Моя мама вышла замуж по контракту Том 1 Глава 2

Глава 2

Слёзы текли так обильно, что у Лирики заложило уши, а голова пошла кругом. Хотелось просто упасть и ничего не делать, ведь на душе было так тяжело и больно. Однако Лирика не могла себе этого позволить: в кармане не было ни гроша.

— Не плачь. Прекрати рыдать, Лирика Банс. Хватит себя жалеть. Тебе не стыдно, что восьмилетний ребёнок так убивается?

Собравшись с духом, Лирика глубоко вдохнула и поднялась на ноги. Жизнь в трущобах закаляет и требует упорства. К тому же, она не могла взять выходной только потому, что ей сегодня было грустно и худо.

К тому же, «работа — это доверие».¹ Она не могла отказаться от своих обязанностей лишь из-за плохого самочувствия. Если она, будучи ребёнком, не явится на работу, не сказав ни слова, то доверие, которое она строила все эти годы, будет разрушено. Лирика больше ничего не знала, но это было то, чем она гордилась.

¹ «신용» — означает кредит и доверие к кому-либо. Примеры: «신용이 높다» пользоваться большим доверием; «신용 금고» кредитный сейф.

Девочка встала, шлёпнув себя по щекам. Ополоснув лицо холодной водой, она покинула свой дом. Сегодняшний день был рабочим, но не в трущобах, а в пабе на окраине столицы. Тщательно умывшись, она отправилась прочь из трущоб.

В баре было много дорогой посуды, но в длинные и тонкие бокалы было сложно просунуть руки. Ручки у Лирики были маленькими, поэтому она мыла стаканы и начищала их до блеска.

Хозяева вряд ли доверили бы такое дело беспечному ребёнку из трущоб, но Лирика доказала свою добросовестность и получила от них высокую оценку. Кроме того, она не могла пропустить работу, ведь за неё платили две большие медные монеты.

Если бы Лирика случайно разбила хоть один стакан, она, вероятно, не смогла бы расплатиться, даже проработав там всю оставшуюся жизнь. Поэтому малышка трудилась с предельной осторожностью и серьёзным настроем. Несмотря на усталость от обилия работы, это помогало девочке отвлечься от мыслей о матери.

Когда Лирика закончила свою работу, она чувствовала себя совершенно измотанной. Вероятно, сегодня она переусердствовала. Хозяин отсчитал ей две крупные медные монеты, и малышка, попрощавшись, направилась домой. Ей всегда хотелось вернуться, но сегодня ноги сами собой шли в другую сторону. Перебирая заработанные монетки, она бродила по улицам.

Однако прохожие сторонились её, заметив её неряшливый вид. Вскоре она почувствовала неловкость и снова свернула в переулки трущоб. Домой Лирика вернулась только на закате. Возможно, её мать уже вернулась. Она могла извиниться и, возможно, даже вернуть деньги, ведь ничего не купила.

«Или, быть может, отец», — размышляя об этом, Лирика горько усмехнулась. Это была невесёлая улыбка.

Едва девочка открыла дверь и вошла, как тут же что-то почувствовала. Это было похоже на предчувствие, которое мог ощутить только хозяин дома. Красть из дома было нечего, но Лирика сильно нервничала — ведь она жила в районе, где могло случиться всё что угодно. Двигаясь неслышно, словно котёнок, прижавший уши, она осторожно осмотрелась.

— Мисс Лирика Банс.

Лирика вздрогнула от голоса, раздавшегося из темноты. Повернувшись на звук, она увидела высокого человека в капюшоне. Хотя капюшон был старым, Лири удалось разглядеть кое-что. Он был высок. Или, по крайней мере, выглядел состоятельным.

Одежда, которую мужчина носил под потрёпанным капюшоном, на первый взгляд казалась дорогой, и это стало понятно, в первую очередь, по его обуви. Его поза не внушала страха. Он стоял прямо и гордо. Вероятно, это был один из тех людей, кто редко склонял голову.

— Вы сильно задержались.

— Кто вы такой? — первой заговорила Лирика, поняв, что он не собирался причинять ей вред.

— Я здесь, чтобы проводить вас.

— Правда?

Глаза девочки расширились от удивления, но вскоре подозрительно сузились.

— Это из-за арендной платы? Если нет…

— Нет, мать Мисс Банс попросила меня доставить вас.

Услышав неожиданные слова, Лирика удивилась и переспросила:

— Моя мама? Меня?

— Да.

— Что с ней случилось? Её арестовали? Если это…

— Давайте пойдём, и вы всё узнаете на месте. Я всего лишь исполнитель. Нам лучше уйти незаметно.

Выслушав мужчину, Лирика скрестила руки на груди и твёрдо заявила:

— Я вам так скажу: я не пойду с незнакомым человеком.

Мужчина выглядел озадаченным её отказом. Немного подумав, он представился:

— Я Лаув Вульф.

— И что?

С таким выражением Лирика посмотрела на него, и он сказал серьёзно:

— На самом деле, мать Мисс Банс очень больна.

— Что?

— Она попала в аварию и просила меня привезти вас. Она отчаянно ищет вас.

— Не могу в это поверить.

Лирика не знала, что делать.

Её мать попала в аварию? Что ей теперь делать? Неужели она получила травмы, пытаясь проникнуть во дворец?

Сердце девушки забилось чаще, когда она вспомнила, как мать кричала и плакала прошлой ночью.

— Давай, давай. Нужно спешить.

— Идите сюда.

Лаув поспешно отворил проход в стене позади. Досок там не было, но Лирика даже не обратила на это внимания. Лаув быстро вывел её из тёмного переулка, куда они изначально попали. Они оказались на небольшой улочке, и он свистнул. Припрятанный экипаж тут же подъехал и остановился перед ними.

— Боже мой…

Лирика впервые видела такой огромный экипаж так близко. И это был её первый раз, когда она поедет в карете.

Лаув распахнул дверь и помог Лири забраться внутрь. Колёса были настолько высокими, что она не смогла бы взобраться на повозку самостоятельно.

Он также дал наставление неугомонной Лирике:

— Мисс Банс, вам не стоит так легко доверять людям.

— ?!

Сбитая с толку, малышка собиралась что-то сказать, но дверь кареты захлопнулась.

* * *

Когда карета замерла, девочка вцепилась в угол сиденья, словно искалеченная кошка. Ей казалось, что она слишком уж доверяет своим ощущениям. Возможно, из-за того, что малышка часто попадала в опасность, у неё развилось чудесное чутье на всевозможные угрозы. Она уже не считала, сколько раз эта способность помогала ей уйти от беды. Это признавал даже чистильщик сапог.

Сегодня Лирика плохо себя чувствовала, потому и утратила бдительность. Она метала громы и молнии, говоря, что ни за что не выйдет на улицу, мёртвой хваткой держась за дверную ручку.

Лаув, открывший ей дверь, на мгновение задумался, что делать дальше. Если он вытащит её силой, она, вероятно, бросится на него, пытаясь поцарапать, но что-то предпринять было необходимо.

— Мисс Банс.

— Уходи, прочь!

Лирика отчаянно возопила, уставившись на него, но он не почувствовал ни малейшей угрозы. Пусть его поцарапают, но мужчину беспокоило, что он может её покалечить в процессе. Выглядела она настолько хрупкой, что казалось, будто она может сломать кости, даже ничего не делая.

— Это правда, что моя мама пострадала?

Тем временем Лаув, словно колеблясь, ответил на вопрос, полный беспокойства:

— Нет, ваша матушка в полном здравии.

Изнутри кареты донеслись бранные слова обитателей трущоб, которые, наверняка, никогда не касались ушей ни одной знатной девушки.

В конце концов, Лаув решил скрестить руки на груди и дождаться, пока она успокоится. Лирика полагала, что он ударит её, если вытащит из кареты. Но, когда она успокоилась, тело девочки постепенно обессилело. Пейзаж, открывавшийся за широко распахнутой дверью экипажа, пленил её. Она увидела прекрасный сад и красочное здание, которых никогда в жизни не видела. Даже фонтан, из которого била вода, весело журчал. Вокруг не было шумно, и это место не походило на рынок рабов.

Чтобы понемногу осмотреться, Лирика подвинулась ближе к двери. Когда она слегка приблизилась и взглянула на Лаува, он тут же оказался вне её досягаемости. Высунув голову из двери, Лири осмотрелась. В одну сторону простирался сад, в другую — снова сад. Ухоженные газоны и деревья казались даже немного загадочными.

— Где мы находимся? — спросила Лирика, и Лаув дал короткий ответ.

— Во дворец, что специально предоставляется Императорской семье для бракосочетаний.²

— Во дворец?

— Это один из малых дворцов, прилегающих к Императорскому дворцу. Вы готовы выйти из кареты прямо сейчас?

² «별궁» — дворец, специально предоставляющийся королевской семье во время бракосочетания.

При этих словах девочка крепко вцепилась в дверную ручку кареты. Лаув уставился на неё. Лирика медленно начала отступать вглубь экипажа. Лаув покорно вздохнул, ощущая себя так, будто он упустил котёнка, вылезшего из норы. Внезапно из дворца выбежал человек.

— Лирика? Ты здесь?

— М-мама?

Этот голос был таким же, как у её матери, но её наряд был столь ослепительным, что Лирике пришлось несколько раз перепроверить, её ли это мама. Увидев Лидию, которая почти бежала, придерживая одной рукой подол своего свободного платья, малышка выпрыгнула из кареты.

— Мама!

— Лирика! Слава Богу. Прости меня, ты переживала? Маме очень жаль, это всё моя вина.

Одежда мамы была мягкой и приятно шуршала. Руки мамочки были всё ещё тёплыми, а щёки — нежными, поэтому Лирика недовольно высказалась:

— Я очень, очень зла.

Совершенно чуть-чуть. Тем не менее, её мать не рассердилась и не оттолкнула малышку, а, напротив, обняла ещё крепче.

— Знаю, мамочка поступила плохо. Я поступила подло. Но я не могла думать ни о чём другом. Всем сердцем прошу, прости меня. Хм?

Лирика почувствовала слабость, когда её мать несколько раз извинилась в расстроенном тоне.

— Я понимаю. Но как всё это произошло? Где мы сейчас находимся? Что происходит?

— Хорошо, давай зайдем внутрь, и я тебе всё расскажу.

Женщина с улыбкой поднялась со своего места и крепко взяла дочь за руку. Затем она снова посмотрела на Лаува.

— Спасибо.

— Не за что, леди Рудия.

Лаув вежливо попрощался. Лирика тоже помахала ему рукой, поколебавшись на мгновение. Лаув слегка поклонился ей в ответ. Лири удивилась и крепче вцепилась в свою мать. Она никогда не видела, чтобы взрослый мужчина склонял перед ней голову.

— Давай, пойдём внутрь.

Мать последовала за ней, это казалось столь естественным. Лирика в последний раз оглянулась, когда они вошли внутрь. Лаув всё ещё стоял на прежнем месте, но вскоре его силуэт скрылся за деревьями. Великолепие отдельно стоящего дворца быстро покорило сердце юной девушки. Среди множества дворцов, примыкающих к Императорскому дворцу, «Дворец Рассвета», как и следовало из названия, был возведён из розового мрамора и украшен золотыми элементами. На фоне других отдельных дворцов он выглядел достаточно просто, однако внушал Лирике трепет. Она, затаив дыхание, осмотрела дворец.

Лидия решила прежде всего позаботиться о чистоте дочери. Её каштановые волосы были жирными и спутанными, ногти и уши заметно нуждались в чистке. Хотя служанок во дворце не было, это не стало проблемой, ведь большое количество горячей воды уже было подготовлено.

«Это что, ванна?» — с удивлением спросила Лирика, поражённая местом, наполненным горячей водой. Её также удивила вода, которая после купания стала чёрной. Её изумило мыло: оно прекрасно пахло, но оказалось горьким на вкус и щипало глаза. Всё это было просто поразительно.

Когда волосы девочки расчёсывали, а ноги чистили щёткой, Лирике казалось, будто с неё сдирают кожу. После нанесения тёплого, сладкого ароматического масла девочке надели новую одежду. Её нижнее бельё оказалось удивительно мягким и плотным, а платье было богато украшено кружевами. Впервые надев такой чудесный наряд, она почувствовала, что ей стало трудно дышать.

Обув шёлковые носочки и мягкие сапожки из овчины, Лирика ощутила себя так, словно спит. Девочка несколько раз провела рукой по своей мягкой одежде, наслаждаясь её текстурой, а затем мать принесла лёгкую еду. Впервые она попробовала джем, искрящийся, как драгоценные камни, на мягком хлебе, который, казалось, таял во рту.

«Это так красиво», — сказала Лирика, на что мать ответила: «Это малиновое варенье». Когда девочке захотелось пить, ей дали жёлтый напиток, который также оказался восхитительным на вкус. Это был апельсиновый сок, но девочка не знала, что такое апельсин. Мир действительно огромен, и в нём так много вкусных вещей. Она торопливо ела хлеб, но мать задала вопрос.

— Лирика, ты была удивлена? Теперь ты в порядке?

Лирика кивнула. Её удивление было настолько велико, что сил почти не осталось. Малышка подумала, что больше её ничто не сможет поразить.

— Что произошло?

Когда Лирика прошептала эти слова, мать улыбнулась и ещё тише произнесла:

— Твоя мама собирается на бал в Императорский дворец.

— Это правда.

— Я была на балу в Императорском дворце.

— Неужели?

— Да. Я говорю тебе чистую правду. Там я и встретила Его Величество Императора.

— Его Величество?!

Удивлённый голос девочки сначала повысился, а затем снова стих:

— Его Величество — очень устрашающий человек.

Лидия усмехнулась, когда её дочь прошептала это с обеспокоенным выражением лица.

— Всё в порядке. Его Величество — разумный человек.

Лирика задумалась, как связаны понятия «разумный» и «устрашающий», и затем спросила:

— И что дальше?

— А то, что послезавтра твоя мама выходит замуж за Его Величество Императора.

Лирика была так поражена, что даже не заметила, как хлеб выпал из её рук. Его падение не издало ни звука.

Девочка непонимающе уставилась на женщину. Её прекрасная мать всегда была гордостью Лирики. Кудрявые золотые волосы и голубые глаза, которые, казалось, светились в темноте. Сегодня мать выглядела ещё более красивой, настолько, что Лирика на мгновение перестала её узнавать.

По сравнению с матерью, у Лирики были простые, слегка вьющиеся каштановые волосы. Было бы здорово, если бы её волосы вились, словно облако. Однако бирюзовые глаза, по оттенку напоминающие материнские, были её личной гордостью.

«О, нет, Лирика, не уходи от реальности».

Лирика покачала головой и подняла хлеб, упавший на пол. Мать отобрала у девочки испачканный хлеб, который та собиралась положить в рот. Но Лирика искренне думала, что здесь определённо гораздо чище, чем в их комнате в трущобах…

Глядя на испорченный хлеб, Лирика спросила:

— Его Величество Император?

— Да, ты сильно удивилась?

С яркой улыбкой и детским озорством на лице Лирика не могла понять, говорит ли мать правду.

— Правда? С Его Величеством? Моя мама? Послезавтра?

— Да. Конечно, это не обычный брак. Я открою тебе маленький секрет, только для тебя, Лирики, — её мать огляделась и наклонилась. Лирика последовала её примеру. — На самом деле, это брак по контракту.