Король-рыцарь, вернувшийся с Богом Том 1 Глава 242 Выборы мэра Пхеньяна (3)

Открытая скупка голосов потрясла Ку Дэсона до глубины души. Он вырос в демократической стране и привык хотя бы к видимости приличий.

Вулканус ткнул пальцем в удаляющуюся Хари.

— Теперь понимаешь, почему я в бешенстве? Он покупает людей у всех на глазах!

— Может, Его Величество просто не знает...

— Знает! И вмешиваться отказался!

Леона честные выборы не занимали. Сама система, в которой вес голоса зависел от сословия, с честностью сочеталась плохо.

Ку Дэсон потёр переносицу.

— Чёрный пиар я ещё могу понять. Яппи ведь почти ничего не выдумал. Но раздавать подарки в обмен на поддержку — это уже...

— Что именно?

Из палатки вышла стройная девушка с пепельно-серыми волосами. Макияж подчёркивал безупречные черты. Девушка была настолько хороша собой, что прохожие невольно оборачивались.

— Сэр Яппи?! — выпалил Ку Дэсон.

— Ку Дэсон. Вулканус.

— Но вы же только что были снаружи...

— Голограмма.

А я даже не заметил.

Ку Дэсон давно подозревал, что Яппи прячет технологии, далеко опередившие земные. Теперь он получил ещё одно доказательство.

Гораздо сильнее его занимало другое.

— Почему вы ведёте кампанию в теле девушки?

Обычно Яппи называл органическую плоть ущербной и показывался в таком облике лишь в исключительных случаях. Сейчас он не просто пользовался человеческим телом, но ещё и накрасился.

Яппи пожал плечами.

— Органики падки на красоту. Миловидным и симпатичным доверяют охотнее, чем уродливым.

— А-а...

Возразить было нечего. Безжалостно, зато по существу.

— Сэр Якт Спиннер!

Вулканус шагнул к нему. Судя по лицу старого воина, он вот-вот влепит Яппи пощёчину. Но вместо оружия в огромной ладони лежал смартфон.

— Ты совсем охренел?!

— Уточни.

— Выставляешь меня бессовестным ублюдком из-за какой-то мелкой добычи!

— Факты изложены верно. Комментарии показывают, что граждане согласны с оценкой.

— Победитель забирает имущество проигравших! Так испокон веков объединяли земли и поднимали боевой дух!

— Нет.

Яппи выслушал средневековую мудрость без малейшего уважения.

— Всё имущество Пхеньяна должно принадлежать Храму Десяти Тысяч Богов и распределяться по справедливости.

— Его Величество с тобой не согласен!

Вулканус искренне считал себя правым. Яппи снимать публикации не собирался. Тогда святой рыцарь зашёл с другой стороны.

— Хорошо, сэр Спиннер. А это что такое?

Он указал на коробки с подарками.

— Не взятки.

— Бесстыжая жестянка!

Яппи соврал с совершенно спокойным лицом. Органическое тело у него появилось недавно, а врать с каменной рожей он уже научился.

— Благотворительная программа. Поддержка благосостояния граждан.

Один из латников высунулся из-за спины Вулкануса.

— Сэр Спиннер, клянусь, мы тоже поддержим! Раздайте что-нибудь и нам!

— Низшие дети в программу не входят. Пф.

Приём был грязным, но работал прекрасно.

До голосования Яппи раздавал дорогие вещи и сертификаты. После победы обещал доступ к особому оружию и индивидуальным улучшениям. Соперникам просто нечем было перебить такое предложение.

Вот что случается, когда голосование открыто, а сделки с избирателями никто не запрещает.

— Это нечестно! — взревел Вулканус. — Ты всё равно проиграешь!

Яппи ответил холодно и без тени сомнения:

— Органики сделают то, что им велят. После построения утопии возражать будет поздно.

Тр-р-р-р!

Пик! Пик!

Сотни кикируков сомкнули строй вокруг кандидата. В их сопровождении Яппи покинул палатку так уверенно, словно выборы уже закончились.

Правила в драке нужны хотя бы затем, чтобы их можно было обходить. Но что делать, если правил нет вообще?

Современная демократия более века обрастала законами, процедурами и предохранителями. Они не искоренили нарушений, зато не позволяли системе развалиться из-за первой же наглой выходки.

Выборы по правилам Лайонхарта позволяли кандидатам сразу показать себя без прикрас. Поэтому кампания почти мгновенно скатилась в болото.

— Не отдавайте город жадным варварам в железных доспехах!

— Вулканус, кандидат номер один! Воин Петоса и человек чести!

— Людьми должны править люди!

— Этот мрачный диктатор банит всех, кто с ним спорит!

— Голосуй!

— За правильную власть!

Бум! Бум! Бум! Бум!

— Вулканус! Вулканус! Вулканус!

Центр Пхеньяна поделили два лагеря. Кандидаты поливали друг друга грязью, сторонники орали до хрипоты, а кикируки перекрывали любой шум усилителями.

Именно тогда на первый план вышли двое, от которых никто этого не ждал.

Первым оказался Ку Дэсон.

Сам он распоряжался сотней голосов, но куда важнее было доверие свободных жителей Пхеньяна: эльфов, дворфов и древолюдов, рождённых Мировым Древом.

Многие знали, кому обязаны возвращением к жизни. Ку Дэсон выжал из себя столько жизненной силы, что едва не умер, и помог воскресить целые народы. По заслугам перед ними он уступал разве что Леону, Ирмин и Демере.

Поэтому свободные люди постоянно спрашивали его:

— Сэр Ку Дэсон, за кого нам голосовать?

Он смущался и побуждал каждого мыслить самостоятельно. Однако люди всё равно жаждали его мнения. Яппи и Вулканус быстро осознали, что поддержка святого рыцаря может принести им сотни дополнительных голосов, и удвоили свои усилия по его привлечению.

Вторым неожиданным игроком в этой большой игре оказался Чёрный Дракон.

— Достойнейший!

Вулканус прибыл в палатку кандидата номер три вместе с Райхаром, Галатаном и другими рыцарями Пламенного Меча.

Девять драконов встретили гостей мрачными взглядами.

[Вы предлагаете нам отказаться от победы и перейти на вашу сторону?]

[Жестянки! Как вы смеете так унижать драконью гордость?!]

Драконы возмущённо ревели, но внимательно слушали предложение.

Выборы превратились в схватку между Вулканусом и Яппи. Чёрного Дракона поддерживали только его сородичи. Ни свободные граждане, ни рыцари не спешили связываться с надменными существами, считавшими всех вокруг низшей формой жизни.

Самым разумным выходом оставалось примкнуть к одному из лидеров и выторговать долю власти. Чёрный Дракон не обладал таким влиянием, но его двести голосов могли решить исход борьбы.

[Итак, вам нужны наши двести голосов.]

— Двести — это лишь то, что лежит на поверхности, — заметил Вулканус. — Есть ещё голоса, которые пока дремлют.

Чёрный Дракон мгновенно уловил намёк.

[Карина получила силу бога Драконов и заявила, что не будет голосовать.]

— Сегодня она так заявила. Завтра может передумать.

У Карины было ещё сто голосов. В лучшем случае драконий лагерь мог принести триста голосов.

Леон и Беатрис из королевской гордости не собирались участвовать. Карина же относилась к современным порядкам проще.

— Поддержи меня, — продолжал Вулканус, — и ты получишь место в городском совете. Драконорождённые получат преимущество.

Предложение было очень привлекательным. При текущем раскладе союз казался единственным разумным решением.

Щёлк!

В этот момент пришло сообщение от Яппи. Он предлагал почти то же самое.

Цена поддержки Чёрного Дракона моментально взлетела.

[Ничего не поделаешь, мой первенец, — произнёс Драгония. — В этот раз тебе придётся узнать вкус поражения.]

Даже древний дракон советовал принять одну из сделок.

И всё же Чёрный Дракон колебался.

— Сомневаешься? — усмехнулась Карина.

Она время от времени навещала его палатку и наблюдала за кампанией. Вулканус давно подозревал, что великая герцогиня не так уж безразлична к выборам.

[В этом нет ничего смешного.]

— Поступиться перед одним из них — не худший вариант.

[Вы меня оскорбляете?]

— Я называю вещи своими именами.

Р-р-р...

Чёрный Дракон пригрозил ей рычанием. Карина даже не моргнула. Скрежет зубов молодого дракона не мог напугать женщину, наделённую силой бога Драконов.

— Я служу богу Драконов. Поэтому могу дать тебе совет.

[Ты? Мне?]

— Ох уж эта ваша спесь...

Карина слишком хорошо знала, как трудно иметь дело с расой, уверенной в собственном превосходстве. Этот молодой дракон обладал таким самомнением, что при случае полез бы спорить с богами.

— Я правила империей, — сказала она. — Но хорошим политиком не была.

Великая герцогиня Карина Драгония держала страну в повиновении одной лишь силой. Чиновники и знать боялись её, поэтому приказы исполнялись без возражений. Управлять так было легко. Правительствовать хорошо — совсем другое дело.

— Зато я знаю человека, которого считаю образцом правителя. Хочешь — попрошу его поговорить с тобой.

Советник, которого выбрала Карина, оказался неожиданным.

— Значит, желаешь получить урок?

Леон смотрел на ученика, которого обучал уже полгода.

[Я хочу понять...]

Чёрный Дракон наблюдал за кампанией Вулкануса и Яппи и впервые честно оценивал собственное положение. В их грызне ему отводилась роль разменной монеты: примкнуть к одному, обеспечить перевес и получить награду.

[У них больше средств. И, как ни мерзко это признавать, в политике они разбираются лучше. Если я соглашусь на союз, мои голоса ещё можно будет перекупить.]

Леон промолчал.

Ученик заметно вырос. Перед Леоном уже не красовался самовлюблённый дракон, уверенный, что мир обязан пасть к его ногам. Теперь это был начинающий политик, который проиграл первый бой и сумел признать поражение.

— Неожиданно увлекательное зрелище, — заметил король.

[Я говорю серьёзно.]

— Тогда отвечай серьёзно. Ты — первый отпрыск древнего дракона Драгонии. Зачем тебе пост мэра?

[Чтобы прославить драконов и имя Драгония.]

— Иными словами, тебе нужен титул ради почёта.

[Разве это плохо?]

— Да.

[Почему?]

— Потому что ты не понимаешь, для чего существует политика.

Чёрный Дракон был молод и незрел, несмотря на непомерную гордость. Но дракон оставался драконом. Его разум превосходил человеческий. Ему хватало одного намёка, чтобы понять то, что человеку пришлось бы объяснять часами.

— Что такое демократия? — спросил Леон.

[Люди голосуют и выбирают тех, кто будет ими управлять.]

— Верно. На этой планете это самая успешная политическая система.

Чёрный Дракон удивился.

Леон был горделивее любого дракона и открыто называл себя избранником богов. Живое воплощение божественного права монарха, он всё же признавал достоинства демократии.

— Обычные люди выбирают представителя из своей среды, — продолжил Леон. — Способности большинства избранников мало различаются. Кого ни назначь, результат будет почти одним и тем же.

В этом и таилась сила демократии: она редко приводила к полному краху.

— Конечно, если среди народа найдётся достаточно мастеров своего дела, на которых всё держится.

[А в чём её недостатки?]

— Посредственные правители дают много обещаний, а затем меняют свои решения из-за давления партий, фракций или страха потерять поддержку. О коррупции я и вовсе молчу. В Лайонхарте за такое отрубали голову, а здесь это называют политическим процессом.

Леон пристально посмотрел на ученика.

— Но вы, Вулканус и Яппи, не простые смертные. Вы родились сверхлюдьми, и ваши возможности превосходят обычные пределы. Поэтому вам не нужны чужие стандарты. Вам нужна ваша собственная мера.

Вулканус и Яппи ошибочно решили, что король устроил для Пхеньяна демократические игры, позволив жить по земным правилам.

— Политика всегда должна соответствовать тому, кто её осуществляет, — сказал Леон. — Расскажите людям, какой порядок вы собираетесь установить и зачем он им нужен. Не пытайтесь купить их любовь. Ваша воля и ваш замысел должны оказаться сильнее подкупа и пустого шума.

Так правят те, кто обладает стальной волей.

Чёрный Дракон долго размышлял над услышанным, а затем вернулся к предвыборной кампании.

До выборов оставалось совсем немного времени. Перед голосованием были объявлены общие дебаты. Три кандидата вышли к толпе, насчитывавшей менее тысячи человек.

— Кто же победит? Яппи со своими пушками?

— У Вулкануса пятьдесят рыцарей Пламенного Меча и уже шестьсот голосов!

— А Карина и Беатрис точно не придут?

— К кому присоединится Чёрный Дракон?

Большинство полагало, что мэром станет либо Вулканус, либо Яппи. Третьему кандидату отводилась роль того, кто в последний момент поможет одному из них одержать победу.

Ведущий поднял руку.

— Слово предоставляется кандидату номер три. Господин Чёрный Дракон, пожалуйста, расскажите жителям Пхеньяна, зачем вам нужна должность мэра.

Чёрный Дракон на мгновение замер. Он посмотрел влево, туда, где стоял Леон, и начал говорить, избегая нападок, подарков и дешёвых обещаний.

[Я буду править ради людей.]