотную толпу студентов. Они требовали объяснений произошедшего вчера и обсуждали пугающие слухи. Похоже, многие сочинили то, чего не было, возможно, даже специально, чтобы посмеяться. В центре этой толпы стоял Рафаэль, отчаянно пытаясь призвать к тишине и порядку.

Как глава студенческого совета, хотя и не до конца понимая ситуацию, он чувствовал ответственность за свой статус. Он уверенно жестикулировал, призывая к порядку и изо всех сил стараясь убедить студентов не строить лишних домыслов. Рафаэль уверял всех, что поводов для беспокойства нет, студенческий совет полностью контролирует обстановку и держит руку на пульсе, а прямо сейчас они, как и все остальные, просто ожидают официального заявления от руководства академии. Он уверял, что студенческий совет защищает интересы студентов и понимает, что никто не виноват, и постарается сделать все, чтобы избежать суровых наказаний, лишения стипендий и тому подобного.

За этой красивой речью, как я подозреваю, не скрывалось ни одного реального факта, а весь посыл сводился к банальному требованию сидеть тихо и не создавать лишних проблем.

— Красивой? — хмыкнула Анна. — Она же сгенерирована нейросетью! Мы контролируем ситуацию. Да мы уже вчера видели. Мы держим руку на пульсе? Чьем? Растений? Студенческий совет защищает интересы студентов! Но ботаники вроде как не студенты, а задроты, их голоса можно и проигнорировать.

******

Вернувшись в комнату, я застала Фуджихару в ванной. Устроившись перед зеркалом, она с мрачным выражением лица решительно красила волосы, и по всему ее виду было понятно, что девушка не в духе. На мое приветствие она лишь выдала что-то невнятно-недовольное, даже не повернув головы. Расспрашивать о причинах отсутствия настроения я не стала. Если девушка меняет имидж, значит, в ее жизни точно случилось что-то посерьезнее обычных неурядиц.

— Или ей просто осточертело быть нормисом, а тут как раз подвернулась свободная минутка, чтобы все исправить, — хмыкнула Анна, припомнив, какими комментариями в свой адрес Хару была недовольна.

Или вынужденный цифровой детокс длился слишком долго и уже начинал сказываться на ментальном здоровье. Сначала картина, теперь вот это.

******

Оставаться в четырех стенах один на один с недовольной жизнью Фуджихару не хотелось, а потому, вспомнив, что с утра я даже не завтракала, я решила сбежать. Я вернулась к Киоко и с порога «обрадовала» подругу новостью о том, что отныне мы официально заперты в академии. В итоге на завтрак мы выдвинулись уже внушительной компанией, так как к нам присоединились Николь и Скарлет.

В столовой я наконец-то рассказала девушкам о том, что же произошло вчера, поделилась слухами, поведала о том, что сказала мне София и что я видела на входе в общежитие.

Посреди нашего оживленного диалога появилась Трисс. Окинув нас взглядом, она сухо бросила, что Николь повсюду ищет Рафаэль. Похоже, новоиспеченному президенту студенческого совета требовался мудрый совет его предшественницы. Так Николь покинула нас, оставив нашу троицу наедине с вопросом: чем занять себя в мире, где внезапно выключили интернет? Тут-то мне вспомнилось недавнее предложение Фино. Так я сказала: бассейн! Возражений не последовало. План выглядел идеально, оставалась лишь одна загвоздка: как в условиях каменного века найти Джозефину? На складе ее не оказалось, и мы добрых пятнадцать минут плутали по академии, по местам, где ее можно было встретить, пока чисто случайно не наткнулись на нее у медкабинета.

Сегодня Фино выглядела расстроенной и глубоко озадаченной. Выслушав нашу скромную просьбу, она лишь тяжело вздохнула, сказав:

— Я была на празднике…

Лишних слов не требовалось. Сразу стало понятно, что бассейн сегодня закрыт и точка. Уже позже София рассказала мне, что преподаватель Джулиани умудрилась подраться с преподавателем Грант. Кто из них вышел победительницей из этой схватки, история умалчивала, но тот факт, что Сэм провела остаток ночи на больничной койке, наводил на вполне определенные подозрения.

Я даже не знала, как на это реагировать. Что именно послужило причиной для потасовки? Загадка. Думаю, в том состоянии это могла быть любая мелочь.

У меня проскользнула идея зайти к Саманте, ведь она навещала меня в минуты недуга, но я вроде как стараюсь с ней не видеться без необходимости. В общем, надеюсь, они не злятся друг на друга и все понимают.

Нам же пришлось экстренно переходить к плану «Б», а именно обустройству теннисного корта.

******

Ближе к вечеру томительное для многих ожидание наконец-то подошло к концу. Перед академией выступил сам директор. Его речь тянулась долго. Он обстоятельно разжевывал детали происшествия, словно оправдываясь перед прессой, то и дело вставляя успокаивающие фразы о том, что переживать и паниковать не стоит. По его словам, академия продолжит функционировать в штатном режиме и абсолютно ничего не изменится.

Что касается наказаний за вчерашний погром, руководство решило продемонстрировать неожиданное милосердие. Никто не собирался лишаться стипендии, получать выговоры или портить свою биографию. Все ограничилось «легкими отработками». Возможно, администрации просто срочно требовались бесплатные рабочие руки, или же нужно было просто указать на недопустимость расслабления. Ситуация явно решалась мирно, без лишнего шума. Все звучит идеально, по крайней мере, для учеников, если бы не одно действительно пугающее «но». В самом конце директор буднично сообщил, что интернета и мобильной связи не будет еще пару дней, а телефоны у нас изымут…

Понедельник, 3 апреля

Вчера я честно старалась устроить себе выходной и забыть о работе, но, проснувшись сегодня, ощутила настоящую ломку. К беспокойству о том, что там происходит, добавился нешуточный интерес. Спрашивал ли кто-нибудь о чем-то? Может, кто-то оформил заказ, не дожидаясь моего ответа? Эти мысли не давали мне покоя.

Но Фуджихару, кажется, было еще хуже. Утром она воскликнула: «Я сейчас с ума сойду от скуки!» — и предложила сыграть в карты. Поскольку у меня был ноутбук, я открыла ей карточную игру «Пасьянс». Она училась ее раскладывать. В такие моменты невольно задумываешься, насколько же важен для нас онлайн.

******

С самого утра появились специалисты из «Пиона». Судя по всему, их задачей было оценить масштабы произошедшего, обсудить план действий и решить другие технические вопросы. По слухам, их также очень заинтересовал студент, учинивший этот беспорядок, а точнее — его необычная сила.

******

Без интернета в клубе жизнь закипела по-новому. Все чем-то занимались и оживленно болтали, пытаясь скоротать время. Только у Риты ничего не изменилось, ведь она и так всегда предпочитала офлайн-игры. Глядя на эту картину, я подумала, что именно об этом и мечтала Николь. Она подключала интернет, чтобы заманить всех в клуб, а следовало сделать прямо противоположное — отключить сеть во всей академии.

На этой неделе не было никакой определенной тематики. Не требовалось посещать совместные обеды или кинопросмотры. Единственное, что от нас требовалось — посетить одно мероприятие в четверг. О месте и точном времени Николь обещала сообщить позже.

Она упоминала что-то о реструктуризации клуба, и, видимо, поэтому неделя намечалась именно такой. И я могла ее понять, ведь на деле все выходило совсем не так, как озвучивалось изначально. На мероприятия люди приходили по желанию и когда им удобно. Я даже не могу вспомнить, когда мы в последний раз собирались все вместе. Более-менее стабильно на идеи Николь откликались только я и Трисс. Да и то я сама частенько пропускала и обеды, и кинопоказы.

Правда, кажется мне, что именно эту реальную неделю без интернета надо использовать и загрузить. Как-то даже иронично!

Вторник, 4 апреля

— Почему я должна драить женские уборные, пока остальные бездельничают на улице и убираются в саду?! — Киоко ворвалась в туалет, громыхая ведрами и швабрами, с тем же возмущением, что и вчера.

Поскольку меня пронесло, и под раздачу я не попала, отрабатывать повинность меня никто не заставлял. Но, слушая бесконечное нытье подруги, я благодушно вызвалась помочь. В конце концов, без интернета все равно было нечем заняться.

— В мужских туалетах сейчас тоже кто-то страдает, так что… — протянула я.

— Просто не нужно было строить из себя самую умную, — язвительно усмехнулась Анна. — Думала, твои тонкие шуточки понятны только избранным? Посмеялась над местным качком, а его единственная извилина сработала как надо и сослала тебя сюда.

Кто бы говорил… Но я не удивлюсь, если узнаю, что мою подругу распределили сюда именно из-за ее острого язычка.

— Ладно, вроде сегодня тихо, — Киоко начала по очереди дергать ручки кабинок. Одна из дверей оказалась заперта. — Или не тихо, — она легонько постучала кулаком. — Эй, мы тут убираться пришли. Ты там как, надолго?

Ответа не последовало.

— Все в порядке? — спросила я.

— Мм-м, — донесся невнятный звук изнутри.

— Ладно, — Киоко пожала плечами и пошла набирать воду.

Мы подготавливались, наливали воду, готовили тряпки и чистящие средства. Прошло примерно пять минут. Из закрытой кабинки не доносилось ни звука — ни слива воды, ни шороха одежды.

— У тебя там случилось чего? Если нужен врач, бумага или психологическая помощь, скажи хоть что-нибудь. Нам вообще-то работать надо!

В ответ снова тишина. Не знаю почему, но это казалось странным.

— Может, она немая? — иронично предположила моя дорогая подруга.

Тогда бы не было первого «мм-м». Впрочем, я не думаю, что у нас вообще есть немые.

— Если у тебя там какое-то деликатное чрезвычайное происшествие, ты не стесняйся, скажи! Мы все поймем и выйдем! — добавила я, начиная беспокоиться.

Снова тишина.

Поскольку кабинки были зашиты сверху, Киоко, недолго думая, бесцеремонно нагнулась и заглянула под дверь.

— Да нет, все чисто. Там даже ног не видно! — озадаченно пробормотала она. — Ты там живая вообще?!

— Может, она, как в фильмах, смылась прямиком в унитаз? — смеялась Анна.

— А есть способ открыть этот замок снаружи? — поинтересовалась я у Киоко.

Анна, конечно, лишь пошутила про унитаз, но, зная, какие бывают необычные способности, я бы ничему не удивилась.

— Могу просто ногой, — с улыбкой сказала моя подруга, примериваясь к двери. — Или силой! Но после удара ногой восстановить будет гораздо проще.

— Когда аристократку заставляешь заниматься черной работой, она тут же превращается в хищницу, — заметила Анна, явно наслаждаясь нелепой ситуацией.

Шутки шутками, но настроение и манеры Киоко действительно менялись, как только ей приходилось делать то, что ей совсем не нравилось. Я подозревала, что, хоть она и жаловалась на свою приемную семью, жилось ей там, в роскоши, очень даже неплохо. Отсюда и эти дворянские замашки.

В этот самый момент из будки наконец раздался звук. Это был не человеческий голос, а странный, сухой стук. Какое-то методичное постукивание с четкими, короткими паузами.

— Что это значит? — спросила я у Киоко, хотя вопрос был скорее риторическим.

— Азбука Зорме, — задумчиво протянула она, наклонив голову и прислушиваясь к затихающим ударам.

— Теория о немой уже не кажется такой глупой, — хмыкнула Анна.

— «SOS, братан, я в беде», — перевела Киоко.

Я несколько секунд переваривала услышанное, тупо переводя взгляд с двери на подругу. Киоко произнесла это совершенно невозмутимо. Я никак не могла понять, шутит ли она в своей обычной манере или действительно изучала шифровальные коды. Что самое страшное и приводило меня в ступор, так это то, что я почему-то склонялась к первому варианту.

— Это называется ловушка постиронии, — смеялась моя особенность, глядя на мое замешательство.

— Ты шутишь? — выдала я наконец.

Как тут мог оказаться парень, на которого она намекала, если вход сюда — только по браслетам! Будучи парнем, ты не сможешь попасть в места, предназначенные для девушек, и наоборот.

— Но Юки как-то попадает в мужскую раздевалку, — справедливо заметила Анна.

Но ее никто не видит, она может пройти следом.

— Ты хочешь сказать, там…

Не успела я договорить, как с глухим стуком в комнату влетел увесистый булыжник. Он прочертил в воздухе стремительную дугу и попал Киоко в голову. Девушка охнула, взмахнула руками, теряя равновесие, и рухнула на мокрый кафель, а из рассеченной раны тут же потекла кровь.

<--

<--

<--

Сердце тут же екнуло от произошедшего, выбросив дозу адреналина, и я по инерции использовала силу быстрее, чем успела осознать весь ужас ситуации. Я снова оказалась позади Киоко. Не теряя ни секунды, я бесцеремонно оттолкнула подругу в сторону, одновременно отскакивая сама.

Камень снова влетел в окно. Раздался глухой, тяжелый удар. На этот раз он угодил в противоположную стену, выбив крошево из плитки. Следом за ударом послышался резкий, сухой треск. В стекле появилась неровная, рваная дыра, а оставшаяся часть стеклопластикового полотна мгновенно покрылась густой паутиной мелких трещин, став похожей на разбитый экран смартфона.

До этого момента я вообще не знала, что обычным камнем так легко разбить окно, но, видимо, мэсы с их силой могли спокойно справиться с этой задачей.

В момент удара защелка на закрытой кабинке с треском отскочила. Дверь распахнулась, и наружу, едва не спотыкаясь о собственную обувь, вылетел парень. Но Киоко, даже дезориентированная моим внезапным толчком, среагировала как профессиональный перехватчик. Не растерявшись, она мертвой хваткой вцепилась ему в воротник, крутанула вокруг оси и, заблокировав своим телом дверной проем, отрезала единственный путь к отступлению.

— Вы что, дебилы?! Вы совсем ебанутые, что ли? — невольно, слишком эмоционально возмутилась я, переводя взгляд с разбитого окна на замершую парочку. Сердце все еще бешено колотилось в груди после скачка во времени.

Хочу увидеть того гения, который решил, что разбить окно — это отличный способ помочь кому-то сбежать.

— Вижу, ты активно готовишься к казино, уже и нужные фразы учишь, — смеялось чудовище над моей реакцией.

Я просто не понимаю, что вообще творится в головах местных студентов. Может, газ еще не выветрился?

— Это называется юность! — спокойно констатировала моя дорогая.

— Это не я! — тут же вскинул руки парень, испуганно переводя взгляд с Киоко на меня. — Честное слово, девчонки, я тут совершенно ни при чем! Это все форс-мажор!

Я подошла к разбитому окну и осторожно заглянула на улицу. Во внутреннем дворике лениво шелестела листва, а напарника, который только что устроил все это, и след простыл. Конечно, идеальное преступление. Надеюсь, он в курсе, что камеры, в отличие от интернета, не отключали.

— И что же ты тут делал? — строго спросила Киоко. Скрестив руки на груди, она угрожающе нависла над нарушителем.

— Я понимаю, как это выглядит, — парень, оказавшись зажатым между двумя явно не расположенными к шуткам девушками, попытался боком отползти к раковинам, выставив перед собой ладони, словно отгораживаясь от угрозы. — В жизни каждого человека бывают моменты, когда он зашел не в ту дверь.

— Именно так, братишка, — смеялась Анна.

— Шутки и цитаты поп-звезд не помогут вам отделаться, — вздохнула Киоко.

— Ну, оправдываться – это не очень по-мужски, — парень нервно рассмеялся.

Низкорослый, худощавый, с растрепанными светлыми волосами, он явно был в панике и пытался спастись с помощью юмора. Озираясь по сторонам в поисках выхода, он явно не знал, что предпринять.

— Я тебе эту швабру знаешь куда засуну? — Киоко усмехнулась, демонстративно взяв швабру и удобнее перехватив деревянную рукоять.

— Малышка дважды не повторяет, — с улыбкой пропела моя подруга.

— Ладно-ладно! Просто мужской туалет был закрыт! — залепетал виновник, пятясь спиной к зеркалу. — И я подумал: ты же быстрый, зайдешь на минутку в женский, тебя никто и не заметит!

— И ради этого ты организовал целую спецоперацию с напарником? — безжалостно прервала его Киоко, прищурив глаза. — И вообще, как ты сюда попал без браслета-пропуска для женской половины? Платишь кому-то?

— Медвежонок явно взяла на себя роль плохого полицейского, — Анна плавно подошла ближе ко мне. — А ты будешь хорошим? Или сразу перейдем к пыткам хлоркой?

Честно говоря, я даже не знала, что сказать. Мой мозг отказывался воспринимать логику поведения этих парней. Единственное, что я поняла ясно – у меня появились лишние, совершенно ненужные проблемы.

— Ну, — он нервно закусил губу.

Было видно, как в его голове лихорадочно ищутся слова для спасительной лжи.

— Давай телефон, — Киоко решительно протянула раскрытую ладонь.

— Так мы же вчера сдавали все телефоны администрации на хранение из-за блокировки связи, помните? — парень изобразил самое невинное выражение лица, на какое был способен.

— Расскажешь это тому, кто не знает, что у каждого пятого здесь есть второй, подпольный аппарат, — требовательно сказала Киоко, шевельнув пальцами. — Быстрее. Пока я сама тебя не обыскала, а поверь, тебе это не понравится.

— Думаешь? — он поднес руку к лицу, делая вид, что оценивает внешность Киоко.

— Больные фантазии об обыске от змеи, — улыбалась моя дорогая. — Как знакомо. И не осуждаю!

— Телефон, — коротко отрезала Киоко, замахиваясь так, будто приготовилась нанести один сверхмощный удар шваброй. — Или тебя будут обыскивать качки.

Киоко явно завелась. Наверное, мстила за туалеты.

— И сцена получится из разряда гачи, — рассмеялась Анна.

Лицо парня изменилось, и он замолчал. Набрав воздуха в грудь, он посмотрел с терроризирующей его дамы на меня. В его глазах мелькнула отчаянная решимость. Резким движением он выхватил из внутреннего кармана тонкий черный смартфон, замахнулся и изо всех сил швырнул его об пол, намереваясь разбить.

О боже. Похоже, мы действительно имеем дело с извращенцем, пытающимся замести следы.

<--

<--

<--

Я вновь воспользовалась своей силой. Смартфон снова оказался в его кармане. Опережая его движения, я шагнула вперед, ловко выхватила телефон прямо из его руки, сделала быстрый шаг назад и мгновенно разблокировала экран. К его несчастью, пароля не было. Какая глупость. Я сразу нажала на значок галереи.

— Я могу всё объяснить! — тут же запричитал парень. Он уставился на свои пальцы, затем на меня, сглотнул и поднял руки. — Э-э-э… правда, пока не знаю как, но наверняка этому есть какое-то сугубо научное или художественное объяснение!

Я внутренне приготовилась увидеть самый отвратительный непристойный контент, который только может выдумать озабоченный подросток. Что-то компрометирующее, выставляющее наших девушек в максимально некрасивом или постыдном свете. Но реальность оказалась гораздо более специфической.

Я листала снимки один за другим. На всех были запечатлены исключительно ноги. Точнее, голени, лодыжки и ступни наших девушек из академии. Всё было снято через ту самую узкую щель между полом и дверцей кабинки. Ракурсы были подобраны с маниакальной, почти художественной точностью, и все снимки, на удивление, были абсолютно одинаковыми.

Иногда видишь странные подборки фотографий в интернете на необычные темы и думаешь: кто это снимал и зачем? А вот он…

— Интернет пропал, и всё в этом мире начало стремительно разваливаться, — Анна, тоже рассматривая галерею, от души смеялась. — За неимением сетевой эротики мальчики совершают набеги в женский туалет! Каков масштаб трагедии!

Сняла мои мысли с языка. Я почувствовала, как волна липкого возмущения сменилась желанием прикрыть лицо рукой. Спецоперация «щиколотки». Можно было поступить иначе, как-то ускользнуть, но нет, с этим окном и всем остальным он только усугубил свое положение.

— Что там? — требовательно спросила Киоко, не отходя от двери.

Я быстро промотала ленту до конца, проверила папку с видео. К счастью, ничего более откровенного или криминального там не обнаружилось. Просто глупый фут-фетиш. Я глубоко, устало выдохнула.

— Ладно, пусть идет, — тихо сказала я, выключая экран.

— Серьезно?! — он округлил глаза, словно ему только что объявили амнистию. Он даже рот приоткрыл от изумления.

— Да, — я равнодушно протянула ему телефон.

— Ну вот она, истинная солидарность от любительницы стройных ножек, — с почтением кивнула Анна, показывая большой палец.В самом деле. Правда, мне нравится, когда присутствуют отдельные части тела, но в целом, чтобы была композиция. Но, если говорить серьёзно, я не вижу ничего катастрофически неправильного или опасного в таких, в общем-то, безвредных мелочах, однако способ их реализации, бесспорно, вызывает вопросы и побуждает к осуждению.

Поэтому я решила, что лучше всего будет уладить всё тихо, без публичных разбирательств. Отпустить парня, а самой отправиться в студенческий совет, рассказать обо всём Рафаэлю и попросить его как-то по-мягкому, без шума и скандала, разобраться с ситуацией. Если это вообще возможно. Чем меньше шума, тем меньше проблем для всех нас. К тому же, не хочется радовать Скарлет, иначе её выпуск превратится в настоящий праздник! Она же извращенка, которая любит всякие наркотики и садомию.

— Спасибо! Ты просто королева, я уже почти в тебя влюбился! — парень мгновенно оживился, расплывшись в улыбке.— Не перегибай палку, — сухо прервала его я.

— Отпуская его, ты даешь надежду на светлое будущее, и в глазах уже облегчение, но буквально через мгновение его схватит монстр. Так вместо одного стресса он испытает два. Лучше ли это? — размышляя, «почесывала» подбородок Анна.— Виноват, — тут же наигранно поник он, втягивая голову в плечи, но в глазах всё равно поблёскивали искорки.

— Он никуда не пойдёт! У нас тут, вообще-то, целая организованная преступная группировка с порчей имущества, а ты его просто отпускаешь?! — возмутилась моя подруга.— Киоко, — тихо, но твердо сказала я, выразительно взглянув подруге прямо в глаза.— Ладно! — она закатила глаза с таким видом, будто делала одолжение всей академии, а не мне.

— Но с окном вам двоим придётся что-то придумать, — добавила я. — У вас есть, возможно, пара часов, чтобы придумать очень правдоподобное объяснение.— Всё сделаем в лучшем виде, шеф! — он, видимо, почувствовав, что новых проблем прямо сейчас не предвидится, довольно кивнул, после чего боком удалился в коридор.

Уборная снова погрузилась в относительную тишину.

— И почему ты так внезапно сжалилась над преступником? — Киоко повернулась ко мне, опираясь на швабру. — Ты понимаешь, что косвенно нас тоже осудят? Не говоря уже о том, что последствия убирать нам.

За что? За то, что просто сообщили о проблемах? Или потому, что не привели его сразу?

— Так гонцов с плохими вестями раньше и сжечь могли, кста, — заметила моя дорогая.— Просто не хочу быть палачом, — мягко ответила я. — Сейчас мы всё равно пойдём в студсовет и обо всём сообщим, но решим всё мирно, ладно? Без публичного позора. Не хочу, чтобы его ещё и исключили.

Киоко спорить не стала, хотя посмотрела на меня, наверное, подумав: «Ну это же Лиза, она почти как архангел, не любит делать людям больно. Как благородно!». Нет! Она подумала: «О боже».— И всё-таки, что там было, что ты стала так снисходительна? — поинтересовалась подруга. — Ты, надеюсь, снимки все удалила?— Э-э-э…

Среда, 5 апреля

Сегодня телефоны нам наконец-то вернули. Замечательно! Однако на экранах всё так же горел значок отсутствия сети, и всё по-прежнему не работало. Это всё равно, что голодному дать бургер, но сказать, что есть нельзя, можно только смотреть! Администрация явно наслаждается нашими страданиями, прикрываясь благородством!

Так проходил третий день нашего полного отлучения от цивилизации.

Внутри академии недовольство нарастало, по крайней мере, моё точно! Я уже должна была забыть о заказах и смириться, но нет… И это давило на меня так, что я подумывала, грешным делом, переступить через гордость и обратиться к Трисс.Впрочем, вчерашний инцидент в уборной принёс не только лишние хлопоты, но и пищу для размышлений, а именно новость о том, что у каждого пятого здесь припрятан второй телефон. Значит ли это, что мы могли бы иметь интернет, не парясь за достижения? Стоило мне завести об этом разговор с Киоко, как та сказала, что толку от второго телефона, по сути, ноль, ведь у неё с её силой он есть, но она им не пользуется. Ведь даже если подключить на него какой-то интернет, здесь, он тупо не будет работать.

Так, руководствуясь этими словами, я уверяла себя, что Трисс с её возможностями не сможет сотворить чудо и подключить мне интернет. Нашла оправдания, чтобы не связываться с ней!

******

По окончании последней пары у дверей аудитории меня внезапно встретила София.— Идём, — коротко бросила она, едва наши взгляды встретились, и тут же развернулась.Я оглянулась на Киоко. Подруга лишь неопределённо пожала плечами. Бесшумно шевельнув губами «до вечера», я попрощалась с ней и поспешила следом, едва успевая за стремительным шагом Софии.

Девушка вела меня, не оборачиваясь. К моему удивлению, мы вышли прямиком к главному контрольно-пропускному пункту. Бросив пару коротких фраз дежурному охраннику, от которых тот лишь послушно кивнул, она открыла дверь и вывела меня наружу.Там, прямо у входа, меня ждала Лисара.