Магическая Битва Том 2 Глава 4 Непоколебимый танец в тишине

— Маки не только продемонстрировала выдающиеся боевые навыки во время этого обмена, но и сумела выиграть время, сражаясь с противником особого уровня, а также предоставила необходимое вооружение. Её вклад был поистине огромен. Поговаривают, что её кандидатура рассматривается на повышение. Думаю, эта новость непременно достигнет и моей семьи.

— ...........

Мива бросила неловкий взгляд на Нишимию, которая в ответ одарила её выражением безнадёжности.

Май, опустив голову, продолжила говорить, словно иронизируя над собой.

— Я ведь не Маки. Да, я владею проклятыми техниками, но когда мы столкнулись, меня просто сокрушили. Интересно, как другие будут надо мной смеяться...

— ...... Май.

Ведь для тех, кто родился в могущественной магической семье с такой репутацией, реальные достижения играли решающую роль.

К тому же, в известной семье, где глубоко укоренился патриархат, женщины-маги сталкивались с самым разным сопротивлением. А если семья принадлежала к числу трёх великих магических кланов, то атмосфера становилась ещё более враждебной.

Май жила в таком мире, так кто же мог знать, какое тяжкое бремя ей приходилось нести.

Нишимия и Мива были близки к Май, поэтому они в некоторой степени сопереживали её чувствам.

Однако, поскольку она сама была вовлечена в это, никто не понимал этого бремени лучше неё.

Именно поэтому она не смогла сдержать внезапное подрагивание кончиков пальцев, когда вздохнула, и не удержалась от жалоб.

Тем не менее, она смогла просто выплеснуть то, что чувствовала, отчего ей стало немного легче. Она покачала головой и изменила выражение лица.

— В любом случае, я просто жалуюсь. К тому же, даже если бы я действительно победила Маки, это не значит, что меня осыпали бы похвалами, так что нет смысла даже упоминать её.

— Лгунья! Она обманула нас насчёт своего уровня!

Мива резко выкрикнула, не подумав, но замолчала, когда Май бросила на неё осуждающий взгляд. Нишимия тут же попыталась разрядить обстановку, одновременно помогая Миве выбраться из неловкой ситуации, в которую та сама себя поставила.

— Ладно, ладно, но Май действительно лучше нас двоих, она победила одного человека. Ту первокурсницу, от которой не исходило никакой приятности.

— А, ты имеешь в виду ту темноволосую, в которую я попала точно в цель.

— Да, да, да, ту, которая называет себя «генералом северо-востока».

— Её же отчитал товарищ по команде, верно?

— Помню, её звали... как же там? Кугисаки... Обама?

— Не помню. Кто вообще захочет запоминать такую бездарность с короткими ногами и злобным ртом.

— Эта девушка — сумасшедшая и не милая, и она даже ударила меня игрушечным молотком.

— Не говорите таких грубых вещей...

Пробормотала Мива, которой стало невыносимо слушать их дальше, и разговор между ними прервался.

После этого все трое издали жалобные стоны.

В конце концов, все трое потерпели полное поражение. Теперь, когда они думают об этом, это было действительно удручающе.

Несмотря на то, что им удалось выплеснуть сильные эмоции через бейсбольный матч, и они чувствовали себя настолько подавленно, все они всё ещё были раздражены.

Даже с учётом сказанного, чувство досады за поражение после битвы имело смысл.

И хотя в этом году программа обмена была лишь интерлюдией в нападении на Итадори, битвы между студентами не были обязательно решающими для их судеб. В отличие от сражений с проклятыми духами, результаты этих стычек могли стать питательной почвой для их будущих поединков.

Сожаление будет отягощать сердца проигравших и способствовать их росту.

Так что прямо сейчас сожаление было их ценным ресурсом.

Однако те, кому нравилась такая теория, вероятно, были такими же людьми, как Тодо. Прямо сейчас их сердца занимала лишь чистая ярость.

Как раз в тот момент, когда эти эмоции разочарования превратились в жалобы и оказались на грани того, чтобы вырваться наружу.

Прибыл посетитель, который полностью проигнорировал эту гнетущую атмосферу.

— Май-ни-сан.

(Прим. пер.: Поскольку англоязычный переводчик переводил с китайского, он не был уверен, как именно этот новый персонаж обращается к Май. Это — Мне очень жаль, что представляюсь только сейчас. Вы двое студенты технического колледжа, верно? Прежде чем Мива успела всё объяснить, Юу первой взяла инициативу в разговоре. — Меня зовут Макимура Юу, я живу в Хигасияме и помогаю предоставлять информацию магам. — Когда ты говоришь «предоставлять информацию»... Значит ли это, что ты одна из помощников со стороны, «окно»? — Да! Этот термин. — Понятно. Привет, я третьекурсница, Нишимия Момо, приятно с тобой познакомиться. Из того, что я сейчас услышала, получается, что ты уже знакома с Май и Касуми? — Верно. Она больше знакома с Май, чем со мной. После того, как Мива посмотрела на Юу, та выпятила вперед грудь, и можно было почти услышать тихое «мпффф», вырывающееся через ее нос. — Конечно! Потому что Май ни-сан — моя онии-сама! (Прим. пер.: «старшая сестра».) — Пфф. Нишимия отодвинула чашку с латте от лица и засмеялась. — Май, ты помогла ей поправить ее шарф или что-то в этом духе? — Что за идиотское клише? Я говорила ей не называть меня так, но этот ребенок не слушает. Май пожала плечами, и Мива, которая знала подробности, объяснила вместо нее. — Я слышала, что Юу могла видеть проклятия с самого рождения, поэтому ее долго беспокоили проклятые духи, и как раз тогда, когда она была чрезвычайно обеспокоена ими, именно Май вмешалась, чтобы спасти ее. И с тех пор она добровольно помогала техническому колледжу. — Да! Май ни-сан – моя спасительница! — Даже человек, участвовавший в этом, говорит это. Май, ты потрясающая. Май нахмурилась, услышав похвалу Нишимии. — В то время я изгоняла только летающие головы, поэтому такая похвала просто звучит как издевательство. — Но ты спасла меня – это факт, и я стала окном, чтобы помогать вам. Если есть что-то, с чем я могу вам помочь, просто скажите. — Тогда помоги мне купить ту коробку булочек, которая выставлена у кассы. — Хорошо! Приняв поручение, Юу радостно пошла к кассе. Мива и Нишимия наблюдали за взаимодействием между ними, и на лицах обоих было выражение, означающее: «Вы это серьезно?» — В любом случае, ей это нравится. — Май, иногда ты действительно знаешь, как дразнить девушек. — Что это должно означать? Энергичная и оживленная атмосфера постепенно вернулась в этот уголок кафе. В конце концов, Юу также купила чуррос, о которых Май не просила. * — То есть, сейчас ты собираешь информацию на этого проклятого духа, который бродит по району, – тихо сказала Май, потягивая кофе, который медленно остывал. Юу присоединилась к разговору троицы, и они говорили о самых разных вещах, от событий в техникуме до инцидентов, которые произошли во время мероприятия по обмену. Сейчас тема была сосредоточена на проклятом духе, который недавно появился в Киото. — Да. Это было примерно в июне этого года, когда начали появляться сообщения о жертвах, связанных с этим. Однако, будь то место инцидента или жертвы, не наблюдалось никакой связи, поэтому потребовалось некоторое время, прежде чем кто-либо смог обнаружить следы проклятого духа. Недавно они, наконец, поняли, что это была работа того же проклятого духа, который имел большую область действия и нападал на людей. — Для «окна» ты знаешь много маленьких деталей. — Хе-хе, это потому, что на территории, за которую я отвечаю, была слишком высокая частота жертв, поэтому я спросила менеджера Танабэ. — Ага...... Я вижу....... Нишимия заволновалась: «Эта девочка не может держать язык за зубами, все ли будет нормально?» Помимо изгнания проклятий, маги также должны обладать достаточными навыками, чтобы адаптироваться к различным сверхъестественным явлениям. Убийства были обычным явлением. Даже когда они неторопливо пили чай, где-то в этом мирном городе все еще было какое-то свирепствовавшее проклятие, и кто-то становился его жертвой. Завтра кто-то будет принесен в жертву или он сам заплатит своей жизнью. Маги должны принять эту реальность и жить... Позаимствовав слова у Годжо Сатору, они должны были быть «сумасшедшими». Другими словами, важным моментом было то, что они решили для себя и смогли ли изменить свой образ мышления во время внезапного инцидента или нападения. Даже если бы они не были магами на передовой, пока есть шанс встретить проклятых духов, они должны быть начеку. Однако они не могли почувствовать никакой решимости от этой девушки, которая носила имя Юу. Даже Мива, которая не без труда стала магом, находясь вне круга пользователей магии, могла почувствовать, что эта девушка по имени Юу подвергает себя опасности. Она посмотрела на Май, и в ее глазах можно было прочитать: «Эта девушка не осознает всей опасности». Май подняла бровь, как бы говоря: «Я понимаю серьезность проблемы». — Юу, ты только что сказала, что вокруг тебя были жертвы? — Ага. — Значит, если ты столкнешься с этим проклятым духом, тебе нужно немедленно сообщить об этом в Технический колледж. — Конечно, я это сделаю. В конце концов, я не могу справиться с проклятыми духами, поэтому я обязательно сообщу вам об этом как можно скорее. — Как ты можешь проинформировать меня, ты должна сказать учителям или менеджерам.

— Потому что я надеюсь, что ты сможешь изгнать больше проклятых духов. Потом, когда у тебя будет больше результатов, это поможет тебе с продвижением по службе, да же?

— Май, она действительно уважает тебя.

Тон Нишимии был немного дразнящим, но все-таки у нее появилось выражение облегчения на лице.

Девушка перед ней пыталась понять ситуацию и борьбу Май. Она также хотела стать опорой Май — несмотря на то, что ее действия в действительности выводили ее из себя — Нишимия все еще была чрезвычайно счастлива.

Тем не менее, Май все же махнула рукой, как бы говоря: «Она действительно раздражает», не желая, чтобы Нишимия смотрела дальше.

Как только Май начала чувствовать, что «эта неприятность не может продолжаться дальше», Юу проверила время на своем телефоне и поспешно встала.

— Э, извините, я должен скоро уйти?

— Ты встречаешься с другом? – спросила Май, и Юу намеренно отвернулась и покачала головой.

— Нет, я должна работать. Проклятый дух, о котором я говорила, появился несколько дней назад в Фусими Инари, а до этого он появился на скоростной дороге Мэйсин. Каждый раз это было вечером... Как только наступали сумерки. Я пришла к выводу, что он может появиться возле храма Тофукудзи.

— Пришла к выводу... Ты не можешь расследовать в одиночку, я права?

— Это слишком опасно. Если нужно выследить проклятого духа, ты должна попросить мага.

Мива не могла не вмешаться, однако Юу, похоже, не прислушалась к тому, что они сказали, и ответила, улыбнувшись:

— Да, я просто собираюсь проверить, есть ли какие-либо остатки проклятого духа. Я ясно понимаю, какими ужасными бывают проклятия...

Когда Юу заговорила об этом, она сразу же переключила свой взгляд на Май.

— Если я попаду в какую-либо опасность, пожалуйста, приди спасти меня снова.

Затем она подмигнула.

Мива и Нишимия также посмотрели на Май и поняли, что последняя нетерпеливо сузила глаза.

— Я приду, за счет того, что ты купила мне булочки и чуррос.

— Поняла!

Май пожала плечами, вздохнув, и Юу ушла с широкой улыбкой на лице.

Май подумала, что на нее действительно полностью полагался утенок.

— Кажется, ты собираешься спасти ее снова.

— Это просто любезности.

Май отвела свой взгляд от Мивы, которая улыбнулась на ее слова, и посмотрела в сторону выхода из кафе.

Пока Юу полностью не исчезла из их поля зрения, она все еще почтительно махала им.

— Честно говоря, я удивлена. Май, ты спасла ее раньше, не так ли?

Услышав вопрос Нишимии, Май закатила глаза.

— Разве я не сказала об этом только что? Противником была летающая голова.

— Если это была просто летающая голова, не должно было быть проблем, чтобы просто оставить ее в покое. Я никогда не думала, что ты сделаешь все возможное, чтобы спасти эту девушку.

— Даже если летающая голова безвредна, те люди, которые могут видеть такие отвратительные вещи, будут чувствовать себя некомфортно, верно? По правде говоря, я серьезно сожалею о ее спасении.

Май допила свой холодный кофе и нахмурила брови.

— Думать, что у нее есть на кого положиться, — значит поставить под угрозу ее жизнь.

Нишимия и Мива посмотрели друг на друга, и обе они, казалось, почувствовали, о чем говорит Май, глядя вдаль.

Через неделю после этого до них дошла новость – контакт с «окном», расположенным недалеко от Женского университета К. был потерян.

*

— Должно быть слишком поздно.

Менеджер, который носил имя Танабэ, пришел к такому выводу категорически.

Он пришел не для того, чтобы передать приказ о миссии.

Студенты редко связывались со вспомогательными менеджерами по собственному желанию, чтобы найти информацию о бедствиях, связанных с проклятыми духами, и с ними было трудно справиться. Однако, когда Танабэ услышал подробности, он рассказал трио о деталях, которые ему было разрешено раскрыть.

Танабэ посмотрел на Миву, у которой было лицо, говорящее: «Не слишком ли ты недобрый», и добавил:

— Макимура Юу перешагнула свои границы и расследовала без одобрения.

Врагом был мстительный дух, который бродил по обширной местности.

По их оценке, это был второй уровень.

Большинство проклятых духов будут привязаны к определенной области, а этот проклятый дух, напротив, точно так же, как и его репутация, бродил по большой территории города, но он все же оставлял следы, по которым они могли его отследить.

Было сказано, что этот проклятый дух имел значительную реакцию, когда был в поле чьей-то видимости.

Несмотря на то, что большинство проклятых духов реагировали на то, что на них смотрели, этот проклятый дух имел слишком очевидную реакцию. Возможно, так было из-за изначальной личности человека, из которого сформировалось это проклятие, однако этот момент не должен представлять слишком большой проблемы, когда дело доходит до избавления от него.

Несмотря на то, что в этом мире есть некоторые люди, у которых нет конституции, чтобы стать магом, они все же могли слабо ощущать присутствие проклятых духов, так называемых «людей с сильным шестым чувством».

Проклятый дух на этот раз специально нападал на таких людей.

Он нападал на людей, которые могли его обнаружить, но были бессильны защитить себя.

Для этих проклятых духов, чрезвычайно чувствительных к взглядам, эта способность не только помогала им выбирать себе жертву; как только они чувствовали взгляды магов, способных дать отпор, они тут же обращали свои козни против людей, используя собственную хитрость.

И Макимура Юу, без сомнения, обладала этой особой чертой.

Будучи «окном», наблюдателем, она невольно привлекала внимание проклятого духа, даже не желая ввязываться в бой. Этот дух тут же раскрывал себя.

Казалось, она сама подталкивала его к этому.

— Безусловно, я сразу же отверг ее предложение. Поскольку на этот раз проклятый дух обладал такими характеристиками, мы более осторожно приступили к расследованию, надеясь, что не будем вовлекать ни одного из «окон».

Танабэ, очевидно, был обеспокоен.

— Что вы сказали? Спасательная миссия? Ее не будет. Только маги первого ранга с легкостью справятся с таким проклятым духом, а их нам не хватает. К тому же, это «окно» знало, насколько опасен этот проклятый дух, и все равно отправилась за ним, не заботясь о собственной безопасности. Мне все равно, если вы назовете меня бесчувственным... Говорите, я закрываю глаза на детей? Для нас, взрослых, вы, ученики, тоже дети. Как мы можем отправить учеников, находящихся лишь на третьем ранге, разбираться с проклятым духом, который мы не исследовали тщательно?

Смысл слов Танабэ был еще более очевиден. Эта девушка по имени Юу испытывала недостаток в здравом смысле.

Она решила в одиночку столкнуться с врагом, который, по оценкам, был проклятым духом второго ранга.

Что бы ни говорили, в Юу не было ни капли того, чему можно было бы сопереживать.

Но даже после того, как Танабэ закончил объяснение, Мива по-прежнему выглядела недовольной, а Нишимия лишь беспомощно вздохнула, сказав: «Похоже, это все, что мы можем сделать». Они вдвоем вышли из кабинета один за другим, с разными выражениями на лицах.

Май ушла последней.

*

С момента своего рождения Май жила в страхе.

Этот мир был полон омерзительных вещей, называемых «проклятиями». Кто знает, сколько раз Май ненавидела свои глаза, которые естественно могли видеть эти грязные вещи.

Голубое небо было прекрасно, цвета улиц — яркими, но перед ней были не только эти прекрасные вещи.

Если бы Май не родилась в семье магов и не знала, что мир проклят... Эти ее глаза, возможно, знали бы только, как ценить прекрасные оттенки.

Она прекрасно понимала, насколько страшно видеть проклятия.

Как можно было не бояться.

Как кто-то мог к этому привыкнуть.

«Пожалуйста, приди, спаси меня снова», — эти слова продолжали звучать в ушах Маи.

«...Смешно».

Это обещание, данное необдуманно в ходе разговора...

Не было причин его придерживаться.

Как и сказал Танабэ, Юу сама виновата, что попала в опасную ситуацию. Их отношения не были настолько близки, чтобы она могла бездумно броситься на помощь. К тому же, враг был второго ранга, а Май — лишь третьего. Это уже выходило за рамки ее компетенции.

«Как я могла бы спасти ее?»

Сейчас была середина ночи, и Май осталась в своей комнате одна.

Вокруг стояла тишина, и она закрыла глаза, зажав уши.

Было правильно просто наблюдать со стороны.

Другие все равно не стали бы ее осуждать.

Тем не менее, она чувствовала крайнее недовольство. Таким образом, Май искала внутри себя причину этого смятения в сердце.

«Лгунья.»

В этот момент в ее голове раздался знакомый голос.

Она вдруг вспомнила лицо — лицо Маки.

Май подняла руку и взмахнула ею в воздухе, но Маки не исчезла, а лишь смотрела на нее, не моргая.

— Что ты хочешь сказать? Почему ты не говоришь? — прошептала Май, словно заставляя свой голос говорить... Наконец, она кое-что поняла.

Когда она более внимательно прислушалась к своему сердцу, то осознала, что лицо перед ней — не Маки.

Это было ее собственное лицо, из детства.

«— Лгунья».

На этот раз Май ясно услышала слова.

Тот, кто говорил так тихо, — это была она сама.

Она перебирала воспоминания и прокручивала в голове различные сцены.

Ее старшая сестра, державшая ее за руку; ее старшая сестра, обещавшая, что они никогда не расстанутся; ее старшая сестра, взрослая, покидающая свой дом в одиночестве.

Младшая сестра обвиняла старшую, называя ее лгуньей.

Та, кто едва не плакала, всегда была она сама.

— ...Я.

Май тяжело, очень тяжело дышала.

Она изо всех сил старалась сформулировать слова, и наконец они сорвались с ее губ.

— Я не такая, как ты.

Май вставила пистолет в кобуру и надела пальто.

Она даже не задумывалась о том, что делает, но была уверена, что, вероятно, собирается совершить глупость, которая не закончится хорошо.

Все потому, что она не могла этого вынести, и поэтому это нетерпение пришло в действие.

Эта девушка воспринимала маленькое обещание как свою духовную опору и полностью верила в него. Май не могла оставить эту глупую девушку...

Поэтому она собиралась ее спасти.

Май понимала, что попытки оправдать данные обещания были обречены на провал, но это лишь усугубило бы её состояние. Словно во сне, её тело, повинуясь каким-то внутренним импульсам, само повернуло дверную ручку.

В полумраке коридора маячили две фигуры. «Касуми, Момо… Что вы тут делаете?» «Мы догадались, что ты захочешь спасти эту девушку», — ответила Нишимия, постучав метлой по полу. «Но ты уверена, что хочешь идти одна? Не слишком ли ты увлеклась игрой в спасительницу?» — добавила Мива, положив руку на эфес меча.

«…Вы обе такие занозы», — пробурчала Май, словно пробудившись от оцепенения. Когда она шагнула в коридор, гулкие шаги троих начали разноситься от стен. Нишимия и Мива последовали за Май, будто это было самое естественное действие на свете. «Вы ничего не получите от этого, даже денег», — сказала Май, не отрывая взгляда от стены впереди.

«Нам просто нравится делать что-то вместе с тобой и Касуми», — ответила Мива. «Меня беспокоит отсутствие денежного вознаграждения, поэтому давайте постараемся не нанести никакого ущерба», — добавила Нишимия.

«Серьёзно». Они ввязывались в опасную переделку, которая не принесёт никакой пользы и не сулит никаких преимуществ. Признания они тоже не ждали, скорее всего, наоборот, их ждала суровая критика. И всё же, её ноги продолжали идти вперёд…

«Май, ты так беспокоишься об этой девушке?» «Кто сказал? Она просто глупая дурочка.» «Тогда зачем ты её спасаешь?» «Я…» Май не смогла подобрать слов. В итоге она произнесла первое, что пришло в голову, но, сказав это, ощутила в сердце мучительную горечь.

«Я просто не хочу ненавидеть себя», — прошептала она. Раны на её искусанных губах обожгло от холодного ночного воздуха.

*

Пройдя на юг от Женского университета К, они достигли кладбища. Троица предположила, что путь проклятого духа должен был пройти через это место, и, как и ожидалось, им удалось напасть на его след. Они продолжили движение на юг от кладбища, пересекли железнодорожные пути и территорию храма, следуя вдоль полуразрушенной деревянной стены, отделявшей старые улицы.

В центре всего этого было пустое пространство, заросшее сорняками, и «грязевое хранилище», покрытое водорослями. (Прим. пер.: Так называемое «грязевое хранилище» — это термин, который относится к зданию, построенному путём нанесения штукатурки на деревянные стены.) Май чувствовала, что дорога здесь была пропитана страхом, и такое место идеально подходило для существования проклятого духа.

Втроём они направились туда, где следы проклятия были наиболее плотными. Идя по дороге, непрерывно продвигаясь вперёд… они наконец упёрлись в тупик перед большим зданием. «…Это же школа, да?» «Раньше была школой, теперь это просто руины», — пробормотала Нишимия в ответ Миве.

В глазах мага, чем крупнее объект, тем легче ему было стать пристанищем для проклятий. Особенно если это была школа, да ещё и заброшенный школьный кампус на старой улице — это было буквально место, созданное для проклятий. Следы проклятия распространялись по всей территории школы.

Освещая путь фонариками на своих телефонах, они обнаружили, что рядом с явным следом остатков проклятия виднелась свежая кровь. «Май, что будем делать? Я чувствую, что идти дальше слишком опасно».

«Момо, Касуми, вы обе подождите здесь. Я позову вас, когда будет можно». «Ты собираешься войти одна?» «Вы же обе слышали, верно? Этот проклятый дух очень хитёр. Он нападает только на тех, кто может обнаружить духов, но не обладает силой сопротивляться. Если вы обе будете смотреть, он сбежит». «Но если так, разве это не то же самое для…»

Мива не успела закончить, как Май уже ускорила шаг. Сделав несколько шагов, она повернула голову, и на её лице появилась самокритичная улыбка. «Я могу сделать себя очень слабой». Эти слова заставили девушек понять, что задумала Май. Она собиралась использовать свой навык строительства.

Это был навык, позволявший ей создавать что угодно из ничего. Люди знали, насколько шокирующими были её возможности. Однако, сам по себе этот навык поглощал огромное количество проклятой энергии и накладывал колоссальную нагрузку на организм. Одна «пуля» в день — вот её предел. Для Май, мага третьего класса, использовать строительство с самого начала, как она сможет сражаться потом?

«Май, это слишком опасно». «Я морально подготовилась ещё до того, как прийти сюда, со мной всё будет в порядке. Я изучу возможные пути внутри здания, прежде чем отправлю вам сообщение. Позже, пожалуйста, следуйте моим инструкциям». Май шагнула к воротам школьного комплекса.

«Я очень помогла вам во время программы обмена, отплатите мне позже», — проговорила она. Её фигура в чёрном медленно растворилась во тьме.

*

Проклятия изначально были сущностями, вызывающими страх.

Они угрожают людям и даже отнимают жизни. Людям, гордящимся своим разумом, они представляли естественную угрозу.

Однако, возможно, из-за своих способностей к сопротивлению или из-за привычки сражаться с проклятыми духами, маги стали беспечны.

Порой маги забывают такую очевидную вещь, как то, что проклятые духи — их природный враг.

Какова бы ни была истинная причина, многие маги думали, что понимают, во что ввязываются, но это было не так.

Даже Май, зная, что она не сильнейший маг, переоценивала себя лишь потому, что обладала способностью уничтожать проклятых духов.

Но она признала реальность.

Она решилась на уловку: заранее исчерпать всю свою проклятую энергию, чтобы заманить цель.

После активации своей техники Май осталось проклятой энергии катастрофически мало для противостояния проклятому духу второго уровня. Более того, её тело было истощено до предела, пульс стал неровным, а из носа пошла кровь.

Её тело было испещрено ранами.

Словно раненый кролик.

Даже изгнание летающих голов потребовало бы немалых усилий.

И в таком состоянии, Май добралась до третьего этажа школьного кампуса, в конец коридора.

Когда проклятый дух попал в её поле зрения, она вспомнила.

Она вспомнила ужас.

— ...Я нашёл тебя.

Его облик был до ужаса уродлив.

На его обугленной, трупно-серой коже виднелись шесть длинных, тонких рук с отчетливо выделяющимися суставами.

Его лицо, опухшее, напоминало волейбольный мяч. Четыре глазных яблока по большой дуге вращались в его необычно длинных, горизонтальных глазах. Затем все они повернулись к Май.

Без губ, он издавал скрежещущий звук, сталкивая зубы, образуя подобие улыбки. Человек не способен на такое выражение. Казалось, оно воплощало все людские негативные эмоции.

Несмотря на уродливую, деформированную внешность, его вьющиеся длинные волосы едва ли придавали ему сходство с юной девушкой. Это определённо не было человеком, но ощущалось так — эта внешность вызывала физиологическую реакцию отвращения. (П.п.: Здесь не сказано точно, но я думаю, что имеется в виду эффект «Зловещей долины».)

Одного его появления было достаточно, чтобы понять, насколько оно отличалось от человека.

Это было проклятие.

Естественный враг человечества. Враг, разъедающий этот мир.

«Отвратительно».

Отвратительно, так отвратительно. Это так страшно, слишком страшно. Я не хочу пострадать. Я больше не хочу напрягаться.

Маги занимались лишь тривиальными делами.

Её искренние слова вырвались из глубины её души.

Ужас, казалось, остановил её кровообращение и вызвал безумный звон в ушах.

— А…

Даже издавая звук, её пересохшее горло не могло выделить ни капли слюны.

Тем не менее, Май всё же сделала глубокий вдох и стиснула зубы.

Она заметила, что Юу находится рядом с проклятым духом.

Юу ещё дышала, но её нельзя было назвать невредимой. Её глаза и лицо были покрыты ушибами и отёками. Щёки, казалось, были разъедены проклятым духом, и образовавшиеся язвы оставили толстые шрамы.

Её правая нога была вывернута под неестественным углом, поэтому кричать ей, чтобы она бежала, было бесполезно. Левая рука отсутствовала начиная от локтя, и, хотя кровотечение, возможно, и не было сильным из-за коррозии от проклятого духа, она была близка к смерти от потери крови.

Вместо того чтобы говорить, что её атаковали, было больше похоже, что её сломали… Грубо поиграв с ней. То, что случилось с Юу, позволяло судить о том, как проклятые духи обходятся с людьми.

Для проклятого духа Юу была лишь игрушкой, которую можно было заменить в любой момент.

И вот теперь внимание этого проклятия переключилось на новую игрушку перед ним — на Май.

— ...Май...ни-сан...?

Когда Юу приоткрыла свои опухшие веки, в её глазах отразилась фигура Май.

Были ли слёзы, стекавшие из уголков её глаз, вызваны страхом или облегчением — неизвестно.

Однако, встретив взгляд Юу, Май должна была показать бесстрашие.

— Закрой глаза, раз не видишь, значит, их будто и нет.

Она приняла безрассудное решение.

Она пришла туда, откуда ей не было спасения.

Поэтому в этот момент она могла лишь смело броситься вперёд, испытывая беспокойство, которого никогда раньше не знала.

Май сжала револьвер, который всегда носила с собой, и плавным движением сняла его с предохранителя.

— Проваливай сюда, уродец.

Вспышка выстрела осветила школьный коридор.

Пуля, словно притягиваемая, попала точно в центр лба проклятого духа.

Было бы здорово, если бы она могла рассмеяться и сказать: «Этот проклятый дух просто выглядит устрашающе», но на самом деле атака Май не оставила даже царапины. Проклятому духу не нужно было уворачиваться.

Потому что пуля Май не содержала никакой проклятой энергии.

— Я смотрю на тебя! Видишь меня? Ты можешь видеть меня? Можешь? Ты смотришь на меня?

Объект, одержимый проклятием, размахивал руками, похожими на веретено, медленно приближаясь.

Его скорость была мучительно медленной, подобно движению улитки.

Однако постепенно, наращивая темп, он насмешливо хихикал, направляясь прямо к Май.

Убедившись, что проклятое существо оставило Юу в покое, Май перевела ствол своего оружия на преследователя, отступая, но не спуская с него взгляда.

Давящее психологическое присутствие этого духа было настолько велико, что от одного взгляда на него по телу пробегал холодный пот.

Дрожащей рукой Май нажала на спусковой крючок, послав еще одну пулю. Непрерывные, казалось бы, тщетные атаки не только истощали ее огневую мощь, но и подрывали боевой дух.

В конце концов, пуля сбилась с цели и врезалась в стену. Осознав это, проклятое существо ускорило шаг.

Май, собрав последние силы, тоже бросилась бежать по коридору. Ее целью, однако, был не побег от проклятия, а намеренное привлечение внимания. Она часто оглядывалась, проверяя, не отстает ли преследователь. Она сознательно использовала себя в качестве приманки, чтобы вести духа вперед.

Касаясь стены, покрытой грязными, рваными обоями, она ставила ноги на старый кафельный пол. Стремительным прыжком преодолела несколько ступеней, поднимая облачко пыли.

Достигнув площадки лестницы, она обернулась и заметила, что проклятый дух, используя свои шесть рук, выбрасывает тело вперед, подобно пауку.

— Похоже, он может вытягивать руки довольно далеко.

Хотя он использовал руки для передвижения, их вытянутая длина превосходила первоначальное впечатление. Ей приходилось постоянно учитывать расстояние между ними.

Она не могла позволить ему схватить себя, но и не могла позволить ему отстать слишком сильно.

Ее положение напоминало опасную игру в догонялки, где нужно было поддерживать определенную дистанцию, не приближаясь и не убегая слишком далеко.

— Я смотрю на тебя!

— Агх!.

Край ее пальто был внезапно схвачен одной из вытянувшихся рук.

На мгновение волосы Май встали дыбом от ужаса. Она прикусила губу, напрягла дрожащую руку и выстрелила, разрывая ткань пальто. Продолжая бежать, она стряхнула край одежды.

Всепоглощающий страх, накопившееся напряжение и усталость заставили ее бежать на пределе возможностей.

Легкие горели от боли, ноги казались неподъемными, словно скованные цепями. Тело словно издевалось над ней, обрекая на неминуемую гибель.

Несмотря на это, Май не останавливалась.

Она не могла бросить Юу в беде и не могла позволить себе умереть.

Она не позволит никому погибнуть из-за нее.

Однако ее решимость проистекала не из доброты или желания спасти Юу.

В сущности, если бы она не сумела вернуться живой или не спасла бы Юу, она бы просто оказалась лгуньей, нарушившей свое обещание.

Именно ради выполнения данного слова она продолжала свой бесконечный бег.

— Я смотрю на тебя! Ты смотришь? Я смотрю на тебя! Хочешь посмотреть на меня?

— Хватит болтать!

Май заставила свои едва слушающиеся ноги бежать еще быстрее, оторвавшись на несколько метров.

Однако — это был конец коридора второго этажа.

Перед ней была лишь глухая белая стена, дорога оборвалась.

Май некуда было бежать.

— Гха!.

— .......Я нашел тебя.

Обернувшись, она увидела проклятого духа прямо перед собой.

Шесть его рук раскинулись, полностью перекрывая коридор, преграждая путь.

В такой ситуации у нее не было ни малейшего шанса проскользнуть мимо и сбежать.

В ее револьвере оставалось всего три патрона, и она не могла использовать техники создания, чтобы сгенерировать еще одну пулю.

Попытка создать боеприпасы с помощью проклятой энергии потребует столько сил, что даже простая ходьба станет непосильной задачей. Даже если бы ей удалось успешно создать пулю и выстрелить, она вряд ли нанесла бы смертельный урон этому проклятому существу.

Противостоя проклятому духу второго класса, и борьба, и побег представлялись практически невозможными.

Она была идеальной мишенью.

Она была со всех сторон в ловушке.

Судя по ее текущему положению и законам физики, у Май не было никакой надежды на спасение.

— Я нашел тебя, нашел тебя, нашел тебя.

Рот проклятого духа разверзся, обнажая зубы в жуткой улыбке.

Говорили, что улыбка хищника, обнажающего клыки, уходит корнями в древность. Теперь Май могла понять эту поговорку.

Для проклятого духа Май находилась на «грани смерти».

Поэтому проклятое существо не спешило. Наоборот, оно медленно приближалось к Май, словно наслаждаясь моментом крайнего ужаса, который оно внушало, доводя свою жертву до предела.

Мерзкая аура, исходящая от проклятого существа, стала ощутимее, подобно палящему пламени.

Проклятый дух перед ней был уверен: он не убьет свою добычу сразу.

Это также объясняло, почему Юу, попавший в плен, все еще был жив.

Он играл со своими жертвами, мучил их, подчинял себе их тела, а затем «случайно» ломал их.

Образ Юу промелькнул в сознании Май. Она чувствовала, что ее ждет та же участь.

С ее силой она вряд ли сможет изменить ситуацию, не так ли?

Было правильно, что быть в одиночестве означало быть бессильным.

— Перед этим, даже по самым скромным подсчетам, тебе был присвоен второй класс... Но ты продолжаешь облизываться на свою добычу, ты просто второсортный.

— Что?

Проклятый дух моргнул, сузив глаза, словно недоумевая.

Май отступила, прижимаясь к «белой стене, в которой не было ничего».

Затем она сунула руку в карман пальто.

— Ты слишком полагаешься на свои глаза.

Большим пальцем она сделала звонок.

Май хотела, чтобы это считалось сигналом, но когда она поняла, она громко крикнула.

— Момо!

Май тут же опустила голову и села на корточки.

Часть «белой стены» мгновенно порвалась, открывая окно. Ворвался сильный ветер.

— Уоооаоааа?!

То, что было разрушено, оказалось фальшивой стеной, которую Май построила с помощью техники строительства.

Для кого-то вроде нее, кто был ограничен одной пулей в день, она не могла построить целую и прочную стену.

Однако, если ей просто нужно было спрятать окно в тускло освещенном коридоре, она могла это сделать.

Несмотря на то, что Нишимия не могла использовать свои глаза, чтобы подтвердить местоположение проклятого духа, когда Май подала сигнал, она вызвала сильный ветер, чтобы открыть окна.

Ветер, ворвавшийся в коридор, не имел возможности распространиться по большой территории, поэтому он легко сбил проклятого духа.

— Аааааааа!

Проклятый дух вытянул свои длинные руки вдоль стен, пытаясь стабилизировать свое тело.

Май, оказавшись прямо под окном, куда не доставал ветер, встала и крепко сжала револьвер, вкладывая оставшуюся проклятую энергию в пули, прежде чем нажать на спусковой крючок.

Раздался первый выстрел.

Ее тело издало стон, перенапрягшись.

Май почувствовала, что ее голова вот-вот расколется надвое, и из глаз потекли кровавые слезы. Однако она даже не моргнула.

Последовали второй и третий выстрелы.

Пули, поразившие цель, заставили проклятого духа отдернуть руки, но этого было недостаточно, чтобы нанести смертельный урон.

Проклятый дух был сметен ветром на другой конец коридора.

Тем не менее, силы атаки было недостаточно. Сильный ветер и пули не смогли уничтожить противника. Сейчас Май не хватало сил, чтобы нанести врагу смертельный удар.

Прежде всего, она никогда не планировала полагаться на свою способность побеждать.

Потому что с самого начала кое-кто уже стоял на другом конце коридора.

— Остальное я оставляю тебе, Касуми.

— ...Новый стиль Тени — Простая Территория.

Касуми создала простую территорию, состоящую из окружности радиусом 2,21 метра.

Это была полностью автономная контртехника, и она закрыла глаза. Она активировалась бы, даже если бы она не полагалась на свое зрение.

Сильный ветер, произведенный Нишимией, пули, выпущенные Май, узкий коридор, из которого не было пути отступления, а также проклятый дух, потерявший равновесие.

Трое, одно за другим, создали ситуацию, которая была выгодна для них.

С таким превосходством единственным выходом, оставшимся для проклятого духа, была смерть.

Мива использовала свою технику для прямых атак — самое быстрое использование мечей в Новом Стиле Теней — «Батто».

— Ааааааа! Вижу! Я нашел тебя! Я нашел! Наш-...

Серебряный свет вспыхнул в темноте.

Затем последовала гротескная фигура, разделенная на две части.

*

На следующий день, поскольку Макимура Юу физически и морально пострадала от коррозии проклятой энергией, а ее внешние травмы были слишком серьезными, было решено отправить ее в Токийский техникум и оставить на попечении доктора Иери.

Можно было прийти к выводу, что врач в школе Киото, который должен был иметь возможность лечить подобные травмы, в настоящее время был слишком занят, чтобы заниматься ею.

Тем не менее, школа никогда не собиралась спасать Юу, и ее уже считали погибшей.

В конце концов, она была всего лишь внешним помощником, поэтому ей не нужно было возвращаться на свой пост. Кроме того, она сделала что-то глупое, что поставило ее под ненужную опасность.

И она не была магом, поэтому было нормально бросить ее.

Иными словами, обращение с ней в этот момент можно считать актом щедрости.

После того, как Юу получила неотложную помощь, она находилась в клинике филиала киотского отделения, ожидая транспортировки.

За окном было ясное осеннее небо.

Облака, повисшие высоко в небе, медленно плыли.

Воздух снаружи был чистым и прохладным, сильно отличаясь от того, что происходило в сердце Юу, однако Юу чувствовала, что вдыхание воздуха снаружи может, по крайней мере на время, немного отвлечь ее, поэтому она подняла руку, чтобы открыть окно.

Как только она открыла окно, ее окутал теплый ветер, словно ласкающий ее лицо, и с неба спустилась ведьмочка верхом на метле.

— Привет, похоже, теперь ты можешь ходить.

Юу подняла голову, чтобы посмотреть на Нишимию, которая сидела боком на метле, и положила здоровую руку на другую, где не отсутствовала часть.

— ...Медицинский персонал использовал магические техники, чтобы остановить мое кровотечение и чтобы оно больше не болело.

— Я слышала, что потерянную руку нашли, так что, если наложить швы аккуратно, твоя рука может быть возвращена на место. Плюс, врач, который может использовать методы снятия проклятий для лечения, займется тобой, так что, скорее всего, всё пройдет гладко. Это отличная новость.

— Простите, что доставила всем столько хлопот.

Нисимия говорила прямо, но не собиралась выговаривать девушке.

Сама она была небольшой, но не смогла удержаться от улыбки, глядя на ребенка, создавшего проблемы. Она все еще сохраняла образ независимой волшебницы из третьего класса. В этот момент Юу нашла ее ослепительной.

— Май хотела, чтобы я передала тебе кое-что. Она надеется, что после этого периода неприятностей ты больше не будешь её беспокоить. Она больше не хочет тебя видеть, поэтому в следующий раз, когда захочешь зайти в могилу, просто умри и не ставь её в известность.

— ...... Май-ни-сан — такой хороший человек.

— Услышав такое, ты думаешь, что она хорошая?

— Да.

— Понимаю.

Раз уж она так думает, это значит, что, хотя её действия были безрассудными, она действительно уважала Май.

Из-за этого Нисимия не могла относиться к ней холодно. Она считала, что Юу была товарищем, которая больше навредила, чем помогла, но, тем не менее, она была другом.

— Тебе нужно поправиться, иначе нам не пришлось бы так усердно работать, чтобы изгнать того духа.

— ...Хорошо.

— Не плачь, не плачь. Если будешь продолжать плакать, твое лицо опухнет и станет непривлекательным.

Нисимия дала Юу кружевной платок и слегка поднялась в воздух.

Её метла, летя навстречу осеннему ветру, описала большую дугу.

Птицы с узором на груди, похожим на галстук, медленно пролетали рядом с ней. Нисимия наклонила голову, размышляя: «Что это за птицы?»

(Прим. пер.: А эти птицы называются японской синицей.)

Когда её метла достигла уровня верхушек деревьев, она пересекла черепичную крышу и неторопливо полетела вперед.

Она заметила кого-то, стоящего у школьных ворот, и начала снижаться.

— Такси, сюда~

— Мой счетчик начинается с 800 иен.

— Это слишком дорого.

Май легко запрыгнула на заднюю часть метлы.

Казалось, что эта маленькая метла слишком нагружена для двух человек, но всё было хорошо, если медленно вернуться в общежитие.

Нисимия медленно набирала высоту.

Если они хотели поговорить без посторонних ушей, небо было лучше, чем коридор.

— Момо, твои волосы немного мешают.

— Мне нравится. И не смей хвататься за мои волосы, как за руль, как в прошлый раз.

— Хорошо, хорошо. Кстати, где Касуми?

— Она отправилась искать Танабэ, чтобы объяснить произошедшее. У менеджера, похоже, сложилось довольно хорошее впечатление о ней.

— Понятно, похоже, нам придется отнестись к ней с уважением позже.

Их разговор продолжался, затем ненадолго прервался, когда начался дождь.

Они поднялись на довольно большую высоту и могли видеть далеко вперед. Взгляд Май был устремлен куда-то вдаль.

К воротам школы подъехал черный автомобиль, и они увидели, как кто-то садится в него. Несмотря на то, что выражение лица этого человека было не видно, его походка была чрезвычайно ровной.

— Ты действительно не хочешь её видеть?

— Нет.

— Понятно.

Очень короткий диалог.

Нисимия больше не спрашивала, а Май не продолжала говорить.

Она сдержала свое обещание и спасла её.

Основываясь исключительно на своем суждении, Май отправилась изгонять проклятого духа без какой-либо просьбы. Никто бы не похвалил её за это, и её рейтинг как мага не повысился бы.

Возможно, слухи о ней среди семьи Зенин увеличатся, и, возможно, сопротивление, с которым она столкнулась дома, усилится.

Несмотря на это, Май не могла проигнорировать свое желание спасти кого-то.

Даже если этот процесс вызывал у неё беспокойство и привычное отвращение, глубоко в душе она чувствовала больше радости, чем раньше.

Если бы она просто посмотрела на своё положение и взглянула на вещи под другим углом, она бы заметила, что окружающий пейзаж становится всё более насыщенным.

— Момо, теперь я вижу очень далеко.

— Правда?

— Интересно, смогу ли я увидеть ещё дальше, если мы полетим выше.

— Подняться ещё выше было бы довольно утомительно.

Где-то далеко-далеко горизонт достиг своего предела.

Однако красочный мир продолжал расширяться впереди.

В мире, безусловно, были грязные цвета, но среди них существовали и прекрасные.

Как и всегда, сегодня маг всё ещё мог жить в этом проклятом мире.