Как выжить в Академии (Новелла) Том 1 Глава 279 [Дополнительная история] В погоне за бабочкой (5)

Это было одно из детских воспоминаний.

Однажды Люси, тренируясь в одиночку с маной, по неосторожности опрокинула ведро с золой, стоявшее у камина. Серое облако мгновенно окутало хижину, оседая на всём вокруг.

Глокт, читавший у очага, и Люси, лежавшая на деревянной кровати и пытавшаяся управлять маной, оказались перепачканы с ног до головы. Люси испугалась и принялась суетливо отряхиваться, а Глокт, закашлявшись, тут же создал заклинанием порыв ветра, чтобы выгнать пыль из комнаты.

Даже по обычно невозмутимой Люси было видно: она чувствует себя виноватой. Она робко приблизилась к Глокту, неуверенно подняла на него взгляд, а тот лишь громко рассмеялся и встал.

Он отряхнулся, но зола всё равно осталась и на одежде, и в волосах.

— Зато сон как рукой сняло. Но ведь я просил тебя быть осторожнее, когда упражняешься с маной в доме...

«...»

Глокт собирался отчитать её строже, однако одного взгляда на Люси было достаточно, чтобы передумать. Девочка, которая обычно жила в своём собственном ритме и редко обращала внимание на чужую реакцию, теперь нервно теребила пальцы и украдкой следила за его лицом. Она поняла свою ошибку, а значит, продолжать выговор было бессмысленно.

Он пару раз похлопал её по плечу.

— Ошибаются все.

Её это утешение не особо помогло: Люси по-прежнему стояла, опустив голову. Иногда ребёнка действительно нужно одёрнуть, но если он и без того расстроен до такой степени, дальнейшая строгость превращается в жестокость.

Глокт подумал, чем бы её отвлечь, и заговорил гораздо мягче:

— Для начала надо найти что-нибудь, чем можно стряхнуть с нас эту золу.

Под хижиной находился подвал, служивший одновременно кладовой и личной лабораторией. Глокт спустился туда, а Люси осталась наверху.

Она продолжала стряхивать одежду и осматривала учинённый ею беспорядок. Пожалуй, теперь стоило извиниться; оставалось лишь придумать, как начать.

В тишине прошло довольно много времени. Наконец Глокт поднялся из подвала и подошёл к ней.

Тук

Что-то большое лёгло на голову Люси.

Это оказалась широкополая ведьмина шляпа. На перепачканных золой волосах она смотрелась особенно огромной: широкие поля казались почти больше самой девочки.

— Это тебе.

«...»

Люси взялась за край шляпы и растерянно посмотрела на Глокта снизу вверх.

— Думаю, теперь она должна быть у тебя.

— А это...

— Береги. Когда-нибудь эта шляпа станет для тебя самой дорогой вещью.

— Почему?..

— ...Когда придёт время, сама поймёшь.

* * *

— Это и есть та самая шляпа.

Карету слегка покачивало на дороге. Мы уже покинули остров Акен и направлялись к землям беззакония, Кохелтону; внутри сидели всего четверо.

Нас было четверо: Зелан Рассекатель с помощником Вильгельмом, Люси и я, Эд Ростейлор.

— Значит... шляпа тоже осталась тебе от Глокта?..

— Да.

Люси спокойно кивнула. Я и раньше об этом догадывался: где бы она ни оказалась, ведьмина шляпа неизменно была при ней.

Сколько слоёв защиты и заклинаний сохранения Люси наложила на неё, я не знал. Даже после самых тяжёлых передряг шляпа почти не страдала. Для Люси это был один из немногих последних следов Глокта, поэтому она берегла её как зеницу ока.

Оставались и другие вещи. У могилы Глокта, спрятанной в пещере на западном берегу острова Акен, лежало немало разной мелочи, но почти всё имело только памятную ценность. Магической силы там не было. Единственная по-настоящему важная книга — «Введение в звездоведение» — сейчас находилась у меня.

— Если в хижине ещё что-то есть, скорее всего, в подвале.

Люси, как обычно, сидела у меня на коленях и лениво болтала ногами.

— Когда старик умер, я плохо соображала. Вышла и толком ничего там не осмотрела. В конце жизни он говорил, что больше не собирается заниматься серьёзными исследованиями, но иногда, когда меня не было, всё равно спускался в подвал и чем-то занимался. Я... особо не спрашивала. Думала, раз ему нужно, пусть занимается...

Выходило, что великий маг Глокт чем-то занимался и скрывал это даже от собственной ученицы. Люси по характеру не стала бы из любопытства лезть в чужие дела, зато Зелан и Вильгельм от этой новости заметно оживились.

— Это определённо стоит проверить.

Вильгельм смотрел на нас с горящими глазами.

— Это исследование могло иметь огромную научную ценность. Профессор Ростейлор, вы ведь тоже учёный. Неужели вам не интересно?

Я неопределённо кивнул и посмотрел на Люси. Ей самой было почти всё равно.

Куда больше её радовала сама поездка. Мы давно никуда не выбирались вдвоём, и теперь Люси с непривычным интересом разглядывала меняющийся за окном пейзаж. По её лицу это почти не читалось, но я уже достаточно хорошо её знал.

— Кстати, когда закончим с поисками в горах Рамельн, вам придётся выполнить нашу прежнюю договорённость. Мне нужно подготовить один артефакт к использованию.

Наконец я перешёл к главному для себя вопросу. Зелан считалась лучшим в мире специалистом по обработке артефактов; я и сам много лет занимался магитехникой, однако для вещи такого класса моих знаний было недостаточно.

— Разумеется. Нет такого артефакта, с которым я бы не справилась. Но, молодой человек, вы и сами неплохо разбираетесь в работе маны. Что же за вещь вам попалась, если даже вы не в силах её обработать?

Проще всего было продемонстрировать. Я извлёк останки Тиркалакса из-за пазухи.

Приобретя форму небольшой сферы, они тем не менее мгновенно выдали свою истинную ценность для Зелан. Она резко нахмурилась, а затем коротко усмехнулась.

— Вот так находка.

«...»

— Что вы собираетесь с ней делать?

Предназначение будущего артефакта имело значение: только зная цель, Зелан могла подобрать нужный метод обработки. Потому я ничего не стал скрывать.

— Среди духов, с которыми у меня заключён договор, есть Мерильда. Это высший дух ветра.

— Высший дух... Значит, вы владеете и духоведением.

— Я уже неплохо освоил управление её силой. Теперь намерен двигаться дальше...

После моих последующих слов Зелан перестала улыбаться и взглянула на меня так, словно я изложил абсолютную нелепицу.

— Я намерен возвысить Мерильду до ранга верховного духа. Место верховного духа ветра в настоящий момент свободно.

Я понимал её реакцию. По сути, это было заявление о намерении свободно распоряжаться силой верховного духа, и я прекрасно осознавал, насколько абсурдно оно звучало.

— Вы весьма забавный человек.

Вопроса «какого чёрта вы вообще затеяли» так и не последовало. Похоже, сама Зелан тоже была далека от образца здравомыслия.

***

Затем последовали долгие и довольно утомительные дни в пути.

Зелан рассказывала о своих путешествиях с Вильгельмом по Кохелтону. Периодически мы останавливались, покидали карету, чтобы размяться и подышать свежим воздухом; по пути мы заезжали в небольшие поселения и ночевали на постоялых дворах.

Дорога к горам Рамельн растянулась на многие дни. Область Пюлан и торговый город Олдек также находились далеко от острова Акен, однако горы располагались почти на противоположном конце империи.

Когда-то Люси упоминала, что после смерти Глокта она в одиночку перенесла его тело отсюда на остров. Лишь сейчас я по-настоящему осознал, насколько невероятным было такое путешествие.

Даже на быстрой карете дорога занимала несколько дней. Люси же проделала весь этот путь по воздуху, ни разу не прервав заклинание. Одной мысли о том, сколько сил и концентрации это потребовало, было достаточно, чтобы поражённо покачать головой.

С тех пор она, вероятно, ни разу не возвращалась в горы Рамельн и, возможно, даже не была уверена, сохранилась ли хижина на месте.

За долгий путь неловкость между нами окончательно развеялась. Наконец мы достигли горного края, хотя до самой цели оставалось ещё немало.

В маленькой деревушке у подножия мы приобрели снаряжение и припасы для восхождения, а затем отправились пешком.

Горы Рамельн гигантской грядой пересекали север материка. К походу в таких горах следовало готовиться основательно; хорошо ещё, что нам не требовалась вершина — хижина располагалась примерно на середине склона.

Люси, очевидно, радовалась знакомым местам. Время от времени она усиливала своё тело маной, одним прыжком взбиралась на вершину хвойного дерева и оттуда осматривала окрестности.

Мы продвигались без особых задержек. Зелан и Люси, будучи невысокого роста, превосходно управляли маной и почти не тратили сил на подъём. Мы с Вильгельмом, даже без использования магии, обладали достаточной выносливостью, а при необходимости могли немного помочь себе маной.

Иногда я призывал духа, и часть пути мы преодолевали верхом. Ночевали прямо на склонах. Так прошло почти двое суток.

Ни местные дикие звери, ни нехватка продовольствия нам не угрожали. Без серьёзных затруднений поход скорее напоминал продолжительную прогулку, нежели испытание.

Горы Рамельн были действительно великолепны. Здесь прошли детские годы Люси, и среди высоких хвойных деревьев легко было представить маленькую девочку, без труда перепрыгивающую с места на место.

«...»

Только масштабы поражали. Я знал, насколько обширен этот горный массив, но на месте его размеры всё равно ошеломляли.

Теперь становилось понятно, почему многочисленные поисковые отряды так и не обнаружили хижину, хотя слухи о сокровищах Глокта циркулировали годами. Горные хребты уходили один за другим до самого горизонта, и по протяжённости не уступали Альпам. Если бы целью была вершина, даже в начале осени пришлось бы пробираться сквозь снега; слой вечных снегов на пиках казался внушительным даже снизу.

— Мы почти у цели.

Наконец Люси сообщила то, чего мы ожидали. Мы добирались до этих мест около недели на быстрой карете, а затем почти три дня шли пешком по горам. Зачем Глокту понадобилось поселиться в такой глуши, я не мог себе представить.

Но бесконечный хвойный лес внезапно расступился. Впереди открылась залитая солнцем поляна, совсем небольшая — крохотная точка посреди громадного массива.

В центре стояла старая, обветшалая хижина.

— О-о... наконец-то! Значит, здесь... великий маг Глокт нашёл приют после того, как отошёл от дел...

Любой профессор истории магии, увидев это место, пустил бы слюнки. Последнее пристанище великого мага все эти годы находилось здесь.

***

— Похоже, ещё на этапе строительства он основательно укрепил дом магией. Впрочем, неудивительно: старик в одиночку вряд ли сам смог бы возвести хижину в таких горах. Без применения чар тут не обошлось.

Дом, пустующий много лет на вершине холма, сохранился удивительно хорошо. Неудивительно, если чары, поддерживающие его форму, были наложены самим Глоктом.

Зелан медленно приблизилась к старой двери и повернула ручку.

Скрип

Дверь подалась без труда.

Внутри всё покрывал толстый слой пыли, но в остальном вещи находились на своих местах. Хижина казалась застывшей во времени, в том виде, в каком её оставила Люси много лет назад.

«...»

Я почувствовал, как кто-то крепко сжал моё запястье, и опустил взгляд. Люси держала мою руку.

Она осторожно заглянула внутрь. Видимо, одного взгляда на знакомую обстановку было достаточно, чтобы старые воспоминания хлынули потоком.

— ...Как ты, Люси?

— Нормально.

Я всё ещё беспокоился, но её ответ прозвучал уверенно.

— Ты же здесь.

Люси прижалась к моей руке, словно этим простым жестом оставляя позади прежнее одиночество. Ушедших не вернуть, но с пустотой и ощущением бессмысленности она давно попрощалась.

Поэтому Люси вошла в хижину без страха.

Проведя несколько лет вдали, Люси вернулась в дом Глокта, будто отсутствовала всего на одну ночь. Она устроилась в кресле-качалке у камина и глубоко вздохнула.

На этом всё.

* * *

Первым делом Вильгельм заклинанием очистил хижину от пыли. Быстро и умело он привёл комнаты в порядок, разобрал вещи на заброшенной кухне, вынес испорченные продукты во двор и закопал их.

Затем он разложил привезённые припасы и приступил к приготовлению простого ужина.

Зелан, едва закончив уборку, спустилась в подвал, о котором упоминала Люси, и начала искать следы исследований Глокта.

Мы с Люси никуда не спешили. Мы не обещали помогать Зелан в поисках реликвий, поэтому просто устроились вместе в кресле-качалке у камина. Люси сидела у меня на коленях, и мы грелись у огня.

Солнце давно скрылось за горизонтом. Раннеосенний воздух заметно похолодел, когда Зелан наконец поднялась из подвала.

— Реликвии Глокта я нашла. Но... они совсем не такие, как я ожидала.

— В каком смысле?

— Спустишься на минуту?

Мы зажгли магический огонь вместо фонаря и спустились вниз. Сначала мы попали в кладовую, заваленную всякой утварью; далее, за углом, располагалась личная лаборатория Глокта.

— Тот Глокт, которого я знала, ненавидел саму мысль о нарушении запретов. Он с почтением относился к магии, уважал законы мироздания и принимал судьбу такой, какая она есть.

«...»

Люси молча кивнула, а Зелан продолжила на ходу:

— Тебе, Люси Мейрил, может быть неприятно это слышать... Но похоже, в последние годы своей жизни великий маг сам занимался исследованиями в запретных областях.

Поиск бессмертия. Воскрешение мертвых. Путешествия во времени.

Три сферы, которых избегали маги по всему миру. Неужели Глокт, всю жизнь соблюдавший запреты, в старости всё же прикоснулся к ним?

— ...Не верю.

Люси покачала головой. В её воспоминаниях Глокт принимал свою судьбу и уважал естественный порядок вещей. Он владел звездной магией, но не пытался подчинить ей собственную жизнь; он просто прожил отведённое ему время до конца и ушёл без сожалений.

Именно поэтому Люси не стала возвращать его к жизни с помощью магии воскрешения профессора Гласта. Он всю жизнь хранил достоинство мага, и воскресить его, нарушив запрет, означало бы оскорбить то, во что он верил.

Зелан говорила тихо и серьёзно:

— Мне самой это кажется странным. Глокт, которого знала я, никогда бы не полез в запретную область. И всё же в этой подземной лаборатории...

Она усилила магический огонь. Пламя разгорелось ярче, и теперь вся лаборатория была видна.

В детстве Люси было слишком лень и неинтересно заглядывать сюда. Теперь перед нами лежали груды артефактов, а среди них — незаконченные магико-технические устройства Глокта.

— Здесь слишком очевидны следы исследований одной из трёх запретных тем — путешествий во времени. Видишь большой кристалл в центре? Он служит для концентрации звездной маны. А по устройствам, направляющим её поток, несложно понять общую задачу системы.

Люси нахмурилась.

Глокт не нарушал запретов — именно этим он гордился всю жизнь. Он не мог создать подобное.

Но даже Люси, с её обширными знаниями, не находила для этой конструкции иного объяснения. Как ни смотри, система собирала звездную ману и предназначалась для перехода через временную линию.

Будущее или прошлое — неизвестно. Однако хотя бы однажды Глокт пересек эту линию.

— Судя по всему, при жизни Глокт Элдербейн однажды переместился по временной линии. То есть, он нарушил запрет и совершил путешествие во времени.

«...»

— Посмотри на магический контур. Следы использования очевидны. Расходные элементы не заменены, что означает, устройство, скорее всего, запускали лишь единожды.

Выходило, что Глокт куда-то переместился во времени — и сделал это тайно от Люси.

Но куда: в прошлое или в будущее? Мы не знали даже направления, не говоря уже о причине, которая заставила человека отказаться от убеждений, которых он придерживался всю жизнь.

Ответы исчезли вместе с ним. Глокта Элдербейна, единственного человека, знавшего правду, больше не было в живых.

* * *

— Есть хорошая новость и плохая. Если я спрошу, с какой начать, вы наверняка выберете плохую. Поэтому лучше расскажу всё сразу.

Зелан сама задала вопрос, сама за нас ответила и без паузы продолжила. Мы сидели за кухонным столом; она ела салат и говорила между делом.

— Я провела всю ночь в подвале. Похоже, там действительно достаточно оборудования, чтобы увидеть иные варианты мира. Но всё сильно обветшало, придётся чинить.

«...»

— Как и следовало ожидать от работы великого мага, конструкция у этих устройств необычная. Придётся разбирать их по одному, заново выяснять принцип работы и только потом восстанавливать — это будет тяжело. Нам повезло хотя бы в одном: здесь есть сразу два человека, знакомых с магитехникой.

Этими двумя были Вильгельм и я, Эд Ростейлор. В магитехнике мы оба разбирались достаточно хорошо.

— Оборудование работает со звёздной магией, поэтому заранее сказать, как именно оно поведёт себя и к чему приведёт запуск, невозможно. Работа может оказаться очень опасной. Но если вы как следует мне поможете...

Зелан положила вилку и подалась через стол ко мне.

— Я лично добьюсь, чтобы ты стал хозяином верховного духа. Твоя затея с повышением духа до верховного ранга слишком интересна, чтобы я могла от неё отказаться. Поможем друг другу — и оба останемся в выигрыше.

— Что значит «может оказаться опасной»?

— Ты и сам знаешь, насколько непредсказуема звёздная мана. Поэтому мне и нужен человек, который хотя бы в какой-то мере умеет с ней обращаться.

Зелан откинулась на спинку деревянного стула и самоуверенно улыбнулась.

— Ты мне нравишься, молодой человек.

«Говорит совсем как старуха», — подумал я. Впрочем, за внешностью маленькой девочки и правда скрывалась женщина, прожившая столько, сколько большинству и не снилось.

— Так что давай как следует поработаем вместе. Я многое могу сделать для тебя. А после сегодняшней находки мне и самой стало любопытно.

«...»

— Что заставило великого мага Глокта, так гордившегося своими принципами, в самом конце жизни поступиться ими и нарушить запрет? Раз уж мы здесь, хотелось бы узнать и эту правду. Не согласна, недоверчивая кошечка?

Люси молча смотрела на Зелан.

Сказать, что ей совсем не интересно, было бы неправдой. Но существуют вещи, которые необязательно знать.

Люси уже давно мысленно простилась с Глоктом. Он прожил бурную жизнь, ушёл без сожалений и в последний момент улыбался; для неё на этом его история закончилась. Стоило ли снова её ворошить?

— Хорошо.

Одно слово. Что происходило у Люси внутри, понять было невозможно, зато Зелан сразу довольно улыбнулась.

— Тогда завтра, как рассветёт, начнём восстанавливать устройства и проверять их одно за другим.

К чему приведёт странная затея, начавшаяся с простого любопытства, в тот вечер никто из нас не знал. Мы просто слушали ветер за стенами хижины.

Старая постройка стояла на середине склона, затерянная в безлюдных горах Рамельн. До цивилизации отсюда было бесконечно далеко, связаться с нами никто не мог.

Зелан легла на деревянную кровать. Вильгельм расстелил походный спальник на обеденном столе. Я устроился в кресле-качалке возле камина, обняв Люси.

Так каждый нашёл себе место и уснул, даже не представляя, что произойдёт на следующий день.