Меч Рассвета Том 1 Глава 1454 Устроить большую работёнку
Ранее в Меч Рассвета...
Весьма вероятно, что первой от утечки скверны Обратной Волны пострадала не флотилия Стражей, а орбитальная станция «Небесный Свод». Такая чрезвычайно смелая догадка внезапно осенила Гэвина, но у неё были и основания.
По сути, это и было то, чего он не мог понять до этого момента: башня, где было заперто тело Обратной Волны, находилась в Явном Мире. Исходя из «связей» между объектами, оставленными Вознесёнными, если Обратная Волна желала просочиться наружу и освободиться, самым «удобным» путём для неё должна была стать станция «Небесный Свод», также расположенная в Явном Мире и к тому же тогда никем не контролируемая. Но почему тогда её сила в конечном итоге потекла к «Стражам», находившимся во владениях божеств?
Нужно понимать, что вся система Стражей располагалась в области «Глубинного Мира» на дне моря и была отделена от Явного Мира барьерами измерений, включая мир Теней и мир Призрачных Теней. И сама она была ограничена оставленным Вознесёнными Протоколом Вечности и вовсе не могла самовольно покинуть пост. Чтобы сила Обратной Волны прошла сквозь все эти слои заграждений и заразила систему Стражей, с какой стороны ни посмотри, потребовало бы вдвое больше трудов при вдвое меньшем успехе. Так почему же Она выбрала этот путь?
Обратная Волна в самом деле была безумным Древним Божеством, и логика Её поступков была лишена всякого разума. Но даже так у Обратной Волны был самый базовый инстинкт, что подтверждалось множеством свидетельств. А раз Она действовала, повинуясь инстинкту, это означало… что Она тем более должна была, повинуясь инстинкту, выбрать самый удобный путь освобождения и устремиться к Станции «Небесный Свод»…
И теперь у этого самого необъяснимого обстоятельства наконец нашёлся ответ: Обратная Волна поначалу и впрямь пыталась просочиться к Небесному Своду, но была остановлена, и потому Ей пришлось перенаправить свою силу на другую систему, оставленную Вознесёнными, — на Стражей.
Обратная Волна была остановлена неким таинственным залом, наполненным силой Тени, внутри Станции «Небесный Свод». А этот зал, в свою очередь, казался связанным с неким существом, называемым «Хранитель звёздных карт»… Что же это ещё за «Хранитель звёздных карт»?
В уме Гэвина возник огромный вопрос, и с этим вопросом его внимание снова обратилось к той гигантской «опорной колонне» в центре зала. Чем бы ни был упомянутый на терминале «Хранитель звёздных карт», всё в этом зале, очевидно, было устроено ради этого таинственного особого доступа. А стоящая перед глазами «опорная колонна», слой за слоем обёрнутая густыми пурпурно-чёрными хрустальными шипами, явно была ядром зала.
Вознесённые не стали бы возводить бессмысленные постройки на таком важном объекте, как Станция «Небесный Свод».
Он начал переключать своё поле зрения в камерах наблюдения, пытаясь с помощью множественных фильтров рассмотреть больше деталей на этой опорной колонне. Те пурпурно-чёрные шипы несколько мешали его взору, но, кажется, в просветах шипов он смутно увидел кое-какие предметы, внушающие беспокойство. И в то же время он снова услышал, как в уме раздался голос Берланты:
— Обратная Волна… тот безумный Древний Бог, должно быть, уже мёртв…
— Да, старшие советники Совета божественных полномочий уже подтвердили это, — небрежно ответил Гэвин. — Сомнений в этом быть не должно. Смерть божеств — вещь хоть и редкая, но когда они действительно умирают, вызываемые этим знамения и перемены тоже невозможно скрыть. Совет нашёл в образцах останков Обратной Волны свидетельства упадка и рассеяния божественной силы.
— Но разве «на нашу сторону» не попало лишь полтрупа божества? — в голосе Берланты всё ещё слышалось беспокойство. — Где находится оставшаяся половина Её трупа, ещё неизвестно. Живучесть божеств столь сильна, что, возможно, оставшаяся половина ещё жива…
— Сила божества — единое целое. Даже если труп божества разрублен на две части, его «сущность» в высшем измерении всё равно сохраняет единство. Так мне сказала «Госпожа Яйцо», — голос Гэвина разносился во тьме. — Через наблюдение за фрагментом божества можно определить состояние божества в целом. В этом отношении у нескольких старших советников есть твёрдая уверенность.
— Вот как… Тогда я немного спокойна, — легко выдохнула Берланта и тут же состроила несколько странное лицо. — Я, возможно, в этом отношении несколько чрезмерно чувствительна…
— Я понимаю твоё напряжение. Обратная Волна оставила слишком большую тень в драконьем обществе. Настолько, что, даже зная, что Она мертва, при виде следов, оставленных Ею много лет назад, драконица всё равно невольно напрягается, — голос Гэвина звучал спокойно и обнадёживающе. — А с другой стороны, даже если Обратная Волна мертва, эти следы, оставленные Ею здесь, всё равно заслуживают того, чтобы мы отнеслись к ним с осторожностью. В этой космической станции, далёкой от земной поверхности, возможно, погребена неслыханная историческая тайна… Хм?
Под конец речи Гавейна вдруг прорезался звук сомнения, и это заставило Николаса подсознательно спросить:
— Ты что-то обнаружил?
— Я только что заметил, что на поверхности этой «колонны» в терновой чаще есть какие-то странные декоративные узоры, — с сомнением проговорил Гавейн. — Теперь кажется, что эти узоры — вовсе не простые украшения… Они покрывают всю опорную колонну, и стиль их…
Говоря это, он одновременно задействовал все камеры наблюдения в зале и включил особое сканирующее поле зрения. На чёрно-белой картине он увидел, как те терновые чащи, что облегали поверхность опорной колонны, начали принимать полупрозрачную форму, а скрытые под ними узоры вслед за тем тоже стали несколько яснее.
Извилистые, изгибистые сложные линии покрывали поверхность той гигантской опорной колонны, простираясь от её основания до самого потолка. И что важнее всего… эти линии отнюдь не были письменами Вознёсшихся и не были ни одним из видов «украшений», когда-либо встречавшихся в руинах Вознёсшихся!
Гавейн изо всех сил вглядывался в эти узоры, желая их записать, однако те мелькающие тени терний всё ещё мешали его полю зрения. В некоторых ключевых местах он мог видеть лишь сплошную мутную тень.
— Можно ли удалить эти «тернии»? — вдруг сказал Гавейн. — На поверхности той колонны есть нечто, но оно загорожено терниями.
— Они, кажется, не являются несокрушимыми, — разомкнула уста Алиса-RS6. — Однако мы не знаем, каковы будут последствия после разрушения этих терний, и потому пока не пробовали.
— Проверьте, — после недолгого молчания произнёс Гавейн. — Примите меры безопасности.
Алиса-RS6 посмотрела на Николаса, и тот немедля качнулся вверх-вниз:
— Понял. Начинаем тестирование неизвестного вещества в соответствии со стандартным протоколом безопасности. Постороннему персоналу покинуть место работ.
С отдачей указаний этот передовой отряд немедля приступил к действиям согласно стандартному протоколу, который они уже много раз отрабатывали за минувшие несколько десятков дней. Весь посторонний персонал, включая драконов и Железных солдат, стремительно покинул зал и отступил в тот соединительный коридор снаружи. Глубинная ведьма Кассандра же повела нескольких морских дев-бойцов и осталась у того участка терний, и каждая приготовила инструменты для резки и взятия проб.
Стандартный протокол безопасности Объединённой Инженерной Бригады: если наткнулись на подозрительный предмет или незнакомую зону, где могут быть опасные факторы, — возьмите нескольких морских дев, принесите их в жертву туда, а затем все прячьтесь в относительно безопасное место и смотрите, умрут те глубоководные вяленые рыбы или нет…
По правде говоря, когда эта процедура только вводилась, она и впрямь создала некоторое психологическое давление на членов отряда с нормальными жизненными ценностями. В конце концов, расам, впервые столкнувшимся с морскими девами, было трудно сразу привыкнуть к особой «расовой природе» этих глубоководных созданий. Однако после того, как они проработали бок о бок столько дней, это положение уже изменилось. Теперь даже самые консервативные по характеру люди уже способны были с невозмутимостью взирать на то, как морские девы великодушно идут на смерть, — а иногда за день могли по несколько раз наблюдать великодушную гибель одной и той же морской девы…
Ну а морские девы? Морские девы были этим чрезвычайно довольны. Они, судя по всему, на этом основании судили, что иноплеменные товарищи по инженерной команде наконец стали «друзьями», и были от этого веселы несказанно.
Берланта заявила, что совершенно не в силах понять удивительное душевное состояние морских дев, но, как бы то ни было, она должна была признать: существование этой нежити чрезвычайно снизило трудность действий на этой «умолкнувшей космической станции». Даже выйдя в наружный коридор, она всё ещё смотрела в ту сторону, где находились Кассандра и остальные, и невольно вздыхала, обращаясь к стоявшей рядом Ашалене:
— Если бы не они, неизвестно ещё, какую цену нам пришлось бы заплатить на этой полной опасностей космической станции, чтобы дойти до этого шага…
— Если бы не они, мы бы при встрече с обесточенными отсеками и неизвестными устройствами и вовсе не стали бы сломя голову ломиться внутрь или кидать туда члена отряда, чтобы проверить на мощь, — невольно закатила глаза Ашалена. — Сейчас мне сдаётся, что существование этих «глубоководных друзей» уже серьёзно повлияло на жизненные ценности всех нас. Когда вернёмся, всем обязательно надо будет пройти психологическую перенастройку, чтобы снова привыкнуть к «здравому смыслу» совместных действий с нормальными людьми…
— …Я полагаю, что в упомянутых тобой «всех» не должна состоять госпожа Алиса и её Железные солдаты, — пожала плечами Берланта. — Они первыми приноровились к странному стилю морских дев.
Пока Ашалена и Берланта перешёптывались в коридоре, Кассандра со своими боевыми сёстрами в Зале Тени уже подошла вплотную к той терновой структуре. Высокочастотный резец в форме кортика в темноте испускал слабое сияние и в руках этой глубинной ведьмы издавал низкое гудение. Она утвердилась духом и, извивая змеиный хвост, медленно приблизилась к той груде терний: — Я начинаю… Группа морских дев за её спиной немедля вскинула записывающие устройства и загалдела наперебой: — Начинай, начинай. — Давай скорее, сестрица. — Не тяни, мы ждём! Слыша гомон за спиной, Кассандра наконец стиснула зубы, вдохнула и, занеся высокочастотный кортик, рубанула по ближайшему к ней цельному пурпурно-чёрному тернию. Брызнули искры, и сила отдачи оказалась много больше, чем она ожидала. Это цельное пурпурно-чёрное терние явно было несравнимо с теми «недоброкачественными» терниями, что прежде были заражены скверной Обратной Волны и рассыпались от одного прикосновения. Их прочность изумила Кассандру. Но в следующую секунду она услышала, как в уши проник лёгкий треск: перед высокочастотным молекулярным клинком это необычайно твёрдое терние в конце концов всё же поддалось и обломилось! Всё было так, как рассудила Алиса-RS6, — эта штука и впрямь была не несокрушима. И в это же самое время в устланном синим бархатным ковром кабинете Эмбер, что, вольготно развалясь в кресле, лущила семечки и прихлёбывала чаёк, вдруг резко вскинула уши торчком, а вслед за тем её рука взметнулась, будто от удара током: — Ой, мамочки… В тот же миг целая горсть семечной шелухи взлетела в воздух. — Что за напасть… Да чтоб такую судорогу сводило? — в следующую секунду Эмбер с недоумением осмотрела свою руку. То ощущение, подобное удару тока, сейчас казалось лишь наваждением. Однако то невесть откуда взявшееся чувство, которое, наверно, можно было назвать «фантомной болью», отчётливо запечатлелось в памяти. Она проверила свою совершенно невредимую руку, затем нагнулась и осмотрела свой маленький круглый столик, где лежали семечки, словно пытаясь найти какой-то скрытый капкан. — Ничего же нет… Мгновение спустя полуэльфийка, бормоча, выпрямилась: — Неужто старый запечённый зомби вздумал подсыпать яду в семечки… Так бормоча, она подсознательно подняла голову и глянула в ту сторону, где сидел Гавейн, и лицо её вдруг окаменело. Оказалось, что у Гавейна, что сидел за письменным столом, погружённый в «медитативное» состояние, глаза были плотно закрыты, а волосы и воротник усеяны семечной шелухой… Эмбер наконец испуганно вскрикнула: — Ой, мама! Да он, когда очнётся, не выхватит ли Меч Первопроходца?! Нельзя, надо уничтожить улики до его пробуждения… ..... Кассандра, выпучив глаза, смотрела на терние, перерезанное высокочастотным кортиком. После краткого замешательства она невольно улыбнулась: — А, смотри-ка, действует! Эту штуку можно резать, и она ненамного прочнее, чем большой кальмар! Сёстры за её спиной издали несколько разочарованных голосов: — А, да-да… — И впрямь не так уж и прочна, а мы-то думали, что незаражённая часть будет куда твёрже. — Зря надеялись. — Хватит бубнить, — Кассандра обернулась и глянула на морских дев, что, продолжая вполголоса роптать, убирали записывающие устройства. — Все сюда, помогите. Нам нужно расчистить весь этот большой участок! По крайней мере, нижнюю половину колонны надо освободить от очертаний. Несколько морских дев-бойцов только тогда приблизились. Одна из них, закинув голову, смотрела на ту терновую чащу, что во тьме громадно простиралась вверх, и на смутно видневшееся внутри неё крупное колонное устройство, и бормотала: — С такой громадиной несколькими маленькими резаками не управиться… Устроим большую работёнку? — Большую работёнку! — Большую работёнку! Этот призыв вмиг воспламенил задор сестёр. Под крики «устроим большую работёнку» эти могучие создания из глубоководья одно за другим высвободили свою силу. Стихии растекались в воздухе, незримые конечности нисходили из тьмы, граница меж сущим и мнимым переопределялась в лёгком шуме морских волн. Изящные змеиные хвосты исчезли, сменённые громадными, ужасающими туловами, упругими склизкими щупальцами, мерцающей чешуёй и рунами, что струились подобно волнам. А на этих громадных телах морских дьяволов восседали соблазнительные и гигантские женские полуфигуры. То была сила мимикрии, то было вдохновение, принесённое большим кальмаром, то был облик, чрезвычайно удобный, чтобы «устроить большую работёнку». Несколько морских дев, обернувшихся морскими дьяволицами, подошли к терновой чаще. Их громадные тела теперь по одной только высоте почти достигали трети той колонны. Кассандра тоже во тьме расправила одно за другим свои щупальца, и, когда их концы перевернулись, с десяток высокочастотных резцов были извлечены ею из «нутра»… В следующее мгновение она ринулась на тот «терновник», что в Зале Тени разросся подобно гигантскому древу. Лезвия высокочастотных ножей взлетали и падали, и во тьме беспрерывно сыпались искры и раздавался звонкий треск.— Все осторожнее! Не повредите колонну внутри! — Отрубленные тернии отбрасывайте подальше, их целая куча. — Эй, кто со мной переплёлся… Резать твою сторону или мою? Трудовая площадка морских дев была шумной, но весьма результативной. Под неустанным трудом одного морского дьявола за другим тот терновник поразительных размеров с поразительной скоростью сдирался с опорной колонны. И по мере того, как огромные пласты терний непрерывно осыпались, в слабом свете, который испускали парящие в воздухе магические шары, изощрённые и прекрасные линии на поверхности «центральной опорной колонны» наконец по-настоящему ясно предстали перед Кассандрой…