Меня приняли за святого в мире тёмного фэнтези Том 1 Глава 230 Маленькое чудо (1)

Первое утро после возвращения в Академию.

Сквозь окно донесся утренний грохот колёс газетной повозки по каменной мостовой.

Этот звук мгновенно распахнул мне веки.

Потолок над головой казался до боли знакомым и одновременно непривычным.

Не высокие своды герцогского замка и не низкая обшивка вагонa, а потолок моей собственной спальни в Академии.

Пересчитывая взглядом резные узоры один за другим, я наконец-то полностью осознал, что вернулся к прежней жизни.

Я снова в Академии.

Тут у изголовья тихо щёлкнул механизм будильника.

Дз-з-з-з!

Я сел на кровати и нажал на кнопку раньше, чем звонок успел набрать полную силу.

А следом заранее отключил и два других будильника, стоявших на прикроватном столике.

Поставил сразу три штуки на всякий случай, но, видимо, зря переживал.

Ведь я отсутствовал дома более месяца.

Неудивительно, если мой внутренний режим немного сбился.

Именно поэтому вчера перед сном я завёл сразу три будильника.

Но тело, похоже, не растеряло многолетнюю выучку за месяц отсутствия.

Я выбрался из-под одеяла и сладко потянулся всем телом:

"Ух-х."

Видимо, сказалась [Бодрость], которую вчера наложила на меня Айла.

От накопившейся за полтора месяца дорожной усталости к утру не осталось и следа.

В таком бодром состоянии я вполне мог вернуться к своему обычному графику прямо с этого дня.

Правда, остальных целителей и студентов лучше с утра пораньше не беспокоить. Пусть спят.

Разумеется, я не ожидал от других такой же свежести.

У них под боком личной Святой с [Бодростью] не было.

Бедолаги наверняка всё ещё валились с ног после южного похода.

Поэтому только на сегодняшнее утро я решил дать им передышку и не гнать всех на ранний обход.

Ночь они поспали, днём отдохнут, так что с сегодняшнего вечера можно смело возвращать и ночные дежурства, и лекции.

Как Святой, я должен был демонстрировать пример милосердия, да и по прошлой жизни прекрасно помнил, каково приходится обычным врачам-ординаторам.

Войти в положение уставших коллег для меня труда не составляло.

Не зря же я отпустил их вчера по домам.

Спросите, почему тогда исследователи Торговой Компании такой поблажки не получили?

Ну...

Такова уж суровая доля создателей новых лекарств.

Когда я сам синтезировал важные препараты с нуля, то точно так же не вылезал из лаборатории сутками.

Дело не в моей черствости — просто там медлить нельзя.

Выпустишь препарат на один день раньше — спасёшь лишнюю сотню жизней, так что здесь на уступки я пойти не мог.

Как бы то ни было, чтобы приблизить эти чудеса хотя бы на один день, я первым делом встал к плите на кухне.

Ш-ш-ш...

На разогретой сковороде зашкворчало сливочное масло.

Поверх него я аккуратными рядами выложил тонкие ломтики картофеля.

В гостях у герцога и в поезде мне ужасно не хватало этой простой утренней привычки.

Возьмись я там за сковороду лично — местных поваров чего доброго уволили бы со службы, так что приходилось сдерживаться.

Тук.

Сверху донёсся тихий шорох.

Я поднял голову и увидел крошечных существ, похожих на тряпичных кукол.

Это были Брауни.

Ростом не больше ладони, со взъерошенными каштановыми волосами.

Босоногие, в залатанных одёжках, эти двое сидели на краю полки и, болтая ногами, смотрели на меня сверху вниз.

Обычно домовые феи редко показываются людям на глаза.

Подобно духам домашнего очага из корейских сказок, они гордятся тем, что наводят чистоту тайком от хозяев и молча забирают оставленный на камине сахар.

Но феи в моём доме вели себя иначе.

Они не просто выходили в открытую, но ещё и деловито протягивали ко мне крошечные ладошки:

"Пришли за сахаром?"

Оба синхронно закивали.

Глаза Брауни не отрываясь следили за стеклянной банкой с кусковым сахаром.

При желании они и сами легко открыли бы крышку своими маленькими ручками.

Но феи даже пальцем не тронули банку, а терпеливо ждали моего разрешения:

"Точно. Вы целый месяц содержали кухню в идеальной чистоте, так что заслужили награду."

Свой сахар они отработали сполна.

Благодаря их стараниям мне после долгой поездки не пришлось тратить время на уборку дома.

Наградить таких помощников было делом чести.

Я потянулся к стеклянной банке.

И на полпути остановил руку.

Рядом на полке мне на глаза попалась небольшая шкатулка, которую я вчера вечером убрал вглубь буфета.

Оставив банку в покое, я отпер крышку шкатулки:

"Ах да. Я ведь привез с Юга особый сахар. Местные называют его альгарробиной."

Говорят, его вываривают до густоты из сладких стручков дерева альгарробо:

"Попробуйте. Надеюсь, вам понравится."

Я положил в каждую крошечную ладошку по тёмно-коричневому кусочку.

Брауни тут же поднесли южный сахар к самым носам и принюхались.

Лизь.

Глаза обоих малышей одновременно округлились.

А в следующее мгновение лакомство бесследно исчезло из их рук.

Они его не проглотили — просто спрятали в своё карманное измерение:

"Рад, что пришлось по вкусу. Дать ещё для ваших друзей?"

Двенадцать Брауни ухаживали за моим домом. Не было никакого желания жалеть для них ещё десять кусочков. Но оба малыша дружно замотали головами, показывая, что двух порций вполне достаточно. Настаивать я не стал. Брать ровно столько, сколько заработал своим трудом, и ни крошкой больше. В этом заключалась главная гордость Брауни — правило, вшитое в саму их природу.

«Хорошо. Тогда позаботьтесь о доме и сегодня, пока меня не будет». Я приветливо помахал им рукой. Феи синхронно поклонились, после чего проворно забрались на самый верх буфета и присели там на корточки. Но даже тогда исчезать из виду они не спешили, с любопытством поглядывая на меня сверху.

«Говорят, в чужих домах Брауни так себя не ведут». Почему же мои домовые настолько ручные?

Пока я задумчиво смотрел наверх, за спиной раздался тихий голос: «...Удивительно». Я обернулся и увидел Фелицию, прислонившуюся к дверному косяку кухни. На кончиках её светлых волос блестели капельки утренней росы. Должно быть, она только что закончила свою рассветную медитацию. Её голубые глаза были прикованы к верхушке буфета.

Заметив взгляд эльфийки, сидевшие наверху Брауни заметно напряглись. И бочком перебрались поближе ко мне — точнее, на тот угол шкафа, что нависал прямо над моей головой: «Доброе утро, Фелиция». «Доброе утро, Директор». Не сводя глаз с фей, Фелиция ответила на приветствие.

Я с интересом спросил её: «Что именно показалось тебе удивительным?» «Я еще ни разу не видела, чтобы домовые феи так свободно показывались на глаза кому-то, кроме эльфов. По крайней мере, за пределами этого дома». Она слегка кивнула подбородком наверх: «К тому же они сами протянули ладошки за сахаром, но не притронулись к банке без вашего дозволения. Это тоже большая редкость. Но больше всего меня поражает другое...»

Двое малышей на шкафу как раз достали припрятанный коричневый сахар и принялись его грызть. А я-то, когда они отказались от добавки, наивно решил, что эти двое поделятся своими кусками с остальной десяткой. Оказывается, они не взяли больше лишь потому, что решили слопать всё в два горла: «Как бы точнее выразиться... От этих малышей исходит совсем не такое ощущение, как от обычных домовых фей. Раньше мне это только чудилось, но после нашего возвращения с Юга разница стала очевидной». «В каком смысле?» «Атмосфера вокруг них стала какой-то... необычной».

Фелиция слегка прищурилась. Один из Брауни на буфете снова вздрогнул и торопливо спрятал надкусанный сахар за спину. Фелиция сложила пальцы в коротком жесте. Похоже, это был язык жестов, принятый у фей: «Не стану я его отбирать». Поняв смысл её слов, Брауни облегченно опустил плечи. Он снова вытащил лакомство и как ни в чем не бывало продолжил грызть.

Посмотрев секунду на эту картину, я повернулся к Фелиции: «Хочешь сказать, они поднялись рангом выше обычных Брауни?» «Нет. Сам их ранг ничем не отличается от сородичей. Просто внутри этих стен их присутствие ощущается слишком уж мощно. Словно за их спинами стоит весь этот дом целиком». «И какому примерно рангу соответствует их сила внутри дома?» «Пожалуй... около четвертого ранга».

Четвертого ранга? Насколько мне известно, сверхчеловек четвертого ранга способен в одиночку уложить крупного демонического зверя. По армейским меркам это уровень заместителя командира рыцарского ордена. И вот такие грозные создания вытирают у меня дома пыль. Я снова задрал голову к шкафу. Один из Брауни уже доел свою порцию и теперь крадучись тянул ручку через плечо товарища, пытаясь стащить чужой кусок: «Значит, мне попались какие-то особенные феи?»

«Дело, скорее, не в самих малышах, а в особой природе этого дома. Впрочем, учитывая, насколько прочно они с ним срослись, назвать их обычными Брауни уже язык не повернется». Не успела Фелиция договорить, как второй Брауни заметил воровскую руку соседа, молниеносно перехватил его за запястье и перебросил через плечо. Крошечное тельце плавно пронеслось по воздуху и плашмя приземлилось лопатками на крышку буфета. Чистейший бросок через спину, хоть в учебники заноси. Судя по всему, насмотрелись из окна, как Фрейя и Эрика тренируются во дворе.

При виде такого приема даже у невозмутимой Фелиции дрогнула бровь: «...Пожалуй, одно то, что они владеют подобными захватами, уже делает их весьма необычными». Что ж, в их исключительности сомневаться не приходилось. Но тут возникал другой вопрос: «Как думаешь, с чего вдруг они такими стали?» «Это...» Не успела она ответить, как от черного хода кухни донесся низкий голос: «Должно быть, всё дело в благотворном влиянии Святого». Задняя дверь распахнулась, и в проём, пригнув голову, протиснулся огромный здоровяк. Это был Грегор. На шее у него висело мокрое полотенце — видимо, только что закончил утреннюю тренировку в саду. Утирая пот со лба, он со всей серьезностью продолжил:

"Я сам и остальные паладины из вашей охраны давно это заметили. Когда мы несем службу рядом с вами, Святой, наша божественная сила восстанавливается во много раз быстрее обычного."

Грегор сжал и разжал кулак, на предплечье вздулись вены:

"Не могу утверждать наверняка, но если возникнет необходимость защитить вас от опасности, я, пожалуй, смогу проявить силу пятого ранга."

Он поднял взгляд на Брауни, суетящихся на шкафу, и с уверенностью кивнул:

"Разве не то же самое с этими малышами? Они живут под одной крышей со Святым и получают награды лично из ваших рук. Несомненно, ваше благословение пустило в них корни."

Глаза Грегора подозрительно заблестели:

"Ах, рядом со Святым даже малейшие создания возвышаются. Сегодня утром я вновь постиг великую мудрость!.."

Не обращая внимания на Грегора, который снова приготовился пролить скупую мужскую слезу, я вернулся к разговору с Фелицией:

"В его словах есть доля правды?"

"Такое вполне возможно. Однако..."

Фелиция задумчиво нахмурилась:

"...Энергия, которую я от них ощущаю, кажется мне довольно странной."

"Чем же?"

"Хоть они и домовые феи, но по своей природе их сила больше напоминает силу лесных Диких Фей."

Дикие Феи.

Услышав это название, я сразу понял, почему мои подопечные без страха показываются людям:

"Видимо, сказывается их прошлое."

"Прошлое?"

Эльфийка вопросительно кивнула.

"Помнишь случай с похищением учеников старшей школы Академии?"

"Да. Я читала о нем в отчетах. То самое дело, которое раскрыли вы, Юлиан."

"Тогда один черный маг силой заставил этих малышей выполнять работу Диких Фей."

В отчетах тот случай проходил как дело о Кольце Фей.

Обычно пространственной магией телепортации занимались только Дикие Феи, заманивая путников в чащу, но тот черный маг принудил к этому обычных домовых.

Фелиция поняла всё с полуслова:

"Теоретически такое возможно, но для домовых фей это должно было стать чудовищным испытанием."

"Да. Вот с тех самых пор они и живут у меня, помогают по хозяйству."

"Понятно. Так вот почему они настолько к вам привязаны..."

Фелиция внезапно замолчала на полуслове.

Поразмыслив пару секунд, она осторожно уточнила:

"...Но, судя по прочитанному мной отчету, вы тогда помогли домовым феям расторгнуть рабский контракт с тем черным магом."

"Всё верно."

Я тогда слегка подправил символизм ритуала.

Подбросил им кусок его брошенной мантии, чтобы феи восприняли одежду от хозяина как знак дарованной свободы.

"А сам черный маг с тех пор числится пропавшим без вести."

"И это верно."

"..."

Голубые глаза Фелиции пристально уставились на меня, а затем медленно поднялись к верхушке буфета.

Я проследил за ее взглядом.

На шкафу появились остальные Брауни — они деловито заворачивали двух провинившихся обжор в кухонное полотенце, связывая их по рукам и ногам.

Суровая, но справедливая расправа над предателями, решившими зажать редкий сахар.

Понаблюдав за этими милыми крохами, Фелиция тихо произнесла:

"...Теперь мне всё ясно. То-то я удивлялась, почему из всех черных магов, проникавших в Академию, ни один так и не сунулся в ваш дом."

"Думаешь, это заслуга Брауни?"

Конечно, если домовой внутри стен обладает силой четвертого ранга, наложить проклятие на такой дом будет непросто.

Однако Фелиция, похоже, имела в виду кое-что другое:

"Обычные домовые феи не защищают жилье от врагов. Их дело — сметать пыль и мыть посуду. Даже если в дом вломится грабитель, они просто спрячутся в щелях и будут молча наблюдать."

Она перевела взгляд на туго спеленутый сверток из полотенца на шкафу:

"Но эти малыши..."

Ее глаза снова опустились на меня:

"Их уже трудно назвать простыми домовыми феями."

"И как же тогда их называть?"

"Домовые феи пускают корни в само здание. Если дом рухнет — они уйдут, а если сменится хозяин — останутся на прежнем месте. Для них важны стены, а не жильцы."

Фелиция указала взглядом на буфет.

Все Брауни, только что увлеченно вязавшие своих товарищей, разом замерли и уставились сверху вниз на меня.

Даже двое спеленутых пленников высунули носы из полотенца, глядя в мою сторону.

Посмотрев на них, эльфийка вынесла вердикт:

"...Я ошибалась. Эти малыши пустили корни не в дом, а лично в вас, Юлиан. Они оберегают не стены, а людей, которые здесь живут."

"Тебе раньше не доводилось такого встречать?"

"Никогда. У нас, эльфов, особая связь с духами и феями, но я впервые вижу, чтобы домовые меняли саму суть своей привязки. Пожалуй..."

Подобрав нужное слово, Фелиция закончила мысль:

"Им куда больше подойдет название Феи-Хранители."

"Феи-Хранители, значит. Звучит и впрямь неплохо..."

Погодите-ка.

Я снова поднял глаза к верхушке шкафа.

Оттуда на меня внимательно смотрели двенадцать маленьких мордашек.

Обычные домовые феи никогда не показываются людям.

Поэтому им можно поручить уборку или стирку, но не уход за больными.

Ведь чтобы сидеть у постели пациента, вытирать ему пот со лба, подавать воду и переворачивать с боку на бок, нужно выходить к человеку в открытую.

Но мои-то феи не прячутся.

'Более того, сами подходят и требуют плату за труды.'

К тому же Брауни по своей природе ведут ночной образ жизни.

Они берутся за работу, когда люди ложатся спать, трудятся до самого рассвета и совершенно не знают усталости.

Нести ночное дежурство у койки больного, не смыкая глаз до утра.

Да это же готовая профессия.

'Из них выйдут просто идеальные сиделки!'

На первый взгляд работа сиделки кажется незаметной, но в медицине от нее зависит невероятно многое.

Какой толк сутками стоять у операционного стола и вытаскивать тяжелого пациента с того света, если через пару дней лежания в постели у него в бедре образуется тромб, оторвется, закупорит легочную артерию и убьет человека на месте?

Причем для профилактики таких осложнений не нужны никакие сложные лекарства.

Достаточно регулярно напоминать лежачему больному разминать голеностоп, следить, чтобы он вовремя пил и ел, и помогать ему понемногу вставать на ноги, как только появятся первые силы.

Именно из таких простых мелочей в конечном счете и складывается успешный прогноз выздоровления.

'Не просто так старики, окруженные заботливыми детьми, или богачи с личной прислугой идут на поправку куда быстрее одиноких бедняков.'

Даже при совершенно одинаковой операции дальнейшая судьба пациента зависит от того, кто ухаживает за ним в палате.

Разумеется, сиделки существовали и в этом мире.

Вот только все упиралось в человеческий фактор и добросовестность.

Уход за тяжелым больным выматывает до предела даже родную семью, что уж говорить о наемных работниках со стороны.

Недаром говорят, что один лежачий больной в доме способен пустить под откос всю семью.

И дело тут не только в расходах на лечение.

Кому-то из родственников неизбежно приходится бросать работу и сидеть безвылазно у постели больного.

Так шаг за шагом семья и рушится от усталости и безденежья.

'А прямо передо мной сейчас сидят создания, для которых забота о людях — смысл всей жизни.'

Уж не знаю, каким чудом эти малыши так изменились.

Да это и не важно.

Раз я вижу, как приспособить их талант к благому делу, упускать такой шанс нельзя.

Не откладывая в долгий ящик, я обратился к Брауни:

"Скажите, а вы сможете обучить других домовых фей ухаживать за больными людьми?"

Брауни дружно закивали.

Даже двое связанных в полотенце усиленно затрясли макушками.

Так на моей кухне было принято историческое решение о создании первой в этом мире службы патронажного ухода.

'Отлично.'

Когда-нибудь плодами этой задумки смогут воспользоваться все жители Империи.

Но я уже точно знал, кому эта привилегия достанется в первую очередь.

Достав из ящика стола чистый листок, я быстро набросал пару строк и протянул записку Фелиции:

"Передай это в Торговую Компанию, пожалуйста."

"...Что здесь?"

Фелиция приняла листок и пробежала глазами по строчкам.

============================

[Изменение в социальном пакете сотрудников Торговой Компании 'Меркурий']

Ввести — В случае болезни члена семьи сотрудника компания бесплатно направляет на дом Фею-Сиделку.

Отменить — Оплачиваемый отпуск по уходу за больным членом семьи.

============================

Взгляд Фелиции намертво прикипел к нижней строчке.

К пункту об отмене отпуска.

Она молча сложила листок пополам, затем снова развернула.

Потерла пальцами веки и очень осторожно переспросила:

"...Директор, насчет этого второго пункта."

"Да. Мы его отменяем за ненадобностью."

До сегодняшнего дня в 'Меркурии' действовал специальный отпуск по уходу за близкими.

Своего рода оплачиваемый больничный, который выдавался даже в том случае, если слег не сам работник, а кто-то из его домашних.

Мы ввели это правило еще на заре компании, поскольку многие наши первые сотрудники происходили из бедных и неполных семей.

У кого-то на руках были больные родители, а кто-то и вовсе с юных лет тянул на себе младших братьев и сестер в одиночку.

Терять ценные кадры только из-за того, что человеку некому оставить заболевшего родственника, было бы непозволительной глупостью.

Ради этого мы и придумали оплачиваемые отгулы.

Но теперь, с появлением крылатых помощников, нужда в них полностью отпадала:

"Теперь за их близкими присмотрят эти малыши, так что исследователи смогут спокойно оставаться в лаборатории и не отвлекаться от работы."

Фелиция молча смотрела на меня, и на ее вечно бесстрастном лице впервые проступила легкая растерянность.

Похоже, она просто не могла поверить, что компания способна пойти на столь прогрессивный шаг.

Впрочем, ее изумление легко понять.

Суровый мир темного фэнтези, где люди даже не знают радости от табличек 'Дней без несчастных случаев на производстве: 00'.

И посреди этого мира существует компания, которая обеспечивает своим людям выходные, оплату сверхурочных, больничные, а теперь еще и бесплатных сиделок на дом.

Для местных жителей подобная забота наверняка выглядела как чистая фантастика.

Не в силах поверить в такую щедрость, Фелиция на всякий случай уточнила еще раз:

"...Вы уверены, что записку следует отправить именно в таком виде?"

"Разумеется. Чем раньше мы внедрим такое замечательное новшество, тем лучше будет для всех."

Фелиция долго смотрела на листок в своей руке:

"...Даже не знаю, правильно ли я поступаю, передавая это распоряжение."

"Почему?"

"Потому что с моим эльфийским долголетием мне придется своими глазами увидеть все последствия этого решения."

Типичные переживания долгожителя.

Обычный человек умрет от старости раньше, чем увидит, как одно доставленное им письмо изменит мир через сотню лет, а вот эльфу придется жить в этом новом мире лично. Неудивительно, что она относится к каждому поручению с такой ответственностью.

"Не переживай."

Я мягко покачал головой:

"Торговая Компания 'Меркурий' станет первой ласточкой, но со временем эту практику переняли бы и все остальные."

У меня были все основания так считать.

Раньше другие торговые гильдии и слыхом не слыхивали ни о каких социальных льготах, но в последнее время, глядя на нас, тоже начали со скрипом вводить у себя пенсии и стипендии.

Так что пройдет совсем немного времени, и бесплатные сиделки для семей работников станут золотым стандартом во всех крупных компаниях Империи:

"Уверяю тебя, Фелиция, ты обязательно застанешь этот прекрасный день."

В голубых глазах эльфийки промелькнула неподдельная дрожь.

Надо же, как глубоко ее тронула моя забота о подчиненных.

Глядя на нее, я и сам преисполнился тихой гордостью за свое решение.