Магический Исследователь (Новелла) Том 5 Глава 3 Комитет нравов

— Это не срочное дело, оно может подождать. Суть в том, что я хочу, чтобы ты сопроводил Луди к магистру Анемоне. В перспективе им, весьма вероятно, придется работать вместе, поэтому будет полезно их познакомить. Ты ведь хорошо ее знаешь, не так ли?

Это заявление застало меня врасплох. Я никак не ожидал услышать имя

Закончив свои дела, она, сидя за чашкой кофе, просматривала что-то на своём Путешественнике Цукуёми.

Однако, похоже, моё появление не вызвало у неё особого восторга: войдя в комнату, я был встречен откровенным вздохом.

— О, это ты. Привет. Угостить нечем, но проходи.

Её приветствие было совершенно безразличным и сухим, совсем не тем радушием, которое обычно демонстрировала святая. Если бы обычные ученики увидели её в таком настроении, они бы, без сомнения, упали в обморок.

Я взглянул на Юкинэ, и та отодвинула стул, приглашая меня сесть. Нанами, казалось, собиралась остаться стоять, но, поскольку разговор мог затянуться, я посоветовал ей тоже присесть.

— Благодарю тебя, — обратился я к Стеф.

— Что ж, наверное, для начала стоит поздравить тебя с назначением на пост помощника замминистра. Прилагай усилия, будущий церемониальный министр.

— Большое спасибо. Я осознаю, что недостоин такого важного поста, но приложу все силы, чтобы оправдать оказанное мне доверие.

— ...Ну да.

— О, Такиото. На самом деле капитан не сердится. Можешь расслабиться, — сказала мне Юкинэ.

— Да, я вовсе не сержусь. Хотя и несколько поражена тем, что ты умеешь быть таким вежливым.

Я мог быть уверен: она действительно не злилась. Просто относилась ко мне с полным равнодушием. Впрочем, учитывая её обстоятельства, я понимал причину такой холодности.

— Итак, что привело тебя в мой кабинет?

— Я просто хотел зайти, чтобы официально представиться и обсудить дальнейшие шаги.

— Хм. Полагаю, речь идёт о том, как ты собираешься себя вести?

— Рад, что мы сразу перешли к сути.

— Тогда я тебя выслушаю. Но сначала хочу кое-что сказать.

— И что же?

— Мне, в общем-то, всё равно, чем ты занимаешься. Но можешь ли ты не создавать нам лишних хлопот? Вы, люди из Церемониального комитета, конечно, любите действовать по своему усмотрению, но хотелось бы, чтобы вы хоть немного учитывали и нашу позицию. Это уже начинает раздражать.

Она была абсолютно права.

— Да, приношу свои извинения за мои предыдущие действия, из-за которых вам пришлось ограничить доступ к школьному подземелью. Будьте уверены: в будущем, предпринимая серьёзные шаги, я обязательно буду советоваться с вами.

— Похоже, ты хотя бы это понимаешь, значит, это сойдёт... — произнесла святая, пристально оглядывая меня с ног до головы.

Святая Стеф была красивой женщиной. Настолько, что у неё был собственный фан-клуб. Хотя, справедливости ради, почти каждый персонаж в эроге так или иначе притягателен и красив.

Было немного неловко ощущать на себе такой пристальный взгляд этой красавицы, но в то же время это слегка возбуждало. Только почему она изучала меня так внимательно?

— Значит, сейчас ты обо мне ничего не думаешь? — спросила святая.

— О чём я думаю? Ну, я думаю, вы — восхитительная женщина. Обычно вы излучаете элегантность и женственность, но сейчас в вашей красоте чувствуется сила, что делает вас ещё более привлекательной.

— Послушай, ты...

Возможно, мой ответ оказался слишком витиеватым.

— Ах, вы спрашивали, что я думаю о вашем настрое? Хм, что ж, я рад, что смог увидеть ещё одну вашу грань.

Мои слова, вероятно, увелеки разговор совсем не в том направлении, которого она ожидала. Святая Стеф тяжело вздохнула и приложила руку к виску.

— ...Разговоры с тобой определённо выводят меня из равновесия. Ты говоришь примерно то же, что и Бенито.

Я мог лишь восхититься его тактом. Я мог позволить себе шутить, потому что хорошо её знал, но как насчёт министра Бенито? Сколько же в нём терпения, раз он говорил ей подобные вещи. Иначе говоря, неосторожное слово — и тебя могут одарить таким ледяным взглядом, что я бы замёрз до смерти.

Хотя, если подумать, министр Бенито сам был аристократом из Леггенце, так что, возможно, он был с ней знаком в определённой степени. Любой, кто знал её обстоятельства, наверняка захотел бы ей помочь.

Учитывая его общественное положение, министр Бенито должен был стать противником во время событий, связанных со святой в игре. Но вместо этого он стоит рядом с ней. Более того, наряду с председателем студенческого совета, он является одним из персонажей, которые больше всего с ней сотрудничают.

Но, в конце концов, он всё равно утверждает, что «не испытывает к святой романтических чувств». Неужели? Совсем никаких?

— ...Разговоры с тобой определённо сбивают меня с толку. Ладно, чем я могу помочь?

Со вздохом святая продолжила, сменив тему.

— Да, дело в том, что я размышлял, как мне дальше проводить время в академии... и вывод, к которому я пришёл, немного, ну... я подумал, что сначала мне нужно согласовать его с вами.

— Немного... что именно?

— Честно говоря, я думал о том, чтобы флиртовать с девушками из Трёх комитетов, примерно так же, как я только что флиртовал с вами, и вообще всячески добиваться их расположения.

Воздух мгновенно стал ледяным. Я высказался так, что при желании мои слова могли быть истолкованы самым неприятным образом, так что, можно сказать, я сам и создал эту напряжённую атмосферу.

— Повтори-ка.

— ...Что ты задумал?

Юкинэ смотрела на меня так, будто я был каким-то подозрительным преступником. Признаться, мне это нравилось.

— Если быть точнее, я собирался создать видимость, будто пытаюсь заболтать и соблазнить девушек из Трёх комитетов.

— ...Я хочу услышать причину.

— Ну, если посмотреть на меня беспристрастно, думаю, люди видят меня парнем, который постоянно домогается Луди, пока за ним бегает его милая служанка.

По крайней мере, на данном этапе.

— О, Хозяин. «Милая служанка»? Ну что вы… Похоже, сегодня придётся применить «Особый приём Нанами B». Пора подготавливать зубочистки и верёвки.

— А я-то думал, ты проявляешь интерес к моему плану. Можешь прекратить эти двоякие замечания? Тут есть люди, которые могут неправильно истолковать.

В основном, Святая. На её лице уже читалось полное отвращение. Но, честно говоря, всё шло именно так, как мы с Нанами и рассчитали.

Хотя мне было искренне любопытно, что такое «Особый приём Нанами B». К чему, чёрт возьми, зубочистки и верёвка?

— ...Эм, если пока оставить шутки Нанами, то остальные ученики действительно воспринимают меня именно так. И тут меня осенило: почему бы не использовать это в свою пользу?

Почему бы просто не принять то, каким меня видят сейчас? Я буду играть роль бабника, который пристаёт ко всем. Такая у нас стратегия.

— С этого момента не будет выглядеть странно, если рядом со мной окажутся Луди или ты, Юкинэ, верно? Значит, я смогу заставить всех думать: «Этот козёл опять за ними увивается и подкатывает?»

Святая тихо хмыкнула, хотя выражение её лица оставалось совершенно спокойным.

— Хм, возможно, это лучше, чем я думала… Со стороны можно будет создать впечатление, что Юкинэ и остальные не могут прямо отказать тебе, потому что ты член семьи Ханамура, и вынуждены с тобой мириться. Пусть думают: «Бедные девушки, Косукэ Такиото такой назойливый». Но что ты будешь делать, если это создаст проблемы?

— Вот почему я подумал приставать к ученицам, связанным с Тремя комитетами. Если рядом будут студенческий совет или Комитет нравов, остальные ученики не станут ничего предпринимать. Это ведь послужит небольшим сдерживающим фактором?

— Понимаю, — сказала Юкинэ. — Если мы будем рядом, то сможем «предупредить» Такиото и помочь остудить всех, если ситуация начнёт выходить из-под контроля…

— Верно. Так мы сможем разжигать недовольство, но держать место под некоторым контролем.

Главное, что присутствие Юкинэ или Луди рядом со мной не будет выглядеть неестественно.

Святая подняла голову, словно что-то вспомнив.

— Подожди минуту… Ты говоришь, что будешь притворяться, будто пристаёшь к девушкам из Трёх комитетов, верно?

— Да. У вас, Святая Стеф, есть свой фан-клуб, так что вы и председатель студенческого совета будете первыми в очереди. Ну, первыми в очереди, если не считать Юкинэ и Луди, потому что с ними я и так хочу быть. Предоставьте это мне. Мой фальшивый образ пикапера вызовет на вашем лице улыбку. Увидите.

Святая даже не попыталась скрыть полное отвращение.

— Есть ещё кое-что, что мне нужно сказать заранее, но… Юкинэ, Нанами, — начал я.

— Что?

— Можете оставить нас на несколько минут?

— …Ладно.

— Немедленно зовите нас, если почувствуете, что вам угрожает опасность, Святая Стефания.

— Имейте хоть немного веры в своего Хозяина…

Проводив их взглядом, Святая вздохнула.

— Ну и что же это за настолько важная вещь, ради которой тебе понадобилось, чтобы эти двое ушли?

— Могу я сначала задать вам вопрос, Святая?

— …И какой же? — ответила она с видом человека, которому происходящее совершенно неинтересно.

— Что, по-вашему, такое «свобода»?

— С чего это вдруг ты спрашиваешь меня о таком?

— Простите, но мне очень хотелось спросить именно вас… Если не хотите, можете не отвечать.

— …Настолько тебе интересно? Ладно. Я не совсем понимаю, к чему ты клонишь, но свобода — это все люди вроде тебя.

— Тогда что вы думаете о своём нынешнем положении?

Кажется, я задел её за живое. Её брови дрогнули.

— И почему я должна тебе это говорить?

Она права, подумал я.

— Тогда сформулирую иначе: вам сейчас весело?

— ……

Святая не ответила, но ответ я, конечно, знал.

— Вот мне весело. И я хочу, чтобы все вокруг меня тоже смеялись и улыбались.

— …Навязываешь другим свои фантазии и идеалы?

— Да, я это понимаю. Именно поэтому я изо всех сил наращивал силу.

Понимая все риски, я вошёл в подземелье Академии Цукуёми, чтобы воплотить эту мечту в реальность.

— Я не совсем понимаю, о чём ты говоришь, но с щепоткой силы ничего не добиться. С её помощью ты, может, и сможешь кому-то помочь. Но можешь забыть о спасении всех. Почему? Потому что в мире существует огромное зло, которое невозможно остановить.

— О, я прекрасно знаю. И люди по-настоящему верят в это зло. Именно это и делает его таким мерзким.

Святая Стеф произносит в игре ровно эти слова, поэтому сейчас она и потерялась. Но я продолжил забрасывать её вопросами.

— Что вы сами думаете о нынешней системе святых?

Она выглядела слишком потрясённой, чтобы мыслить ясно. Неудивительно: почти никто не должен был знать, как устроена эта система.

— Лично я считаю её полной чушью. Поэтому позвольте сказать так: я собираюсь сокрушить это зло в самом его зародыше.

— Стой! О чём ты говоришь?.. Точнее, что ты знаешь?

Видела ли Юкинэ когда-нибудь Святую настолько взволнованной? Я сомневался.

— Почти всё, я полагаю... И о будущем тоже.

— О будущем?.. Слушай, ты...

Ключ к спасению Святой Стефы у нас уже был — Юика, прямой потомок Святой-основательницы. Теперь нам нужна была лишь сила. Когда мы обретём эту силу, я спасу её, чего бы это ни стоило. Я принял это решение тогда, под водопадом.

— В будущем вы улыбаетесь. От всего сердца.

Именно такой была Стефания лучше всего. Не дав ей ответить, я развернулся на месте и покинул комнату.

Снаружи меня ожидали Нанами и Юкинэ.

— Такиото.

Юкинэ явно слишком остро ощущала присутствие Нанами, поэтому я попросил служанку ненадолго оставить нас вдвоём. Когда Нанами скрылась из виду, Юкинэ повернулась ко мне и, запинаясь в поисках слов, попыталась что-то сказать. Её щёки слегка покраснели.

— Эм, тебе действительно нужно заигрывать и со мной? У Луди и капитана, во-первых, есть свои фан-клубы, да и они красивые. С председателем Моникой я ещё могу понять. Но твои попытки ухаживать за мной — это как-то неправильно... В смысле, ты сам посмотри на меня...

А, вот о чём она беспокоится, пронеслось у меня в голове, и я невольно вздохнул.

— Да ладно тебе, Юкинэ, что ты такое говоришь? Если бы мне пришлось перечислять все твои достоинства, я бы закончил только к моменту тепловой смерти вселенной.

— Откуда у тебя вообще столько комплиментов?!

Почему никто по-настоящему не ухаживает за Юкинэ? Почему у неё нет собственного фан-клуба? Она же самая очаровательная девушка на свете. Хотя, вероятно, нельзя ожидать слишком многого от эроге. Стоп, разве не было кого-то, кто восхищался ею?

— Ну, возможно, я немного преувеличил, но процентов на девяносто девять говорил абсолютно серьёзно.

— То есть, почти полностью?

— Рассчитываю на твоё сотрудничество, Юкинэ.

— Добро пожаловать в клуб газеты! Я ждала тебя, Такки!

Попрощавшись с Юкинэ, я теперь находился в клубе газеты. Сегодня я и так намеревался посетить территорию академии по другому делу, поэтому попросил перенести интервью со мной на этот день.

Я не смог сдержать вздох, увидев гиперактивность Айви и прозвище, которое она приготовила для меня с самого начала.

Полностью игнорируя мою первую реакцию, девушка-зверолюдка с кроличьими ушами показала знак победы прямо под глазом. Нанами в ответ сделала такой же знак в том же месте, словно принимая вызов. Похоже, эти двое развлекались, но что это вообще было за приветствие?

— Нанами, тебе не обязательно с ней соревноваться...

— Да брось ты, Такки, о чём ты?! Мы с Нанамин — лучшие подружки, правда ♪?

— Прошу не обращаться ко мне столь фамильярно, глупая девчонка с пушистым хвостом.

А? Разве вы только что не болтали как ни в чём не бывало? Откуда такой резкий поворот? Что бы там ни случилось, Айви всё равно улыбалась.

— У-у-у, Нанамин такая-а-ая страшная! Прыг-скок!

Плохо дело. С таким темпом энергия Айви поглотит меня.

— ...Не хочу торопить, но мы можем перейти к сути?

— Ла-а-адно, раз уж ты так настаиваешь. Я полностью готова к действию. Перфекто!

У неё что, какая-то болезнь, заставляющая завершать каждую фразу эффектной позой, или?..

И ещё, это прозвище — Такки — кажется, уже прижилось, да?

— Ну что ж, тогда давай сразу окунёмся в интервью! Выкладывай всё как есть! А я потом обязательно добавлю о-о-очень много украшений.

— То есть, ты всё преувеличишь...

— Так статья лучше зайдёт, глупыш! Почему бы тебе не начать с самопредставления?

— В целом всё то же самое, что уже было в информационном бюллетене газетного клуба. Я помощник заместителя министра Косукэ Такиото. И, пожалуй, технически я всё ещё член семьи Ханамура.

— Ага, ага, всё прекрасно. Спасибочки-и-и! В смысле, вступление и всё такое — это всё равно довольно шаблонно, верно? Ладно, теперь перейдём к теме Трёх комитетов!

Она всё говорила и говорила, да?

— Что вы почувствовали, когда вас назначили помощником заместителя министра Церемониального комитета? О, кстати, потом я, вероятно, поговорю с министром Бенито о нашем интервью и всё переделаю, ладно?

— Тогда какой смысл вообще брать у меня интервью?

— Всё будет основано на твоих собственных словах, Такки! Но мы будем изменять всё, что, по нашему мнению, требует небольшой корректировки для целей Церемониального комитета. Если что-нибудь изменим, обязательно сообщу!

Возможно, Айви была права: всё, что я скажу, нужно пропускать через фильтр Церемониального комитета. Читатели всё равно принесут к статье свои собственные предубеждения. Решив, что лучше пусть кто-нибудь тщательно проверит всё сказанное мной, чем просто опубликуют случайную чушь, которая вырвется у меня изо рта, я оставил это на их усмотрение.

Хорошо, пора дать настоящий ответ в стиле Церемониального комитета.

— Хорошо, редактирование оставлю на тебя. Хм, если играть роль до конца, я бы сказал что-то вроде: «Для меня великая честь вписать своё имя в летопись исторического Церемониального комитета. Но разве у кого-то были сомнения, что выберут именно меня?» Как тебе такое?

— Ага, ага, вот это уже очень в духе Церемониального комитета! Ты просто один на миллион, Такки. Когда ты даёшь такие ответы, это о-о-очень помогает. Потом меньше редактировать! — сказала Айви и опустила взгляд на документы перед собой.

— Хорошо, следующий вопрос... Поведай нам об истории твоего прохождения подземелья! Та-да-а-а! Ты установил невероятный рекорд, в одиночку одолев первые сорок этажей. Есть какие-нибудь мысли на этот счёт, Такки?

— А что тут такого?.. Хм, от такого ответа председатель Моника точно получила бы головную боль, да? Но если отвечать честно, в стиле Церемониального комитета, то именно так всё и будет.

Если я слишком раззадорю студентов, они ведь могут отправиться повторять мой подвиг, не обладая достаточными навыками?

— А-а-а, верно... Такой ответ заставит студенческий совет и Комитет нравов хвататься за головы. Хм-м, но что бы ты ни сказал, это всё равно подливает масла в огонь, не так ли? Ответ звучит забавно, так что давай получим одобрение Мони перед публикацией... Ладно! — заявила Айви, делая пометку. «Мони» — довольно милое прозвище.

— Итак, следующий вопрос! Барабанная дро-о-обь! Каков твой типаж? О боже-е-е!

Айви прижала ладони к щекам и раскачивалась из стороны в сторону.

Когда до меня дошло, что этот вопрос намекает на мои планы по налаживанию отношений с членами Трёх комитетов, я почувствовал взгляд сбоку и повернулся.

Там стояла Нанами и умоляюще смотрела, прося оставить этот вопрос ей.

Игнорируя тяжесть, падающую в желудок, я решил довериться ей.

— Госпожа Айви, моему хозяину немного неловко говорить об этом самому, поэтому, хоть это и дерзко с моей стороны, я отвечу за него. Ему нравятся серебристые волосы. Желательно коротко подстриженные.

Я резко повернул к ней взгляд, едва услышав это пугающе знакомое описание. Но Нанами даже не шелохнулась.

— Его очаровывают люди с холодным, слегка отстранённым взглядом. Если говорить о любимом цвете глаз, ему нравится сочетание пурпурно-красного и сине-фиолетового при гетерохромии. Он также предпочитает наряды, подчёркивающие женские бёдра, особенно в стиле горничной. Нанами — это твой типаж.

— Я уже собирался сказать «ты же себя описываешь?!», но ты сама это прямо заявила! Не стану отрицать, правда.

Серебряные волосы у горничной? Фух, какое неожиданное сочетание. Постой... Нанами? Мне кажется, или ты только что прижалась ко мне?

— Глядя на вас двоих, я становлюсь прямо-таки завистливой... Но ты не против, если я немного всё изменю? Честно говоря, я всё равно собиралась подправить твой ответ, потому что уже придумала свой вариант.

Тогда какой был смысл спрашивать меня?

— Как именно изменить?

— Я хочу, чтобы ты ответил чертами Луди, как будто именно она — твой идеал.

— Меня это вполне устраивает. Это в любом случае должно хорошо послужить моим дальнейшим планам. Председатель Моника тоже подойдёт, да? Выбор во многом за тобой.

— Ага, ага! Как же быстро ты всё понимаешь, я так рада! Обязательно получу одобрение ото всех. Сле-е-едующий вопрос!

Я ответил ещё на несколько вопросов в лучших традициях Церемониального комитета, и интервью подошло к концу. После этого мы сразу перешли к непринуждённой беседе.

— Эх, Три комитета ве-е-ечно забирают себе лучших студентов. Хотя в прошлом году к нам пришёл один очень хороший студент, и он оказывает нам огро-о-омную помощь!

— Три комитета действительно очень привлекательны, не так ли?

— Ещё бы! Они здорово улучшают резюме при поиске работы после академии! Наш газетный клуб в этом плане тоже неплох... но до Трёх комитетов нам далеко, это точно! Завидую жутко!

— Но ведь у тебя были способности, чтобы вступить в Три комитета, если бы ты сама этого захотела, верно, Айви?

Моё замечание вызвало подозрительный блеск в её глазах.

— О-о, пра-а-авда? Ты так думаешь?

— Уверен.

По крайней мере, её способности почти достигали уровня главных героев. Хотя, в основном, это было из-за доступа к классу ниндзя.

— Хи-хи, спасибо! Кстати о Трёх комитетах: ты уже освоился там, Такки? Они ведь довольно строги в плане контроля информации и всего прочего, не так ли? Наверняка есть вещи, о которых тебе ещё не рассказали. Случайно не произошло ли чего-то такого, из-за чего ты захотел бы перейти к нам?

— Я не собираюсь уходить из Церемониального комитета.

— Правда? О-о-о, как жаль! Ладно, можешь оставаться в Церемониальном комитете, но случайное ли журналистское дело тебя интересует?

— На это я тоже отвечу «нет».

— Ясно, — сказала Айви со вздохом. — У-у-ух, я всё ещё не нашла первогодку, который действительно выделялся бы среди остальных. Если знаешь кого-нибудь подходящего, познакомишь меня с ним?!

Один человек, который мог бы подойти, у меня был, но я с ним ещё даже не разговаривал.

Пока Айви размышляла, что ей предпринять, она вдруг хлопнула себя по ладони.

— О, точно! Такки, Такки! Раз уж речь зашла о выдающемся первогодке, ты его знаешь?

— Кого именно?

— Он не твоего уровня, но это первогодка, на которого все обращают внимание — Иори Хидзири!

— А что с ним?

— Ты, наверное, не слышал, что произошло вчера? — спросила Айви, пристально вглядываясь мне в лицо.

— Нет, не слышал.

— Ну-ну-ну. Тогда я расскажу! Его группа? Они прошли дальше тридцатого слоя подземелья Цукуёми!

— Хм...

Я не смог сдержать усмешку. Я полагал, им понадобится чуть больше времени. У Иори не было такого же багажа знаний, как у меня, но по этажам он уже дышал мне в спину.

Кроме того, Иори как раз находился в разгаре своего первоначального этапа взросления. Я бы нисколько не удивился, если бы мне сообщили через несколько дней, что он преодолел сороковой уровень.

— Что такое, Такки? О-о-о, ты нервничаешь?

— Я совершенно не волнуюсь. Честно говоря, я рад это слышать.

— А? Рад? Серьёзно?

— Хозяин — безнадёжный мазохист.

— О чём ты, Нанами?

Несмотря на её колкость, я не мог отрицать её слова.

— Того, что мой друг прилагает усилия и добивается успеха, вполне достаточно, чтобы я радовался. Ну, и ещё...

— Ещё?..

— ...с кем бы мне ни пришлось столкнуться, я одержу верх и выйду победителем.