Как жить будучи Злодеем Том 0 Глава 77 Где-то я это уже видел... (5)

Фр-р-р!

Книга, лежавшая на левой ладони Сонхуна, распахнулась и заполыхала ярко-синим пламенем.

Обычно в гуще боя, когда со всех сторон сыплются удары, а самому приходится непрерывно работать мечом, она давно бы выскользнула из руки. Но благодаря навыку «Не могу без книг» томик прилип к ладони словно намертво.

— Огненный снаряд.

Одна страница обратилась в пепел. Возникшие из неё огненные шары разлетелись во все стороны. Воины не ожидали такого магического обстрела и невольно попятились.

«А теперь добавим вот это».

— Преобразование ци.

Магическая сила превратилась в ловкость!

С учётом всех бонусов от предметов и навыков ловкость Сонхуна в эту минуту достигла поистине исключительного значения. Противники буквально разлетались у него с дороги.

Как раз тогда очнулся мужчина, которого Сонхун оглушил первым.

Остальные были слишком поглощены сражением, чтобы осмыслить происходящее. Но человек, наблюдавший со стороны, невольно прошептал:

— ...Красиво.

Звучало дико: вокруг умирали люди, а он любовался зрелищем. И всё же иного слова не находилось.

Движения незнакомца в маске были лёгкими и естественными, точно танец. Всё происходило будто по заранее отрепетированному сценарию. Стоило Сонхуну направить клинок в сторону противника, как тот словно сам подставлялся под удар. А чужие мечи раз за разом проходили мимо.

«Поймал ритм».

Против него сражались не безмозглые мертвецы, а опытные воины, умеющие думать и реагировать. И именно в таком бою Сонхун наконец почувствовал привычное течение музыки. Он уже не просто отвечал на движения противников, а начал сам направлять их.

«Не они должны вести меня. Это моя сцена, и главная роль здесь у меня».

Свистнула рапира, в воздух брызнула кровь.

«Но одного танца мало. Нужна музыка...»

Он почти бессознательно пробормотал очередные заклинания. Вокруг зажглись огненные и электрические сферы, и, когда Сонхун повёл мечом, они разлетелись в стороны и взорвались.

Он превратился в дирижёра, извлекающего мелодию из человеческих криков и грохота взрывов. Нет, скорее в танцора, ведущего спектакль. Среди десятков участников общего танца выделялся только один — главный исполнитель.

Опьянённый ритмом, который сам же создавал, Сонхун кружил по арене. Никто не мог его поймать; соперники падали один за другим.

Действуй они настоящей командой, разделаться с ними было бы куда труднее. Но каждый здесь считал остальных возможными соперниками. Поскольку дальше проходили двое, некоторые предпочитали набрасываться на тех, кто казался слабее, или нападать на подвернувшихся под руку противников исподтишка.

И была ещё одна, гораздо более серьёзная проблема.

— А-а-ай?!

Вращаясь, как волчок, Сонхун подсек ближайшего воина. Тот потерял равновесие, но упасть ему не позволили: книга в левой руке Сонхуна мягко подхватила его под затылок и вновь подняла на ноги.

Разумеется, никаким милосердием тут и не пахло.

— С-стой!

— Не надо!

ХРЯСЬ! ХРЯСЬ!

Сонхун выставил захваченного бойца перед собой, словно щит. Окружающие торопливо отвели оружие.

Все прекрасно знали, что настоящей смерти на турнире не будет. Однако одно дело рубить монстров, совсем другое — направить клинок на живого человека. Даже сейчас многие инстинктивно не могли заставить себя нанести смертельный удар.

Кроме того, с самого начала схватки Сонхуна молчаливо назначили общим врагом. Остальные незаметно для себя начали воспринимать друг друга как союзников.

Сам же Сонхун подобных затруднений не испытывал.

На людях он всегда старался изображать если не святого, то хотя бы приличного человека. Почти никогда не позволял настоящим чувствам управлять поступками: подстраивался под обстоятельства, скрывал намерения, носил удобную маску. Но сейчас в этом не было необходимости.

С первых дней после появления в мире «Миссия» он убивал людей без колебаний. И это не преувеличение. Сонхун действительно не испытывал угрызений совести из-за убийства. Разве что кровь, запах и ощущение чужой плоти на пальцах вызывали физическое отвращение.

Использовать других людей как расходный материал в сражении для него было самым обычным делом.

«Идиоты. Я бы на их месте колол не задумываясь. Раз уж всё равно собираешься убить человека, пусть его смерть хотя бы нанесёт противнику урон».

Воины в последний миг ослабляли удары, поэтому клинки застревали в теле живого щита, не проходя насквозь. Сонхун тем временем пронзил горло следующему противнику и вдобавок отправил в толпу несколько огненных снарядов.

В чём-то его манера сражаться напоминала стиль Са Чонвона. Тот доводил смертоносность движений до предела, совершенно не заботясь об их виде. Сонхун же, словно артист, стремился сделать каждое движение красивым.

Но главное их роднило: оба совершенно не считались с противниками, воспринимая их исключительно как объекты и инструменты.

— А-а! П-пощади!

Один из бойцов, лицом к лицу столкнувшись с мучительной смертью, попятился и беспомощно замахал руками. Он даже не вспомнил, что на турнире смерти не засчитываются. Единственным желанием было оказаться подальше от человека в белой маске.

Тот широким, почти дирижёрским жестом взмахнул клинком — и тело товарища несчастного распалось на куски, осев на пол.

Такое зрелище не увидишь и за большие деньги. Будто сцена из самого жестокого фильма ужасов внезапно ожила перед глазами.

У мужчины закружилась голова. Он опустился на четвереньки и пополз к границе арены.

«Н-ноги не слушаются!»

Колени подкашивались, он то и дело падал, но продолжал ползти. Наконец добрался почти до края. Ещё немного — и окажется за пределами площадки, пусть проигравшим, зато невредимым.

Но кто-то вдруг потянул его назад.

— Куда это вы собрались?

«Демон!»

Верхняя половина лица незнакомца была скрыта белой маской, зато рот виден прекрасно. И этот рот улыбался — широко, приветливо, совершенно неуместно. Кровавые пятна на белизне маски делали улыбку ещё страшнее.

О гордости можно было забыть. Мужчине хотелось лишь выжить, не испытывая боли. Победа? Плевать на победу! Только бы не почувствовать на себе острие этого меча.

Они ведь остались вдвоём. Может, раз незнакомец улыбается, то пощадит?

— П-прости! Я был неправ! Пожалуйста, отпусти меня!

— Я...

— Я?.. — растерянно переспросил воин.

— Кажется, я просил вас не обращаться ко мне на «ты».

ХРЯСЬ!

На мгновение мужчине показалось, что он уже умер. Но резкая боль под носом заставила его заорать. Во рту что-то перекатывалось — должно быть, обломки зубов.

— А-А-А-А!

— Терпеть не могу повторяться. Нарушил правила вежливости — будь добр заплатить.

— З-заплатить?..

— Именно. Впрочем, если поможете мне провести один небольшой эксперимент, я отпущу вас целым и невредимым.

Ради возможности выбраться с арены мужчина был готов на что угодно. Да, смерть не стоила дополнительной жизни, но сама агония никуда не исчезала. Быть изрубленным на куски и мучительно умереть ему совершенно не хотелось.

— Вот и прекрасно! — обрадовался Сонхун. — Вам хорошо, мне хорошо, все довольны. Ничего сложного. Видите ли, я недавно начал использовать книги в бою, и меня заинтересовал один вопрос.

— К-какой?..

— Сила удара.

В описаниях предметов отсутствовали точные показатели атаки и защиты. О реальной эффективности приходилось судить по качеству, материалу и собственным испытаниям. Самый надёжный способ выяснить, на что способно оружие, — опробовать его в деле.

К примеру, если обычный меч при определённом усилии входил в руку орка на треть, магический при том же ударе прорубал половину, а редкий — отсекал руку целиком.

Воин понял, куда клонит человек в маске, и начал дрожать. Но прежде чем он успел возразить, на макушку обрушилась залитая кровью книга.

ТУК! ТУК! ТУК!

Со стороны зрелище могло показаться комичным. Что может быть смешнее, чем человек, лупящий другого книгой?

Но жертве было совсем не до смеха. Под действием бонусов качества предмета и навыка «Книги — не оружие» томик в руках Сонхуна бил как кирпич. Нет, куда сильнее кирпича — как цельный кусок стали, которому придали форму книги.

Когда подобным куском стали человека колотят по голове, смеяться перестают очень быстро.

Брызнула кровь. Раздались нечленораздельные вопли. Среди алых капель в стороны полетели белые осколки зубов.

Сонхун ещё какое-то время старательно наносил удары, а затем наконец остановился. Лежащий под ним мужчина давно перестал шевелиться.

— Нет, для полноценного оружия не годится, — подвёл он итог. — Как дубину использовать можно, но слишком короткий размах и неудобно вкладывать силу. Разве что отвлечь врага и ударить неожиданно.

В ближнем бою книга оказалась посредственным оружием. Но опыт дал и другую полезную информацию: пожалуй, из неё выйдет неплохой щит.

«Благодаря „Не могу без книг“ её не обязательно зажимать пальцами: достаточно любого контакта с рукой. В опасную секунду можно перебросить книгу на тыльную сторону ладони. По площади она почти как маленький щит».

[Отборочный бой завершён.]

[Участники Призрак и Ун Чонсу прошли в следующий этап. Поздравляем!]

— Э? Двое?

Сонхун был уверен, что разделался со всеми до последнего. Он оглянулся и заметил фигуру, которая стремглав выбегала с арены, будто увидела привидение.

Лица рассмотреть не удалось, зато человека нетрудно было узнать по одежде. Это был тот самый боец, которого Сонхун оглушил в самом начале схватки.

— А я про него совершенно забыл.

Сонхун вложил рапиру в ножны, закрыл книгу и стал отряхивать со смокинга кровь и ошмётки внутренностей. Дорогой костюм, похоже, обладал водоотталкивающими свойствами: кровь стекала с ткани, как капли дождя с плаща.

Белая рубашка под пиджаком, впрочем, успела пропитаться насквозь.

— Эй! Можно сразу провести следующий бой?

[Разумеется. Ожидайте.]

Трупы, устилавшие арену, обратились в белые светящиеся частицы и растаяли в воздухе. Потраченные здоровье и мана полностью восстановились.

Вскоре на площадке во вспышках света начали появляться новые участники. Не подозревая, что творилось здесь несколькими минутами ранее, они с любопытством озирались и сбивались в пары.

«Отлично».

Сонхун вовсе не был извращенцем, получавшим наслаждение от убийства. Его радовало другое: прямо сейчас он на глазах становился сильнее.

Подобный шанс выпадал редко. Сколько бы он ни сражался с монстрами, те в основном нападали инстинктивно или брали грубой силой. Здесь же можно было бесконечно отрабатывать приёмы против опытных игроков, переживших немало настоящих битв. За такие возможности обычно не расплатишься никакими деньгами.

[Начинается отборочный этап турнира боевых искусств.]

[Участник выбывает, если покинет арену или погибнет.]

[Два последних оставшихся участника переходят в следующий отборочный этап.]

[Смерть во время турнира не расходует дополнительную жизнь.]

Бац!

С новым бодрым ударом началась очередная схватка.