Меня приняли за святого в мире тёмного фэнтези Том 1 Глава 226 Благодарность Юга (2)

Следующее утро на перроне.

Утро нашего возвращения в Академию выдалось на редкость безмятежным.

Студенты, поджав губы, молча усаживались в вагоны.

Даже инструкторы не повышали голоса, организуя посадку.

И тому была лишь одна причина.

"У-у-ух..."

"Скоро помру..."

Вчера на прощальном банкете они выложились по полной.

Прошлой ночью студенты дали клятву, что в последний вечер в Герцогстве ни один бокал не останется нетронутым.

Свое слово они сдержали с избытком.

Однако теперь им пришлось расплачиваться своими печенками.

"Буэ-э..."

"Кто там заливал, что от южного фруктового вина не бывает похмелья?"

"Ступеньки слишком высокие... Подтащите меня кто-нибудь..."

"От гудка поезда голова сейчас расколется..."

Студенты, словно ожившие мертвецы, брели и с трудом заползали в пассажирские вагоны.

Те, кто еще ждал своей очереди, сидели прямо на дорожных сумках или прислоняли лбы к колоннам, усеяв собой всю платформу.

Инструкторы выглядели не лучше.

Разве что гордость не позволяла им валяться на полу, поэтому они сидели, развалившись на скамейках, и точно так же глухо стонали.

Нашу компанию эта участь тоже не миновала.

Точнее, среди нас нашелся человек, который сам с разбегу нырнул в это пекло.

"Э-э... Юная леди Керес? Вы в порядке?"

"Фух... Простите, мисс Фрейя, но лучше со мной сейчас не разговаривать."

Этим человеком была не кто иная, как юная леди Керес.

Скрестив ноги прямо на сиденье, она медленно и глубоко дышала, пытаясь унять дурноту.

С каждым ее выдохом вокруг разносился такой густой спиртной душок, какого я даже в операционной не нюхал.

Тут и добавить нечего.

Вчера вечером она решила испытать пределы человеческих возможностей.

Началось всё с громкого заявления, что она перепробует всю выпивку, какая только есть на Юге.

Портвейн, херес, вермут, узо, амаро, агуардьенте...

Ей действительно удалось осилить каждый из этих напитков.

А осушив последний бокал, она осознала одну простую вещь.

В огромном банкетном зале, где все остальные давно свалились под стол над недопитыми напитками, на ногах осталась только она одна.

Поистине одинокая победа.

Но у каждой победы есть своя цена.

"Уф-ф..."

И сейчас она расплачивалась по этому счету сполна.

Шарлотта окинула ее взглядом с головы до ног и покачала головой.

А затем, прикрыв нос краем рукава, выдала короткую оценку:

"Острая наблюдательность и здравый рассудок от природы даются далеко не каждому, поэтому я искренне не понимаю людей, которые добровольно лишают себя столь ценного дара, да еще и губят собственное здоровье."

"Шарлотта, полегче, перед тобой всё-таки юная леди Керес."

"...Я всего лишь восхищаюсь внутренней свободой людей, способных с такой легкостью отключать собственный разум."

"Звучит как чистой воды издевка."

Дженни прижала ладонь ко лбу и тяжело вздохнула.

Шарлотта лишь невинно пожала плечами, словно не понимая, к чему придирки.

Пока я наблюдал за этой сценой, ко мне, пошатываясь, подбрел еще один мертвец:

"Сэр Юлиан... не могли бы вы мне немного помочь?"

Полное имя этого зомби — Эдмунд Эшенвальд.

В прошлом — главнокомандующий Южным фронтом.

А с прошлой ночи — человек, вчистую проигравший дуэль на бокалах юной леди Керес.

Опираясь на зонт как на трость, он с трудом опустился на сиденье рядом со мной.

Я поинтересовался у этого жалкого... то есть безрассудно смелого человека:

"Вы ведь обычно почти не пьете, зачем же было соглашаться на такое состязание?"

"Я всегда... любил выпить... просто из-за жены и детей не мог ходить на офицерские попойки..."

Стоявший за спиной Эдмунда адъютант молча и очень понимающе закивал.

"Перед возвращением в столицу... нужно было оторваться напоследок... разве вы не согласны?..."

"Даже зная, что не осилите столько спиртного?"

"Порой человек обязан... без страха бросить вызов даже недостижимой мечте..."

Сразу видно человека, привыкшего толкать речи перед войсками.

Даже умирая от похмелья, он на ходу выдавал возвышенные фразы.

Разумеется, на деле это были лишь красивые отговорки.

"Пожалуйста, хватит нести чепуху, Ваше Высочество."

Вот видите.

Даже адъютант, который обычно стоял за Эдмунда горой, не выдержал и вставил слово.

После этого он виновато поклонился мне:

"Прошу прощения, Святой. Стоит Его Высочеству пригубить спиртного, как каждый раз начинается одно и то же. Вырубается с трех бокалов вина, и откуда только берется эта непоколебимая вера в собственные силы..."

"Адъютант, не наговаривай. Моя обычная норма — двадцать бутылок... Просто вчера на двадцать пятой немного развезло..."

"Постыдились бы говорить такое после того, как пустили в ход ману и ауру, Ваше Высочество."

'Чего?... Да ладно. Он что, всерьез выжигал алкоголь маной и аурой, соревнуясь с юной леди?'

Услышав это, я невольно перевел взгляд на юную леди Керес.

Видимо, уловив мой немой вопрос, девушка с гордым видом произнесла:

"Морские жители не прибегают к подобным уловкам... Кх..."

Она внезапно осеклась и поспешно прижала ладонь к губам.

Наблюдать за ее страданиями было так мучительно, что я не смог удержаться от предложения:

"Юная леди Керес, раз уж вам так нехорошо, быть может, стоит разогнать кровь маной?"

"Ни в коем случае. Алкоголь можно одолеть лишь тогда, когда с честью вытерпишь и утреннее похмелье..."

С мертвенно-бледным лицом она твердо изложила свою философию употребления спиртного.

Хлоп… хлоп…

Эдмунд медленно и слабо зааплодировал ей:

"Поистине… достойное уважения кредо."

"Ваше Высочество, проявите хоть каплю достоинства."

Адъютант издал такой глубокий вздох, словно под ним разверзлась земля.

Глядя на эту парочку, я вдруг погрузился в размышления.

Один, от природы наделенный слабой печенью, собрал все свои силы и, смастерив себе восковые крылья, стремился взлететь выше собственных пределов.

Другая, рожденная с богатырским здоровьем, наотрез отказалась от дарованного ей чуда, решив сполна вкусить муки человека, вкатывающего камень в гору.

Кто же из них двоих больший глупец… то есть, в ком из них больше истинно человеческого духа?

Утро определенно преподнесло мне интересную пищу для размышлений.

В остальном, последнее утро в Герцогстве, начавшееся с густого перегара, прошло без значительных происшествий.

Нежить, чьи вены вместо крови наполнял чистый ацетальдегид, безмолвно расселась по вагонам.

Все редкие образцы сырья, добытые на Юге, были до единого погружены в багажное отделение.

Из примечательного стоит отметить разве что личный визит семьи герцога Эрунта, пришедшей проводить нас на вокзал.

Впрочем, событием это стало только для студентов.

Для нашего же круга, который еще со вчерашнего вечера успел стократно попрощаться с ними, в этом не было ничего нового.

Финальный обмен любезностями с герцогской семьей также вышел вполне предсказуемым.

«Спасибо за всё, берегите здоровье, ваш вклад мы никогда не забудем».

«Когда вернетесь в столицу — питайтесь как следует и не перебирайте в еде».

Едва успело рассеяться легкое сожаление от предстоящей разлуки, как над перроном разнесся сигнал к отправлению.

У-у-у-у!

Протяжно прозвучал гудок паровоза.

Герцог Эрунт, завершивший сто двадцать седьмой круг благодарностей, улыбнулся со сложным выражением на лице:

"Каждый раз ловлю себя на мысли: когда пытаешься выразить всю глубину своей признательности, неизменно не хватает либо времени, либо казны. Не так ли, Святой?"

"Вашу признательность я прочувствовал сполна."

Я указал рукой на готовый к отправке состав.

Огромный поезд, выглядевший как минимум вдвое массивнее того, на котором мы сюда прибыли, вовсю пыхтел котлом, выпуская клубы пара:

"Спасибо, что напоследок выделили нам такой поезд, герцог."

Опасаясь, что на обратном пути мы снова можем столкнуться с черными магами или демоническими зверями, герцог без колебаний предоставил нам военный спецсостав.

Поначалу я даже не осознал, насколько это серьезная вещь, поэтому расспросил Фрейю.

— Это бронированный военный эшелон, созданный для прорыва сквозь территории, занятые демоническими зверями и вражескими войсками. Обычно такие новейшие составы предоставляют только для крупных наступательных операций 5-го ранга и выше…

Объяснение оказалось слишком затянутым, так что полностью я его не запомнил.

Короче говоря, эта махина могла бы переехать любую мелкую засаду, даже не заметив.

"Что ж, счастливого вам пути."

"Счастливо оставаться, герцог. И вы, Дариан, не забрасывайте упражнения."

Сидевший в коляске рядом с герцогом Дариан слегка приподнял руку, в которой сжимал резиновый мячик.

Поставив наконец точку в этом бесконечном прощании, я поднялся в вагон и направился в свое купе.

Едва открылась дверь, моему взору предстала Эри, активно прыгавшая на матрасе:

"Доктор! Тут внутри столько места!"

Честно говоря, я догадался об этом еще снаружи.

По размерам это купе не шло ни в какое сравнение с тем, в котором я ехал на Юг.

Здесь стояла широкая кровать, на которой свободно разместились бы двое, а у окна располагались столик и пара кресел.

Оно больше походило на уютный номер в гостинице, чем на вагонное купе.

"Представляете, Доктор, герцог поселил всю нашу команду прямо по соседству с вами!"

Расселение в этот раз также отличалось от прежнего.

По дороге сюда Валькирии ехали в общем вагоне вместе с остальными студентами.

Зато на обратном пути им выделили купе в особом вагоне, где находились только я и Эдмунд.

Впрочем, причина была очевидна.

Не мог же герцог позволить своей хоть и неофициальной, но младшей дочери вместе с ее подругами ехать в обычном студенческом вагоне.

И теперь Эри была на седьмом небе от счастья, предвкушая, как будет наведываться ко мне всю обратную дорогу.

Пш-ш-ш!

Тук-тук… лязг.

Не успел я толком осмотреться, как меня слегка качнуло назад.

Платформа за окном медленно поплыла в сторону.

Словно что-то важное вспомнив, Эри пулей метнулась к окну.

Высунувшись по пояс в приоткрытую раму, она изо всех сил закричала стоящей на перроне семье герцога:

"Изола! Обязательно приезжай потом к нам в Академию вместе с женихом!"

"Хорошо! Ты тоже береги себя!"

Оставшаяся на перроне Изола широко замахала ей обеими руками.

А сидевший перед ней Дариан медленно помахал рукой с зажатым в пальцах резиновым мячом.

"Эри! Не забывай почаще присылать письма! Даже если дело не касается учебы, пиши..."

Щелк.

Герцог явно хотел крикнуть что-то еще, но Эри как ни в чем не бывало захлопнула окно прямо на полуслове.

Глядя на такую выходку, я невольно подумал, не слишком ли она обнаглела, почувствовав себя названой дочкой герцога.

Однако за стеклом удаляющийся герцог, напротив, откинулся назад и от души расхохотался.

Ну, раз уж ему самому всё так нравится, мне тем более незачем вмешиваться и читать ей нотации.

Поезд постепенно набрал ход.

Я сразу же разложил на столике свои рабочие записи.

Наблюдавшая за мной Эри плюхнулась животом на кровать и подперла подбородок ладонями.

Она беззаботно болтала ногами в воздухе:

"Доктор, а вы разве не пойдете смотреть вагон-ресторан? Говорят, он тут такой огромный, что там даже свежие фруктовые тарты подают."

"Извини, времени совсем нет."

"Тогда принести вам кофе с тартом сюда?"

"Мне ристретто, пожалуйста."

"Один кубик льда и полоску лимонной цедры. Без сахара. Верно?"

"Да. А на сладкое — оранжетты."

Выслушав заказ, Эрика удивленно склонила голову набок:

"Но когда вы разрабатываете новое лекарство, вы ведь всегда берете кекс с грецкими орехами?"

"Мы же в поезде."

"Мне сказали, что в спецсоставе полно продуктов, так что и кекс испечь смогут. А про грецкие орехи я заранее шепнула герцогу, их наверняка загрузили на кухню."

"Тогда принеси его, пожалуйста."

Ну конечно.

Кто еще знает мои привычки так же хорошо, как Эрика.

"А можно я на обратном пути девчонок с собой позову?"

"Да, пусть заходят."

Ответил я, не отрывая взгляда от тетради.

"Кекс будут печь минут тридцать..."

"Не торопись."

Эри вихрем вылетела за дверь.

Через распахнутый проем в купе тут же потянуло прохладным сквозняком.

Вместо того чтобы вставать и закрывать дверь самому, я негромко позвал в коридор:

"Фелиция."

"Да. Вы звали, Юлиан?"

Фелиция бесшумно вошла внутрь и прикрыла за собой створку.

Щелк.

"Можешь соединить меня с герцогом Кересом по закрытому каналу?"

"Слушаюсь."

Фелиция достала из-за пазухи хрустальный шар размером с ладонь и поставила его на стол.

Затем молча подошла к окну и наглухо задернула шторы.

В купе сразу стало заметно темнее.

Положив ладонь на шар, Фелиция коротко произнесла заклинание.

Вжик. Вжик.

"Связь установлена."

Едва она это сказала, внутри хрустального шара проступили смутные очертания.

Следом из него раздался голос, перемешанный с легким треском помех.

— Это вы, Святой?

На связи был герцог Керес.

Сквозь шорох помех отчетливо слышался шум морского прибоя.

"Прошу прощения за столь ранний звонок, герцог."

— Пустяки. По правде говоря, я всю ночь не смыкал глаз в ожидании вестей. Так по какому вопросу вы со мной связались?

"Речь о лекарстве, о котором я упоминал несколько дней назад. Этот препарат..."

— Простите, подождите одну секунду.

По ту сторону шара герцог прервал меня и сделал знак кому-то рядом с собой.

Похоже, отдавал распоряжения людям, которые не попадали в обзор.

Сразу вслед за этим послышался скрип отодвигаемого стула и глухой стук закрывающейся двери.

Дождавшись, когда шаги полностью стихнут, герцог снова посмотрел на меня.

— Продолжайте, я слушаю.

С моей стороны Фелиция тоже отступила к самому выходу.

Прислонившись спиной к двери, она медленно прикрыла глаза.

Убедившись, что герцог готов к разговору, я перешел к сути:

"Так вот. Возвращаясь к препарату, о котором шла речь в прошлый раз..."

Тук-тук, тук-тук.

На каждом стыке рельсов столик в купе едва заметно вздрагивал.

Подрагивал на нем и хрустальный шар.

Но мой рассказ тем временем не прерывался ни на минуту.

Когда же я наконец закончил, голос герцога Кереса по ту сторону шара заметно дрогнул.

— Значит ли это... что и Восток теперь получит свое спасение, каким стал хинин для Юга?

Этот вопрос заставил меня на секунду задуматься.

Произведут ли новые лекарства такой же переворот, какой в свое время совершил хинин?

Честно говоря, полной уверенности у меня не было.

Нет, в эффективности самих препаратов я ни капли не сомневался.

Просто мне было трудно заранее просчитать, насколько сильно они повлияют на ход боевых действий.

Однако колебался я недолго:

"Да."

'С каких это пор я вообще переживаю перед тем, как раздавать громкие обещания?'

'Главное — сначала ввязаться в дело.'

Вот и сейчас я решил действовать по проверенной схеме:

"Теперь настала очередь Востока распахнуть свои ворота."

'В конце концов, главному герою положено сначала делать громкие заявления, а уж остальное как-нибудь приложится.'

¹ Отсылка к древнегреческому мифу об Икаре.

² Отсылка к мифу о Сизифе и философскому эссе Альбера Камю 'Миф о Сизифе'.